Глава 19
18 сентября 2022 г. Женя
Пожаровы жили в коттеджном поселке за МКАДом, куда Женю, понятное дело, никто не пустил.
Она приехала на такси, подошла к будке охранника и сказала, что ей нужно срочно увидеть Николая Пожарова. Что это вопрос жизни и смерти.
Демонстративно придерживая свой живот и даже выпячивая его, она сказала, что если ее не пропустят, то она начнет рожать прямо здесь и сейчас. И что ему, этому охраннику, будет очень стыдно.
– Кем вы приходитесь Пожарову? – спросил ее охранник с каменным лицом. Вот просто непроницаемым.
– Это не ваше дело.
– Но вы все равно напрасно приехали. Николай Петрович рано утром уехал на свою ферму, он вообще дома бывает редко.
– Отлично! Это даже еще лучше! Поговорю с его женой!
Охранник ушел в будку, и Женя увидела в окно, что он с кем-то разговаривает по телефону.
Конечно, ее план проникновения в особняк Пожаровых был настолько дерзкими и невероятным, а потому наверняка обреченным на провал, что ее всю колотило. Но попытка не пытка.
– Хорошо, проходите. Вы знаете, где этот дом?
– Пока нет, но вы же мне покажете?
– Вон, видите, желтый с белым, двухэтажный? – И тут он так на нее посмотрел, словно и сам уже понял, что что-то здесь нечисто. Что как это женщина пришла к такому известному человеку, так рвется в его дом, а сама не имеет представления, где он и как выглядит. Будь это мужчина, он точно не пропустил бы его и даже не стал звонить хозяйке. Но тут – глубоко беременная женщина, да еще и с заплаканным лицом. Видать, подумал он, здесь какие-то личные мотивы. И эта беременность.
Так подумала Женя и уверенно двинулась по дорожке в сторону дома.
Подошла к воротам, за которыми просматривался газон с цветами, коснулась их. И они открылись. Значит, Ольга увидела ее и открыла пультом.
Главное, чтобы она не сорвалась, чтобы выдержала свою роль до конца.
Чтобы не сглупила и не выдала себя. Ничем.
Мысль, что об этой ее выходке (иначе этот визит и не назовешь) узнает Борис, заставила ее похолодеть. Он и без того ночью пытался устроить ей разборки, засыпал ее упреками за то, что они вместе с Петром обманули его и отправились в Тамбов вовсе и не за сбором материала для романа, а чтобы раскопать прошлое Савкиной. И сегодня вот она уже здесь и собирается остаться надолго!
Она так быстро, почти бегом, путаясь в длинной широкой юбке, добралась до крыльца, словно у нее и не было этого тяжелого живота. Вот уж точно говорят – охота пуще неволи. Кто же такая эта Ольга Пожарова? И ведь даже имя у нее такое же, как у жены Шахлевича!
– Вы кто? – Перед ней появилась высокая и стройная женщина в брюках и свитере.
Да, если судить по фотографиям, которые ей сегодня рано утром по ее просьбе сбросил Ребров, она на самом деле была очень похожа на Ольгу Шахлевич. Хотя на самом деле, как оказалось, ее звали Алена Чепик. Что это за манера такая – менять имена? Ольга и Алена – это же совершенно разные имена! Разве что эту Алену с детства мама называла Ольгой, к примеру. Ну да ладно. Сейчас это не так уж и важно.
– Вы жена Николая Пожарова?
– Ну я, и что?
– Как видите, – Женя похлопала себя легонько по животу, обтянутому джемпером, – я ждала долгие месяцы, прежде чем решиться встретиться с вами. Но так не делают!
– В смысле? – нахмурилась женщина.
Солнечные лучи играли в ее красно-оранжевых волосах. Лицо ее было бледным, губы не накрашены. Она внимательно разглядывала Женю.
– Я беременна от вашего мужа, чего уж тут непонятного? Или вы не заметили мой живот? Поверьте, он настоящий, хотите докажу?
– Нет-нет, – встрепенулась Пожарова. – Только не это! Я вам верю. И что вы хотите?
– А вы как думаете? Денег, конечно. Про любовь и внимание я уж и не говорю. И ведь он все прекрасно знает, понимает и выдумал, что этот ребенок не его. Ну да, конечно, два года с ним встречались, он квартиру мне, между прочим, снимал, а потом вдруг раз – и исчез? Мне за квартиру платить нечем, а тут еще и роды скоро. Надо же их оплачивать, искать роддом и все такое! Он кинул меня, понимаете?
И тут она схватилась за живот (вот козырь-то!), и лицо ее словно скривилось от боли.
– Бли-и-ин… Между прочим, мне надо вообще лежать на сохранении… Но что мне было делать? У меня закончились все деньги, а трубку он не берет! На мои письма по электронной почте не отвечает. Он вообще жив?
И тут она сделала вид, что и сама испугалась своих слов. Даже прикрыла ладонью рот, как если бы сморозила лишнее.
– Жив. Заходите, поговорим.
Такая странная реакция жены на новость, что ее муж скоро станет отцом, удивила Женю. Хотя кто знает, какие отношения их связывают?
– Можете не разуваться, – бросила Пожарова через плечо, кивком показывая, куда идти.
Конечно, на кухню. Куда еще можно пригласить нахальную любовницу мужа, которая к тому же еще и на сносях?
Дом прекрасный, просторный, кухня удобная, большая, залитая солнцем. Конечно, дом братьев Бронниковых куда шикарнее и богаче, но и здесь было красиво и уютно. Вот только, в отличие от своего дома, своей кухни, здесь совсем не пахло едой.
– Вас как зовут?
– Женя, – машинально ответила Женя, хотя планировала назваться если и не Эсмеральдой, то хотя бы простецки – Дашей.
– Меня зовут Ольга. Присаживайтесь. Чаю?
– Можно. Мне бы еще и бутерброд какой, с самого утра ничего не ела. Это ничего, что я так нахально?
Ольга вздохнула и принялась хлопотать, сварила кофе, потом, опомнившись, вскипятила чай. Нарезала батон, колбасу, сыр.
– Быть может, вы не верите, что ваш муж был со мной все эти два года? Так я могу вам показать наши совместные фотографии…
И тут Женя, рискуя всем на свете, принялась листать в своей телефонной галерее сляпанные ночью фотографии с изображением пары – мужчина в компании или в обнимку с рыжеволосой красавицей (и не Женей!). Расчет был прост – жена первым делом обратит внимание на фото мужчины, а у изображенной на снимке женщины запомнит лишь рыжие кудри.
– Что? – Ольга вдруг выхватила телефон из руки Жени и поднесла поближе к глазам. – Не поняла. Кто это?
Женька обмерла. Сейчас она скажет, что эта рыжая девка на фотографии совсем не похожа на нее. Вот этого она боялась больше всего.
– Но это не мой муж! – ухмыльнулась она, придвигая машинально к Женьке сахарницу. – Вы ошиблись, дорогая.
– Но вашего мужа зовут Николай Пожаров? Он работает в нефтяной компании каким-то там инженером? Во всяком случае, он так мне говорил. У него и деньги водились, и дом ваш шикарный… Что не так?
– Да все не так, – теперь уже Ольга даже улыбнулась, но улыбка ее вышла грустной. – Говорю же, это не мой муж. Хотя его зовут так же. Николай Петрович Пожаров.
– Я отчества Коли и не знаю…
– Мой муж – фермер. Сыровар.
Теперь уже Женька, как бы на эмоциях, выхватила свой телефон и вперилась взглядом в фотографии.
– Получается, что я перепутала? С таким трудом (мне подруга помогла, у нее муж в органах работает) разыскала вас и, оказывается, потревожила совершенно чужую семью? Такое наговорила?! Господи, простите меня, пожалуйста…
И тут она, зажмурившись, с большим трудом, вспоминая недавно просмотренную мелодраму, выдавила из себя слезы. И запричитала, типа, что я натворила, перепугала ее, Ольгу, заставила волноваться, страдать.
– Да ладно вам, главное, что разобрались. Вы ешьте, Женечка, ешьте. Если хотите, я помогу вам найти вашего Колю.
– Вы что, тоже в органах работаете?
– Нет. Просто я помогу вам с деньгами, а вы наймете частного детектива, и вам его найдут. Хотя если он исчез из вашей жизни, то не думаю, что он поможет вам. Сволочь он, этот ваш Коля.
Как же она переменилась, эта Ольга. Успокоилась, бедняжка. Еще бы – сначала узнать, что муж гуляет, а теперь вот выяснилось, что это не он.
– А я вина выпью, – уже весело сказала Пожарова и достала вина. Налила себе в бокал и выпила. – Винограду хотите?
– Да кто ж его не хочет?!
Ну вот, собственно говоря, и все! Полчаса – и они стали чуть ли не подружками!
Конечно, вот так взять и спросить в лоб, знакома ли она с Максом Шахлевичем, она не может. Но порыться в ее документах, чтобы увидеть паспорт, положить в сумку бокал с отпечатками ее пальцев, расческу с волосом, а потом, если получится, умыкнуть с собой и зубную щетку самого Пожарова (на всякий случай!) – вот за этим она здесь.
– Значит, ваш муж – сыровар! Как интересно! Никогда не видела, как варят сыр.
– Конечно, интересно. Он не простой сыр варит, у него разные сыры. У нас производят пармезан и горгонзолу, которые совсем не уступают итальянским, соус песто с базиликом и орехами, классические чеддер и гауду, грюйер и моцареллу, а также авторские экосыры…
– Какие же вы молодцы? Значит, и вы тоже все знаете о сыре?
– Ну не все, этим мой муж занимается в основном. Но кое-что знаю. И ужасно люблю бывать на сыроварне, пробовать свежий сыр, всегда прихватываю с собой вот это красное вино.
– Вот бы увидеть хоть краешком глаза, как все это делается…
– Да без проблем! Оставайтесь сегодня у нас, дом большой, как видите, места много. А утром я организую вам экскурсию. Вы как? Время есть? Вас никто не спохватится?
– Здорово! Подруге только позвоню, она за меня сейчас переживает, и все… Если это вас, конечно, не напряжет.
– Так звоните! Успокойте. Скажите, что жена вашего Коли вас не придушила! – И Ольга расхохоталась. – Ну и ну! Вот это история! Просто-таки анекдот!
– А если бы это оказалось правдой, вы бы расстроились, да?
– Не знаю… У меня детей нет, а очень хотелось бы. Может, я попросила бы вас отдать нам ребенка, ну, если он вам не нужен, к примеру. Знаете же, как это бывает. Не знаю… Трудно сейчас сказать.
– Не знаю, как другие, но я бы точно не отдала, – сказала Женя.
– Послушайте, вы перенервничали, устали. Давайте я уложу вас отдохнуть. Мне трудно, конечно, себе представить, каково это – ходить с таким животом и носить в себе ребенка… Кстати, какой месяц?
– Двадцать шесть недель, – легко солгала она.
– Ого! Почти семь месяцев! Многие рожают именно в семь месяцев. Но, надеюсь, с вами этого не случится.
– Надеюсь.
Женя и сама была бы рада прилечь, отдохнуть и хотя бы немного успокоиться. Хотя физически она, может, и отдохнула бы в чужом доме, но вот что касается ее душевного состояния, то сейчас она была близка к настоящей панике!
Она так разволновалась, что на самом деле испугалась за свое здоровье, и мысль, что у нее вот здесь вдруг начнутся преждевременные роды, убивала. Воображение ее нарисовало вполне себе реальные картины будущего: машина «Скорой помощи» рядом с воротами дома Пожаровых, страшное лицо Бориса, заплаканные глаза Тони…
Уф, и как это она вообще решилась воплотить свой план в жизнь? Вероятно, она будет плохой матерью, раз позволила себе такое.
Но она уже здесь, а потому надо довести дело до конца.
– Хорошо. Я действительно переволновалась.
Ольга привела ее в спальню, видимо предназначенную для гостей, поскольку в комнате не было ни одного признака присутствия человека – ни одного предмета на туалетном столике, ни оставленного халата или расчески, ни флакона духов, ничего! Просто аккуратно застеленная двуспальная кровать и пустой, как выяснилось позже, шкаф.
Она легла, Ольга заботливо укрыла ее одеялом.
– Кому рассказать – не поверят! – Она все еще находилась под впечатлением происходящего. – Если вы вдруг почувствуете себя плохо, сразу скажите.
Она на самом деле испугалась, что Женя может родить прямо здесь.
– Ну ладно. Отдыхайте. Скоро будем обедать.
– Вы сами готовите или у вас есть домработница?
Вот будет номер, если окажется, что домработница Шахлевича Оксана работает на два дома, как Труффальдино!
– Нет. Я все делаю сама. Научилась. Не доверяю чужим людям. Даже здесь, в нашем поселке, знаете, сколько нехороших историй случилось с домработницами? Воруют, спят с хозяевами, продают информацию. Нет-нет, единственный, кого я приглашаю, это садовника, это для меня трудно – косить газон, подстригать кусты и все такое. А прибираться в доме? Готовить? Это нетрудно. Полы пылесосит робот-пылесос, машинка стирает белье, которое я принципиально не глажу, не вижу в этом смысла. А готовить я и сама люблю. Вот так.
– Понятно.
– Кстати, сейчас должен прийти садовник, я должна показать ему фронт работ. А вы отдыхайте. Окно открою, сегодня тепло. А то здесь какой-то затхлый воздух, давно не проветривали.
Она открыла окно.
– Подождите! А как ваш муж отнесется к тому, что я здесь… у вас?
– Да нормально. Скажу как есть. У меня от него нет секретов. Больше вам скажу – вот он может реально вам помочь. Оплатить квартиру, к примеру, на год вперед, дать денег. Он такой. Любит помогать людям. Ну все? Я пошла?
И она ушла. Женя некоторое время лежала, прислушиваясь к звукам, пока не поняла, что Ольга вышла из дома, а вскоре за окном раздались голоса.
Женя встала и подошла к окну. В саду разговаривали двое – Ольга и мужчина в зеленом комбинезоне, садовник. Она показывала ему на какое-то растение, что-то говорила.
Было самое время действовать.