Глава 66. Гости подземелья

Майяри и Лирой едва сами не прибили Мадиша и Род. Лирку, несмотря на то, что именно она первая зачем-то бросилась спасать белокурого поганца, пожалели и ругать не стали. Майяри даже немного ей посочувствовала и вспомнила, как сама переживала, если Виидашу влетало за его проступки. Первое время переживала.

– Представляю, что будет, когда мастер Дагрен узнает, – Лирой тяжело посмотрел на надувшуюся Род, и та заволновалась.

Хоть отец и спускал с рук многие её шалости, разрешил и поддержал её маскарад в школе, девчонка побаивалась его гнева, ибо в гневе папа был страшен и вполне мог отправить её к бабушке, а в школу притащить настоящего Рода – её двоюродного братца. Точнее в не школу. Что ему тут делать? Это же не он отучился на боевого мага четыре года. Папа просто запихнёт его на какую-нибудь службу, и тогда на неё ещё разозлится и бабушка, не желающая расставаться с внуком.

– Он сейчас очень-очень занят и не узнает, – заявила она. – Проверяет защиту. Это до самого вечера.

– И ты наивно веришь, что никто ему на тебя не донесёт? – насмешливо приподнял брови Мадиш. – Тебя тут не настолько любят.

Расстроенная и виноватая Лирка стояла, прижавшись к боку Эдара, и нервно кусала губы.

– Да ладно тебе, – басил друг, поглаживая её по голове. – Я тоже первое время постоянно этим оболтусам на выручку спешил…

– …а потом и сам ввязываться начал, – закончила за него Майяри.

– А то ты нет!

– Не всегда по своей воле, – девушка независимо вскинула подбородок. – Не переживай, Лирка. Пока эти четверо твои друзья, в подобные неприятности ты будешь попадать регулярно. Смирись.

– Главное – не попадать в те же неприятности, что и Майяри, – громким шёпотом предостерёг Мадиш, – а то потом не успеешь оглянуться и выйдешь замуж за Вотого.

– Мадиш! – возмутилась Майяри.

Её шипение потонуло в ликующих криках, и ребята посмотрели вниз. На полигоне одержал очередную победу мастер Жейш. Господин лекарь неожиданно оказался очень искусен не только во врачевании, но и в бою.

На трибуны друзья пробрались украдкой и уже после того, как завершился бой между двумя артефактчиками. Кто там победил, они так и не поняли. Очевидцы расходились во мнении. Одни говорили, что победителем, несомненно, был мастер Илиш, другие сетовали, что санаришец оказался слишком силён, а некоторые заявляли, что преподаватели просто подразнили их и драться до победного не стали. Остальные мастера поддались примеру и решили потягаться в искусстве рукопашного боя. И это было очень и очень зрелищно.

Мастера Лодара смог одолеть только мастер Резвер, а до этого боя санаришский преподаватель успел намять бока пяти жаанидыйцам. Зная искусность мастера Резвера и ошеломлённая поражением мастера Лодара, Майяри решила, что против их куратора уж точно никто не выйдет, но на поле вышел одетый во всё белое мастер Жейш и его вытурить на трибуны пока никому не удалось.

– Ну он же лекарь, – с досадой протянул Мадиш, – это даже нечестно. Кому, как не ему, знать все слабые места тела?

Разгорячённый мастер-лекарь наконец сбросил вслед за курткой рубашку, и трибуны заволновались смущённым девичьим хихиканьем. Майяри с любопытством подалась вперёд, а Род и Лирка робко выглянули из-за её плеч.

– Я думала, он не такой крепкий, – с одобрением протянула Майяри.

– Мне нравятся крепкие, – невольно призналась Лирка и густо покраснела, сообразив, что сказала это вслух.

Парни насмешливо посмотрели на неё, а Майяри серьёзно кивнула.

– Да, на них смотреть приятнее. Род, а тебе какие нравятся?

– Что? – Род встрепенулась, с трудом оторвала взгляд от полуобнажённого мастера Жейша и с возмущением уставилась на подругу. – Мне вообще они все не нравятся!

– Да мы заметили, – Мадиш многозначительно поиграл бровями.

– Ты на что намекаешь? – девчонка запальчиво повернулась к нему.

– На то, что ты глазок не можешь оторвать от его пресса.

– Всё я могу! Это чисто… практический интерес. Должна… должен же я понимать, с чем буду иметь дело в будущем.

– В будущем? – глаза парня округлились. – Иметь?

– Мадиш, – Майяри предостерегающе посмотрела на друга, предчувствуя, что с его губ может сорваться неприличная шутка. Нечего развращать Род, она ещё совсем маленькая. Мастер Дагрен их за это просто прибьёт.

– Майя-а-а-ари-и-и-и!

Девушка повернулась на крик и увидела внизу на полигоне рядом с господином Шидаем Викана. Лекарь указывал на их компанию, а они-то считали, что их не видно. Ребята тут же перевели взгляды на мастера Милима и мастера Илиша и вздрогнули, столкнувшись с широкими улыбками. Но подниматься и устраивать им взбучку преподаватели не поспешили. Зато Викан понёсся вверх огромными скачками.

– Сестрёнка, – мужчина склонился и потянулся было поцеловать девушку, но Майяри успела прикрыть губы ладонью. Такое она теперь могла позволить только господину Ранхашу. И госпоже Пандар. Нимало не смутившись, оборотень чмокнул её в обе щеки и, плюхнувшись на скамью, улыбнулся остальным.

– Майяри, ты в самом деле собралась замуж за харена? – Род расстроенно уставилась на подругу, и та растерялась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Наверное, рано говорить о каких-то договорённостях. Они с господином Ранхашем разрешили недоразумения между собой, вроде бы он даже прямо заявил, что по-прежнему собирается на ней жениться, но она не могла сказать, что они помолвлены. Помолвки заключаются в кругу семьи, и после этого события становится очевидной дата свадьбы. Она же не могла её назвать. Прежний брак истекает к третьему месяцу осени, но харен ведь заявил, что так долго он ждать не намерен. Так когда?

– О да, – вместо неё подтвердил Викан. – Дедушка Шерех уже всем сообщил, – и шёпотом добавил: – Мама была в ярости, когда папа дал ей прочитать письмо. Я едва избежал смерти.

– Сам виноват, – пробурчала Майяри.

Несмотря на сказанное, свою вину она тоже ощущала. Госпожа Иелана была так добра к ней, подарила вышитые своими руками перчатки, а она её расстроила.

– Майяри, но почему ты собралась замуж за него? – Род воистину выглядела несчастной. – Он же такая ледышка, с ним скучно и он нудный!

– Ты о ком-то другом сейчас говоришь, – недовольство проскользнуло в голосе.

– Они идеально подходят друг другу, – заступился за жениха подруги Мадиш. – Майяри тоже невероятно нудная.

Майяри скрестила руки на груди, и в районе её рукавов что-то шевельнулось и привлекло внимание Викана. Оборотень слегка наклонился и увидел уже знакомые перчатки с вышитыми снегирями, которые мотались у самого края. Заинтересовавшись, мужчина ухватился за одну из них и потянул на себя, и из рукава показалась верёвочка с пришитой к ней перчаткой.

– Это что? – ошеломлённо спросил он.

Майяри посмотрела сперва на перчатку, а потом с удивлением на Викана.

– Ты же сам посоветовал так сделать, – напомнила она.

Ни Мадиш, ни Эдар, ни Лирой не обратили на эту мелкую деталь особого внимания: за четыре года дружбы они успели привыкнуть к небольшим странностям подруги. Лирка же была по-деревенски практичной особой и сама бы так сделала, будь у неё перчатки или рукавички. Род же на такую ерунду своего величественного внимания и вовсе не обращала.

Викан кашлянул, с силой сжал губы, а потом прикрыл их рукой, пытаясь сдержать смех, но всё же не удержался и весело фыркнул.

– Майяри, ты порой такая наивная прелесть, что хочется тебя затискать, – тихо рассмеявшись, Викан прижал к себе девушку и чмокнул её в висок.

– Прекрати! – рассердилась Майяри, сообразив, что опять попала впросак. – Что в этот раз-то не так?

– Ну, видишь ли, – медленно, со вкусом протянул Викан, продолжая стискивать её, – варежки на верёвочках носят только дети… и вот теперь ты.

Мужчина не выдержал и тихо расхохотался. Майяри сперва растерянно взглянула на него, а затем малость смутилась, но тут же взяла себя в руки и гордо вскинула подбородок.

– Зато я точно ничего не потеряю, – с достоинством заявила она и вырвалась из рук оборотня.

– Майяри, ну не обижайся, – умоляюще протянул Викан, продолжая сиять широкой улыбкой.

– А я не обижаюсь на идиотов, – заверила его девушка.

– Я же говорил, она нудная, – весело приподнял брови Мадиш.

– РОД!!!!

– Мамочки… – вздрогнула девчонка и, увидев разгневанного отца на полигоне, испуганно пискнула: – Папа.

Свет от факелов расползался по коридору пляшущими тенями, и охранник не особо в них вглядывался. Больно уж часто они обманывали глаз, вызывали тревогу и опасения, что кто-то крадётся. Другое дело звуки и запахи, эти уж не обманут.

От стен эхом отражалось отдалённое рычание, доносившееся из Зверинца, порой раздавался тихий шорох осыпающейся земли. Звуки привычные, неинтересные.

Вдруг в отдалении, на другом конце коридора, послышался скрежет, будто кто ржавое железо пытался согнуть. Оборотень напрягся, принюхался, коротко свистнул, подавая сигнал сторожу за поворотом, чтобы был внимательнее, и пошёл проверять, что там такое шумит.

Только он миновал половину коридора, как из ближайшего «рукава-улицы» города из тени в тень кто-то прошмыгнул. Совсем неслышно, только воздух колыхнулся. Страж скрылся за выступом и почти сразу же вскрикнул. Тут же раздался отрывистый свист, и из соседнего коридора поспешил товарищ ему на помощь. Таинственный гость подождал, пока тот пройдёт мимо, и торопливо переместился в другой рукав коридора, чей страж только что прошёл мимо. Позади раздалась злая ругань, впереди отозвались:

– Эй, что у вас там?

– То ли кто-то пошутить решил, то ли отомстить! – раздалось в ответ. – Найду, руки-ноги переломаю!

Тень замерла напротив одной из дверей, пошуршала в замке иглой от пряжки плаща и тихонечко зашла внутрь. Слабый свет скользнул по осунувшемуся грязному лицу Йожиры. Женщина прикрыла за собой дверь и внимательно осмотрелась.

В странное место она попала. Убегая от стражи, она воспользовалась старым потайным ходом, известным ей ещё с тех времён, когда её удерживали насильно в местных подземельях. Ход не завалили, не уничтожили, но вывел он её в какое-то совершенно неожиданное место, которого около четырёхсот лет назад здесь и не было. Но самое удивительное, здесь жили оборотни.

Йожира во множестве встретила их на своём пути. Первых пришлось убить. Она совсем не думала, что повстречает кого-то в заброшенных подземельях, и столкнулась с жителями нос к носу. Потом она была осторожнее и уже никому на глаза не попадалась. Смогла раздобыть немного воды и еды, осмотреться и прийти к заключению, что хайнес вряд ли знает о существовании этого местечка: попался ей на глаза один знакомец, ходивший в её банде шестьдесят лет назад.

Осмотревшись, женщина приблизилась к огромной печати на полу, слабо мерцающей синим светом. Когда-то, очень-очень давно, она училась магии, те знания уже выветрились у неё из головы, но кое-что всё же было смутно понятно. От печати ручейками расползались извилистые линии, уходившие под стены, по самим стенам разбегались тараканы символов, а с потолка свисал оплетённый тонкими цепями сияющий голубым шар размером с арбуз. Вокруг цепи, которой он крепился к потолку, зловеще помигивали острия линий, и каждой из них не хватало какой-то половины вершка, чтобы коснуться звеньев цепи. Что это такое? Йожира приподнялась на носочки, приближаясь к низкому потолку, коснулась одной из светящихся линий и провела пальцем по желобку до цепи. Голубой огонь, словно прорвав невидимый барьер, устремился к цепи и по ней влился в шар.

Всё подземелье сотряслось. Йожира отскочила от печати, бросилась к двери, но в коридоре загрохотали шаги, и женщина прыгнула в тень у дальней стены. Та колыхнулась и выровнялась. К шагам прибавились гневные крики, кто-то дёрнул дверь, обнаружил, что она открыта, и заорал, чтобы звали господина. Господин примчался пару минут спустя.

Высокий седобородый старик влетел внутрь и, что-то дёрнув, отстегнул шар от цепи. Голубая нить неохотно разорвалась, и дрожь под ногами начала утихать. В комнату вбежал черноволосый мужчина и поспешил придержать тяжёлый артефакт и помочь господину опустить его на пол.

– Кто сюда входил? – от тихого ровного голоса старика по коже побежали мурашки.

– Мы никого не видели, – торопливо ответил заглянувший охранник. – Лушка услышал шум, свистнул мне и пошёл проверять. Потом я услышал его, свистнул Варейке и побежал на помощь. Там кто-то факельной пропиткой пол изгваздал, а он навернулся. Похоже, нарочно отвлекли. Варейка говорит, что не шумел здесь никто. А дверь точно была закрыта, когда я убегал!

Старик молча подал знак, чтобы он уходил, и страж поспешил за порог.

– Из наших кто-то, – разъярённо прошипел черноволосый. – Кто ещё сюда проберётся? Харен со своими молодцами пока далеко…

– В ворота точно никто не проходил?

– В последние дни никто. Тут уж охрана бы заметила. Их же там по двое через каждые десять саженей. Похоже, невмоготу кому-то, поторопить решил… Не серчайте, господин. Я сам этим займусь. Вмиг найду! Да и не мог он далеко уйти.

Мужчина торопливо осмотрелся, пристально вглядываясь в самые тёмные углы, но никого не увидел.

– А харен?

– Он со своими молодцами если только первый ряд кладки разобрать успел, а за ним стенка попрочнее. Наши уже ждут, когда они отлучатся, чтобы взорвать проход, и потихоньку хламом разным забра…

– Не ждите, – процедил сквозь зубы старик. – Отвлеките. В северо-западной части Речного подземелья, там, где канал под стену уходит, кладка сама уже готова обвалиться. Взорвите её. Обрушилась и обрушилась, проверят, на годы спишут. А вы за это время проход обвалите. Только без взрывов. Так ломайте. Сгони туда, всех кого можно. И печать Времени разложить не забудьте, чтобы пылью и паутиной припорошило. У щенка больно хороший нюх, с ним нужно серьёзно.

– Не остановит его обвал, – мрачно предрёк черноволосый. – Дальше полезет. До вторых ворот дойдёт и те разбирать начнёт. Весь рукав обрушить? Не жирно ли будет щенку?

– Не надо весь, – старик, видимо, успокоился. Голос его потеплел, помягчел, да и сам он как-то расслабился. – Мальчик найдёт обрушенный ход, мальчик будет искать, куда он ведёт, и не остановится, пока не найдёт, – старик улыбнулся. – Поэтому пусть найдёт. Обрушьте ход до одной из маленьких комнат, которыми мы не пользуемся. Бросьте туда какой-нибудь мусор, чтоб можно было подумать, что ею уже три сотни лет никто не пользуется, и очистите помещения на сотню саженей вокруг неё, чтобы тишина царила.

– Да куда мы…

– Это на время. Мальчик поиграет, успокоится и нас в покое оставит.

– А если он не остановится? Может, не ждать…

– Агорий, мальчик мой, – голос старика посуровел, – сейчас очень важно сделать всё в своё время. Мы пока не готовы. Сегодня из-за чей-то торопливости все наши планы могли пойти прахом, – он указал на шар. – Слишком рано, слишком рано… Если мальчик не успокоится, то мы отвлечём его. Главу сыска не так сложно отвлечь. Громкое дело, требующее его внимания… Нам всего лишь нужно ещё немного времени. Распорядись, чтобы здесь и в двух других комнатах поставили удвоенную охрану. А теперь иди. Мне нужно разобраться с этим.

Черноволосый поспешно покинул комнату, а вот старик не стал торопиться заниматься артефактом. Он медленно обошёл помещение, вглядываясь своими холодными глазами в тёмные углы, и остановился напротив Йожиры. Женщина ничуть не испугалась и смело посмотрела в его глаза. Их разделял какой-то шаг. Старик протянул вперёд руку, но гостья, словно танцуя, ушла от её прикосновения и нагло склонилась вперёд, всматриваясь своими сумасшедшими глазами в морщинистое лицо. Она совсем не боялась, что её обнаружат, только дыхание задержала.

Старик простоял напротив неё почти минуту. Всё это время Йожира смотрела на него и хмурилась. С каждой секундой всё сильнее. И когда мужчина отвернулся, она едва удержалась от того, чтобы не схватить его. За горло.

Она узнала его. Узнала.

В первое мгновение Йожира просто стояла, ошеломлённая и подавленная волной давних воспоминаний. Потом едва устояла на месте и с трудом задавила желание схватить старика и вытрясти из него признание, что он – это он! Нет-нет-нет… Женщина затаилась в тени и, хищно раздувая ноздри, продолжила с жадностью наблюдать за стариком. Никаких сомнений, это он! Он выглядит по-другому, двигается по-другому, говорит по-другому, сильно постарел… Но она находила всё больше и больше знакомых деталей.

О-о-о, кому как не ей помнить его! Он снился ей, снился до сих пор, и в своих снах она мстила ему. В душе загорелся безумный огонь, а на губах заиграла счастливая улыбка. Боги всё-таки не отпустили его, он их любимец, они наслаждаются его играми. Так какую боль она доставит всевышним, когда убьёт их славную игрушку и сорвёт спектакль.

Лишит божественных проходимцев удовольствия!

Орал мастер Дагрен знатно. И что прекрасно, только на Род. Насупившаяся девчонка благоразумно молчала, но на друзей посматривала обиженно. Мол, почему меня ругают, а их нет? Лирка порывалась заступиться за неё, но Мадиш и Майяри совместным предостерегающим шипением загнали её за спину Эдара, и теперь вся компания смотрела на злого мастера с наивным обожанием в глазах.

Возможно, мастер всё же зашёл бы дальше слов и оттаскал «племянника» за уши, но в этот момент земля под ногами дрогнула, словно где-то недалеко обрушилось что-то тяжелое, и мужчина отвлёкся.

– Что в этот раз?! – зарычал он и, широко шагая, поспешил на поиски виновников происшествия.

– Фух, повезло, – обмахнулась Род.

Под ногами всё ещё ощущалась дрожь.

– И что это? – господин Идрай недовольно осмотрел своды и вопросительно взглянул на харена.

Ранхаш продолжал прислушиваться. Старые стены сломались? Не похоже. Даже если они разом подломились и где-то обрушился свод, дрожь бы пришла с одной стороны, а не так: волны, казалось, распространялись равномерным полукругом.

– Во дворце? – предположил глава городского отделения, но сам опроверг своё предположение. – Нет, где-то на одном с нами уровне, не сверху…

– Может, впереди ловушка? – Рладай посмотрел на господина.

Это звучало интереснее.

– Продолжаем, – распорядился Ранхаш и пропустил вперёд господина Раия, чтобы артефактчик оценил уже разобранное на возможность магической ловушки.

Артефактчик провозился полчаса, после чего к стене опять подошли рабочие и продолжили разламывать кладку. Через четверть часа пол опять сотрясла дрожь, но в этот раз она была чуть ощутимее и шла с одной стороны – северо-западной. Идрай вопросительно посмотрел на харена. Тот отрицательно мотнул головой.

– Не отвлекаемся, продолжаем.

Интуиция нашёптывала, что нужно поторопиться.