Глава 71. Коварные планы

– Повернитесь, – сердито прошипела Майяри в карете, вплотную подсаживаясь к харену.

– Эй, уступи место мне, – подёргал её за платье господин Шидай.

– Я сама залечу.

– Ты что?! – ужаснулся лекарь. – У меня сын – красавчик! Шрамы ему не пойдут. Или ты забыла, что кое-кто как-то раз признался, что всё ещё не умеет наращивать кожу?

Закусив губу, Майяри под насмешливым взглядом лекаря пересела на место напротив господина Ранхаша.

Беспокойство терзало её. Как бы господин Шидай не истратил слишком много сил. У него ведь всегда должен быть определённый запас энергии, чтобы печать харена сработала. Если потребуется. А в последнее время столько всего происходит, и Майяри опасалась, что потребуется.

– Вообще-то для Майяри и её друзей прихватил, – лекарь поставил на колени саквояж, размерами несколько больший, чем он обычно с собой возил.

Наследник разодрал Ранхашу всю правую половину лица. Оставленные полосы казались почти чёрными, а кровь, залившая щеку и шею, – насыщенно-алой. Бормоча под нос что-то про заразу и чьи-то возможно грязные когти, Шидай тщательно смыл кровь, обтёр лицо и шею, обеззаразил раны. В экипаже остро запахло настойкой на спирту и травами. И уже после этого лекарь взялся за собственно сращивание.

Через полчаса от былых ран на лице харена остались только кровь и розоватые полосы молодой кожи.

– Ну вот, смотри! – Шидай с гордостью заставил сына повернуть голову туда-сюда. – Лучше, чем было.

Но тяжёлый взгляд Майяри добрее не стал.

– Зачем вы устроили драку?

Ранхаш невозмутимо выдержал недовольный взгляд.

– Мне не нравится, что к моим словам относятся несерьёзно. Если я решил, что женюсь, если об этом знают, то я не буду терпеливо смотреть, как кто-то прикасается к тебе или пытается заявить свои права, как хайрен. Мне нужно спокойно наблюдать, как кто-то обижает мою возлюбленную и пытается украсть её у меня?

– Майяри, ты пойми, – вступил господин Шидай, – мы – оборотни. Если бы он не защитил свои права, то это могли расценить как слабость. Мы принимаем только того, кто сильнее. Да, это звериная черта, но это особенность целого народа.

– Это не особенность целого народа, это особенность мужчин! – Майяри сложила руки на груди и отвернулась к окну.

Она припомнила жизнь в общине. Там жили не только хаги, но и оборотни. Людей не было: эту расу её высокомерные родичи презирали за слабость и быстрое увядание. Женщины-сумеречницы в большинстве своём были покорны и смиренны и не смели выступать против мужчин или затевать разборки между собой. Боги упаси доставить мужскому глазу беспокойство женскими склоками! Но вот мужчины, что хаги, что оборотни, не любили уступать друг другу. И драка между хареном и хайреном неприятно напомнила ей об общине. Правда, там мужчины никогда не дрались из-за женщины. Даже если двое мужчин хотели жениться на одной девушке, они не пытались решить вопрос силой. Либо полагались на решение родственников избранницы, либо бросали жребий.

Ранхаш смотрел на такую сердитую и мрачную Майяри и с трудом сдерживал улыбку: незачем злить её ещё сильнее.

– Майяри, – тихо позвал он, – ты боялась за меня?

Велико было желание сказать, что нет, боялась она за хайрена. Но девушка всё же выдавила:

– Да.

– Думаешь, я бы проиграл?

– Нет, но целым бы точно из боя не вышли.

Ранхаш всё-таки улыбнулся. На щеках заиграли ямочки, Майяри неподкупно нахмурилась, но всё же не устояла и уставилась на них.

– Как быстро у вас всё ссоры решаются, – подшутил над ними господин Шидай. – Стоит одному улыбнуться, и другой уже не помнит, за что злился.

– Я помню, за что злилась, – девушка вскинула подбородок. – Но у нас с господином Ранхашем и без того много причин для беспокойства, чтобы трепать нервы ещё и ссорами.

– Ранхаш, ты слышал? Она тебя до сих пор господином величает.

Майяри растерянно моргнула и вспомнила собственные слова, сказанные когда-то Лоэзии при первой встрече. Мол, она-то к своему жениху на «вы» не обращается. А сейчас… Нет, это выходило как-то само собой, но… Она виновато посмотрела на харена.

– Я не специально… Я не пытаюсь отдалиться от вас. Это… привычка.

– Мне нравится, как звучит твоё «господин», – улыбнулся Ранхаш. – Нежно, с восторгом, радостно… Не как холодно-вежливое «господин Узээриш».

– Наверное, что-то такое сумеречное в ней проявилось, – весело прищурился лекарь, и девушка смутилась.

– Ещё бы я так к хайрену обращалась, – проворчала Майяри. – Но его внимание очень мне докучает. Нельзя ли как-то так намекнуть хайнесу, что ему стоит поговорить с сыном?

– Хайнесу ты нравишься, – покачал головой Шидай и, вдруг просветлев, возбуждённо подался вперёд: – Майяри, а давай я тебя одной штучке научу? Я уже предлагал, но наш Ранхаш, – лекарь посмотрел на сына, – не разобравшись, запретил. А приёмчик-то хорош. Наследник после такого шарахаться будет.

Идрай продолжал посматривать на харена, хотя в полумраке подземелья розоватых полос на лице уже не было видно. Начальника городского сыскного отдела мучило любопытство. Выглядело так, словно харену кто-то рожу когтями исполосовал и он только от лекаря явился. А ведь отлучался вроде соревнования посмотреть, а не поучаствовать.

– Вроде ничего сильно необычного, но в то же время странно… – протянул Раий.

– Что именно странно? – Ранхаш осмотрел каменный коридор, упирающийся в завал: видимо, стены отсырели и обвалились.

– Пыль здесь везде, – артефактчик мазнул пальцем по стене, – а при такой-то сырости давно бы уже должна была грязью потечь. А тут стены ещё сухие, полы в воде, – он носком сапога указал на лужи, – но плесень не развелась. Если коридор и заброшен, то совсем недавно.

Будучи артефактчиком, господин Раий на раз подмечал такие детали. Печати приходилось изучать в самых разных условиях, и требовалось знать причины возникновения этих условий.

– Идём дальше, – распорядился харен.

Деший внимательно прислушивался к далёким ударам и перекату камней и недовольно поджимал губы. Так как харена и его подчинённых отвлечь не удалось, пришлось очень поспешно придумывать новый план. Стены коридора исписали печатями Безмолвия, затем вручную обвалили стены и потолок – очень аккуратно, чтобы даже дрожи не было. А печати потом обратились в пыль благодаря специальным артефактам, изготовленным изо льда и оставленным в коридоре. Вроде всё прекрасно: дальнейший путь перекрыт, от магического воздействия остались только пыль и вода. Они же успели завалить другие коридоры и оставить упрямому харену путь только в одну из комнаток.

Остановит ли это его? Удовлетворит ли пытливый ум мальчишки?

– Агорий, – старик тихо позвал своего преданного помощника, – ты подготовил всё, что нужно?

– Да, я предупредил, что нам может понадобиться помощь, и передал всё, что может пригодиться.

– Пусть будут крайне осторожны. Девочка не должна погибнуть.

Смерть только приманит внимание Вотых. Не-е-ет, второй раз он одну и ту же ошибку не совершит.

– Нам просто нужно, чтобы некоторое время мальчик боялся отрывать взгляд от своей девочки, – промолвил Деший, и тень за его спиной дёрнулась.