Глава 53

Гюнтер вынес зонт.Он стоял над нами, этаким немым укором. И ведь… он в доме от моего рождения, до моего рождения и даже до появления на свет отца. Мог ли он не знать, что происходит?Я не стала выбираться из теплого кокона одеяла.Не мог.Знал. И молчал? Или… клятва крови держала? Но я ведь тоже кровь от крови этого проклятого рода. Во всяком случае, была.Диттер вытащил меня из машины и понес в дом.На паркете оставались грязные следы, а благородные предки молча взирали на нас с портретов. Мой где-то здесь тоже имеется… бабушка заказала, когда поняла, что скоро ее не станет.Она была…Ведьмой.Доброй с теми, кто ей нужен, но и только.На втором этаже свет горел. Свет провели не так и давно… уже после смерти родителей, я помню, подписывала счета, совершенно безумные, к слову, ведь дом старый и со своей спецификой. Стены не хотели принимать провода, а лампы то и дело взрывались.

Но ничего.Пpивык.И мне стоило бы. Дверь в комнату Диттер открыл пинком. И меня на кровать бросил, правда, на этом все хорошее и вселяющее определенные надежды на продолжение вечера закончилось, поскольку инквизитор соизволил удалиться в ванную комнату, а вернулся с полотенцем.

- Ты знаешь, что если много думать, морщины появятся? - поинтересовался он, накрывая меня этим самым полотенцем. - Волосы мокрые… сама мокрая… о чем ты только думала?

- Мертвые не болеют.

- Это науке еще не известно…

От полотенца приторно пахло ванилью. Впрочем, кое в чем он был прав. Мокрая одежда изрядно раздражала,и поэтому от платья я избавилась, как и от белья. Отправила на пол чулки, потянулась и широко зевнула.

- Именно, – Диттер стыдливо отвернулся. Хотя… там, куда отвернулся, зеркало стояло. Хорошее. Большое. - Ложись и отдыхай. Хочешь, горячего молока принесу?

- Не хочу, - я полотенчико поправила, поскольку нечего смущать взор дознавателей этакой нечеловеческою красотой. - Я хочу, чтобы ты со мной посидел. Или опасаешься за честь?

- Не осталось ее.

- У кого?

- Пожалуй, что ни у кого, – признал Диттер и присел рядом. - Это и отвратительно… я привык, что инквизиция стоит на страже добра… а теперь…

А теперь не понятно, где именно добро и вообще…

- Монк сказал, скоро нас ждут перемены, но пока лучше побыть здесь,тем более дело закончить надо и… я тебе соврал. Раньше. На самом деле я так и не придумал, что сестре написать.

Это он у меня совета спрашивает?

- Ничего не пиши, - подумав, решила я.

- Почему?

- Вильгельм сообщит, что ты доблестно погиб при исполнении… если напишешь, получится, что ты знал, что собираешься умереть. Знал и не приехал сказать лично. Не навестил, – я замолчала, подбирая слова. – Это довольно… подло. И не говори, что не хотел беспокоить. Она имеет право знать, понимаешь?

Диттер кивнул, хотя и как-то рассеянно. Похоже, мысли его были где-то далеко от дел насущных.

- Поэтому… при исполнении и никак иначе. Может,тебе и медаль какую выправят? Посмертно?

- Может…

- А хочешь, я денег дам… у меня много… честно говоря, я только и умею, что их зарабатывать… нет,тратить тоже, но зарабатываю все равно больше. На приют вот отпишу, раз уж обещала крышу… и твоей сестре могу.

- Не надо.

- Я не хочу превратиться в старуху Биттершнильц, - почему-то я четко осознавала сейчас, какое будущее меня ждет. И оно, бездна его задери, мне совершенно не нравилось.

Одиночество.Гюнтер единственной компанией, и то пока не состарится… где-то на третьем этаже Рашья со своими девочками, которых, конечно, будут учить и вообще… когда-нибудь она сменит Гюнтера. Девочки… рано говорить, но подруг у меня не было и, крепко подозреваю, не будет.Я или подпишу с ними договор на кровь,или однажды они покинут этот дом. А я… я останусь наедине со своими заводами и фабриками, управляющими, которые будут меняться, не меняя ничего в принципе. С проектами и их воплощением.Финансовые схемы.Потоки.И… проклятье, тоска безбрежная, из которой не вырваться.Не хочу.

…благотворительность не спасет. Во всяком случае та, которой я готова заняться. Поездки по сиротским приютам. Угодливые взрослые, дрессированные дети… меня стошнит на третьем визите. Нет, я лучше чек выпишу, избавляя себя от этого представления. А потому…

- Поцелуй меня, что ли? – как-то безнадежно предложила я. А Диттер взял и исполнил просьбу.

И видят боги, это было хорошо.

…мертвые способны притворяться живыми.Иначе у нас вряд ли что-то получилось бы. Но вот если тепла достаточно для двоих, если сердце начинает стучать быстрее и в принципе… в принципе, я не хочу думать о вещах подобных, поскольку эти мысли здорово опошляют случившееся.

Нет, я не против пошлости. Но… не сейчас.Не здесь.Просто… мертвые способны притворяться живыми, если поделиться с ними силой и этой самой жизнью, которой в нем и так осталось на донышке.Я легла, подперев подбородок рукой.Спит.И сон глубокий, неестественно, я бы сказала, глубокий… дыхание ровное, что хорошо, но тьма в груди свила гнездо, она тоже дремлет,то ли после секса, то ли по воле божественной, главное, что время ещё не вышло. А у меня появляется подленькая мыслишка сделать так, чтобы оно не вышло вовсе. Это ведь несложно, верно?

Бросить все.Уехать.Колонии, Острова… бездна мироздания. Главное, не завершать… и жить… жить вдвоем… он будет делиться со мной силой, а я – заботиться о нем, как умею. Правда, умею я хреновато, надо быть честной с собой, но… со временем научусь.Возможно.Правда, Диттер не согласится. Но у меня осталось то зелье в лаборатории. Одной капли хватит, чтобы решить проблему… интересно, его тоже моя бабка варила? Не удивлюсь, если так…

Я вздохнула.Нет.Я не хочу, чтобы из-за зелья. Мне этого будет недостаточно. Я вздохнула и, наклонившись, коснулась губами щеки. Какая холодная… ледяная просто. Я бы согрела его, но, боюсь, попытайся я сейчас, просто вытяну остатки тепла. А потому лишь поправлю одеяло и уберусь.

Хороший мальчик.И всегда таким был.Правильным.Серьезным.А я? Я… никогда и никого всерьез не принимала. И жить привыкла легко. И эта ночь ничего не изменит. Наверное… я подняла полотенце и на цыпочках вышла в коридор. Дверь закрыла аккуратно. И обернувшись, увидела Вильгельма.

- Он-то хоть выжил? - поинтересовался старший дознаватель, который и сам выглядел не слишком-то хорошо. Он сидел на полу, как был, в одежде. И пальто его кашемировое промокло, а еще пропиталось грязью и дымом.

Огнем.Кровью. Болью… и он принес сладкий вкус чужих страданий.

- Спит, - сказала я, полотенце поправляя. - И жить ещё будет… некоторое время.

- Пока мы…

- Да.

- И что думаешь?

Он смотрел на меня снизу вверх и казался таким ошеломляюще беспомощным, что меня прямо-таки неудержимо тянуло погладить его по волосам и успокоить какой-нибудь глупостью.

- Думаю, свернуть тебе шею, а его забрать и уехать подальше отсюда, - честно призналась я. Правда, добавила. – Только он не согласится, а зелья использовать… это все испортит.

- Есть чему портиться?

- Не знаю, - я вздохнула. - Он… хороший. Я не слишком. И мы на редкость не подходим друг другу…

- Это точно, – Вильгельм потер руку с содранной кожей.

- Наверное, хорошо, что он умрет раньше, чем поймет это, да?

- Наверное…

- Плохо?

Инквизитор, как ни странно, кивнул. А я предложила:

- В кабинете есть виски… я пока оденусь. А ты напивайся, здесь можно… безопасно в какой-то мере…

…он успел выпить.Вытащил самую запыленную бутылку, которую наспех отер рукавом пальто. И устроившись в кресле, стянул заляпанные рыжей грязью ботинки.

- Ваш герр Герман сбежал, - сказал Вильгельм, прижимая бутылку к груди. – Но его найдут… когда-нибудь найдут…

Я не стала спорить.Пусть ищут.Человек он пробивной, сильный,и знает, чего хочет.

- В принципе, он особо и не замешан… так, убрал в стол пару листов с лишними показаниями, подчистил несколько дел… подписал свидетельства о смерти…

…выданные нашим добрым мейстером Биннерхофом.

- Взятки брал опять же… отделался бы каторгой.

О нет, ему на каторге делать нечего. Скорее всего он давно подозревал, что однажды придется покинуть гостеприимный наш городок, а потому, готова поклясться, подготовился. И если так,то найти его будет непросто. Да и кто станет землю рыть ради обыкновенного взяточника? Нет, герр Герман точно знал, когда стоит остановиться.

- А в остальном… - Вильгельм хлебнул из горла и поморщился. – Гадость… ненавижу напиваться.

- Тогда не напивайся.

- А что делать?

Философский вопрос. И ответа у меня нет. Я вздохнула, а Вильгельм опять хлебнул из бутылки.

- Все… просто… на них висела клятва, но Монк избавил… сильный засранец… если готов поделиться наследством, то твои проблемы помогут решить… ещё и подскажут, как именно… она их находила. Она обещала помощь. Правда, стоила та прилично, но… оставалось все равно больше…

- Моя тетка?

- Или твоя сестра. Они обе пропали.

Тетка или сестра…или сестра…

- Когда я только… вернулась… в первую ночь мои кузены попытались разрушить усыпальницу. Все сбежались на грохот… на тетушке было кружевное белье, я еще подумала, кого она в таком виде ждет? А если… вот и связь с Мортимером. И если давняя, то она вполне могла оказаться в курсе дел его старых…

Думать вслух легко.Я представила этих двоих.А почему, собственно говоря, и нет? Она ведь была, как выразился мой дорогой дядюшка – с ним, надеюсь, все в порядке? – хорошенькой. И платье носила с горошками. Что до остального…она ведь тоже ведьмой была, если мой отец с ней связался.Амулет носила?Почему бы и нет… обиделась, когда он не исполнил договор? Определенно. Добавим вторую беременность, выкидыш… достаточно, чтобы обозлиться? Еще как… смерть отца,и вместе с тем я становлюсь законной наследницей.

…что получает тетка?Надо было сразу задержать их всех… и допросить.

- Скажи, – Вильгельм скинул ботинки и пошевелил пальцами. Полосатые носки его были весьма уродливы. - Есть способ оставить его в живых? Свет отказал, а тьма… ей ведь тоже нужны порядочные люди. А этот засранец, мало того, что невезучий,так ещё и порядочный до отвращения.

- Не знаю.

Я… спрошу.У меня накопилось много вопросов. Вот только цена их…

- Кровью поделишься?

Вильгельм приоткрыл глаз.

- Мне немного… тьма любит подарки… особенно от света.

Он кивнул, уточнив:

- Сейчас?

Я прислушалась к себе.Нет.Не время.Пусть ночь и вообще, но… мне нужна передышка. А еще я хочу кое-что сделать. Давно пора бы…Я покинула гостиную. Работать по ночам – признак дурного тона, так говорила бабушка.Почему? Не ответит. И дом промолчит. Ради власти? Но… тогда она бы не успокоилась после смерти деда. Или… она и не успокоилась. Она была частью города, просто незаметной, но в руках ее собрались многие нити. Ей достаточно было шепнуть пару слов, чтобы…В моем кабинете пахло корицей.И свежий кофе подали незамедлительно.

- Γюнтер, - я взглянула на старика по-новому. – Скажите… моя бабушка, фрау Агна… отличалась сложным xарактером, верно?

Он слегка наклонил голову, что можно было счесть за согласие.

- Она ведь не только со мной возилась.

Прикрытые глаза.Отлично.

- Приводила мою сестру сюда?

Удивления нет, следовательно, Гюнтер был в курсе… и допросить бы его, но… Вирхдаммтервег не выдают тех, кого полагают своими. А Гюнтер давно стал членом нашей семьи.

- И в храм тоже?

Легкое пожатие плечами.

- Это она должна была стать наследницей?

Вздох.

- Гюнтер… - я замолчала, пытаясь подобрать подходящие слова. - Говорите уже, право слово, пока я в состоянии выслушать вас. А то ведь и вправду…

…я умерла, но я вернулась и превратилась в помеху. Однако то письмо… бабушка была уверена, что у меня получится воскреснуть. Следовательно… следовательно это было частью одного большого плана.Какого?Она ведь не рассчитывала в самом-то деле занять мое нынешнее немертвое тело? Это слишком уж… фантастично.

- Я не могу, фройляйн, – тихо произнес Гюнтер. – Видит богиня, я бы хотел вам помочь, но клятва держит. Я скажу лишь… вам стоит быть очень осторожной.

Понятно.И не понятно. Я взмахом руки отпустила его, впрочем…

- Погодите. Будьте так любезны вызвать Аарона Марковича. Я напишу несколько писем и… мне понадобится поверенный.

…и что-то подсказывало мне, что делами стоит заняться незамедлительно. Итак. Во-первых, во что обойдется треклятая крыша? Тысяч десяти им хватит? Пускай. И Аарон Маркович проследит, чтобы чек попал в нужные руки. Дальше…Рашья и девочки.Если мои опасения верны, им грозит возвращение на проклятый берег. А значит… снова тысяч десять, но с ограниченным правом распоряжаться. Аарон Маркович присмотрит им дом где-нибудь в городе, желательно, не этом. Счета на девочек с ежемесячной выплатой. Рекомендательные письма… дядя, впрочем, присмотрит, ему я тоже напишу.…если жив останется.Дядя… проще было бы, будь он рядом, но нет же… искать? Времени нет. Я набросала схему. В принципе… титул и майорат… титул – пускай, он не особо, как мне кажется, нужен дядюшке, а вот что касается остального… деньги ему тоже не нужны, но это ещё не повод отдавать их кому-то другому.

Что у нас там…Земли? С землей сложнее всего. Неотчуждаемая собственность, однако… собственность можно заложить, скажем, под триста годовых… мало ли, мне нужны были деньги. А что заложила я ее своей дочерней фирме,так земля моя, что хочу, то и делаю…пока земля моя.Я нехорошо усмехнулась. Продолжим…Фабрики…оборудование… акт списания и передачи, как устаревшего другой моей компании за весьма символическое вознаграждение в тридцать серебряных марок. И тут же – договор аренды по завышенной цене… и добавим штрафные санкции в случае досрочного расторжения.Контракты…Было искушение перезаключить их… нет, это нужно ехать,искать людей, оформлять бумаги… а если проще? Если, скажем, компания, с которой подписаны контракты, будет куплена другой компанией… отлично,и имущество, движимое и недвижимое, отойдет новому владельцу…гуталиновый завод.Вполне доходное производство, но… если взять активы и заложить, скажем, в обмен на получение драгоценностей… а те являются личным имуществом, которое я могу завещать, кому пожелаю…Я улыбалась.Титул? Пожалуйста.Дом.Его я тоже отдам. Но кто бы знал, сколько этот дом требует денег… и не только на оплату слуг.

Аарон Маркович явился несколькими часами позже. Выглядел он уставшим и расстроенным, что, впрочем, нисколько не сказалось на профессиональных его способностях. Он быстро понял, что я делаю,и усмехнулся:

- Да… мне всегда казалось, что ваша бабушка вас серьезно недооценивает…

- А она недооценивала? – я потерла переносицу. Ненавижу много писать, но пришлось… и завещание составить, такое вот, чтобы сестрица моя при всем желании его опротестовать не сумела.

- Ваш дар, дорогая, был нестабилен, а желание учиться…

- Отсутствовало.

- Не то, чтобы… но она не видела в вас искры того таланта, которым обладала сама. Впрочем, как и другого, – Аарон Маркович пролистал черновики. – На это понадобится время и… если хотите оформить все должным образом,то и немалая сумма…

Я открыла ящик стола и вытащила коробку, в которой хранила кое-что на всякий случай. Горсточка неограненных алмазов, пара сапфиров и среднего качества изумруды. Нет,имелись и марки, что бумажные, что чеканные, но драгоценные камни, особенно неоформленные, порой куда как удобнее.

- Хватит? - я высыпала их на носовой платок. - А вот со временем сложнее… его у меня осталось немного.

И Аарон Маркович вздохнул.

- Постарайтесь все-таки… поберечься, - произнес он.

- Постараюсь.