Глава 24. Любимица артефактчиков

Впечатлённая честностью харена, Майяри даже не смогла уснуть, а вечером, ворочаясь в постели, и вовсе опасалась, что господин Ранхаш придёт спать к ней. Не пришёл. Зато господин Шидай заглядывал каждые полчаса. Утром харен вызвался лично сопроводить её до школы, и Майяри уже начала переживать, как его честность проявится, если они останутся в экипаже наедине. К счастью, господин Шидай тоже решил ехать с ними.

Уже собравшись выходить, господин Ранхаш представил ей высокого крепкого русоволосого мужчину с обросшим щетиной лицом.

– Это господин Ирвадый. Он глава вашей охраны.

– А Редий и Аший где? – Майяри даже немного расстроилась и обеспокоилась, что хорошие оборотни из-за неё лишились работы.

– Ещё не вернулись с ваших поисков.

Майяри расслабилась, и только в экипаже до неё дошёл смысл слов «глава вашей охраны». У неё теперь так много охраны, что им нужен глава?

– Ох, что-то я всё же переживаю, – переживал господин Шидай с самого утра. – Не стоит всё-таки отпускать Майяри в школу одну. Может, мне с ней пойти?

– Ты староват для ученика, – прохладно отозвался Ранхаш.

– Сам-то не боишься? Ну ладно, она не сбежит. Допустим, запугал ты её хорошо.

– Я не запугивал.

Майяри недовольно прищурилась. Ещё как запугивал.

– Но вдруг кто в школу нагрянет? Кто-то из её неприятностей.

– Я предусмотрел это.

– Всё предусмотреть нельзя, Ранхаш, – напомнил лекарь.

– Я помню, – всё же неохотно признался сын: – Без разницы, кто будет за ней присматривать. Спокойнее я себя почувствую, только когда госпожа Майяри будет рядом со мной. А ты мне сейчас нужен в другом месте.

Шидай посмотрел на сына с восхищением и досадой. Способность Ранхаша даже в таком душераздирающем состоянии думать о делах его искренне поражала.

– Ну ладно, – неохотно пошёл на попятную лекарь и перевёл взгляд на лицо Майяри.

Девчонка ощутимо нервничала, хотя и пыталась сохранить невозмутимый вид. Но вот карие глаза постоянно украдкой посматривали на сидящего рядом Ранхаша, а пальчики мяли край шубки. Волновалась? Боялась? Шидаю пришлось задумчиво прикусить губу, чтобы сдержать мстительную усмешку. Откровенность Ранхаша поразила и его. В детстве тот всегда был честным мальчиком, но лекарь и не думал, что сын сохранил эту черту. Когда ошеломлённая Майяри прерывающимся от волнения шёпотом пересказала ему слова Ранхаша, Шидай даже посмеяться не смог. Посмеялся он чуть позже, когда в себя пришёл. А тогда лишь приоткрыл рот, растерянно погладил девушку по голове – ребёнок испуган, надо его успокоить – и обескураженно пробормотал:

– Он впервые влюблён, будь к нему снисходительнее, – и, опомнившись, добавил: – И что плохого в честности? Было бы хуже, если бы он врал.

Шидай с гордостью взглянул на сына. Тот, повернув голову набок, смотрел на нервничающую Майяри, и по его невозмутимому виду сложно было понять, любуется ли он девушкой, наслаждается её замешательством или пытается понять причины её переживаний.

Экипаж качнулся, останавливаясь, и на лице Майяри расцвело облегчение.

– Хорошего дня, – церемонно пожелала она и вцепилась в ручку дверцы.

Но прежде, чем успела её распахнуть, Ранхаш быстро и плавно подался к выходу и накрыл ладонь девушки своей. Дверца глухо брякнула, успев оторваться от проёма на какую-то пядь, и Майяри вжалась в спинку под пристальным взглядом оборотня, словно бы поймавшего её в ловушку. Глаза его задумчиво скользнули по дрожащим губам девушки, и мужчина, слегка склонив голову набок, потянулся к её лицу.

– Простите, госпожа Майяри, иначе я не смогу вас отпустить, – тихо-тихо прошептал он, и его горячие губы прикоснулись ко рту Майяри.

Она не сразу закрыла глаза и успела увидеть, как завораживающе медленно опускаются серебристые ресницы и под веками скрывается жёлтый янтарь глаз. А затем из груди вверх поднялось томление, и Майяри зажмурилась, изо всех сил пытаясь не растечься по сиденью. Лёгкое прикосновение превратилось во властное требование, и губы харена настойчиво смяли её губы, раскрывая их. Девушка невольно ответила, но не успела разохотиться, как мужчина, на прощание мягко облизнув её нижнюю губу, отстранился. Почти полминуты он смотрел на неё, а затем всё же распахнул дверцу.

Опомнилась Майяри, только когда разгорячённых щёк коснулся холодный порыв ветра, и торопливо, едва не забыв саквояж, выкатилась наружу. И замерла, удивлённо смотря на господина Шидая, пинающего снег у ворот.

– Закончили? – радостно улыбнулся лекарь, и девушке показалось, что у неё сейчас волосы вспыхнут. Но за спиной под сапогами харена скрипнул снег, и сгорать от смущения резко перехотелось. Вместо этого Майяри торопливо зашагала к воротам. Теперь в ней клокотало негодование.

– Майяри!

Господин Шидай вздрогнул от оглушительного вопля и с удивлением посмотрел на несущегося к воротам Рода. Лицо мальчишки одновременно сияло от ликования, искажалось гневом и зловеще кривилось торжеством.

– Я убью тебя! – на всю школу проорал оборотень. – Ты где ошивалась почти месяц?!

Майяри с удивлением – чего это он? – и радостью посмотрела друга. То есть на подругу. И через несколько секунд её бесцеремонно сгребли за грудки и тряхнули.

– Соревнования уже на следующей неделе! – разъярённо зашипела девушка. – И если ты в течение двух дней не сдашь все экзамены и долги, то нас до них не допустят. И я тебя грохну! Где ты была?!

– Дела сыска, – Майяри попыталась отстраниться, но из рук разгневанной оборотницы так просто не вырвешься. Если только воротник у неё в руках оставить. – Работала.

– Плевать я хотел на твою работу! – жутко прорычала Род ей в лицо. – Ты сегодня же сдашь всё, что должна, ясно?

Всё-таки Майяри успела соскучиться по своим дурным друзьям. Губы сами разошлись в улыбке, и девушка, нарочно поддразнивая подругу, невозмутимо ответила:

– Это совершенно невозможно.

– Ты обещала участвовать в состязаниях! – возмутилась Род.

– Не обещала.

– Ого, смотрите кто пришёл!

Бросив взгляд над плечом Род, Майяри увидела компанию одноклассников и уже знакомого рыжего оборотня.

– Мы уж думали, ты с концами вылетела.

– Меньше думай! – Род отпустила подругу и яростно взглянула на болтуна.

– Ох, как мастера жаждут тебя обнять, – издевательски протянул рыжий.

– Прекрати, – оборвал его сероволосый друг, и Майяри невольно вздрогнула, столкнувшись с его пристальным взглядом. – Привет. Рад, что ты вернулась. Без тебя было скучно.

Девушка удивлённо моргнула и проводила зашагавшего к школе оборотня непонимающим взглядом. Харен наградил его куда более пристальным взглядом, ощущая, как наружу выкарабкивается и обволакивает тёмным облаком жуть. Она не ярилась, не нашёптывала… Просто была. Прекрасное послевкусие поцелуя выветрилось, даже аромат зеленеющей степи больше не радовал. Что этому мальчишке нужно от Майяри?

– А ты… – Род опять повернулась к подруге и столкнулась с задумчивым, несколько оценивающим взглядом харена.

– Господин Род, я могу поговорить с вами?

Во рту у девчонки пересохло, накатило смущение – господином назвали, – но она старательно нахмурилась, пытаясь создать образ серьёзного оборотня.

Ранхаш мягко подхватил «мальчишку» под локоть и под недоумевающим взглядом Майяри отвёл его в сторону.

– Я вынужден простить вас о помощи, – голос главы жаанидыйского сыска зазвучал вкрадчиво и доверительно. – Откровенно говоря, Майяри так долго отсутствовала, потому что её похитили.

– Что?! – ахнула Род, и Майяри подозрительно прищурилась.

– Потише, – девчонка звучно прихлопнула рот ладонью. – Она смогла сбежать почти сразу, но долго плутала, и мы никак не могли с ней встретиться. Уверен, вы и сами понимаете, что это продолжение её проблем из-за санаришской истории. Всех причастных мы так и не нашли. Поэтому я хотел попросить вас как друга Майяри присмотреть за ней и по возможности отваживать от неё подозрительных лиц. Либо же тех, с кем она раньше почти не общалась, а теперь они ищут её компании. Вы и сами помните, как легко обмануть или подкупить кого-то.

– Можете на меня положиться, – щёки Род зарозовели от энтузиазма. – Я располосую морду любому, кто рискнёт влезть в нашу маленькую компанию.

– И это, конечно же, тайна.

– Разумеется! – оскорбилась девчонка, но сама подумала, что стоит просветить Мадиша, чтобы и он держал ухо востро.

– Благодарю.

Ликующий вид подруги (наконец-то поручили серьёзное дело!) Майяри совсем не понравился. Но вот торжество самой Род быстро поугасло, стоило ей вспомнить о соревнованиях и главном препятствии к допуску на них – нерадивой подруге-должнице. Ну ладно, у неё были смягчающие обстоятельства, но они всё равно мало её оправдывали.

– Живо к мастеру Илишу! – девчонка подхватила Майяри под локоть и потащила её в сторону школы. – Я договорюсь с ним, и он примет у тебя экзамен сегодня. Свою обожаемую артефактологию сдашь же? Да шевели ногами!

Шидай подошёл и остановился рядом с Ранхашем, досадливо покусывая нижнюю губу.

– Ранхаш, я тут хотел тебе кое-что рассказать, да вот всё как-то не до этого было, – нерешительно пробормотал лекарь, с сомнением провожая взглядом удаляющуюся парочку. – Кажется этот белобрысый воробей нравится Майяри.

Сын кивнул. Конечно нравится, иначе бы она с ним не дружила.

– Мне докладывали, что она с ним целовалась, – всё же рискнул Шидай.

И Ранхаш словно в толщу ледяной воды ухнул. В груди похолодело, мысли панически взметнулись, будто бы приноравливаясь к новой реальности, а ход жизни замедлился. Как сквозь слой корпии до слуха донёсся хохот проходящих мимо парней, картинка перед глазами помутнела, фигурки стали похожи на неспешно проплывающих рыб, а школьные башни задрожали пучками водорослей. Но продлилось это недолго. Яростно взметнулась жуть, разрослась, взорвалась дымно-ядовитым снарядом и заволокла весь видимый мир. Она рвалась вперёд, к беспечному мальчику, который с такой уверенностью сжимал локоть Майяри, словно имел на это право. Жуть хотела броситься к сопернику, поднять столбом снег, вцепиться в загривок тощего щенка и драть его, драть когтями и зубами!

«Пусть умрёт!»

Но разум Ранхашу не отказал. Даже в мареве всепоглощающей ярости он сумел вспомнить, что это тощее недоразумение – племянник мастера Дагрена, и тихо прошептал:

– Мы не убьём его.

– Я спросил это вслух? – удивился Шидай.

– Стой здесь и не смей уходить, – строго приказала Род и нырнула в кабинет.

Майяри возвела глаза к потолку и с трудом сдержала зевок. Энтузиазма подруги она не разделяла, понимая, что такое количество предметов за два дня ей точно не сдать. Тем более она не готовилась. О чём говорила Род с мастером, девушка не разобрала. До слуха доносились только скрипучее ворчание и торопливая умоляющая речь с елейными нотками. За дверь Род выглянула уже через пару минут.

– Быстро! – глаза её зверски сверкнули. Пришлось подчиниться.

Мастер Илиш встретил Майяри взглядом исподлобья и тонкой, предвкушающей полуулыбкой. Такой несколько… плотоядной.

– Госпожа Майяри? – голос у преподавателя был таким шершаво-хриплым, что Род, замершая в дверях, задрожала как струна, задетая смычком, и торопливо выскользнула в коридор. – Рад вас наконец-то увидеть.

Майяри оценивающе осмотрела мастера и подумала, что все мастера-артефактчики по-своему пугающи. Мастер Илиш был высок ростом, но худ и тонкокост. Лицо имел несколько вытянутое, с тонкими чертами, очень сильно напоминающими ненавистных птиц. Особенно сильное сходство с недовольно зыркающим орлом придавали ему крупноватый нос и глубоко посаженные пронзительно-голубые, по-топазному прозрачные глаза. Прямые светло-русые волосы не отличались густотой и были собраны в небрежный хвост, опускающийся чуть ниже ключиц.

– Доброго дня, мастер Илиш, – девушка склонила голову в церемонном поклоне.

– Садись, – сквозь зубы выдохнул мастер.

Майяри спокойно уселась по другую сторону стола напротив преподавателя и уставилась на него с почтительным вниманием.

– Готова? – тонкая светлая бровь скептически приподнялась. – Род мне все уши прожужжал о твоих талантах и что к экзамену тебе и готовиться не нужно.

– Он сильно преувеличил мои возможности, – девушка скромно опустила глаза.

– Уверен в этом. Наверное, по пальцам можешь пересчитать учебные дни в этом году, которые не пропустила?

Майяри подумала и согласно кивнула головой. Язвительный тон мастера её ничуть не задевал. Род же предупредила её, что он тот ещё хмырь, хоть и молодой. Видимо, это тоже черта всех мастеров-артефактчиков. Мастера Милима, к примеру, раздражали нерадивые ученики и зарвавшиеся детишки, думающие, что связи помогут им задержаться в школе несмотря ни на что. Она же здесь оказалась исключительно благодаря харену.

– Слышал, Ранхаш Вотый весьма высокого мнения о твоих способностях?

Похоже, она права.

– Харен очень добр ко мне и снисходителен к моим скромным умениям.

– Вероятно, оттого что ты невеста его брата? – мастер вскинул подбородок. Сразу же стал заметен бледный рубец шрама, навевающий подозрения, что когда-то мужчине пытались перерезать горло. И судя по пробирающему и невероятно запоминающемуся голосу, эта затея увенчалась успехом, но до смерти мастера зарезать не удалось.

– К счастью, уже нет, – Майяри позволила себе безоблачную улыбку. – Господин Даший наконец оформил опекунство надо мной, и необходимость в защите семьи Вотый отпала.

– Вот как? – в ответ улыбнулся мастер, но тут же помрачнел и коротко бросил: – Начнём с практики.

Ладонь его легла на столешницу, и пальцы быстро зашевелились, вычерчивая печать. Майяри впервые видела, чтобы кто-то так быстро заклинал предметы. Каждый палец мастера чертил отдельный символ или линию, и, когда они на манер паучьих лап разошлись в стороны, на столе уже тлела печать. Столешница треснула и ощерилась деревянной чешуёй, разбрасывая в разные стороны иглы заноз. Майяри едва успела прикоснуться к нижней стороне стола – выше опоздала бы – и высекла два коротких символа. Чешуя мгновенно спеклась жаром, и стол так и не выстрелил щепкой, превратившись в чёрное растрескавшееся плато, пыхающее красноватыми углями. Мастер одним пальцем вывел Пробуждающий символ – кожа сразу же покраснела от ожога, – по столешнице покатилась в сторону Майяри волна огня. Девушка быстро протянула руки вперёд, чуть ли не в пламя, и ногтями выцарапала ответку. Раздался треск, дерево лопнуло, и огонь канул в щели, выпав на пол уже водой. Мастер исподлобья посмотрел на Майяри.

– Я хаги-полукровка, у меня с водой не очень, – оправдалась она.

Оборотень приподнял брови, принимая ответ, и шевельнул пальцами в воздухе. Его половина стола с хрустом и треском вздыбилась, сложилась в драконью голову, и та распахнула пасть в беззвучном рыке. Прежде, чем она успела хоть что-то выплюнуть, Майяри закончила связку на нижнем крае обломка столешницы, и он вскинулся вверх и распахнулся перед девушкой крыльями. Пол дрогнул, хрястнул и… И Майяри, и мастер одновременно посмотрели под остатки стола на деревянные лягушачьи головы, заглотившие стопы преподавателя. Девушка закусила губу и старательно задавила злорадный смех. Пока мастер Илиш доламывал стол руками, она воспользовалась его примером и разломала пол, чертя печати ногами.

В кабинете повисла задумчивая тишина. Кое-как задавив веселье, Майяри подняла голову и через деревянные перья посмотрела на мастера. Тот взглянул на неё. Тишина зазвенела напряжением.

– Неплохо, – наконец соизволил вынести вердикт преподаватель. – Немного опережаешь своих одноклассников. Закончим с этим.

Он первым махнул рукой, и драконья голова распалась. Майяри почти сразу последовала за ним, и деревянные обломки сложились в весьма и весьма потрёпанную столешницу. Латанную-перелатанную, похожую больше на лоскутное одеяло. Крохкие головёшки ломались, осыпались, их места занимали другие щепки, и, когда последние части наконец приладились на место (или не на место), поверхность стола имела явное сходство с неровным пейзажем предгорий, если смотреть на них сверху. Майяри подумала, что если бы они были в санаришской школе, то завхоз убил бы их.

– Перейдём к теории, – мастер опять посмотрел под стол и медленно вскинул глаза на девушку. – Пол.

– Простите, – опомнилась Майяри и поспешила устранить безобразие.

Всё-таки мастер Илиш ей уже немного нравится. Невозмутимый такой. Деда её лягушачьи головы на раз из себя выводили. Правда, ему всегда самому приходилось от них избавляться.

Через полчаса дверь кабинета распахнулась, с грохотом ударилась о стену, и в коридор вылетел взбудораженный мастер Илиш. Род проводила быстро удаляющегося преподавателя удивлённым и обеспокоенным взглядом.

– Что ты с ним сделала?! – напустилась оборотница на вышедшую подругу.

– Я? – Майяри высокомерно приподняла брови. – Ничего я ему не делала. Он сам чего-то подорвался.

– Ты не сдала? – голос Род прозвучал обречённо. Ну всё, никаких соревнований!

– Сдала, – довольно улыбнувшись, Майяри продемонстрировала бумажку с размашистой и путанной, как печать Спокойствия, подписью.

– О! – Род выхватила подтверждение и горящими глазами уставилась на него.

– Мастер Аврезий!!! – грянуло из какого-то отдалённого коридора. – Почему Мыйм учится на боевом?!! Она должна быть на отделении артефактологии, а не среди тупых мордоворотов, которые полено ценят выше, чем искусство чарования! Чем вы думали, принимая её?! Это безрассудство, безумство… Да это просто безответственно с вашей стороны! Как вы можете называть себя после этого директором школы?

Род невольно ахнула от ужаса.

– Во даёт…

Ответ директора прозвучал тише, но различимо. Всё же слова разъярённого артефактчика его сильно задели, и сдерживаться мастер Аврезий не посчитал нужным.

– Она сама поступила на боевое отделение и уже отучилась три года! Какого Тёмного я должен отвечать за её выбор?! И о её способностях я имею весьма слабое представление. Она перевелась к нам спонтанно, и, если бы не покровительство Ранхаша Вотого, её бы здесь вообще не было.

– У девки ветер в голове от уха к уху гуляет! – рявкнул мастер Илиш. – Ранхаш Вотый… Вам тем более следовало обратить на неё пристальное внимание. Вотые своего никогда не упустят! Я требую, чтобы её перевели к артефактчикам!

– Это невозможно без её согласия!

– У неё уникальный талант, она, возможно, гениальна, а вы придумываете такие жалкие отговорки?! Она уже знает то, что проходят только на пятом году. И даже больше! Да вы бы слышали, как она разбирала формулу Укрепления и Преобразования по Ахрезу!

– Майяри? – Род вопросительно посмотрела на подругу, и та растерялась.

– Ну… он спрашивал, я отвечала. Я же не успела подготовиться к экзамену и не знаю, что вы уже прошли.

– Ни на одном занятии не появилась, а уже в любимчики выбилась, – с завистью протянула подруга. – Ой, что-то крики приближаются. Пошли-ка отсюда.

И девушки бросились прочь по коридору.