Глава 34

Трей

Сон оказался на удивление липким и затягивающим. Даже когда Дана выскользнула из моих рук и невольно выдернула в верхние слои дремы, не смог разлепить глаза. А еще ее успокаивающие прикосновения, поцелуи, шепот, обещающий скорое возвращение, никак не способствовали ясности ума. Я как неразумный малыш соскользнул обратно в забытье. А когда вырвался из него, уже было поздно.

Даны рядом не было. И судя по всему, уже давно. Вспыхнувшие в мгновение ока злость и тревога заставили подскочить с кровати и прислушаться к парной связи.

Куда опять унесло мою неугомонную куколку?!

Зная ее способности находить приключения на свой пушистый хвост и помня еще недавние выпады в сторону Верховного, по душе скользнул холод. И я даже удивился, ощутив ее не так далеко, как думал. И судя по долетающим эмоциям собранности, целеустремленности и легкого раздражения, она была занята чем-то очень важным.

Что могло оказаться важнее данного мне обещания не сбегать?!

Раздражение вспыхнуло с новой силой, я мгновенно сменил ипостась и тихо зарычал. Нагоню эту вредину и укушу за ее аппетитный зад, чтобы больше даже подумать не могла нарушать данное мне слово!

В коридоре хлестнул попавшего под горячую руку Рика легкой альфа-волной. Нечего было заслонять дорогу злому зверю! Молодой волк отшатнулся, болезненно скривился и выронил мобильник, по которому собирался кому-то звонить. И это было меньшее из возможных наказаний за невыполнение приказа своего Альфы. Я же четко сказал никуда не отпускать Дану без сопровождения! И даже смягчающее обстоятельство, что вряд ли бы мой подчиненный смог удержать куколку, не отменяло того факта, что он меня не разбудил. Даже не пытался!

В общем на охоту за своей парой я отправился в самом правильном расположении духа, чтобы нагнать и наказать прямо на месте. Это помогло приглушить тревогу за свою драгоценную половину.

Ведомый чутьем я в мгновение ока оказался на краю центральной площади, которую теперь было не узнать. Большую ее часть занимали алые шатры, которые обрамляли гирлянды из ламп. Под ними расположились столы и пока не распределенный по периметру декор из шаров, лент и каких-то цветов. Туда-сюда по расстеленным деревянным дорожкам сновал народ, перемещающий все это добро из угла в угол, протягивали какие-то провода. Перекрикивались.

Вникать в творившийся хаос рабочего процесса я не планировал. Я пришел конкретно за единственной добычей. Которая прыгала перед сценой размахивая руками. К счастью, без посторонних мужиков рядом. Только стоящие на помосте девушки ее внимательно слушали.

Я незаметно подкрался к куколке ближе, притаился за какой-то огромной колонкой. Осуществлять свой коварный план не торопился. Изначальный гнев несколько утих. Мне нравилось наблюдать за ее работой и полным неведением о предстоящем наказании. Одновременно с этим дивился как уживаются в моей куколке и ранимая мягкая девочка, готовая расплакаться в любой момент, и руководитель, железной рукой расставляющий танцовщиц. И главное, никто с ней не спорил. Даже подходившие с какой-то схемой Лазаревы, быстро выслушали ее мнение и пошли исполнять.

В душе снова всколыхнулась ярость.

Опять она сбежала к этому белому смертнику! Так мало этого, их теперь еще и двое вокруг нее ошивается! Какого хрена?!

Сдерживать свои порывы достать и заклеймить по новой несносную куколку не стал. За считанные секунды достиг цели.

– Только после третьего такта выходите. Поняли? У-яй! – под конец завизжала Дана, отпрыгивая и привлекая всеобщее внимание. – Трей!

Прозвучало мое имя из ее уст возмущенно, но после моя девочка опомнилась, ощутила свою вину и нервно заозиралась по сторонам в поисках путей отступления. Я предупреждающе рыкнул, чтобы даже не думала сбегать. Это я только пока не стал прокусывать насквозь тонкую ткань ее юбки, а стоит ей только дернуться разорву ненавистную тряпку на куски. Представив, как обнажатся манящие своей плавностью бедра, сделал шаг к своей волчице и хищно облизнулся. А она что-то начала тараторить.

– Трей, медовый мой, я правда не думала, что тут все так плохо. Ребята без меня не справлялись. И вообще тут Джошуа… – она снова осмотрела по сторонам и добавила. – Был.

О присутствии здесь сына я знал, и это смягчало тяжесть преступления моей пары, но недостаточно. Еще один шаг в направлении куколки, а в голове бьется мысль, как я провожу языком по стройной ножке и впиваюсь в нее своими зубами.

– И вообще, Рик должен был мне позвонить, когда ты проснешься! Вот ему я голову откручу при встрече! – продолжала искать доводы в свою защиту Дана и невольно отступать.

Зря, это еще сильнее подогрело звериную жажду охоты.

«Беги, красотка», – рыкнул ей и сделал обманный прыжок в ее сторону, вынуждая взвизгнуть и броситься наутек.

Воцарившуюся на праздничной площадке тишину заполнил мой победный вой, и я сорвался следом за шустрой мерцающей Луной. Моей Луной.

Оборачиваться в волчицу она явно не собиралась, но улепетывала со всей возможной скоростью. Правда недостаточно быстро, чтобы скрыться от меня. Периодически ее играючи догонял, перекрывал ей путь, загоняя в сторону леса.

Когда мы скрылись в чаще, я от мягких действий по принуждению волчицы к обороту перешел к требовательным. Уцепив ее за подол юбки, вырвал из него кусок и оставил пару неровных разрезов. От толчка, Дана споткнулась и упала. Я тут же воспользовался ситуацией, навис сверху.

– Трей! – запыхавшись пропищала она и попыталась уползти.

Ухватил ее за вырез топа и буквально перегрыз оный.

– Ты чего делаешь?! – сбиваясь из-за невосстановленного дыхания, испуганно-взволнованно просипела куколка.

И такая она в этот момент была притягательно возбужденная. От тяжелого дыхания ее грудь высоко вздымалась, разгоряченное тело манило пройтись по нему влажным языком. Сейчас наши с волком желания полностью совпадали. Нам требовалось почувствовать свою пару в полной мере, во всех ее обличьях. И если тело девушки мне было доступно практически всегда, то вот волчица лишь однажды раздразнила моего волка своей податливостью и готовностью. Как назло, тогда вмешался Рязанов.

Но теперь нам точно никто не помешает. И от этого предвкушения по венам разливалась расплавленная сталь.

С тихим рыком перекусил и ажурный бюстгальтер. Тягуче медленно провел языком по обнаженной груди, а после легко прикусил затвердевший сосок.

Дана застонала и выгнулась дугой, а пространство заполнил аромат ее возбуждения. Тонкие пальчики зарылись в шерсть на шее, сжимая прошлись по ней, вызвав у меня приятные мурашки и довольное ворчание.

– Да что же ты творишь, извращенец?!

Вопрос явно был риторический, и я повторил все свои действия и с другой нежной вершиной. Теперь ее стон оказался куда протяжней и громче. В нем легко улавливался рык волчицы. А в следующий миг удерживающие меня в ответных объятьях руки разжались и подомной оказалась моя серенькая красавица в своем пушистом обличии.

Пока самодовольно любовался ею, немного отстранился, позволяя вырваться из моего плена. Но ненадолго.

В два прыжка настиг мерцающий хвостик, прикусил у основания, позволил ей ответную «нежность» в виде укуса в плечо. Мы откровенно дурачились, полностью поддавшись звериным инстинктам. И в этом было свое неописуемое удовольствие. Волки живут по другим, нежели люди, законам, не оглядываясь на нормы морали и приличий. И эмоции в звериной ипостаси куда ярче и острее.

В какой-то момент ухватил Дану за загривок и не отпустил, отметив свою победу, подмял под себя и с наслаждением почувствовал, как она, поскуливая от нетерпения, выгибается мне навстречу. И мир перестал существовать для нас обоих. Обоюдные волны удовольствия просто поглощали нас и, сливаясь, превращались в неудержимое цунами.

Под конец мои зубы сжались сильнее в очередной раз отмечая волчицу. Дана, болезненно всхлипнув, резко развернулась, так что мне пришлось выпустить ее из захвата и тут же обновила метку и мне. Я благодарно прошелся языком по ее шее, и куколка, не удержавшись на ослабевших лапах, просто улеглась на землю.

Я расположился рядом, продолжая дарить своей невероятной паре волчьи поцелуи. Когда лизнул ее в нос, она наигранно недовольно зафыркала, отчего я не удержался и повторил. На четвертый «лизь» Дана все же взбодрилась и поднялась.

Правда шла все равно неуверенно. Видимо с непривычки накрыло ее знатно. Я даже заволновался, что зря ее торопил. В конечном счете, какая разница, где лежать, тут или на кровати? Но Дану было уже не остановить. В итоге я встал рядом и шел с ее скоростью, чтобы она в любой момент могла опереться на меня.

Двигалась моя куколка к конкретной цели – своим вещам. Повздыхав над разбросанными в радиусе пары метров лоскутами, она одарила меня осуждающим взглядом. На что я ответил наглым оскалом. Нечего было выпендриваться, может быть, я бы и позволил ей раздеться самостоятельно. Впрочем, нет. Даже если бы не выпендривалась, все равно сделал бы так, как сделал.

Тем временем моя мерцающая нашла среди всего тряпочного хаоса свою сумку, проверила, что та закрыта и ничего не выпало. Собрала ремешок в зубы и выжидающе посмотрела на меня с немым вопросом: «Идем?»

Кивнул ей в ответ и снова встал рядом.

Шли до дома неспеша, наслаждаясь самим процессом прогулки и близостью друг друга. Дана хоть и шла уже уверенно, все равно тесно прижималась к моему боку. И все было хорошо, пока мы не добрались до нашего коттеджа.

Рядом были припаркованы уже три автомобиля, и если мой внедорожник и спорт-кар Эйдана было видеть привычно, то яркую машину Верховного – нет. Спрашивать, что он забыл у нас в гостях было глупо. Поэтому только помянул добрым словом маленькую деревню белых волков и направился к входу.

Думал, придется заталкивать Дану в коттедж силой, но та, прибывая в каких-то своих мыслях, не заметила изменений на подъездной дорожке и даже принюхаться не сподобилась. Так и шагала довольная к дому. Пока в гостиной ее не догнало собственное пренебрежение волчьими инстинктами и внимательностью.

Йен расслаблено расположился на диване и при нашем появлении отсалютовал бокалом с виски. Принюхавшись, я сразу понял, что привез он его с собой из дома. Заманчиво.

Дана от неожиданной встречи испугалась, исчезла под маскировкой, удивилась, заволновалась и попыталась ретироваться, попятившись назад. Закономерно уперлась в меня и вжалась мне в грудь. Тихо проворчал, чтобы перестала нервничать, а когда мерцающая вновь обрела черты подтолкнул ее в сторону лестницы на второй этаж.

Дана непрестанно оглядывалась, а ее чувства можно было бы описать одной фразой: «Да как так-то?!» Собственно, именно это она и сказала, когда мы оказались в спальне и вернули себе человеческий облик.

Я прикрыл плотно дверь и обнял нервно жестикулирующую в сторону коридора руками Дану.

– Вот и я до сих пор не понимаю, как так можно постоянно пренебрегать волчьим чутьем, – легко укорил ее и улыбнулся, наблюдая как куколка молча глотает воздух от возмущения и осознания, что возразить нечего.

– Не понимаю, почему у нас?! Других мест нет? – сдаваясь, обреченно простонала она и уткнулась мне в грудь.

– В этой мелкой деревне? – удивился уже я. – Дан с Агатой у нас в гостях. Так что приход Верховного вполне логичен. Что тебя беспокоит?

– Опять будет мучать и провоцировать? – обреченно-недовольно пробурчала куколка.

Я успокаивающе погладил Дану по спине и твердо заверил:

– Йен уже проверил все, что хотел, принял и озвучил свое решение. За тебя отвечаю я. Он не из тех оборотней, которые на ходу меняют тапки без видимых на то причин.

– Угу, он эти причины создает, – не сдавалась моя недоверчивая Луна.

Я невольно закатил глаза и подумал заключить контракт на крупную поставку дихлофоса, чтобы уже потравить тараканов в голове моей пары.

– Не создаст. Если ты не будешь дерзить и оспаривать право сильнейшего. Тем более если ты переживаешь, никто не заставляет тебя спускаться вниз.

– Я есть хочу, – после недолгих раздумий неуверенно выдала куколка.

– Агата принесет, – заверил я.

Дана огляделась по сторонам, недовольно поморщилась и гордо заявила:

– Вот еще! Я в своем доме прятаться буду?!

Кажется, я нащупал рубильник, переключающий мою волчицу из состояния забитой гаммы как минимум в уверенную бету. Она сильно не терпела ограничения своей свободы. Но с этим мы еще поработаем позже. И над рамками дозволенного тоже. Эх, знала бы она как ей повезло, что именно я заявил на нее права, а не кто-нибудь куда более закостенелый в плане традиционных отношений и положения в этих отношениях женщины.

И как повезло мне встретить эту неугомонную вредину. Не сдержался и тихо рассмеялся.

– Будешь, если начнешь дерзить. Лично хвост откушу, – пообещал с мнимой угрозой в голосе.

– Я буду исключительно жевать, – невинно пообещала мне куколка и выдала самую милую из своих улыбок.

– Тогда переставай нервничать без повода и одевайся, – легко целуя девушку в нос, потребовал я и отправился к шкафу за вещами.

Когда открыл дверцы, спешно отпрянул назад. На меня вывалилась приличная куча пакетов и обувных коробок.

– Это еще что такое? – осматривая свалку из новых вещей, ошарашено поинтересовался я. – Дорогая, ты когда это успела накупить?

Одарил не менее удивленную куколку вопросительным взглядом. Мгновенно пролетевшие в ее голове мысли отразились на лице, и догадка вызвала у нее чувство усталой обреченности.

– Агата, – вздохнула Дана. – Она спасалась от стресса в интернет-магазинах. И вот.

Мерцающая неопределенно обвела рукой образовавшуюся у моих ног свалку. Я устало потер переносицу.

– Хоть бы разобрала…

– Это все надо померить и отложить то, что не подходит, чтобы вернуть, – на свой лад не согласилась Дана и пошла запихивать все добро обратно в шкаф.

Оставалось только радоваться, что в нашем поместье будут раздельные гардеробные.

Кое-как дотянулся до своей рубашки и джинсов, оделся и оставил Дану возиться с ее обновками, напомнив, что жду внизу. Спустившись, тут же получил стакан с виски и расположившись за барной стойкой отсалютовал черным волкам.

– А Дана где? – поинтересовалась Агата.

– Благодаря тебе, не знает, что надеть, – с укором ответил дочери, намекнув на чрезмерный объем ее покупок.

На что та довольно улыбнулась, промямлила что-то о помощи в выборе и отправилась наверх.

Верховный на мое заявление понимающе хмыкнул.

– Радуйся, что у твоей дочери хотя бы вкус не как у моей пары, а то бы… – поморщился он, залпом приговорив свою порцию, и перекочевал с дивана ближе ко мне и стоявшей на стойке бутылке.

Я нервно поперхнулся воздухом и мрачно сказал:

– Сожгу все к чертям собачим. Пусть лучше голая дома сидит.

А после припомнил, как один единственный раз понадеялся, что Дану дома удержит подобная мелочь, как отсутствие вещей. И тоже залпом осушил бокал. Разлил нам по новой.

– Ну, один раз, мама пыталась исправить вкус Агаты, – неожиданно усмехнулся Эйдан, присоединяясь к нам. – Это было занятно…

Хмуро уставился на молодого черного волка, который на мгновение погрузился в приятные воспоминания.

– Но об этом знаешь только ты, – припечатал Йен. – Что неоспоримый плюс.

– Не поспоришь, – согласился его сын и поднял бокал. – За наши стальные нервы.

Выпили молча и не чокаясь, как за упокой.

– Вечер добрый, – раздался голос Даны.

Окинул ее пристальным взглядом. Изумрудный сарафан с рукавами фонариками оказался достаточно приличным. Плотный хлопок свободным волнами расходился вдоль тела полностью скрывая фигуру. Выдохнул, приветственно улыбнулся ей и снова глотнул обжигающий напиток.

– Я думала только русские мужчины пьют молча без закуски, иногда занюхивая соленым огурцом, – осмотрев представшую за кухонной стойкой картину и хихикнув, выдала Дана, после чего полезла в холодильник.

– Я наполовину русский, – хохотнул Эйдан и допил налитое.

– Меня испортила жена, – с ухмылкой выдал Йен и повторил жест.

– А я в процессе трансформации, – наигранно обреченно выдал я и тоже допил виски.

Я потянулся за бутылкой, но ее ненавязчиво от меня отодвинули, заменив тарелкой с мясной нарезкой. Дана быстро сняла с нее защитный целлофан, предлагая все же начать закусывать.

– Не наговаривай, – укорила меня она и сама наполнила всем бокалы. – Я у тебя просто паинька. Лучистое солнышко. Пушистый заинька. Но только тронь мою систему нервную. Я стану злобною, я стану стервою.

И такой улыбкой меня одарила, что на мгновение стало жутко. Возникшую во время речи куколки тишину разорвал безудержный хохот Верховного.

– Трей, если что, я тебе предоставлю политическое убежище, – сквозь смех выдал он.

В итоге я тоже не удержался и рассмеялся.

– Я пока попробую поохранять ее систему… нервную.

После чего помог Дане не только расставить закуски, но и взобраться на высокий стул, пока Агата возилась с разогревом горячего.

– Хороший стишок, я запомню, – ставя перед Даной тарелку с картофелем и мясом, тихо с улыбкой сказала моя дочь, а после и передо мной появилась порция еды.

Из напитков Дана предпочла сок и воду, сказав, что утром ее ждет Кристал на очередную порцию анализов. От предстоящей перспективы куколка поежилась. Пообещал ей, что пойдем вместе, и приобнял свободной рукой. Дана преданно прижалась к моему плечу и стало окончательно хорошо и уютно.

Вообще вечер проходил на удивление спокойно. После ужина мы перебрались в зону гостиной. Дана даже умудрилась заснуть, сидя в моих объятьях. Вымоталась. Да и мне после ранения, несмотря на живительный оборот, все-таки требовался отдых.

Пришлось оставить всех и отнести свою куколку в спальню. Пока ее раздевал, она бормотала что-то несвязное про предстоящий праздник и будильники. Даже порывалась куда-то. Удержал и уложил под одеяло. Только после этого она угомонилась. Быстро раздевшись, лег рядом и притянул вою Луну к себе, втянул аромат спелой дыни и абсолютно счастливый уснул.