Глава 8

Суббота. День, который я запланировала провести с Викой – без работы, без звонков, без мыслей о мести. Просто мать и дочь. Но планы имеют свойство рушиться, особенно когда твоя двенадцатилетняя дочь вдруг становится слишком проницательной.

– Мам, а почему папа вчера не ночевал дома? – спросила Вика за завтраком, размазывая джем по тосту.

Моя рука замерла на полпути к чашке кофе. Откуда она знает??? Андрей вернулся поздно, я думала, она спала...

– Что ты имеешь в виду, солнышко?

– Ну... я встала ночью в туалет и заглянула к вам в спальню. Ты спала одна.

Чёрт! Как же я не подумала, что Вика может это заметить???

– Папа работал очень поздно, заснул в кабинете, – вру, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. – Не хотел меня будить.

Вика посмотрела на меня внимательно. В её взгляде было что-то... недетское. Слишком понимающее.

– Мам, а вы с папой ссоритесь?

– Почему ты так думаешь?

– Не знаю... вы какие-то странные стали. Говорите друг с другом вежливо, как с посторонними.

Боже мой. Двенадцать лет, а она уже всё чувствует! Когда дети становятся такими наблюдательными??? И что мне ей сказать?

– Взрослые иногда переживают сложные периоды в отношениях, – начала я осторожно. – Это не значит, что мы не любим друг друга. Или тебя.

– А разведётесь?

Прямо в лоб! Без обиняков, без подготовки. Дети умеют задавать вопросы, которые взрослые боятся даже думать.

– Вика... – я отложила чашку, потому что руки начали дрожать. – Откуда такие мысли?

– У Маши Соколовой родители развелись в прошлом году. Она говорит, что сначала они тоже стали вежливыми и перестали спать в одной кровати.

Маша Соколова! Конечно! Одноклассница, у которой семья разрушилась с грохотом на всю школу. Теперь Вика боится, что и у нас будет так же.

– Послушай меня внимательно, – я взяла её руки в свои. – Что бы ни происходило между мной и папой, мы оба тебя очень любим. И это никогда не изменится.

– Но вы думаете развестись?

Как ответить на этот вопрос??? Соврать ещё раз? Или сказать правду двенадцатилетнему ребёнку?

– Не знаю, – сказала честно. – Я правда не знаю, что будет дальше.

Вика кивнула. Серьёзно, по-взрослому.

– А если разведётесь, с кем я буду жить?

– С нами обоими. По очереди. Так делают все разведённые родители.

– А где будет жить папа?

– Снимет квартиру. Или купит.

Мы помолчали. Я смотрела на лицо дочери и видела страх. Тот самый страх, от которого хотела её защитить. А получается только хуже – она всё чувствует, всё понимает, но не знает правды.

– Мам, а можно вопрос?

– Конечно.

– А я похожа на папу?

Вопрос ударил меня как молния. Я почувствовала, как кровь отливает от лица.

– Что?

– Ну... Лиза Петрова говорит, что дети обычно похожи на родителей. А я на папу совсем не похожа. У него тёмные волосы, у меня светлые. У него серые глаза, у меня зелёные. И вообще...

Она замолчала, разглядывая мою реакцию. А я сидела, как статуя, и не могла вымолвить ни слова.

– Мам? Ты что-то не то съела? Ты такая бледная...

– Нет, всё нормально, – я заставила себя улыбнуться. – Просто устала. А насчёт сходства... знаешь, генетика – штука сложная. Иногда дети больше похожи на дедушек и бабушек.

– На кого я похожа?

– На мою маму. На бабушку Лену, которая умерла, когда ты была маленькой. У неё были такие же зелёные глаза.

Ложь. Наглая, беспардонная ложь! У моей мамы были карие глаза. А зелёные у Вики – от Сергея. От её настоящего отца, о существовании которого она не подозревает.

Но что мне ещё было сказать???

– Мам, покажешь мне фотографии бабушки?

– Конечно, солнышко. Как-нибудь обязательно покажу.

Ещё одна ложь. Потому что на всех фотографиях моей мамы прекрасно видны её карие глаза.

Господи, во что я превратила свою жизнь??? Во что превращаю жизнь дочери??? Ложь нарастает как снежный ком, и скоро я уже не смогу её остановить...

– А теперь давай решим, чем займёмся сегодня, – резко меняя тему. – Может, в кино сходим?

Вика оживилась, и разговор перешёл в мирное русло. Но осадок остался. Тяжёлый, горький осадок от понимания того, что рано или поздно мне придётся отвечать на её вопросы. И тогда... тогда весь мой карточный домик рухнет.

Мы провели день в торговом центре – покупали Вике одежду к новому учебному году, ходили в кино на какой-то американский фильм про подростков. Я пыталась быть весёлой мамой, но мысли постоянно возвращались к утреннему разговору.

"А я похожа на папу?"

Как эти четыре слова могут так больно ранить??? Как вопрос ребёнка может заставить чувствовать себя последней стервой???

Вечером, когда Вика делала домашнее задание, я сидела в своём кабинете и листала старые фотографии. Вот мы с Андреем познакомились. Я тогда пыталась выиграть картину модного художника для одного клиента. Андрей перебил мою ставку в последний момент. После аукциона подошёл с извинениями и предложил ужин в качестве компенсации.

Самоуверенный, обаятельный, успешный. Мне было двадцать пять, я только начинала строить карьеру. Казался таким взрослым, таким знающим жизнь...

А вот мы в Италии. Побережье, закат, предложение руки и сердца на террасе отеля. Он стоял на одном колене, держал коробочку с кольцом, говорил красивые слова о любви и общем будущем. Я плакала от счастья.

Если бы я тогда знала, что через тринадцать лет буду планировать его уничтожение...

Перелистываю дальше. Наша свадьба. Двести гостей, ресторан, платье от французского дизайнера. Мы выглядели как картинка из глянцевого журнала – красивая, успешная молодая пара.

А за месяц до свадьбы...

Я закрываю альбом. Не хочу вспоминать тот месяц. Но воспоминания уже поднимаются из глубин памяти, и я не в силах их остановить.

Моя первая любовь и мой первый мужчина - Сергей!!! Наш роман закончился болезненным разрывом...

Мы 3 года не виделись! Но случайная встреча - перевернуло всё!

Мы выпили кофе. Потом вина. Потом поехали к нему домой. Одна ночь любви. А утром я сказала ему что выхожу замуж, и мы больше никогда не увидимся.

Через месяц свадьба с Андреем. Через два месяца после свадьбы – тест на беременность с двумя полосками.

Я была счастлива! Андрей был в восторге! Мы планировали детскую, выбирали имена, покупали коляски... И никто не подозревал, что отцом ребёнка может быть не муж.

Когда родилась Вика, я первым делом посмотрела на её глаза. Пока серые, как у всех новорождённых. Но через несколько месяцев они начали зеленеть. Зеленеть, как у Сергея.

Я сделала анализ ДНК. Тайно, через знакомого врача. Результат пришёл по почте в запечатанном конверте, который я вскрывала дрожащими руками.

Я сожгла результаты анализа в раковине. Смотрела, как бумага превращается в пепел, и думала – теперь этого не знает никто, кроме меня. И так будет всегда.

Но Андрей так любил дочь! Носил на руках, ночами вставал к ней, когда она плакала. Читал сказки, покупал игрушки, гордился каждым её успехом. Разве имеет значение кровь, когда есть такая любовь???

А теперь... теперь этот анализ может стать оружием в моих руках. Или против меня.

Если я разрушу бизнес Андрея, если доведу ситуацию до развода, он может потребовать тест ДНК. Из мести. Из желания причинить мне боль. И тогда...

Тогда рухнет не только наш брак. Рухнет весь мир Вики. Она узнает, что папа ей не родной. Что мама лгала ей всю жизнь. Что вся их семья построена на обмане.

Боже мой, что я наделала??? Как могла поставить под угрозу психику собственного ребёнка ради мести???

Телефон зазвонил, вырывая меня из мучительных размышлений. Мой детектив.

– Елена Николаевна? У меня для вас информация.

– Слушаю.

– Ваш муж встречался сегодня с представителями арабского фонда. Проект "Изумрудная миля". Переговоры шли не очень гладко.

Арабский фонд... тот самый, про который рассказывал Виктор Степанов. Фиктивный инвестор.

– Что конкретно происходило?

– Арабы требуют дополнительные гарантии. Кажется, они получили какую-то информацию о финансовом состоянии "Капитал Групп". Ваш муж нервничал, пытался их убедить, что всё в порядке.

Информацию??? Откуда? Я же ещё ничего не предпринимала!

– А что ещё?

– Девушка, его секретарша, тоже была на встрече. Выглядела странно – бледная, встревоженная. После переговоров они поссорились.

Поссорились! Вот это новость!

– О чём?

– Не удалось разобрать. Но она плакала, а он выглядел злым.

Алиса плакала... интересно, почему? Из-за завтрашней встречи со мной? Или Андрей сказал ей что-то неприятное?

– Спасибо за информацию.

– Елена Николаевна, есть ещё кое-что. Вашего мужа вчера кто-то фотографировал. Мужчина в чёрной куртке, профессиональная камера.

Что??? Кто-то ещё следит за Андреем???

– Вы его знаете?

– Нет. Но я выясню.

Я положила трубку и задумалась. Кто может фотографировать Андрея? Конкуренты? Журналисты? Или...

Телефон зазвонил снова. Незнакомый номер.

– Алло?

– Елена Николаевна? Григорий Жданов беспокоит.

Жданов! Владелец конкурирующей компании, о котором упоминала Диана!

– Слушаю вас.

– Мне бы хотелось с вами встретиться. Обсудить некоторые... вопросы, касающиеся деятельности "Капитал Групп".

Вот оно! Конкуренты почувствовали кровь!

– Какие вопросы?

– Те, которые лучше обсуждать при личной встрече. Завтра в шесть вечера, ресторан "Белуга"?

"Белуга"... тот самый ресторан, где мы с Андреем отмечали годовщину. Ирония судьбы.

– Хорошо. Буду.

Что ему нужно? Предложить союз против Андрея? Рассказать о каких-то махинациях? Или просто разведать обстановку?

В любом случае, завтра будет насыщенный день. Сначала встреча с Алисой в семь, потом с Ждановым в шесть. Две встречи, которые могут изменить ход всей этой игры.

Вика заглянула в кабинет.

– Мам, ты не поможешь с математикой? Я совсем не понимаю эти уравнения.

– Конечно, солнышко.

Мы сели за её письменный стол, и я объясняла дочери принципы решения квадратных уравнений. Смотрела на её сосредоточенное лицо, на светлые волосы, склонённые над тетрадью, на зелёные глаза, которые так похожи на глаза её настоящего отца...

Как я могу рисковать её счастьем ради мести??? Как могу ставить под удар её психику, её представления о семье, о себе самой???

– Мам, а это правильно? – Вика показала мне решение.

– Да, солнышко. Всё правильно.

Если бы всё в жизни решалось так же просто, как математические уравнения! Если бы можно было найти неизвестное X и получить правильный ответ!

Но в жизни слишком много неизвестных. И слишком много способов получить неправильный ответ.

Когда Вика легла спать, я вернулась в кабинет и открыла ноутбук. Набрала в поисковике "Сергей Николаев журналист". Сотни ссылок. Статьи, интервью, фотографии...

Вот он. Старше, солиднее, но всё такой же красивый. Зелёные глаза, которые достались в наследство Вике. Работает в крупном деловом издании, пишет расследования о коррупции в бизнесе.

А что, если... что, если он узнает о существовании дочери? Потребует встречи? Захочет участвовать в её жизни?

Нет. Думать об этом нельзя. Слишком опасно.

Я закрыла браузер и открыла файл с планом мести против Андрея. Но сосредоточиться не удавалось. Мысли постоянно возвращались к Вике, к её вопросам, к той правде, которую я скрываю уже двенадцать лет.

Может быть, пора остановиться? Может быть, месть не стоит того риска, которому я подвергаю дочь?

Но потом я вспомнила лицо Андрея, когда он врал мне про японских инвесторов. Вспомнила запах чужих духов на его рубашке. Вспомнила фотографии, где он целует эту дурочку...

Нет. Он заслуживает наказания. И я найду способ наказать его, не причинив вреда Вике.

Я же профессионал по управлению информацией. Значит, сумею управлять и этой ситуацией.

Завтра начну собирать новые карты в этой игре. А сегодня... сегодня просто постараюсь заснуть и не думать о том, какой ценой может обойтись моя месть.

Но засыпая, я всё-таки думала об этом. О Вике, о Сергее, о Андрее, о той паутине лжи, которую сплела вокруг всех нас.

И о том, что рано или поздно эта паутина может всех нас погубить.