Стервы не смиряются Глава 4

Я стою и молча смотрю на мужчину, с которым прожила пятнадцать лет. Поверить не могу, что всё, что он сейчас сказал, — это правда. Он действительно готов со мной развестись только потому, что его постоянно настраивают против меня свекровь и золовка.

— Вот как, значит, — растерянно произношу я. — Бизнес оказывается на маму… Значит, ты заранее готовился?

— К чему готовился? — раздражённо интересуется Андрей. — К разводу? Нет. К этому, знаешь ли, не так просто подготовиться.

— Но ты записал свой бизнес на мать. Специально ведь.

— Да о чём ты вообще?

— О том, Андрей! — кричу я, сжимая кулаки. — Ты осознанно заставил меня уволиться, чтобы я помогала тебе! Ты знал, что я стану полностью от тебя зависеть, и теперь ты ставишь мне условия. Ты прекрасно слышал, в чём обвиняет меня твоя сестра, но даже не заступился. Неужели ты действительно думаешь, что ты сейчас прав?

— Я всегда прав, — отрезает он.

— У нас дети, — напоминаю я, в попытке воззвать к его совести. — Ты правда готов развестись и оставить их?

— И что? Дети что, не могут жить только с одним родителем? — криво усмехается он.

— Ах, вот значит как, — тяну я, покачав головой и просто ухожу в спальню, забраюсь на кровать и накрываюсь одеялом с головой, оставив на плите успевшую подгореть яичницу и недорезанный салат на столе.

— Люд! А завтрак? Мне что, самому готовить? — раздражённо спрашивает Андрей.

— К мамочке своей сходи! — кричу я и начинаю плакать, спрятав голову под подушкой.

Мне действительно больно и обидно из-за его слов. Похоже, все эти годы он вёл двойную игру. Я понятия не имела, сколько времени у него уже любовница.

Но разве это важно?

Нет, конечно. Ведь самое главное, что он, похоже, решил оставить меня ради неё. Нет, я не буду плакать по этому поводу. Это не так уж и важно. Хочет уйти — пусть уходит. Он всё равно уйдёт, и дело даже не в том, как я буду себя вести с его сестрой. Ему просто нужен повод. И этот скандал был нужен, чтобы обвинить меня в том, что я во всем виновата…

Наверное, даже хорошо, что я узнала обо всём, когда полезла посмотреть, что муж подарит мне на годовщину. Теперь я хотя бы понимаю, с чем связано столь странное поведение моего мужа. Нет, возможно, конечно, ему и нравится жить со мной, и он не собирается уходить к этой загадочной Анне. Я не могу этого знать наверняка. Но какая разница? Должна ли я его прощать? Даже если он решит со мной остаться? Думаю, нет. Наша семейная жизнь подошла к концу в тот момент, когда я открыла ящик его стола.

Вечером муж уходит, громко хлопнув дверью. А я наконец-то могу выдохнуть и выйти из спальни, в которой я пряталась от него весь день. Иду на кухню, включаю чайник и завариваю себе травяной чай.

Так, а теперь нужно подумать, что делать дальше. Раз я прощать Андрея не собираюсь, значит, нужно будет уходить. Но не могу же я уйти просто так? Я ведь помогала ему в бизнесе, и без меня он бы вряд ли добился таких успехов. Это ведь я помогала составлять все технологические карты для блюд, которые готовились и доставлялись его компанией. А всё дело в том, что я использовала рецепты ещё своей бабушки. Наверное, именно это привлекло большое количество покупателей. И теперь я узнаю, что всё это записано на его маму. Как же так можно? Как он мог так со мной поступить?

Я набираю номер лучшей подруги и предлагаю ей встретиться сегодня, посидеть в каком-нибудь кафе, посплетничать. Ирина сразу соглашается, и уже через пару часов мы сидим с ней в любимой кофейне, склонив головы друг к другу и передаём последние сплетни.

— Так значит, ты уверена, что он тебе изменяет? — шепчет Ира, округлив глаза.

— Уверена, — киваю я.

— Ох, блин! Вот же гадёныш! — с чувством произносит она.

— Согласна, — вздыхаю я.

— Слушай, Люд, ну ты главное, сгоряча не руби.

— Это ты сейчас о чём? — встрепенувшись, спрашиваю я.

— Это я о том, что они все одинаковые. Твой-то ещё ничего. Ну, взбрыкнул сейчас. А так, ты же сама знаешь, он у тебя и отец хороший, и как муж приличный. Не забывает про годовщины, дарит подарки, балует.

— Ну да, а сегодня заявил, что я не могу найти общий язык с его сестрой и матерью, ещё и дворнягой обозвал.

— Люд, да потому что мягче нужно быть. Нельзя такие вещи мужикам говорить. Они ведь хотят видеть рядом с собой наивную дурочку, а не железную леди.

— Ир, ты меня вообще слушаешь? Я тебе говорю, он бизнес на мать записал. Специально. Знал, что в случае чего сможет оставить меня ни с чем.

— Так вот я и говорю, не брыкайся, — поучает Ира. — Смирись! Смирись, Людка, иначе ни с чем останешься. Точнее, с двумя детьми и без работы. Квартира у вас чья?

— Общая, — довольно грубо ответила я.

— Так, Люд, а что это у тебя с тоном? Ты на меня почему злишься? Я ведь ничего плохого не сделала. Это не я тебе изменяю.

— Ага, но ты советуешь мне какую-то ерунду. Смирись, молчи. Не собираюсь я смиряться с чем-то подобным.

— Ой, да ну тебя! — кривится Ира и резко поднимается из-за стола. — Позвони, как успокоишься.