Мы будем вместо нее, твои невесты…

Заброшенная промзона была на Северо-западе. И дорога до места заняла у нас почти час. Как только мы пересекли знак «Добро пожаловать в Литейный район», шоссе мигом испортилось. Виной всему были рабочие раскопки, которые разбили половину шоссе, и Фоме пришлось прилично сбросить скорость. Мы едва тащились и получили редкую возможность наблюдать серый безрадостный пейзаж.

— Жалко мне машину, вашество, — сказал помощник, объезжая выбоины. — А так тише едешь — дальше будешь.

Пришлось согласиться со словами слуги. И «Империал» медленно полз по дороге.

Многоэтажные дома по обе стороны от черной ленты шоссе сменились на невысокие трех-четырехэтажные постройки начала века. Иногда мелькали яркие вывески магазинов. Потом попалась заправка, рядом с которой расположилась автомастерская. Тут Фома и вовсе едва ли не остановился и приподнялся на сиденье, внимательно осматривая дорогу. Глухо выругавшись, он затормозил. Вышел наружу и прошелся перед капотом, что-то пиная на асфальте.

— Здравы будьте, — крикнул парень, который выскочил из мастерской.

Он широкими прыжками преодолел расстояние между нами и поклонился. Потом зыркнул внутрь салона и тотчас отвернулся.

— Что-то случилось, господа хорошие? — заискивающе протянул он.

— Кто-то рассыпал гвозди да саморезы на асфальте, — обманчиво мягко сказал Фома и неожиданно ловко ухватил за ворот парнишку и притянул к себе. — Что ж ты творишь, гад?

— Что? — испуганно проблеял работник и попытался вывернуться.

— Мой хозяин — некромант. Ежели на обратном пути мы колесо пробьем, то он поднимет призраков рядом и заставит их тебя тиранить. Будешь волком выть, молить простить тебя…

— Не губи, добрый человек, — взвизгнул парень и сумел вырваться.

Но к моему удивлению, он не побежал прочь, а метнулся вдоль дороги, выхватывая из пыли между ямами что-то невидимое моему глазу.

Потом вернулся и едва не упал в ноги Фоме.

— Попроси господина, чтобы не губил, — заголосил он.

— Посмотрим, — важно отмахнулся помощник и направился к машине.

Работяга подскочил на ноги и принялся кланяться в пояс. Из его руки высыпалась горсть саморезов. Спохватившись, парень вновь начал поднимать металлический мусор.

— И как ты догадался? — поразился я, когда Фома вернулся в салон.

— Такие вот мастерские чем-то должны жить, — пожал плечами водитель. — А заведение стоит на отшибе и явно не для местных. Оно для тех, кто тут проездом. Через метров пятьсот мы бы заметили, что колесо пробито. Остановились бы и потопали бы обратно, чтобы просить помощи.

— Ловко придумано, — отозвалась Арина Родионовна.

— Дорога чуть дальше расходится на две. Одна из них тянется круг города. А другая идет куда нам надо. Вот с первой тут и хватает потерпевших. Но сегодня работы у них будет немного.

Дальше потянулся заросший травой пустырь, по которому вышагивали цапли. Пучки камышей тянущиеся к небу указывали, на близкую воду. В приоткрытое окно потянуло сыростью.

Полуразрушенная бетонная стена появилась спустя несколько километров. В серых плитах зияли дыры, в которых виднелась ржавая арматура. А вскоре показался открытый провал на месте, где раньше были ворота.

Фома остановил машину у входа и обернулся ко мне:

— Дальше придется пешком, вашество. Здесь поди гвоздей да осколков всяких тьма. Неохота колесо пробить. Шагать-то отсюда до мастерской долго.

Я вышел из машины и зябко поёжился от резкого порыва холодного пронизывающего ветра. Вытащил из кармана копию протокола, всмотрелся в фото, где наши мертвую. И неспешно направился на поиски нужного места.

Между зданиями мануфактур вела одна дорога. Вернее, дорогой это назвать было сложно. От асфальтного покрытия здесь уже давно ничего не осталось, а глубокие выбоины были заполнены стоячей грязной водой, в которой виднелись обломки кирпичей, острые углы жестяных листов и куски битой черепицы. По обе стороны от колеи росла высокая трава.

Арина следовала за мной. И я заметил, как она то и дело озирается по сторонам, рассматривая исписанные выцветшим рисунками остовы кирпичных зданий.

— Жутковато здесь, — протянула она и я кивнул:

— Раньше тут был десяток мануфактур. И где-то…

Я снова взглянул на фотографии. И на одной из них нашел вход в здание, где нашли убитую. Рядом с провалом на месте двери красовалась красно-синяя надпись «Армейцы».

— А вот и подсказка. Это хорошо. Не придется обходить все строения.

Нужная мануфактура нашлась спустя двадцать минут. Я сверился с рисунком и кивнул. Свернул с дороги на едва заметную тропинку, и осторожно зашагал к черному провалу, где когда-то была дверь. С опаской смотря себе под ноги, чтобы не наступить на неожиданный подарок в виде ржавого гвоздя или крупного осколка стекла.

Нужное здание встретило нас темнотой и прохладой. Под ногами захрустел разбросанный мусор, и эхо гулко отдалось в помещении.

На удивление, в старых мануфактурах не было ни души. Обычно, в таких местах на окраинах городов жгли костры бездомные, прятались наркоманы, или проводили свои кровавые ритуалы всякие культисты. Здесь же не было никого. Не наблюдалось никакого присутствия людей. Даже рисунки на фасадах мануфактур были старыми, выцветшими. Это было… странно.

— Вы заметили, что тут нет ни собак ни кошек, — уточнила Арина.

Несмотря на то, что ее шаги были не такими размашистыми, как мои, девушка за мной поспевала.

— Тут нет людей, — я пожал плечами.

— Это никогда не было проблемой для одичавших котов, — возразила Нечаева. — Тут много мышей. А для псов тут хватило бы зайцев, что живут на пустыре.

— И о чем это говорит? — не понял я.

— Не знаю. Но коты и собаки не захотели тут жить… — голос девушки оборвался.

Я обернулся. Арина Родионовн стояла у входа, не решаясь входить в помещение. Она обхватила себя за плечи, как будто ей стало очень холодно и она пыталась согреться.

Я прошел по огромному ангару, где раньше были установлены станки. Сейчас тут остались лишь углубления от штырей, борозды в бетоне и царапины, после демонтажа оборудования. Под самым потолком были согнутые металлические балки, на который я ожидал увидеть голубей. Но их не было. Как и перьев или веточек под ногами.

Призвал тотем, активировал «фонарь Харона». Пространство затянул густой белый туман. Несколько секунд ничего не происходило. А затем, из дымки ко мне потянулись холодные полупрозрачные руки. Тонкие нити жадно присосались ко мне, вытягивая силу. Тут же послышались женские голоса, которые жаловались на голод и просили их покормить.

— Дай хоть немного…

— Милый…

— Как же холодно…

— Одиноко…

Тотем заскрипел и с треском разлетелся, не справившись с нагрузкой. Пришлось ставить ещё три, чтобы снова поймать всех, кто собрался в здании. И я приказал:

— Явитесь!

Туман рассеялся, и передо мной остались семь девушек. Они были невысокими, стройными с темными волосами в белых нарядах. Поначалу я даже решил, что это одна отражающаяся в нескольких зеркалах девушка. Но потом я присмотрелся и понял, что у самой крайней довольно старомодный наряд. Бисер покрывал почти весь подол, который поддерживал металлический каркас. Волосы были собраны в узел на затылке, который оказался скреплен множеством уже немодных шпилек с крупными жемчужинами. Ее яркий макияж был в фаворе во времена смуты и сейчас выглядел пошлым.

Другие девицы словно сошли со страниц модных журналов разных лет. Несмотря на то, что я не был особо сведущ в веяниях моды, но помнил какие туалеты носила моя бабушка. К примеру, фасон платья одной из девушек она предпочитала, когда мне было лет пять. А на той, что была ближе всего ко мне оказался наряд, в котором в прошлом году блистали почти все выпускницы школ.

Все они были словно сестры, рожденные в разные годы. Кроме темных волос и привлекательных лиц, на груди у каждой зияла ужасная рваная рана от ножа. Словно чья-то сильная рука после удара проворачивала оружие внутри тела.

Я узнал Диану, которая смотрела мимо меня с отсутствующим выражением на милом лице. Она казалась грустной и потерянной. Возможно, Диана еще не успела осознать свою ужасную судьбу или просто не смогла смириться с жестокой реальностью. Ее волосы были растрепаны, удерживаясь лишь сатиновой лентой. Платье на ней напоминало свадебное. Оно было длинным, струящимся, из легкой сияющей ткани. Талию обвивал тонкий пояс. Я подумал о том, что нашли ее совершенно обнаженной. А значит, душегуб забрал одежду после смерти девушки.

— Вас убил один человек? — начал я расспросы.

Девушки тотчас закивали.

— Высокий, худой, на вид сорок-сорок пять лет, с бородкой?

Девушки переглянулись и затем одна прошелестела:

— Он умеет менять личины, некромант. Светлый, который вступил на путь тьмы и иллюзий.

— Мастерски способен говорить и убеждать, — добавила вторая.

— Из аристократов? — уточнил я.

— Да, — послышался нестройный ответ.

— Как его зовут?

Здесь меня ждало разочарование. Все дамы называли разные имена.

— Роман…

— Олег…

— Лев…

Одинаковой была только история знакомства. Все девушки были актрисами. Не самыми известными, но по мнению каждой, конечно же, хорошими. Они не были аристократками. И никто не заботился о судьбе любой из них.

— Он познакомился со мной после выступления, — томным голосом сообщила та, которая показалась мне самым давним призраком. — Так красиво ухаживал. Дарил цветы. Стал моим покровителем. И вскоре у нас возник роман.

Остальные закивали, подтверждая, что и у них была похожая история.

— Все было так ярко, — продолжила другая девушка, поправляя тонкую бретельку откровенного платья. — Я никогда не пробовала дорогого вина. Он угощал меня шампанским и кормил устрицами.

— Да, — вторила ей третья. — И был таким обходительным. Таким галантным. Обещал, что я стану его…

— Той самой, — четвертая девушка обмахивалась веером из нежнейших перьев, который висел на петле, обхватывающей ее запястье.

— На одном из ужинов он предложил примерить роскошное свадебное платье. Любимый говорил, что именно в таком хотел бы видеть меня на церемонии.

— Нашей свадьбы, — прошелестела еще одна.

— Я заснула после того, как ощутила странную горечь на дне бокала, — внезапно встрепенулась Диана. — И очнулась там, — она указала в центр помещения.

— И одним точным ударом ритуального ножа Олег убил меня…- прошептала одна из дев.

— Лев…

— Роман…

— Сергей? — спросил я, глядя на Диану.

Та вскинула на меня раненый взгляд и замотала головой. На мгновенье ее лицо показалось почти живым. А потом вновь его заволокло голубоватым вязким маревом.

Я вдруг понял, что всех девушек окружало странная покачивающаяся дымка. Оно распространилось в пространстве, обтекая меня, закручиваясь морозными узорами. Это не было чем-то знакомым.

Голова закружилась, и меня повело в сторону. Разговор затягивался, и все это время, призрачные дамы жадно тянули из меня силу. Тотемы затрещали, готовясь вот-вот разлететься на части от перегрузки. И я глубоко вздохнул, обрывая линии. Но было уже поздно.

Питающие призраков цепочки со звоном разорвались, но духи замерцали. И я увидел хищные усмешки на милых личиках:

— Темный, — зашипели они, перебивая друг друга. — Вкусный. Ты нам понравился. Куда ты уходишь? Останься с нами. У тебя будет целый гарем.

— Семь невест…

— Осилишь? — захихикала девушка в платье из длинных серебристых нитей.

— Не бросай меня, — всхлипнула Диана и протянула ко мне тонкие ладони.

Самая старшая призрачная дама в мгновение оказалась рядом со мной, и прозрачная рука схватила меня за горло. Миг — и искаженное злобой лицо оказалось рядом с моим. Кожу ожег мертвенный холод.

— Или мы тебе не нравимся? — прошипела она.

А через секунду я почувствовал на шее холодные губы. И внутри появилась звенящая пустота, словно бы из меня вытягивали силу.

— Какая… пошлость, — с трудом прохрипел я и быстрым движением призвал миньона, который отбросил призрака, сбив ее с ног.

Наступил на горло «мертвой невесте», и она зашипела, извиваясь и пытаясь встать. Пальцы с красным маникюром царапали бетон.

— Лучше бы вам уйти обратно в астрал, — с трудом ворочая языком, посоветовал я.

Одна из призрачных дев бросилась на миньона, обхватила руками его шею и жадно впилась в него голодным поцелуем. Боец отмахнулся, ударив невесту мечом и оставив глубокую рану, которая проявилась на белом платье кровью. Но ее подруги были уже рядом. Миг — и они прыгнули на помощника, разрывая его на куски. При этом девушки визжали так, что в ушах звенело.

Связывающая линия натянулась и загудела, ещё один тотем с треском разлетелся в лохмотья. И я оборвал нить, отправляя миньона на свое болото. Призвал оставшиеся в наличии пни, и вытащил из межмирья привычного защитника, в щит которого врезались невесты. Это задержало их на одно мгновение, после которого страж был сбит с ног. А голодные невесты присосались к нему, выпивая силу.

Возникший за их спиной палач ударил топором, пытаясь разрубить одну из полупрозрачных дев. Но острое призрачное лезвие оставило только узкую рану на спине противницы. Девушка развернулась, словно змея обвилась вокруг мощного тела и впилась в шею миньона-палача. Тот рывком оторвал ее, накинул ей на голову мешок, блокируя силу, и снова ударил топором, оставив широкую рану на груди. Палач же перехватил оружие и шагнул ко второй. Поднял топор над головой в широком замахе, но дамы оказались быстрее. Две повисли на древке, ещё одна напала со спины, вцепившись зубами в призрачную шею. Она рычала словно дикое животное.

Я попятился, понимая, что из этого боя меня могут вынести вперёд ногами. Обернулся в сторону двери. И увидел Арину Родионовну, которая застыла на входе в помещение, как статуя. Взгляд девушки остановился, словно она была одержимой и боролась с призраком, пытающимся ее подчинить.

Два тотема один за другим с треском разлетелась. И я быстро призвал одного из новых бойцов. И в ангаре захлопали выстрелы. Тяжёлые пули врезались в призрачные тела, пробивая их навылет и сшибая призраков с ног. Девы завизжали, отползая в разные стороны.

— Уходите в астрал! — приказал я, стараясь, чтобы голос звучал твердо.

Одна из «невест» поднялась на ноги:

— Зачем ты так с нами? — всхлипывая уточнила она, глядя на несколько сквозных дырок в теле. — Мы же полюбили тебя, некромант. И хотим, чтобы ты был только наш.

— Уходите по-хорошему! — повторил я. — И заберите свою подругу.

— Не оставляй меня. Не хочу без тебя, — выла Диана отчаянно.

Очередной тотем за моей спиной лопнул, но невесты попятились, одна за другой исчезая в астрале. Голубоватая дымка отползала прочь, оставляя после себя холодный воздух и странный тягучий аромат, напоминающий цветочный.

Арина Родионова вдруг вздрогнула, с удивлением озираясь по сторонам. А я отпустил миньона и снял оставшиеся тотемы.

Земля вдруг встала на дыбы и резко ударила меня, сбивая с ног. Глаза заволокло пеленой. На грудь будто положили тяжёлую плиту.

— Павел Филиппович, — послышался обеспокоенный голос секретаря, который звучал издалека. Но девушка не замолкала, и я отчетливо различил беспокойство в ее голосе.

Это меня удивило. Чего она так кричит? Ведь со мной все нормально. Сейчас только я немножко отдохну, посплю несколько минут — и буду как новый. Заодно пройдет состояние, словно меня сшиб на полной скорости грузовик.

В зале послышались быстрые шаги, и я устало закрыл глаза. Сейчас я немножко посплю, и…

Мысль оборвалась, потому что сознание вдруг меня оставило. И я улетел в черную пустоту, из которой скалились сотни обезображенных, искаженных злобой призрачных лиц…

***

На этом все, любите страну:)

Наградите автора лайком и донатом: https://author.today/work/289020

Ссылка на 4 том здесь: https://author.today/work/295135