Глава 24 Ольга

Глава 24 Ольга

И снова я наступила на те же грабли - влюбилась в мужчину, о котором ничего не знаю. И иду за ним, словно глупый ослик за кучкой сена.

После встречи с Соболевым называть мои прежние чувства к Глебу любовью или даже влюблённостью – вообще смешно.

Почему мы с Димой не сошлись, как тысячи обычных пар? Познакомились, полюбили, поженились, жили долго и счастливо? Потому, наверное, что при обычных обстоятельствах он в мою сторону и не посмотрел бы.

Причина его интереса – мои отношения с Волгиным и эти клятые подписи.

Сейчас он, как и обещал, разберется во всём, и закроет эту страницу своей жизни. Я останусь в прошлом, так или иначе.

Выпив быстро кофе, начинаю собирать вещи.

Скоро проснутся девчонки. Нужно успеть смотать удочки до их появления, чтобы не объяснять ничего сейчас.

Машинально складываю вещи в сумку и возвращаюсь мыслями к Горяинову.

Не знаю, почему он с первого дня ко мне проникся симпатией?

Помню, как робела, когда шеф вызвал впервые в свой кабинет. Коленки тряслись, так было страшно.

- Олюшка, проходи, садись.

Это его отеческое "Олюшка" сбило с толку тогда.

- Наш эйчар сказал, что ты работала в Софтлайн раньше?

- Подрабатывала на первых двух курсах университета. Офис-менеджером.

- Потом окончила полугодичные курсы по тендерам и закупкам, и устроилась в крупнейшее в стране агентство БизнесТрейд, верно?

- Да, Олег Данилович.

- Не буду спрашивать, почему решила перейти к нам. Тут самые высокие зарплаты и лучшая система мотивации, даже по столичным меркам.

Я в то время жутко боялась показаться в глазах высокого начальства неотёсанной провинциалкой. Совершить какую-нибудь ошибку. Хотя была лучшей на курсе, имела нужный опыт и более чем соответствовала занимаемой должности в компании Горяинова.

Отличница, умница, трудяжка. Но в нашем мире женщине нужно быть решительной и не бояться отстаивать свою точку зрения. С этим у меня до сих пор неважно дела обстоят.

В тот день я выходила из кабинета Биг Босса окрылённой! Он собрался внедрять новый софт и доверил мне курировать весь процесс.

- Оля, у тебя контакты же остались? Основная работа будет на айтишкиках, конечно. Но я не понимаю их речь. Что у них ни спросишь, закидывают профессиональной терминологией. А для меня это всё равно, что китайский. Дедушке вовек не разобраться. Будешь вести эту сделку, и держать меня в курсе.

Не сказала бы, что это супер-важное задание. Почти любой бы справился, понятное дело. Но я жутко гордилась тем, что это возложили именно на меня.

Несколько раз Олег Данилович звал с собой обедать, чтобы обсудить дела. Спрашивал про мои успехи в учёбе и сетовал, что дочка его, Дарья, и в половину не столь старательна и трудолюбива.

А для меня такие наши с ним полуформальные встречи и беседы – были как бальзам на душу. Крупица отеческого тепла, которого я никогда не знала.

Вот не помню, чтобы когда-то кому-нибудь завидовала. Если чего-то ещё не имею – значит, не пришло время или недостаточно стараюсь. Главное – шевелиться в направлении мечты.

А вот Дарье начала завидовать. Отвратительное чувство, грызло меня частенько изнутри. Не потому, что она родилась с золотой ложкой во рту и имеет всё, что только ни пожелает.

А потому, что у неё есть любящий отец.

Наверняка Горяинов в курсе драмы, разыгравшейся в его московском офисе. Что "Олюшкин жених" Волгин официально теперь – его потенциальный зять.

Он встанет на сторону Дарьи, тут без вариантов. Любой неравнодушный родитель поступил бы так.

И, тем не менее, я не могу смолчать о том, что мне известно. Нужно хотя бы попытаться предотвратить беду.

Хватаю сумку и крадучись выхожу в коридор. Спускаюсь по лестнице, никого не встретив. Такси уже ждёт у ворот.

Пока еду в аэропорт, прокручиваю в голове события последних дней. Перед внутренним взором мелькают картинки сегодняшней ночи. И слёзы наворачиваются на глаза.

Соболев моего поведения не поймёт. Ослушалась его и заняла противоположную сторону.

А для меня эта позиция – единственно верная сейчас.

***

После посадки в Шереметьево проверяю входящие. Ирка с Натой обзвонились. И Соня.

Быстро набираю смс-ки, ставлю телефон в беззвучный режим и прячу в сумку.

Прежде, чем ехать к Льву Даниловичу, нужно хотя бы вещи завезти домой и переодеться. Пару часов ничего не изменят, наверное?

Улыбчивый таксист помогает вытащить сумку из багажника и донести до подъезда.

Набираю код домофона, протискиваюсь в тёмный холл. Странно, дверь за мной не хлопнула.

Оборачиваюсь и вижу тёмную высокую фигуру в нескольких метрах. Становится тревожно. А вскоре и страшно – мужчина в надвинутой на глаза кепке идёт прямо на меня.

Стараюсь не паниковать и продолжаю путь к лифтам. Дорогу назад он полностью перегородил.

Мамочки, как жутко! Чувствую, как пальцы начинают дрожать.

- Дмитрий Вадимович попросил проводить вас, – басом сообщает громила.

В первый момент испытываю облегчение. Меня не будут грабить иди насиловать, ура.

Но как-то всё странно. Сразу нельзя было поздороваться? Зачем так пугать?!

Двери лифта разъезжаются, я замираю. Ехать с ним в кабине? Что-то не хочется.

- Спасибо, что проводили, – пытаюсь придать голосу твёрдости. Но получается всё равно какой-то писк.

Мужик вдруг толкает меня вперед. Не ожидая ничего подобного, теряю равновесие и налетаю на зеркальную стену лифта.

Он заходит следом. И нажимает правильный этаж. Знает, где я живу.

- Дмитрий Вадимович что сказал? Никуда не выходить и ни с кем не разговаривать, ждать его возвращения в отеле. Ты по-хорошему не понимаешь, значит?

Внутри всё обмирает от ужаса.

В кабине есть камеры? Как позвать на помощь?

Набираю в лёгкие побольше воздуха и...

- Закричишь – ударю. Послушаешься – оставлю в покое. Посидишь немного под домашним арестом.

Захлопываю рот и ошарашенно киваю.

- Или мне с тобой остаться? – продолжает угрожать, нависая сверху. – Ключи.

- Нет!

Приваливаюсь к холодной металлической стене. Трясёт, аж зубы стучат.

Бугай хватает за руку и выволакивает меня из кабины, не забывая прихватить сумку.

- Дома никого, подружки твои ещё под Питером. Ключи. Быстро.

Пошарив по карманам моей ветровки, он вытаскивает связку, гаденько ухмыляясь. Открывает сперва одну дверь, затем вторую.

- Ещё раз, для непонятливых. Рот откроешь – изувечу, - и проталкивает меня в квартиру.

Не может быть, чтобы его прислал Соболев! Не могу в такое поверить?

В прихожей мужик бросает мою сумку на пол. Поворачивается и идёт ко мне.

- Не трогай! – пячусь к кухне, выставив руки перед собой. - Кто ты такой?!

- Уже сказал.

- Убирайся.

- Как только мы с тобой договоримся. Шеф разрешил любые методы к тебе применять, имей в виду.

Не верю! Соболев - не бандит из девяностых, чтобы к женщине такого отморозка подсылать.

Нужно вытолкать его из квартиры. Вдруг и правда станет мучить?

- Я поняла. Я не буду ни с кем разговаривать, и никуда отсюда не уйду. Честно.

Обессиленно падаю на первый подвернувшийся стул. И делаю вид, что вот вот грохнусь в обморок.

- Точно?

- Да.

Он наклоняется и просовывает палец в вырез блузки. Ведёт им по кромке бюстгальтера вверх.

Трясусь крупной дрожью. Он зам замечает и довольно улыбается.

- Попробуй только шевельнись. Мы тебя найдём везде.

Разворачивается и выходит из кухни.

А я шевельнуться не могу от пережитого кошмара. Кожу на груди будто жжёт.

Через минуту наблюдаю, как он выходит из подъезда и садится на пассажирское сидение внедорожника. Не один меня караулил, значит.

Машина отъезжает, и я отмираю, наконец.

Бросаюсь к сумке, достаю смартфон. И дрожащими пальцами набираю текст сообщения:

"Олег Данилович, мне нужно срочно поговорить с вами. Это касается Соболева и Волгина. Пришлите, пожалуйста, водителя и кого-то из охраны ко мне домой."

Незамедлительно приходит ответ:

"Константин будет через двадцать минут. Жду тебя в загородном клубе."

От сердца отлегло.

Начинаю лихорадочно метаться по квартире, собирая документы и вещи в сумку побольше. Не могу оставаться в квартире, в которую в любой момент может наведаться какой-нибудь маньяк. И девочек нужно предупредить.

Минут через десять смартфон тренькает в руках. Костя? Нет.

Читаю сообщение от Соболева:

"Ты выбрала не ту сторону, Оля. Мне жаль. Уверен, и ты скоро об этом пожалеешь."