Глава 14

После обеда меня выводят погулять. На заднем дворе клиники оказался оборудован очень хороший дворик, уютный и зеленый. Я старательно играю роль приторможенной и тупо сижу на лавочке, незаметно для посторонних оглядываясь. Забор высокий, очень, да еще и гладкий. Плохо. Под навесом я вижу одинокий джип, больше машин нет. Сотрудники, наверняка, оставляют машину на парковке. Вокруг бродят в основном пожилые люди, но по виду довольно обеспеченные. Интересно, чем же я удостоилась такой чести, что Стасик меня сюда упек. Мой муж умеет считать деньги и лишнего бы не потратил, не будь у него веской причины. Допустим, он нашел другую, в чем у меня уже и сомнений не осталось, почему бы ему просто не развестись? Не хочет делить имущество? Так моего там ничего и нет. Компания зарегистрирована на отца Стаса, я к ней никакого отношения не имею. Квартира была куплена до брака. Не хочет платить алименты? Но ведь платит за мое содержание здесь…Странно все это. От этих размышлений у меня снова болит голова. Пока я здесь и под лекарствами, я ничего путного не смогу придумать. Уверена, что я смогу сбежать, не тюрьма все-таки. А вот что потом? А потом разберемся, на месте так сказать. Главное избавится от тумана в голове. Я брожу по двору, выискиваю слабые места в ограждении, но все сделано на славу, не подкопаться. Вдруг в ногу вонзается что-то острое. Я охаю и хватаюсь за пятку. Закусываю губу, чтобы не расплакаться и ковыляю до ближайшей лавочки. Ко мне уже спешит медсестра. – Что случилось? – она осторожно усаживает меня. – Я наступила на какой-то сучок! – говорю я, – так больно! – Сейчас-сейчас мы вам поможем! Откуда-то молниеносно появляется кресло каталка и меня с превеликими осторожностями увозят в корпус. Я всю дорогу не перестаю стонать и плакать. Меня привозят в медпункт, удивительно, что там он есть, и доктор осматривает мою стопу. – Гвоздем? – спрашивает она? – Нет, – отвечаю я, – палкой, острой. Ой! – Так царапина же, Мария Александровна, – озадаченно говорит пожилая доктор и кивает кудрявой головой. – Ой! – я не даю прикоснуться к ранке, дергаюсь. – Щиплет! Подуйте! – Возможно глубокая, – с сомнением бормочет она и щедро плещет на пятку антисептик. Мне накладывают мазь, перевязывают и отвозят в палату. – Мария Александровна, вам что-то нужно? – спрашивает меня молодая медсестра у которой на бейдже указано имя “Анастасия” – Да, – страдальчески морщусь, – воды, – Хорошо, – кивает она и выходит из палаты. Я достаю из кармана гвоздик, который воткнулся мне в ногу и быстро прячу его под матрас. Пригодится. – Вот пожалуйста, – Анастасия возвращается со стаканом, – ваша вода. – Ой, я хотела чай, – невинно хлопаю я глазками. – Хорошо, – отвечает она невозмутимо и уходит. Я жду, считаю минутки. Заходит. – Вот ваш чай – она ставит на стол чашку, – что с вами, Мария Александровна, вы плачете? – Да, – всхлипываю я, – у меня очень болит нога, можно мне обезболивающее? – Сейчас я уточню у доктора, – кивает она и снова уходит. Возвращается с таблеткой и стаканом воды. – Спасибо, – киваю я, выпиваю таблетку, укладываюсь поудобнее. – Что то еще? – снова задает она дежурный вопрос. – Я очень голодна, нельзя ли мне булочку? – жалобно прошу я. К чести медработницы Насти, на ее лице не дрогнул ни один мускул, хотя я себя уже прибила бы. Я тщательно разыгрываю образ капризной богатой дамочки. – В конце концов мой мой муж ведь платит за это, – мягко намекаю я. Медсестра разворачивается и уходит. Я тут же подхожу к двери и тщательно ее осматриваю. Похоже зря я притащила этот ржавый гвоздь, дверь все равно магнитная. Никаких замков, которые можно было бы открыть гвоздем. Внезапно дверь открывается и я едва не падаю, успев схватится за косяк. – Что вы здесь делаете, Мария Александровна? – медсестра подозрительно смотрит на меня. – Я хотела в туалет, – отвечаю потупившись. – Но дверь в туалет вон там, – она указывает мне на белую дверь. – Ох, да, спасибо. Просто они такие одинаковые, что я запуталась! Двери и правда, как близнецы, и человек который находится в расстройстве и плохо ориентируется в пространстве легко может их перепутать. – Ваша булочка и сок, на всякий случай, – она ставит на стол поднос с соком ии булочками. – Спасибо, – я отпиваю пару глотков. – Что-то еще? – спрашивает она – Да, проводите меня в туалет пожалуйста, – наглею я, – мне тяжело на одной ноге. Она с превеликим трудом, потому что я не собираюсь ей помогать, а совсем наоборот, дотаскивает меня до туалета и открывает дверь. – Прошу, Мария Александровна, вам помочь там? – Еще чего, – возмущаюсь я, – я сама! Я скрываюсь за дверью и включаю воду, спускаю воду в унитазе. Мою руки. Выхожу. Заботливая Анастасия, снова тащит мою тяжелую тушку до кровати. Полагаю, ей не легко это далось. – Настя скажите, вы протыкали когда нибудь ногу? – спрашиваю я, уютно устроившись, делаю вид что хочу поболтать. Хотя Анастасия, вся красная и потная, наверняка, очень хочет от меня избавиться наконец. – Если только в детстве, – вежливо улыбается она. – А как думаете, у меня может быть заражение крови? – Думаю, что нет, – качает она головой,– вас же осмотрел доктор. – Мне так страшно, так страшно, а что если мне отрежут ногу?! – Не переживайте, – она поправляет мне одеяло, – никто вам ничего не отрежет, постарайтесь поспать. – А я читала, что запросто гангрена может случится, вот одна девушка проколола, и у нее случилась гангрена. Как вы думаете, ногу могут полностью отрезать или частично? – болтаю я без передышки. – Вам не о чем волноваться Мария Александровна, – улыбается медсестра. – Хорошо, – послушно киваю я. Она идет к двери, а я наблюдаю за ней. – Спасибо, Настя!!! – кричу я, что есть мочи, когда дверь закрывается. Фух, интересно получилось или нет?