Глава 5
- Марго, проснись, Марго.
Надо мной склонилось обеспокоенное лицо Жизель с темными кудряшками по бокам.
Боги! Как же радостно было ее видеть.
- Марго, настоятельницы велели принести тебе обед и ужин. Ты спала все это время?
- Похоже. - Я поднялась со скрипучих пружин и зевнула. - Который час?
- Почти семь. - Жизель села рядом со мной. - Ну и суматоха поднялась, когда ты пропала! Мисс Росс даже отправила воспитательниц на поиски. Рассказывай, где была!
В глазах подруги плескался неподдельный интерес:
- Только не вздумай говорить, что просто загулялась на ярмарке. Ни за что не поверю!
Я вздохнула и начала рассказ. Про поединок чародеев, раненую птицу, фонарь и Грея Райвена. С каждым словом на душе становилось легче.
Жизель удивленно слушала, слегка приоткрыв рот.
Я снова брела с фонарем по дублинским кварталам, спасала Грея Райвена, ловила язвительные усмешки консьержки из «Рыжей Молли.
- Ничего себе, - подытожила она, когда я дошла до музыканта в электробусе.
- Кто-то говорил, что в замке Райвенов живут ведьмы и колдуны. Бррр… Какая жуть!
Интересно, а ведьмы летают на метлах? И кто же такой мистер Грей Райвен? Он маг или колдун? Хотя…он так красив, что ему все простительно.
Я лишь усмехнулась. Похоже, у Жизель разыгралась фантазия.
- Знаешь, Марго, такое приключение бывает только раз в жизни! И не жалей эти десять шиллингов! Теперь мы будем весь год обсуждать мистера Грея и Эллин Форнайт. А вдруг она тоже…ведьма, - закончила Жизель, слегка понизив голос и сделав страшные глаза.
Я ткнула ее локтем в бок:
- Да-да. Жуткая хеллоуинская ведьма. Наверняка у нее есть широкая шляпа и котелок с кипящим зельем, в котором несравненная Эллин варит зеленых жаб.
Мы рассмеялись, представив дублинскую диву за этим занятием.
- Кстати, твоя простуда уже прошла, Жизель?
Подруга понуро кивнула. Пропустить такие события из-за температуры – вот невезение!
Мои мрачные будни узницы скрашивало только появление Жизель с подносом в руках.
Три раза в день она протягивала плохо пахнущую тарелку и засохший кусок хлеба, который казался гораздо вкусней, когда Жизель была рядом.
С ней можно было обсудить приютские сплетни, зловещих ведьм и магов-птиц.
На четвертый день моего заточения Жизель вбежала в комнату наказаний с горящими глазами:
- Марго, Марго! Ты знаешь…Тут такое! К нам скоро приедет госпожа Райвен с благотворительным визитом. Весь приют стоит на ушах! Даже старуха Крисли оттирает табачные пятна со своего стола.
О, да неужели?
Благотворительные визиты в наш мрачный дом были редкостью, обычно приезжали лондонские (?) чиновники перед выборами, делали пару фотографий с начальником приюта и дарили нам пирожные с кремом.
Отчего-то все они считали, что приютским детям для счастья не хватает только масляных трубочек, щедро посыпанных сахаром.
- И еще, - Жизель схватила меня за руку, чуть не выронив поднос, - говорят, госпожа Райвен может взять кого-то из нас в качестве прислуги.
Вот это новость так новость!
Неудивительно, что все приютские крысята штопают дырки на платьях и рубашках.
Наверняка каждый мечтает обо одном: уехать отсюда в прекрасный замок богатых аристократов пусть даже в качестве кухарки или уборщицы.
Весь следующий день я ходила по своей неуютной и пыльной тюремной камере, словно зверь, запертый в клетку. Сверху слышались звуки шагов, сварливые голоса наставниц и стук трости главы приюта.
- Эй, ставьте вазу к стене, мисс Росс.
- Почему лилии желтые? Госпожа Райвен любит только белый цвет!
Кажется, и впрямь намечается нечто грандиозное! Я представила громоздкие вазы с великолепными дорогими лилиями. Ковровую дорожку, которой, судя по звукам сверху, застелили неуютный приютский коридор с серыми стенами.
- К нам приедет фотограф и репортеры из самого «Дублинского вестника»! - Кричал глава приюта на фоне ворчания мисс Росс.
В ту ночь я не сомкнула глаз до самого утра. Только перед рассветом удалось немного поспать беспокойным сном. Мне снился Грей и лилии в его руках, которые превращались в синие розы под звуки флейты.
Разбудил меня протяжный дверной скрип.
- Скржж, - нехотя повернулся ключ в замке. Дверь отворилась, и я увидела полоску света из коридора. Комната наполнилась запахом свежий выпечки – вот он, долгожданный аромат свободы!
Голова мисс Росс в желтом чепчике показалась в дверном проеме, её обладательница, словно нехотя, произнесла:
- Наказание закончилось. Иди в столовую, блудная Маргарита.
Второй раз повторять не пришлось. Я соскочила с кровати и ринулась на волю, совершенно забыв причесать волосы и привести платье в должный вид. К черту приличия!
Запах булок манил, я шла подобно маленькой обезьянке, слепо бредущей в логово удава.
Подумать только! В первый раз за мою недолгую жизнь из столовой пахнет вкусной едой!
По дороге я встретила Жизель. Такую же удивленную, с горящими глазами.
Ее взгляд говорил: «Булки, Марго, неужели нам приготовили булки с повидлом и горячий ароматный какао! Это нам-то, приютским крысам».
Не сговариваясь, мы помчались наперегонки.
В столовой хрупкая фигура Жизель застыла, и я налетела на нее с криком:
- Да что с тобой такое?
Подруга просто показала пальцем вперед. Там стоял стол, покрытый белоснежной ажурной скатертью. На нем лежали многочисленные яства, манящие и непривычные, особенно для приютских сирот: булочки с кремом, запеченная курица, разнообразные пирожки, овощи и фрукты. От этого великолепия мой рот наполнился слюной.
Жизель дернула меня за рукав:
- Марго, говорят, миссис Райвен приедет с минуты на минуту. Она может заявиться прямо сейчас и увидеть, чем нас кормят. Неудивительно, что директор от усердия…
- Выпрыгивает из штанов, - закончила я, и мы с улыбкой пошли к столу, за которым сидели мальчишки и девчонки, взирающие на кулинарные богатства голодными глазами.
Мисс Росс отчитывала розовощекую малышку, которая печально смотрела на лакомства:
- Выворачивай карманы, негодница!
Девчонка надула губы и достала из кармана платья три булки.
- А теперь правый карман, Мари, - продолжала наставница, нависавшая над своей воспитанницей, как уродливый знак вопроса.
Мари вытащила яблоко, круассан и даже кусок курицы, вызвав смешки остальных.
- Уму непостижимо! Два дня в комнате наказаний.
Мы с Жизель сочувственно взглянули на новую узницу мисс Росс и принялись за еду.
Никогда прежде нас не кормили так вкусно в приюте святой Марты! Поэтому я мысленно пожелала, чтобы именитые гости навещали нас как можно чаще.
После завтрака наставницы устроили осмотр нашей одежды. Тем, у кого платья и рубашки совсем прохудились, выдавали новые.
- Никуда не годится! - Качала головой старуха Крисли, глядя на мои потертые рукава и заштопанный подол юбки. - Вот только заменить это безобразие нечем. Все деньги ушли на обустройство залов, а запасы одежды уже закончились.
Жизель повезло больше, ей выдали синее платье в мелкую клетку. Оно смотрелось весьма просто и дешево, но было новым - непозволительная роскошь для приютских девчонок! Ближе к обеду мисс Росс собрала нас в столовой на торжественное построение. Выглядела она бледной и взволнованной:
- Госпожа Райвен приедет с минуты на минуты, - шептала наставница побелевшими губами. - Господь всемогущий!
За ее массивной фигурой семенил завхоз с корзиной цветов в руках. Каждому воспитаннику раздали по лилии, которые, по словам мисс Росс, мы должны вручить именитой гостье, когда она решит познакомиться с приютскими сиротами.
- Стройтесь в два ряда! Рука к руке! - Командовала старуха Крисли. - При виде госпожи - вежливый поклон и улыбка! Помните о карающих плетях!
Мы помнили, а потому скромно стояли, прижавшись друг к другу, с белыми цветами в руках.
Воздух наполнился волнением вперемешку со сладким цветочным ароматом.
Время шло, но ничего не менялось, я с надеждой смотрела на дверь и шептала Жизель:
- Скорее бы все закончилось.
Мои пальцы затекли от неудобной позы, шея болела, а палец на ноге, как назло, зачесался.
Я чувствовала себя стойким оловянным солдатиком, забытым на пыльной полке сорванцом-мальчишкой.
Пять минут, десять. Стрелка медленно, как улитка, ползла по циферблату настенных часов.
Наконец послышались шаги и голоса.
Я толкнула Жизель в бок и поймала злобный взгляд мисс Росс, которая тут же показала мне кулак.
Завхоз со старухой Крисли, перекрестившись, открыли двери, и я увидела ослепительную вспышку фотокамеры.
- Щелк, - перед нами оказался юркий фотограф, обмотанный модным красным шарфом поверх пальто.
- Мисс Райвен, это наша столовая, - нараспев декламировал глава приюта, который своей натянутой улыбкой и блестящей лысиной напоминал грустного клоуна.
- Да, - коротко и звонко ответила ему гостья.
Я сжала цветок в руках и вытянула шею, стараясь получше ее разглядеть.
В зал неспешно зашла женщина, издали напоминавшая красное облако: бордовое платье с золотым шитьем и яркие рыжие волосы, уложенные в высокую прическу.
Звук ее каблуков эхом отражался от стен.
- Цок-цок.
Сердце мое билось в такт шагам гостьи.
Глава продолжал заливаться соловьем:
- Недавно у нас был завтрак, достопочтенная леди Кларисса, приютские дети решили сделать вам подарок и вручить цветы.
Словно услышав команду «Фас», мальчишки и девчонки, выстроенные в два ряда, начали протягивать госпоже Райвен лилии.
Наверняка каждый из них мечтает уехать из приюта в замок нашей гостьи.
Леди со снисходительной улыбкой принимала подарки, не удостоив вниманием никого из приютских крысят.
Вблизи ее лицо казалось почти молодым, за исключением глаз. Яркие, сине-зеленые, они напоминали бездну, в которую мог упасть неосторожный путник, в них сияли острый ум и королевская гордость.
Этим взглядом она напомнила Грея.
Интересно, госпожа Райвен в курсе того, что случилось с ее сыном на ярмарке?
И если Грей владеет магией, значит она тоже…
- Ведьма, - прошептала я, сложив дважды два.
В этот миг достопочтенная леди внимательно посмотрела на меня и остановилась.
В зале повисла тишина. Кларисса Райвен словно пыталась прожечь во мне дыру своим пристальным взглядом.
И ей наверняка бы это удалось, если бы не директор, в мгновение ока появившейся между нами:
- Посмотрите, миледи, как рады вас видеть приютские девушки! Эту малютку зовут Маргарита, - он отечески похлопал меня по плечу.
- Маргарита, - нараспев произнесла гостья и цепко схватила меня за подбородок.
У нее были длинные пальцы с острыми ногтями, от которых удушливо пахло лилиями.
- Маргарита, мне нравится твой запах, - внезапно произнесла леди.
От этих слов даже директор удивленно приоткрыл рот.
- У тебя хорошая кровь. Ты юна и проворна. Что ж, - госпожа Райвен придирчиво разглядывала меня, словно перед ней стояла ярмарочная лошадь.
Затем она улыбнулась. В этой улыбке было что-то странное, отчужденное и зловещее. По спине моей пробежали мурашки страха.
- Будешь прислуживать в замке, - спокойно закончила гостья.
Я растерянно кивнула, стараясь унять волнение.
- Поедешь сегодня вместе со мной, - сказав это, она взяла из моих ослабевших рук лилию и, как ни в чем не бывало, пошла дальше.
Жизель между тем схватила меня за ладонь.
- Это…это…, - подруга открывала рот и закрывала снова, пока не поймала грозный взгляд мисс Росс.
«Это странно, восхитительно, пугающе, великолепно», - мысленно я продолжила речь Жизель.
Неужели моя приютская жизнь закончится прямо сегодня? Неужели я буду прислуживать в великолепном замке с прекрасными окнами, высокими башнями и цветочными садами?
В душе появилось радостное предвкушение новой жизни. Только противный голос сомнения шептал: «Почему она выбрала именно тебя, Марго?»
«Потому что я спасла ее сына, наверняка госпожа за это благодарна», - отвечал голос разума.
«Зачем леди упомянула твою кровь?»
«Просто она весьма эксцентрична, как и все аристократы…»
- Маргарита! Маргарита!
Я очнулась, услышав звук своего имени. Надо мной снова нависло хмурое лицо мисс Росс. По поднявшемуся шуму стало понятно, что гостья покинула столовую.
- Тебе нужно собрать вещи, Маргарита, - взгляд наставницы смягчился. - Впереди долгая дорога до замка Лейстрим.
- Лейстрим, - повторила я, вспомнив, что именно так называются ирландские владения Райвенов.
Жизель похлопала меня по плечу, на глаза ее навернулись слезы:
- Ты ведь будешь звонить? Мы же друзья навек?
- Друзья навек, - я обняла Жизель. О, как мне хотелось взять ее с собой! Быть может, вскоре Райвенам понадобится еще кто-то из прислуги.
- Буду звонить и писать, милая Жизель.
Тем временем наставница вцепилась рукой в мое плечо:
- Поторопись, Марго, - в глазах ее мелькнуло что-то отдаленно похожее на сожаление. Мисс Росс вздохнула, покачала головой и отправилась со мной в спальню. Жизель следовала за нами по пятам, бледная, как привидение.
- Не забудь чулки.
- Ты ведь будешь звонить?
- Теплое платье, шарф и белье.
- А телефонный номер приюта помнишь?
Голоса наставницы и подруги перемешались в голове, я периодически кивала и говорила «да».
От волнения происходящее казалось нереальным. Возможно, на самом деле это всего лишь очередной сон в комнате наказаний. Стоит только проснуться, и…
- Что «да»? - Жизель начала трясти меня за плечи, - я спросила, когда мы встретимся снова?
- Прости, - собственный голос прозвучал отстраненно. – Прости, Жизель, думаю, скоро. У меня ведь будут выходные, и мы поедем на дублинскую ярмарку вместе, как и планировали.
Похоже, этот ответ вполне устроил подругу. По крайней мере, с ее лица исчезла бледность, а на щеках появился румянец.
- Да, Марго. Жду не дождусь, - она подхватила зонтик и сумку с пирожками, которые положила в дорогу непривычно щедрая мисс Росс.
По коридору мы втроём шли молча. Я наблюдала за игрой полуденных теней. Узорчатая тень от клена трепетала на полу, а эта, похожая на зайца, - от уродливого кактуса на подоконнике. Помню в детстве Жизель очень боялась этих мрачных силуэтов, созданных фантазией и полумраком.
Как же она будет теперь без меня? Надеюсь, мы действительно скоро встретимся, хочу верить, что подругу никто из приютских обижать не будет.
С этими мыслями я дошла до парадной. Жизель всхлипнула и обняла меня, уткнувшись носом в плечо:
- Все случилось так быстро. Береги себя, счастливая Марго!
Сверху послышались шаги. Я обернулась, увидела красноватый силуэт госпожи Райвен, вежливо поклонилась и с надеждой на нее взглянула.
Леди лишь поджала губы и кивнула. За ее спиной маячила чья-то тень.
Знакомый серый плащ, важность индюка и аккуратные бакенбарды на полном лице.
- Барри Хеббер! - Изумленно сказала я, переводя взгляд со своего бывшего попутчика в электробусе на новую госпожу.
- О, Марго, - он приветливо помахал мне рукой, - какая встреча. До чего унылое место, хочу сказать, и как ты жила здесь столько лет, бедняжка?
Он подошел ко мне и почти по-отечески обнял, если не считать, что его правая рука хищно схватила меня за талию.
- Мистер Хеббер? Откуда вы знаете мое имя? - Из всех возможных вопросов я отчего-то задала именно этот, самый деликатный.
Наверняка госпожа решит, что у новой прислуги плохие манеры, да и бог с ней. Меня съедало любопытство.
Жизель молча переводила взгляд с Хеббера на меня, мисс Росс застыла подобно каменному изваянию, а на лице Кларисы Райвен возникло едва заметное волнение.
Всего на миг воздух вокруг нас словно наполнился электричеством.
- Марго, - мистер Хеббер сжал мою ладонь. - Просто это имя вам очень подходит. Когда мы встретились в электробусе, я сразу подумал: «Эту девушку зовут Маргарита и никак иначе».
«Ложь!» - Кричал ироничный голос в моей голове.
И все же я улыбнулась, сделала реверанс и взяла в руки чемодан с вещами.
- Поторопитесь, - не глядя на нас, сказала госпожа и позвала старуху Крисли, которая с небывалым проворством открыла входную дверь.
Жизель помахала мне рукой, на лице ее отразилось волнение.
- Звони и пиши мне, - сказала подруга одними губами.
И тут я заметила подле нее несколько других девчонок, глядящих мне вслед с завистью. Грозная тень мисс Росс нависала над ними, а любопытный завхоз выглядывал из-за её плеча.
Ну что ж, прощай приют, здравствуй, новая жизнь!
Я улыбнулась, махнула им рукой, и входная дверь со скрипом захлопнулась, отрезая путь к отступлению.
- Пойдем-пойдем, дорогая, - суетился рядом мистер Хеббер, - леди не любит ждать.
Он показал рукой вперед, туда, где блестел великолепный электромобиль цвета летнего неба.
- Ничего себе! – Пробормотала я, стараясь помнить о приличиях и не открывать рот от изумления. Огромная машина сияла в лучах солнца. Из нее вышел водитель и услужливо открыл дверь госпоже Райвен.
Мы с Хеббером подобной чести не удостоились. Я дрожащей рукой взялась за голубую дверцу и устроилась на заднем сидении, взгромоздив чемодан себе на колени.
Барри в мгновение ока оказался рядом со мной, его проворству мог бы позавидовать даже приютский кот.
- Заедем в Дублин, - скучным голосом произнесла госпожа, придирчиво разглядывая свое отражение в зеркале заднего вида.
Машина тронулась, я лишь почувствовала легкое дуновение ветра из окна, мы словно скользили по дороге, плавно и аккуратно, такое непривычное ощущение!
Его не сравнить с тем чувством, которое мне приходилось испытывать, сидя на жестком кресле электробуса и подпрыгивая на каждой кочке.
В салоне висела тишина, от этого сразу стало как-то неловко.
Я взглянула на Барри Хеббера;
- Вы…
- Слуга госпожи Райвен, - с улыбкой произнес он. - Ее доверенный в делах. Вот уже 20 лет, юная мисс.
- О, это очень, очень…, - последние слова от волнения словно замерли у меня на языке.
- Достойно? - подсказал Хеббер.
- Да, - я кивнула, стараясь выдавить вежливую улыбку.
От скорости закружилась голова, мимо нас проносились сосны и клены, синяя полоска неба и летящие на ветру листья.
На миг я закрыла глаза, потом открыла вновь и вдохнула полной грудью свежий весенний воздух.
Сердце бешено стучало от предвкушения новой жизни. Что ждет меня в замке? Быть может, там удастся найти свой дом, добрых друзей, уют и покой, разве не прекрасно?
Моя фантазия рисовала розовощеких кухарок, приветливых горничных и спокойную непыльную работу. Надеюсь, мне дадут должность на кухне.
Вот я подаю пирог в богато обставленный обедненный зал, и мистер Грей с интересом смотрит сначала на пирог, а потом…
Прекрати Марго, перестань думать о том, чего никогда не случится!
Я тяжело вздохнула.
- Вы покраснели, юная мисс, - мистер Барри похлопал меня по плечу, - похоже, сказывается волнение. Не стоит переживать, госпожа неприветлива после долгих поездок.
- Да, - я опустила глаза, - спасибо.
Пусть лучше думает, что мое волнение вызвала мать Грея, вся состоящая из багрового цвета, тяжелого аромата духов и редких снисходительных улыбок.
Между тем машина остановилась.
Мы оказались в центре города на ярмарочной площади. Сегодня шатров здесь было меньше, чем в воскресенье, но запахи сладостей и духов по-прежнему манили.
Клариса Райвен первая вышла из электромобиля и решительно направилась вперед.
Мы с Барри переглянулись и последовали за ней.
Перед глазами мелькала разноцветная ткань шатров, но леди не обращала на них никакого внимания.
Наконец она остановилась перед дверями магазина «Модный салон мадам Дюпье».
Я молча уставилась на великолепную витрину с изящными шляпками, шейными платками, накрахмаленными рубашками и манекенами в вечерних платьях.
Дверь открылась, в ней мелькнул красный силуэт госпожи Райвен.
- Что ты стоишь? - Барри недовольно подтолкнул меня вперед.
- Да…да, - с благоговейным трепетом я двинулась за ним. Приютским девчонкам всегда не хватало смелости зайти внутрь модного салона. Мы – жалкие серые мышки, поджимали хвосты при виде блистательного великолепия, созданного для сильных мира сего.
Внутри пахло фиалками, атласом и дорогим кофе – такие непривычные ароматы.
Рядом с госпожой Райвен суетилась модистка – рыжая веснушчатая девчонка моего возраста.
- Как хорошо, что вы пришли, прекрасная леди! - Она щебетала подобно утренней птахе рядом с величественной фигурой знатной дамы.
Продавщица в белом переднике принесла кофейник, поймав снисходительную улыбку леди Кларисы, которая расположилась на мягком розовом диване в углу салона.
Госпожа сделала глоток и жестом поманила нас с Хеббером, указав на две чашки, наполненные обжигающей черной жидкостью.
Похоже, по местным обычаям слуги пьют те же напитки, что и господа.
Я села на неудобный низкий стул и, слегка поморщившись, сделала пару глотков.
До чего же крепкий здесь кофе!
Барри Хеббер залпом опустошил чашку и усмехнулся, отчего стал похож на довольного кота.
- Как тебе модный салон, приютская мышка?
Я оглядела великолепие шляпок воротников, нижних юбок и модных платьев.
Вздох восхищения вырвался сам, как непрошенный гость:
- Великолепно, сэр.
В этот момент раскрасневшаяся модистка поднесла госпоже коробку, ловко поставила ее на стул и, что-то тихо прошептав, достала оттуда прекрасное белое платье с изящными цветами на поясе, вышивкой на рукавах и белой лентой на подоле.
- Ну как вам, миледи? - Она застыла, как дикий зверек, с надеждой глядя на прямую спину госпожи.
- Платье соответствует меркам? - Строго спросила леди Клариса.
- Да, все по вашему заказу, - смущенно ответила модистка.
- Что ж, оно вполне подходит для майского бала. Упакуйте, Мадлен.
Лицо Мадлен просияло, казалось, еще немного, и модистка пустится в пляс прямо здесь на скользком кафельном полу.
- О, госпожа, может быть, вы желаете приобрести аксессуары, подходящие для этого наряда? Шляпки из самого Лондона, французские духи, яркие ленты, заколки для волос, ажурные чулки или корсеты?
Услышав слово «чулки», Хеббер хмыкнул, а я опустила глаза. Наверняка он думает о чем-то неприличном.
Внезапно Барри наклонился к моему уху:
- Ты любишь загадки, мышка? Леди покупает дорогое белое платье, только для кого?
Никто из нас не знает.
- О, - только и смогла сказать я, - может, это платье предназначено для самой госпожи?
Возможно, она хочет предстать в нем на том самом майском балу?
Хеббер лишь покачал головой:
- Клариса ненавидит белый цвет.
В этот момент платье запаковали, моя новая хозяйка, немного поколебавшись, купила к нему пару белых чулок и велела уложить все в коробки.
- Как дела у вашего сына, миледи? – Заискивающе спросила продавщица.
Улыбка сползла с лица госпожи, а на лбу возникла морщина:
- Все как обычно, Грей слишком молод и безрассуден. Он сейчас мало думает о своем предназначении и чести семьи, но вскоре все переменится. Да, ему придется стать другим.
С этими словами госпожа расплатилась и покинула салон, неопределенно махнув продавщице рукой.
Мы с Хеббером последовали за ней.
Если честно, я бы предпочла изучать модный салон мадам Дюпье весь остаток дня, настолько очаровательны были висящие на стенах шляпы, украшенные целыми клумбами искусственных цветов, нарядные пояса и даже тонкие блестящие булавки, но леди решила иначе, стало быть, Марго придется подчиниться.
За окном вечерело, мы быстро доехали на машине до станции.
- Это дублинский электромобиль. Мы берем его напрокат, - объяснил Барри Хеббер.
- До замка ехать несколько часов, такие расстояния миледи предпочитает преодолевать на паровозе.
Я только кивнула. Приютской девчонке тяжело понять причуды богатых.
Хеббер купил три билета на ближайший поезд, оставив мне на редкость тяжелый чемодан госпожи.
Пришлось, чертыхаясь, тащить его до перрона.
- Проклятье, - шептала я, стараясь не потерять из виду красное платье Клариссы Райвен.
Что же там такое в этом клятом чемодане? Настолько тяжелое и отвратительно гремящее?
- Скржж, - ответил очередным странным звуком чемодан.
- Ты идешь, милочка? - недовольным тоном спросила моя новая хозяйка, и мне пришлось прибавить скорость. Одновременно я старалась не смотреть на Барри, который шел налегке с билетами в руках.
Вот же негодник!
На перроне меня толкнули два нетрезвых джентльмена, какая-то девчонка с рыжими косичками начала показывать пальцем на чемодан в моих руках:
- Мама, мама, там везут заводных кукол?
Между тем леди никак не реагировала на царивший вокруг шум. Она с улыбкой смотрела на синий паровоз, который подъезжал к перрону.
При виде этой гудящей громадины я тоже невольно улыбнулась, на миг позабыв о тяжелом чемодане и излишне проворном Барре Хеббере.
Как жаль, что Жизель не видит слаженно работающие шестеренки колес, яркие синие двери, до блеска начищенные окна и белые шапочки проводников, которые выглядывали из открытых дверей.
Поезд остановился, и леди Клариса вошла внутрь с величием королевы. Ей досталось купе класса люкс, нам же с Хеббером полагался комфорт, о чем свидетельствовала надпись на синих билетах.
Стол, два мягких дивана и радио – в купе было мило и уютно.
Я облегченно вздохнула, убрав чемодан на полку.
Единственное, что меня смущало, – общество ушлого Барри Хеббера, который, подмигнув мне, прошептал:
- Чем займемся, мышка?
«Границы, помни о границах, Марго, - так говорили наставницы. - Нельзя позволять мужчинам лишнего, особенно до свадьбы».
Так как свадьбы у нас с господином Хеббером не предвиделось, я осторожно села, расправила юбку и достала из своего чемодана лист желтой бумаги с механической ручкой:
- Лично я планирую писать подруге, сээр.
Я попыталась вложить в это «сээр» все возможное презрение.
Мой сосед лишь покачал головой:
- Ох, Марго, тебе следует больше беспокоиться о собственном будущем. Замок Райвенов никого не отпускает просто так, особенно перед майским балом, особенно таких, как ты, моя голубая приютская мышка.
- Голубая? - Удивленно переспросила я, но мистер Хеббер закрыл глаза и в тот же миг засопел. От его слов я почувствовала легкую дрожь в районе спины.
Почему слуга госпожи Райвен говорит загадками? И что значит «замок не отпускает»? Он же не живой.
Ответов у меня не было, поэтому я хорошенько расправила лист бумаги и начала писать.
«Дорогая Жизель! Так непривычно, что тебя нет рядом. Не все можно сказать по телефону, поэтому я решила написать письмо».
Ручка на миг замерла в моей руке. По вагону разнесся раскатистый храп Хеббера
«Сейчас мы с мадам и ее любезным слугой едем в замок. Признаться, твою бедную Марго пугает неопределенность. Что скажет Грей, когда увидит меня вновь? Быть может, он даже не запомнил лица девчонки, ночевавшей с ним «У Молли»? Тем лучше.
И все же какая-то часть меня верит, что счастьем работать на самих Райвенов я обязана именно событиям, случившимся в ночь после ярмарки. А вдруг это своего рода благодарность достопочтенной семьи?
Леди Кларисса выглядит слегка надменной, она словно не замечает меня, а когда видит - морщится, как будто перед ней грязное ведро для мусора.
Все же, надеюсь, новая хозяйка будет мной довольна. Ты же знаешь, приютские мышки весьма сноровисты в хозяйстве».
Я вздохнула и аккуратно сложила желтый лист вдвое. Продолжу потом.
За окном мелькнула тень черной птицы, я моргнула, и наваждение исчезло.
Птицы. Снова они.