Глава 11
Митя: Сейчас!
Так же шустро, как забрался, он спустился с Херакла и метнулся за дверь. За ней с полминуты слышалась какая-то возня, а потом пред очи Скрепыша предстало нечто на платформе с колёсиками, с вытянутым конусообразным телом, которое венчала овальная, чуть приплюснутая голова. На ней размещался большой экран, и на нем светились большие голубые глаза. Робот ростом чуть выше Мити имел аж четыре руки. Правда, вторая пара плотно прижималась к телу и была почти не видна.
Митя: Это GI-AF-11R!
Голубые глаза дёрнулись и изменились, из-за чего возникло полное ощущение, что МАР потупился.
Скрепыш: Хм… не припомню такого робота у нас.
Митя: В этом всё и дело! GI-AF-11R работал-работал. А потом его отправили в шкаф и уже больше двух лет не используют!
Скрепыш: А ты нашёл?
Митя: GI-AF-11R умеет подзаряжаться и однажды смог подать мне сигнал. И теперь мы дружим.
GI-AF-11R чуть переместился за Митю. Тот же выдвинулся вперёд, встав между новым другом и Хераклом.
Ася: Дружите?
Митя уверенно кивнул.
Митя: Я его в обиду не дам! Он не заслужил!
Cкрепыш и Ася ошарашенно рассматривали GI-AF-11R и Митю. Последний выглядел решительно, чего никак нельзя было сказать о новом приятеле. Наконец Ася спохватилась.
Ася: Митенька, никто и не собирается обижать Гла… Тьфу, Скрепыш, переименуй его в… Глафиру. Или Глашу. Вы не против, лепшие друзья?
Голубые глазки на экране изменились, и создалось полное впечатление улыбки. А потом из робота раздался тихий мелодичный голос и нежно произнёс: «Глаша». Митя разве что не засиял. Ася усмехнулась.
Скрепыш: Понял, будет Глаша.
Ася - Скрепыш: А как вышло, что во время инвентаризации мы её проморгали?
Скрепыш - Ася: Хороший вопрос. может, она у кого из начальства пряталась? Мы не вскрывали кабинеты высшего менеджмента.
Глаша: Спасибо. Я готов… готова помогать. Мне не нравится стоять в шкафу. Я могу выполнять функции курьера, баристы и частично помощника-секретаря.
Ася: Какое очарование. Глаша, милая, мы обязательно подумаем, чем тебя занять. А ты… в чьём шкафу стояла?
Глаша: Комсдаря Николы Ермолаева. А до этого я помогала его супруге комсдарыне Ирине Ермолаевой. Потом она перевела меня с производства в офис и отдала комсдарю Ермолаеву. Он сначала использовал. А потом поставил в шкаф.
Глаза Глаши вновь изменились, изобразив грусть.
Ну, вот и объяснение. Ася прислала Скрепышу в личку большой палец.
Ася: Понятно… Митя, ты молодец. Глаша, давай так. Мне надо будет с тобой пообщаться, но уже завтра. Сейчас Скрепыш тут пошуршит, а потом езжайте ко мне в кабинет в отдел техподдержки и…
В этот момент все трое как по команде повернулись в сторону лестницы.
Ася: Что там ещё случилось?
Скрепыш: В нашу сторону движется ещё один робот.
Ася: Митя, ты нашёл ещё какого-то друга?
Митя: Нет. Глаша, твой знакомый?
Она помотала крутящейся головой и продублировала ответ.
Глаша: Нет.
Скрепыш: Это Иннокентий Геннадич, робот службы безопасности.
Крис: О, а я его знаю. Он кидался папками в сотрудников и пропуском в Сашу.
Это она написала в общий чат.
Ася: И поил их чаем. Ночью, по время нашествия Мить. Чуть до конфуза не дошло.
Скрепыш: Я после этого не видел его в сети.
Ася: Так, ребятки, давайте-ка все за дверь. Надо дело делать, а то ещё кто-нибудь пожалует. Что этому Иннокентию Геннадичу понадобилось-то здесь ночью? Не все безопасники чаем напоены до жёлтых глаз?
Все трое послушно прошли вперёд и закрыли за собой дверь. Херакл потопал к кабинету Рогозина. Митя с Глашей, трогательно держась за руки, двигались сзади.
Скрепыш: Что-то он быстро перемещается.
В этот момент дверь за их спинами дёрнули сначала в одну сторону, потом в другую. Искин усмехнулся.
Ася: В кои-то веке местная паранойя играет нам в пользу.
Скрепыш: Думаешь, Иннокентий Геннадич играет против нас?
Ася: Да кто ж его такого загадочного знает? Митя, Глаша, вы ему ничем насолить не могли?
Оба тут же открестились от этаких подвигов.
Скрепыш: Да в корзину его. На этаж он не пройдёт.
Ася: А выходить как будешь?
Скрепыш: Перехвачу управление, если что.
Дверь продолжала дёргаться. Херакл как раз дошёл до нужного кабинета и принялся его вскрывать.
Скрепыш: Новый код поставили. Как дети, честное слово.
Ася: Защита внутри компании не рассчитана на этаких умельцев, как ты.
Митя: Иннокентий Геннадич ушёл!
Дверь, ведущая к площадке, куда выходила лестница и лифты, действительно перестала сотрясаться.
Ася: Одной проблемой меньше.
Одновременно с её словами что-то цокнуло, и дверь уже в кабинет открылась.
Скрепыш: Двумя.
Он принялся изучать косяк.
Скрепыш: Ага, нашёл. Во Розга его разхреначил!
Крис: Саша занимается борьбой и регулярно ходит в спортзал.
Прозвучало так, будто это было её личным достижением.
Ася: Нам совсем ничего не вытянуть из жучка, Скреп?
Скрепыш: Сейчас, я…
В этот момент что-то оглушительно заскрипело. Все трое высунулись в коридор и увидели, как пол ходит ходуном. Вернее, не весь пол, а небольшой участок в десятке шагов от них.
Ася: Что происходит? Землетрясение?
Крис: Последнее землетрясение на Эрешкигали зафиксировало 137 лет назад.
Тут люк в полу, совершенно незаметный ранее, открылся, и в коридор вылез Иннокентий Геннадич.
— Нарушитель! — проговорил он вслух металлическим скрипучим голосом. — Нарушитель!
Тут на внутреннем экране Скрепыша, причём так, что увидели и Крис, и Ася, высветилось: «ОПАСНОСТЬ! ВРАЖДЕБНЫЙ ЧОР! АКТИВИРОВАН БОЕВОЙ РЕЖИМ!»
Ася: Да что, млин, происходит?!
Скрепыш: У меня есть боевой режим?!
Крис: Вау!
Ася: Трындец!
Иннокентий Геннадич приближался и, несмотря на свою раскраску под красный кирпич, совершенно не выглядел смешным. Особенно когда откуда-то из его недр выдвинулись два ствола, подозрительно ассоциирующиеся с оружием.
Буквально через мгновение после этого на внутреннем экране Скрепыша высветилось: «Скунс-14, газовый баллончик, действующее вещество — олеорезин капсикум, имитация пистолета, 2 шт.»
— Нарушитель! — Иннокентий Геннадич продолжал вещать вслух. — Вы обнаружены! Оставайтесь на месте и не двигайтесь!
«При попадании на кожу вызывает сильное жжение, при попадании в глаза и верхние дыхательные пути — сильную боль, слезотечение, чихание и пр.
Безопасен для роботов».
Крис: Из какого века эта жестянка? Кто сейчас пользуется олеорезином?
Скрепыш из этого всего выделил в первую очередь «Безопасен для роботов». Он уже хотел было ответить Иннокентию Геннадичу, но на внутреннем экране появилась ещё одна надпись: «Применить обезвреживание?», и искин, шалея от открывшихся способностей, выбрал «Да».
В следующий миг Херакл стремительно шагнул вперёд, и в Иннокентия Геннадича полетел тяжёлый кулак. Однако робот-безопасник перехватил его и ударил в ответ, целясь в экран на голове. Вторая рука Скрепыша метнулась вверх, а сам он отклонился вправо, так что кулак Иннокентия Геннадича ушёл в сторону.
Ася: Митя! Глаша! Прячьтесь!
Маленькие роботы шмыгнули обратно в кабинет.
Ася: Мать моя женщина, что, хрять, происходит?!
Правая рука Херакла и левая Иннокентия Геннадича так и оставались сцепленными, однако свободные руки и ноги активно пытались достать противника. Удар — блок. Удар — блок. Обманка — удар — блок. Со стороны могло показаться, что они отыгрывают какое-то странный ритуал или играют, качаясь на месте.
Скрепыш: Ася, теперь я понимаю, что ты чувствовала, ничем не управляя.
Ася: Ты вообще это не контролируешь?
Искин хотел было признаться, что нет, но на внутреннем экране загорелось: «Анализ: Техника-1 — результат неудовлетворительный. Переключиться на Технику-2?» Пришлось подтверждать, коль уж ввязался в это. Стиль ударов тут же сменился, но правую руку высвободить не удалось. Скрепышу показалось, что Иннокентий Геннадич тоже стал бить и защищаться каким-то другим способом. Из-за этого они начали кружиться на месте, будто соединение их рук было неким центром, вокруг которого они выплясывали странный танец.
«Анализ: Техника-2 — результат неудовлетворительный. Переключиться на Технику-3?» — не успокаивалась некая незнакомая программа внутри Скрепыша. Он готов был с ней опять согласится, но внезапно пришло сообщение от противника.
Иннокентий Геннадич: Предложили перейти на Технику-3?
Ответил искин, чуть помедлив и подозревая, что его хотят отвлечь.
Скрепыш: Да. Тебе тоже?
Иннокентий Геннадич: Стандартный комплекс. Наши параметры соотносимы. Если продолжим в том же духе, будем драться, пока не кончится заряд.
Скрепыш: Рабочий день начнётся раньше.
Иннокентий Геннадич: Предлагаю тебе сдаться. Я отведу тебя к охране. Пусть люди разбираются.
Скрепыш: А я предлагаю тебе вернуться в кабинет и выпить чаю.
Иннокентий Геннадич: То есть отказываешься? Анализ на основе международной статистики и моего опыта говорит, что без элемента случайности наше противостояние не принесёт результата.
Искин с досадой подумал, что запросто устроил бы ему элемент случайности, если бы заранее изучил, что это за неведомые техники такие внутри него сидят. Может, получилось бы намиксовать чего-нибудь.
Иннокентий Геннадич: Предлагаю перейти на противостояние с элементом случайности.
Звучало максимально подозрительно.
Скрепыш: Например?
Иннокентий Геннадич: Вариантов нет.
В этот момент из кабинета высунулась овальная голова и тут же юркнула обратно. Однако обоим ЧОРам пришло сообщение.
Глаша: Карты?
На том же месте появилась рука с колодой бумажных — бумажных! — карт. У Аси в её виртуальном окошке отпала челюсть.
Иннокентий Геннадич: Отличный вариант. В дурака?
⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷
О странных шумах на начальственном этаже доложила пара охранников, совершавшая обход главного офиса.
— Дверь закрыта, — проговорил Андрей Веснушкин в вижулик, — но у нас есть доступ на вход. Войти?
— Ждите меня! — отрезал Симаков. — Контролируйте ситуацию. Никого не выпускать, никого не впускать! Понапрасну не рисковать!
Не прошло и нескольких минут, как он уже тоже стоял перед нужной дверью, мучимый опасениями и вопросами, что же за ней этакое может происходить.
— Шум прекратился, — доложил Веснушкин. — Но периодически раздаётся какое-то полязгивание.
— Входим, — Симаков достал пистолет. — Команда поддержки — наготове!
Охранники последовали его примеру. Веснушкин пиликнул пропуском, и все трое ввалились в коридор.
Зрелище, представшее перед ними, отпечаталось в их памяти навсегда. Посредине коридора в агрессивных позах стояли два здоровенных — и весьма устаревших — робота и резались в карты. Шлёпали они их на изящный поднос, который над своей головой держал на вытянутых руках невысокий МАР с трогательными голубыми глазками.
⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷
Я с ума с ними сойду!
— Саша! Саша!!! Проснись! Наших бьют!
Крис: Я его уже бужу!
—Что случилось?! — голос прозвучал хрипло и встревоженно.
— Скрепка попал! На него напали! У него есть боевой режим! Сделай что-нибудь!
Увидев выражение лица Розги, я поняла, насколько сумбурно говорю. Я честно хотела переформулировать и даже начала, но вмешалась Крис и всё быстро и чётко изложила. Слава богу!
Судя по тому, как проникновенно матюкнулся Саша, он всё понял.
— Ща разрулю.
Лучшая фраза, которую можно услышать от мужчины, как по мне.
— Хрять!
А вот эта — худшая. В данной ситуации.
— Симаков не отвечает, — пояснил Рогозин.
Митя: Ася! Охрана! У них оружие!
Теперь выругалась уже я и переслала Розге картинку от Мити.
— Да хрять! Откуда там Митя?
Ответить я не успела. Один из охранников, я его уже видела при задержании Усманова, Симаков, кажется, коснулся вижулика, и послышался его голос:
— Виссарион Мирославович, доброй ночи! У нас ЧП.
— Слава богу!
Я понимала, что Саша имеет в виду, что драка не продолжилась, что роботы не напали на людей, что те не начали стрелять. Но Симаков-то этого не знал. Поэтому на его лицо любо-дорого было посмотреть.
— Вы уверены? — осторожно спросил он. — С вами всё в порядке?
События в коридоре я получала через Скрепыша — с его собственных камер и установленных под потолком. Голос Симакова задвоился, и я поняла, что Саша спросонок объединил мой звонок с Симаковским, так что теперь нас там стало трое.
— В полном, — рявкнул Рогозин, включая видео. На картинке он сидел в постели, протирая глаза. — Так, я к ситуации подключился поздно, а вот комсдарыня Нагибко смотрела весь цирк сначала. Она сейчас… Ася, где ты сейчас?
— Дома.
— Тогда… Косдарыня Нагибко ответит на ваши вопросы удалённо, если вам нужны разъяснения. Просто имейте в виду, что все её действия санкционированы мной, это мой человек.
Прозвучало как-то так… Тепло. Прям приятно.
— Вас понял, — ответил Симаков. — Комсдарыня Нагибко, какие действия следует предпринять насчёт роботов?
— Кирпичного прогоните, он мешает, — велела я. — Остальные сами ко мне придут.
Безопасник принял указания, что-то буркнул своим парням, похимичил с вижуликом, и вскоре кирпичный робот уполз вслед за ними прочь по коридору. Я понадеялась, что на этом инцидент закончен, но как бы не так.
Я попинговала Скрепку — он двигался обратно в отдел, но ответил односложно, пояснив, что сортирует свои файлы. Что у него там могло сбиться?
Минут через пять, когда я уже собиралась обратно лечь спать, вжруг зазвонил рабочий вижулик. Я аж подлетела — кто станет среди ночи звонить?! Но, конечно, это оказался безопасник.
— Комсдарыня Нагибко, — Симаков говорил официально, но взгляд у него был странный. — Комсдарь Рогозин сказал, вы объясните, что за цирк устроили эти роботы на начальственном этаже.
Я вздохнула и включила видео. И тут же об этом пожалела, когда осознала, что оказалась в кадре прямо в кружевной ночной сорочке на фоне смятой постели. Попыталась выключить, но почему-то кнопка не срабатывала. Безопасник её заблокировал, что ли? Вижулик-то казённый, мог. Ладно, переживёт как-нибудь моё неглиже, сам виноват. На всякий случай я всё же слезла с кровати и села в офисное кресло в рабочем закутке, где за спиной была только дальняя белая стена.
— Ита-ак? — протянул он, обшаривая меня взглядом.
Вообще обычно мне не нравятся стриженные под ноль мужчины. Я сторонница романтических вихров. Но, прямо скажем, вкусы мои формировались на основании кино, комиксов и прочих медиа, а вовсе не реальной жизни. А в реальной жизни у изучающего меня бритого Симакова были весёлые и очень внимательные глаза, задорная ухмылка и очень, очень мускулистые руки. На камерах наблюдения я как-то не отсекла этот момент, тем более что все мужики были в пиджаках. А тут ткань с металлически отблеском этак засборилась, натянулась… Качество видео в эту эпоху сильно превосходило то, что было в моей прошлой жизни.
— Э-э, что?
— Как возникла ситуация, в связи с которой нам пришлось разгонять роботов, погрязших в азартных играх?
— А-а…
Саша велел Симакову обратиться ко мне с вопросами, так что скрывать не имело смысла. Конечно, никаких рычагов управления безопасником у Рогозина не было — он просто помог парням устроиться на хорошую работу и заверил, что сам радеет за благо компании. Но Симаков мог решить, что нафиг нужны сторонние радетели, а его тёплое место будет надёжнее, если безопасностью будет заниматься он сам, а не кто-то там с идеями. Именно поэтому исходно операция должна была пройти в тайне от СБ. Но теперь они ворвались прямо в разгар событий, и скрывать не имело смысла.
Я пересказала события в общих чертах: мол, так и так, внезапно вспомнили про жучок в кабинете Рогозина, послали Херакла, он наткнулся на Иннокентия Геннадича, они подрались, потом решили вместо этого сразиться в карты.
— А что же вы сразу ко мне не обратились, комсдарыня Ася?
Я вздрогнула. Ну да, Саша же меня так назвал на общем звонке.
— Да как-то… — промямлила я. Под его взглядом было сложновато сосредоточиться, и я снова перевела взгляд на его бицепсы. А плечи-то широченные… — Э-э, ну, это же мой робот-помощник, я его и отправила, с чего мне вас дёргать… У вас работа.
Я снова глянула ему в лицо — нет, эти глаза определённо сбивают меня с мысли! Симаков смотрел на меня с откровенным интересом, и я вдруг поняла, что мой ответ его волнует не так сильно, как то, что он видит перед собой. Его взгляд то и дело соскальзывал с моего лица пониже.
Я заёрзала и попыталась поправить декольте ночнушки как-то так, чтобы это не выглядело реакцией на его внимание. Я вообще к такому не привыкла, чтобы меня знойные широкоплечие мужики взглядом раздевали. Стало жарковато.
— Моя работа, — медленно произнёс он, — как раз и заключается в том, чтобы оберегать прекрасных менеджеров от опасностей вроде битвы роботов. Вы из-за этого жучка так поздно не спите?
Твоё какое дело, хотела спросить я, но прикусила язык. Это-то как раз его дело.
— Перепроверяю за сотрудником кое-что, — зачем-то открестилась я, старательно вспоминая, чем вообще должна заниматься по основной должности. — Решила его уволить, боюсь, как бы не начудил напоследок.
— ФИО, должность? — оживился эсбэшник. — Я с большим удовольствием прослежу за его руками!
И подмигнул этак залихватски. Я поняла, что вжимаюсь в спинку кресла, а с учётом моих ТТХ, я могла её и насквозь продавить.
— СИМАКОВ!
Мы оба дёрнулись. Я уже и забыла, что у меня звонок с Сашей висит — он видео-то выключил, а я решила, что отсоединился…
— Комсдарь Рогозин? — Симаков выпрямился, мгновенно приняв официальный вид.
— Вы чем там занимаетесь? — голос Саши звенел металлом. — Я вас отправил разобраться в ситуации, а вы мне менеджера охмуряете в рабочее время?
— Я…
— Если вам делать нечего, я найду, чем занять! Идите изучите этого робота опасного, мало ли что ещё ему в голову железную взбредёт, ни мне, ни вам диверсанты не нужны!
Симаков открыл рот, закрыл, кинул на меня быстрый взгляд. Я постаралась изобразить на лице невинное недоумение.
— Есть, — выдавил он и поспешно отключился.Я наконец расслабилась и чуть не рухнула вместе с креслом — похоже, успела вползти высоковато по спинке, и теперь корпус перевесил.
— Ася, ты-то куда смотришь там? — буркнул Саша хрипловато после воплей. — До сих пор всех посылала без обиняков, а тут вдруг заробела?
— Да я как-то не ожидала… — начала оправдываться я.
— Или на бицуху его залюбовалась? — хмыкнул Розга. — Я трансляцию получал прямо с твоих глаз. Думал, не замечу?
Я поджала губы.
— На бицухе у него хотя бы глаз нет! А то он так на меня смотрел… И вообще, ты сам мне его подсунул. У меня и так жизнь была непростая, а теперь ещё этот Симаков… Может, и правда с ним роман закрутить, чтобы не создавал мне проблем?
— Я тебе закручу! То есть ему! Губозакаточной машинкой! — воспламенился Саша, и я невольно ухмыльнулась. — Так, иди-ка ты спать на сегодня, а завтра вечером мы с тобой встречаемся в ресторане, подробности позже пришлю.
И отключился. Хм-м, интересно, это будет рабочая встреча или всё-таки, с учётом контекста, свидание?..