Глава 29. Ксения

— Придётся тебе, котик, всё-таки выходить на улицу, — обрадовала я Алика.

Он колдовал у плиты. Готовил отвратительно, но зато от всей души. И с таким важным видом выкладывал мне на тарелку спагетти с сомнительным соусом, что язык не повернулся отказаться.

— Итальянский соус, — обмахнулся полотенцем Алик. — И с чего ты взяла, что я куда-то выйду с таким фейсом?

— С того, что босс решил лететь в Самару. И я, конечно, должна лететь с ним.

Я аккуратно подцепила вилкой спагетти, стараясь выбирать без соуса. Не получилось. Но на удивление, соус был очень даже ничего.

— Вкусно, Алик. Ты становишься всё более и более привлекательным кандидатом на спутника жизни.

— Тыковка, ты же знаешь наш план. В случае, если мы не найдём своё счастье до сорока пяти лет, мы пойдём в ЗАГС и распишемся. У нас будет самый лучший брак. Партнёрский. И заметь, никаких ссор на почве ревности и измен!

— Аминь, Алик.

— Но я всё ещё мечтаю встретить свою любовь! — капризно надул губы Алик. — Я не собираюсь сдаваться.

— Главное, усердствуй на своём поле, хорошо? А то фингалы долго сходить будут.

— Ой, да там всё настолько глупо вышло! Просто номер VIP-ки неправильно расслышал. А там полумрак…

Против воли я засмеялась.

— Да уж, котик. А куда подевался твой приятель, который позвал тебя?

— След простыл, — развёл руками Алик. — Я даже не знаю, что лучше. Думать, что это было шуткой, или думать, что он отхватил не меньше моего.

— Чтобы не ошибиться, ходи в клубы для своих, — посоветовала я приятелю.

— Это ущемление моей свободы!

— Смирись. Меня тоже ущемляют. По всем фронтам. Даже спальное место отдельное не выделили. Придётся ютиться с боссом в одном номере!

— Оу!

— Ничего не «оу»! Ты бы видел его самодовольную рожу!

— У него есть веские причины быть таким самодовольным, — возразил Алик.

— Давай хотя бы ты не будешь рассказывать, насколько он прекрасен. Каждый день вижу. Надоел. Как-то всё мне надоело… Дурацкая была затея с местью. А по факту я ничего толком и не совершила.

— Всё потому, что ты хочешь воевать с ним в другой плоскости, — промурлыкал Алик.

— Этому не бывать! Переживу поездку, потом устрою гигантскую пакость, расстрою ему заключение крупной сделки. И всё! Будем считать месть исполненной. И больше его не увижу! Закопали и забыли.

— Ха-ха-ха. Публичное лицо, как-никак.

— Не такое уж и публичное. Совсем скоро о нём забудут. Мало, что ли, других звёзд спорта?

— Не знаю, не знаю… На прошлой неделе его признали одним из самых желанных холостяков.

— Вот-вот. Ты только представь, сколько девушек желают его утешить. Он сможет каждый день до пенсии утешаться с новой девицей.

— Моя интуиция подсказывает, что для начала он хотел бы ещё раз утешиться с тобой. А может быть, и не единожды.

Алик был предельно серьёзен.

— Нет, Алик. Он с одной девушкой не трахается дважды. Он сам мне так сказал.

— Ха-ха. И ты поверила. Он нарочно так сказал, тыковка. Чтобы тебя раззадорить. Подогреть твой интерес. Потому что, если бы это на самом деле было так, ему бы не было необходимости озвучивать этот факт!.. Послушай! — глаза Алика загорелись: — Может быть, он пытается убедить в этом не только тебя, но и себя? Ой, как всё у вас интересненько! В таком случае поездка будет кстати. Оторвётесь от привычной среды, взгляните друг на друга по-новому.

— Ты сейчас говоришь как сваха. Ничего не будет кстати.

Я встала и поставила посуду в мойку. Алик не дал мне выйти из кухни, встав на пороге.

— Смотри мне в глаза, врушка. Почему ты не пакостишь боссу вот уже несколько дней, а?

— Возможности подходящей не было, — брякнула я.

— Врёшь! — хлопнул в ладоши Алик. — Что стоит добавить капельку слабительного в кофе и наслаждаться его беготнёй туда-сюда?

— Иди мой посуду, рабыня! — я пихнула Алику фартук в руки и обошла его.

— Врушка! Я тебя раскусил сразу же… — крикнул мне вслед приятель и возмутился: — Я готовил ужин! Почему я должен ещё и посуду мыть?

— Потому! Слишком много болтаешь! Расшатываешь моральный дух и сбиваешь настрой намёками!

— Если я всё равно буду мыть посуду, я тебе скажу прямо: ты неровно дышишь к секси-боссу!

«А то я без тебя об этом бы не догадалась», — вздохнула я.

 Марков оказался мстительным. Так я подумала, когда пришлось носиться как угорелой по всем поручениям великого босса. Принеси, подай, купи, съезди забрать… Кошмар! И всё это на высоченных каблуках. Я всерьёз начала подумывать о производственной травме — натружу свои стройные ножки до мозолей, не иначе. А Марков, гад, даже молока за вредность мне не выпишет…

К концу рабочего дня я уже мечтала, чтобы босс провалился сквозь землю. Кстати, он и провалился — босс покинул офис. А я, бегая по его поручениям, даже не заметила, когда это произошло. И с наслаждением посмотрела на стрелки часов, шагнувшие далеко за восемнадцать ноль-ноль.

Я положила договоры на подпись Маркову на стол и, не удержавшись от соблазна, рухнула в кресло босса. Ноги, натруженные за весь день, гудели. Босс заставил меня побегать. Наверняка мстит за… неудавшийся ужин в ресторане? Или за отказ вешаться ему на шею? Или это обычное дело для секретарей — носиться, как угорелая, на пятнадцатисантиметровых каблуках? Я уже так соскучилась по своему рабочему месту дома. Тихий маленький уголок в комнате, разноцветные папочки на полке над компьютерным столом. Тишь, гладь и божья благодать. Удалённая работа — это прекрасно! Сам себе хозяин! И никакой беготни со списками капризов босса!

А быть боссом, наверное, хорошо. Одно кресло чего стоит! Боже, оно словно специально создано для того, чтобы в нём отдыхать! Удобное, мягкое, просто огромное… Я в нём могу свернуться калачиком и спать. Помнится, я хотела подкрутить кое-чего в этом кресле? Подкручу обязательно. Только сначала покайфую немного. Я расслабилась и откинулась в кресле. Спинка кресла немного наклонялась назад при небольшом усилии. Кайф…

Видимо, я совсем оборзела и решила: гулять — так гулять! Поэтому закинула ноги в туфельках на стол босса. Посижу немного, помечтаю, потом стол протру салфеточкой, и гадкий Марков ничего не узнает. Потом всё же решила скинуть туфельки. Одну за другой. Чёрт… Вот теперь точно блаженство! Мне кажется, что я даже простонала от наслаждения, когда ножки освободились от туфелек. Пошевелила пальцами ног и вновь закинула ноги на стол.

Вернее, левую ножку я закинула, а правую не успела. Её перехватили в воздухе и сжали сильные горячие пальцы…