33

До ресторана ехать в районе часа, но, кажется, эта поездка будет длиться бесконечно. В голове снова хаос: отец, сестра, суд, Ромино предложение и вишенка на торте моих терзаний – Карина и ее сообщение… Вчера я так и не осмелилась завести с Гаспаровым разговор хотя бы на одну из тревожащих меня тем. Точнее мне просто-напросто не хотелось этого. Я великодушно разрешила взять себе передышку и к моему счастью, Рома дал мне ее, уединившись в своем кабинете за работой, пока я смывала все бередящие душу мысли и побыстрее ложилась в постель. У меня не было настроя ни на секс, ни на хоть какой-то разговор, который стал бы неизбежен, если бы я дождалась Рому. Внутри меня горела симфония агонии. А наутро мне показалось, что все переживания притупились. Вот только уже за завтраком, стоило мне заметить, как Рома увлечен телефоном, под ребрами что-то болезненно кольнуло. И даже его извинения и заверения в том, что это срочное сообщение по работе, не уняли моего смятения. Проклятье, усмехаюсь сама над собой, я превращаюсь в настоящего параноика. Но каким-то образом у меня получается сменить направление мыслей в другую сторону. Заменить их на приятные и позитивные воспоминания, которые успел подарить мне Рома… И мне есть что вспомнить, потому что неделя жизни рядом с ним равняется вечности. – Ты в порядке? – его настороженный голос отвлекает меня от мыслей и, встрепенувшись, я поворачиваю голову в сторону Ромы. – Да. Все хорошо, – натягиваю на лицо улыбку, не хочу, чтобы у него возникли лишние вопросы. – Если не хочешь ехать в город, скажи, я привезу Раю с Пашей к нам. К нам… Прочищаю горло, не позволяя себе принимать услышанное близко к сердцу. – Нет. Все в порядке. Хочу. Я что зря наряжалась? – неожиданно для себя кокетничаю я. Рома улыбается, мощной рукой расслабленно управляя машиной. – Хорошо. – Кивает он. – Значит, мне показалось. – Что показалось? – Что ты нервничаешь, – спокойно поясняет он. – После разговора с Раей ты сама не своя. – Он замолкает, а потом проводит ладонью волосам. – Я доверяю своей сестре, но если она доставляет тебе дискомфорт… Мои глаза расширяются. – Господи, да нет же! – быстро протестую я. Как он вообще мог подумать, что причина моей тревоги в его сестре? – Рая замечательная и я рада, что она пригласила меня. Рома ухмыляется, кивая в такт своим мыслям, а потом произносит каким-то заговорщическим тоном: – Все-таки есть у моей сестры природный дар очаровывать людей. – Думаю, тебя этот природный дар тоже не обошёл стороной. Мы обмениваемся теплыми улыбками, и я несказанно радуюсь нашему мимолетному разговору, а потом Рома протягивает большую ладонь, и я вкладываю в нее свою руку, позволив ему переплести наши пальцы. А сама в это время задумываюсь над тем, как далеко мы продвинулись за столь короткий период наших странных отношений. Сейчас я понимаю, насколько все серьезно, потому что то сообщение впилось мне под кожу, подобно маленькому осколку. Его не видно. И невозможно вытащить, но он есть. А свежая ранка саднит точно так же, как и незнакомое мне ранее чувство ревности. Конечно, Князев регулярно изменял мне, и присутствие посторонних женщин рядом с ним казалось даже нормой. Порой я думала, что действительно ревновала его, но нет, то, что я испытывала к бывшему мужу было больше похоже на обиду. Сейчас же я ощущаю то самое отравляющее чувство, мне хочется всецело владеть Роминым вниманием и не позволять этого ни одной другой женщине. И это чувство настолько осязаемо, что я могу смело заявить, —подобное происходит со мной впервые. Хотя у меня толком то и повода нет. Так же как и нет права на собственничество. И все же я не могу ничего с собой поделать. Теперь даже жалею, что не набралась наглости и не залезла в их переписку. Тогда, возможно, сейчас не мучила бы себя сотнями догадок, от которых в груди переворачивается сердце. Наконец знакомое название ресторана, где меня уже ожидает Рая, появляется на горизонте. Я оживаю, поерзав на сиденье, и уже собираюсь расцепить наши переплетенные пальцы, но Рома не позволяет, сжимая их еще крепче. Он паркуется на обочине, все также не расплетая наших рук, а потом поворачивается ко мне и, гипнотизируя горящими аквамаринами, оставляет на костяшках моих пальцев череду поцелуев. – Обещай, что позвонишь, как только захочешь вернуться домой. Разве может мужчина смотреть так на одну, имея в сердце другую? – Я давно не развлекалась, не думаю, что мне станет скучно, – поддразниваю его и перехожу на легкий смех, когда вижу, как Рома хмурит брови. – Я уже не уверен, что это хорошая идея. – Что? – хихикаю. – Оставлять меня с твоей сестрой? – Я собственник, Тами, мне сложно делить тебя с кем-то, даже если это моя сестра. – Его лицо остается непроницаемым, и я не могу понять, шутит он или говорит серьезно. – Но пожалуй, тебе это действительно нужно. Я имею в виду Раю. – Рома ласково обнимает меня ладонью за щеку, и я тут же льну к его руке, наслаждаясь внезапной беззаботностью между нами. – Ты полжизни провела взаперти, у тебя не было друзей и даже не было возможности поступить в университет. Ты пропустила все веселье, на которое имела полное право. Так что не стану лишать тебя возможности развлечься. От его слов и бархатистого, наполненного заботой голоса мои глаза превращаются в мутные стеклышки. Вот как ему удается пробираться туда, куда до него не удавалось проникнуть ни одному мужчине? – Спасибо, – я несколько робко подаюсь вперед, желая ощутить на себе его теплое дыхание. – Для тебя все что угодно. – Красивые губы напротив изгибаются в томной ухмылке. – А чем займешься ты? – завожу руку за затылок Ромы и вплетаю пальцы в его густые волосы. Мне нравится прикасаться к нему. Он так приятно пахнет. Мечтаю зарыться в крепкую мужскую шею лицом и задохнуться им. Из-за этого становится сложно испытывать злость, которую вызвало то самое сообщение. – За меня не волнуйся, красавица, у меня есть пара дел в городе, а если вы еще не освободитесь, я придумаю, как скоротать время. – Рома надавливает большим пальцем на мои губы, и я шумно выдыхаю, ощущая, как быстро наливается тяжестью низ живота. – Сегодня день рождение у моего одноклассника, останется время, заеду поздравлю. Внезапно в сумочке раздается входящий звонок, и я нехотя отстраняюсь от Ромы, а когда замечаю номер Раи, который она прислала мне сегодня днем, демонстрирую экран Роме. – Она невыносима, – отшучивается он, но я заступаюсь за девушку, бросая на Гаспарова осуждающий взгляд. – Просто предупреждаю. – Вскидывает ладони и дарит мне свой прекрасный низкий смех. Боже, я готова есть этот смех ложками. – Она классная. – Вожу указательным пальцем перед носом Ромы, а потом оставляю на его губах быстрый поцелуй, и только собираюсь открыть свою дверцу, как две широкие ладони касаются моего горла и дергают меня навстречу горячему рту, властно набрасывающемуся на мои губы. Сдавленный стон тонет в танце наших языков, который пропускает под моей кожей электрическую паутину. Не давая мне оправиться от внезапного натиска, голодный мужчина углубляет поцелуй, проталкивая в мое горло утробный рык, свидетельствующий о потребности во мне. – Рома… Стон. Еще и еще. – Такая сладкая, Льдинка, – одержимо шепчет он в мои губы и наконец позволяет безумию отпустить нас. – Моя Льдинка, – повторяет он, аккуратно вытирая с моих губ влагу нашей страсти, и я еле сдерживаюсь, чтобы не вобрать его большой палец в рот. Я понимаю, подобный жест станет прямой угрозой моей деловой встречи, на которую мне, кстати, нельзя опаздывать. Только как думать, если между ног все пульсирует от скопившегося в сердцевине жара… Господи… Качаю головой. Мне нужно остыть. – Я позвоню. – Все-таки еще раз целую Рому и вылезаю из салона, прежде чем телефон снова разражается входящим звонком.