Глава 2

Затаив дыхание, я дождалась, пока Лия снимет с меня повязки. Глаза открыть решилась не сразу. Но стоило векам чуть приподняться, как я тут же зажмурилась.

— Привыкай по чуть-чуть, — посоветовала Лия, заметив мои мучения. — Тебя никто не торопит. Здесь темно. Хозяин специально велел не открывать шторы. Но все равно нужно дать глазам привыкнуть.

— Да, — согласилась я и тут же сделала новую попытку.

Слезы потекли градом, но я успела заметить, что все-таки вижу. Значит, зрение в порядке, даже если сами глаза некромант прирастил мне на… хм, ладно, не буду пророчить себе ерунду.

Пока я выясняла, смогу ли в дальнейшем видеть, Лия обтерла меня с ног до головы влажной тряпицей и помогла надеть просторную холщовую рубаху.

— Волосы пока не буду трогать, — виновато произнесла она, — расчешем потом, когда вымоем хорошенько. А то слиплись, боюсь надеру клоками или того хуже — поврежу кожу головы.

— Конечно, — согласилась я и посмотрела-таки на девушку.

Миловидная смуглянка со смоляной косой, собранной в узел на затылке, и глазами цвета горького шоколада мне очень понравилась. Штаны и длинная рубаха из дешевой грубой ткани, указывающей на рабский статус, при каждом движении выгодно подчеркивали тонкий стан. На лице девушки блуждала милая улыбка.

— Ты красивая, — оценила я и прикрыла веки.

Долго смотреть пока не получалось.

— Ты тоже, — отозвалась Лия.

Я вскинула на нее взгляд, ожидая обнаружить в глазах девушки насмешку или смущение. Но нет, Лия хлопала ресничками и простодушно улыбалась.

— Правда? — недоверчиво переспросила я. — После сборки некромантом из мелких кусочков?

— Не веришь? — удивилась Лия. — Хозяин — мастер своего дела. Сейчас зеркало принесу.

В зеркало смотреться мне не хотелось. Предпочла бы поверить девушке на слово и до последнего надеяться на талант некроманта. Но Лия вприпрыжку ускакала из комнаты и вскоре вернулась с круглым зеркалом размером с поднос. Она выставила его передо мной, волей-неволей вынуждая взглянуть на свое отражение.

— Иииии! — пронесся мой визг по комнате и вылетая за ее пределы.

Дверь жахнула по стене. В комнату влетело двое мужчин и женщина, все вопросительно уставились на нас с Лией, не понимая причину переполоха.

— Чего орем? — рыкнул брутальный самец с двуручным мечом за спиной.

Его одежда была из ткани на порядок дороже, чем у рабов, и совершенно не скрывала гору мускулов. Еще и оружие. Зачем ему меч с такими-то накачанными мышцами? Телохранитель? Ах, да, Лия же говорила, что некий Дэй по собственной инициативе служит некроманту в оплату за спасение жизни. Преданный раб, только вольный.

— Ну? — прикрикнул он и сдвинул брови к переносице.

Стоящие позади него мужчина и женщина, которых я не смогла разглядеть из-за перекрывающего обзор качка, принялись тихонько отступать за пределы комнаты.

Лия растерянно смотрела на меня, все еще держа на вытянутых руках зеркало, и я ткнула в собственное отражение пальцем.

— Там не я, — призналась с недоумением.

Мужчина и женщина в рабской одежде испарились во тьме коридора, видимо, осознав, что их помощь не требуется. Некромант не появился. У него в доме крики-вопли, а ему плевать. Впрочем, хорошо, что я не потревожила покой избранника Смерти.

— Конечно не ты! — согласился мужчина и состряпал презрительную мину, мол, могла бы и сама догадаться.

— Что ты говоришь, Дэй? — растерянно пискнула Лия, и качок сподобился объяснить.

— Хозяин ни разу тебя не видел, откуда он мог бы знать, какая ты была в прежней жизни, — принялся на повышенных тонах выговаривать мне разозленный Дэй. — Еще и некоторая часть тела при взрыве превратилась не просто в мелкие частицы, а в пыль, тут же разлетевшуюся по округе. Думаешь, так просто тебя было собрать? И ладно бы наляпал кое-как, нет же, он старался, сделал из тебя идеальную женщину. О такой внешности все бабы мечтают, а ты еще и недовольна? Кем себя возомнила?

Я хлопала глазами и не знала, что сказать.

Теперь стало понятно, почему в зеркале отразилось вместо круглой мордашки со здоровым румянцем изможденное лицо с высокими скулами и кукольно-огромными глазами. Крупный улыбчивый рот заменили капризные губки бантиком, веснушчатую картошку — крошечный тоненький носик, а широкие полумесяцем брови — в прошлом предмет моей гордости — изящные ломанные дуги.

— Ты очень красивая, — утешающим тоном заметила Лия.

— Да. — Я и сама видела, что стала красавицей, соответствующей общепринятым стандартам. — Просто от испуга закричала. Не ожидала наткнуться в зеркале на чужое лицо.

Ох. Теперь я — не я. И это здорово выбивало из колеи. Как же меня узнают близкие? Если раньше я могла сбежать от некроманта к кому-нибудь из знакомых и попросить о помощи, то теперь этот вариант приобретения свободы здорово усложнялся.

Раздраженно фыркнув, Дэй вышел из комнаты. Еще и напоследок хлопнул дверью.

— Расстроился, что ты не оценила труд хозяина, — оправдала его Лия.

Ага. Из меня сделали смазливую куклу и рассчитывали, что буду прыгать от радости, а я подняла шум. Нет, я понимала, насколько мне повезло обнаружить в зеркале красавицу вместо сляпанного наспех монстра, и испытывала сумасшедшую благодарность к некроманту. Но знакомство с собственной внешностью не принесло облегчения. Меня тревожил вопрос:

— Что потребует некромант за свою доброту?

— Дааа, — протянула Лия, соглашаясь со мной. Оказывается, я спросила вслух. — Спас от смерти, подарил шикарную внешность. — На мгновение на лице девушки промелькнуло облачко и тут же исчезло. — Но жизнь все равно дороже, правда же? Пусть даже на короткий срок… — Она осеклась и замолчала.

— Правда, — не стала я кривить душой. — Жизнь дороже, чтобы ни запросил некромант за свои услуги.

Но готова ли я честно за них заплатить? Или все-таки затолкаю совесть куда подальше и сбегу, как только подвернется удобный момент? Ответа я пока не знала. Во мне боролись порядочность, привитая родителями, и непонятно откуда взявшийся противный внутренний голос, шепчущий, что действовать следует исключительно только в личных интересах, наплевав на окружающих.

Соблюдая приказ некроманта, я пролежала в постели еще четыре дня. Лекарство, приносимое рабынями, уже не имело надо мной прежней власти и лишь обеспечивало крепкий ночной и послеобеденный сон. Изнывая от безделья, я призывала память показать мне прежнюю жизнь, но она молчала.

Лия на болтовню со мной могла выделить не более получаса, и я радовалась каждому ее появлению. Она рассказывала про уклад в доме и жизнь у прежних жестоких хозяев, сплетничала про рабов и соседскую прислугу.

— Ты никогда ничего не рассказываешь про некроманта, — однажды заметила я, и Лия тут же метнула испуганный взгляд на дверь.

— Так нечего рассказывать. О нем никто ничего не знает, даже Дэй. — Девушка прилежно расправила складки длинной рубахи на коленях. — В его комнатах прибирается Тень, нам туда вход заказан. Говорит хозяин мало и только по делу, ни с кем не дружит, даже дом построил на отшибе, до ближайших соседей минут десять ходу, не меньше. Клиентов его мы не видим — для них есть отдельная дверь с вывеской. А основное крыльцо выходит на двор с большими воротами, вот они смотрят на дорогу.

И девушка с упоением защебетала на тему красоты природы и местоположения дома, все дальше отклоняясь от моего вопроса.

— Скажи, а на базаре ничего не говорили про взрыв, в котором я чуть не умерла? — решила я пока оставить некроманта в покое.

— Не, — с сожалением вздохнула Лия, пожав точеными плечиками. — Подобные взрывы не редкость на той стороне побережья. Там ведь мастерская магов. Не удался эксперимент, и бабах! Никто не обращает внимание на звуки с тех мест.

Верно. Лия сказала, и я вспомнила. Ну, грохнуло и ладно, никому никогда дела не было о причине шума со стороны мастерских.

— Но должны же поговаривать, что кто-то погиб при взрыве или хотя бы кто усоп примерно в то время, — продолжила пытать ее я.

— На самом деле я с первого дня твоего появления здесь внимательно прислушивалась к разговорам вокруг. Любопытно же, кто ты такая, что хозяин столько сил в тебя вложил, но ничего. Как будто все везде спокойно и благополучно. Так странно. Быть может, ты не местная? Или не здесь погибла?

— Кто знает, — задумчиво пробормотала я.

— А ты что же? Сама совсем ничего про себя не помнишь?

— Несколько обрывков из детства и юности. Думала, ты что расскажешь.

Лия с сочувствием посмотрела на меня и покачала головой.

То, что я — местная, уже выяснилось. Взрыв произошел не в Фейрине? Ерунда! Лия говорила, что некромант ушел за мной и вскоре вернулся с мумией.

Выходит, все гораздо проще. Если на базаре — сосредоточие сплетен и новостей — никто ничего не слышал о моей смерти, значит, она прошла для общества совсем уж незаметно. Все правильно, кого интересует какая-то рабыня? Прежний хозяин, кем бы он ни был, продал меня некроманту и тут же забыл о моем существовании.

Хотя… Лия могла солгать. Внутренний голос шептал, что никому нельзя доверять. Возможно, меня сейчас активно ищут. Или оплакивают.

К сожалению, вторую рабыню некроманта мне так и не удалось разговорить. Как я и предполагала, Гая оказалась женщиной средних лет. Она с ног до головы заматывалась в темно-синюю ткань и прятала лицо под дешевой маской. На любые вопросы, не глядя в глаза, строго поджимала тонкие губы и отмалчивалась.

Лишь однажды ее проняло.

— Почему не сбежишь, раз тебе так отвратительна рабская участь? — спросила я в пустоту, вовсе не ожидая от Гаи ответ.

Женщина вскинула на меня ошарашенный взгляд и тут же испуганно перевела его на дверь.

— На каждом рабе магическая печать, разве не знаешь? — зло буркнула она и сунула мне в руки чашу с лекарством.

Точно. Память подкинула, как самых слабых студентов академии распределяли на проставление магических печатей. Рабы, скот и даже домашние питомцы обретали маячок, который по первому требованию хозяина и за скромную плату магу-поисковику выдавал местонахождение беглеца.

— Я почти ничего не помню, — пробормотала я в свое оправдание и вернула пустую чашу.

Но Гая уже не слушала меня. Она отодвинула в сторонку утку, в которую мне с недавних пор приходилось справлять нужду, забрала поднос с пустыми чашами из-под лекарства и куриного бульона и молча вышла из комнаты.

А я откинулась на подушку и задумалась.

Выходит, рабов в доме некроманта удерживала магическая печать. Но для меня подобная мелочь не была преградой. Я — сама маг. Снять чью-то метку мне проще, чем чихнуть. То есть я практически свободна. Оставалось восстановить память и физическое состояние, после чего меня не сможет удержать ни некромант, ни сам демон из преисподней.

Я воспрянула духом. Возможность сбежать и разобраться с событиями прошлого вселяла в меня веру в завтрашний день и отгоняла ужас перед неизвестностью. А также перед некромантом, вздумавшим подчинить меня. Я еще поборюсь за собственную жизнь!

Однако уже на следующий день я снова погрязла в страхе и жалости к себе.

Лия как раз собиралась уходить, когда в комнате повеяло холодком и вошел некромант. Девушка мгновенно сгорбилась и отступила от кровати.

— Хозяин, — прошелестела она.

Некромант даже не взглянул на нее. Впрочем, меня он тоже не стал рассматривать. Мужчина приблизился к постели, в которой я сидела, и прикрыл глаза. Тонкие длинные пальцы запорхали надо мной, проверяя физическое состояние и энергетические токи.

Судя по громадному росту, прямой осанке и широким плечам — не стар. Прочие детали фигуры прятались под длинным черным плащом. На лице шелковая маска. Похожая на ту, что носила Гая, но гораздо дороже. Незакрытая тканью кожа бледная. Чему удивляться при его-то затворническом образе жизни. Белоснежные волосы, разметавшиеся по плечам, не седые, а снежные. Такие бывают?

Неожиданно глаза открылись и уставились на меня. Жгуче-черные. Пустые. Будто сама Смерть смотрела из них. Мой позвоночник прошило ледяной иглой.

— Имя, — произнесли тонкие губы.

— Вея, — отозвалась я, готовая к вопросу.

Я долго размышляла, стоит ли называть свое настоящее имя, указывающее на магическую родословную. Некромант, скорее всего, в курсе, кого покупал в рабство. А если нет, то магию во мне выдавал светлый цвет волос и глаз, тут уж не скроешь правды. Рабы еще могли решить, что коса мне досталась с чужой головы, и впасть в заблуждение, но не мы с некромантом. С другой стороны, мне требовалась фора — я рассчитывала воспользоваться знаниями, полученными в академии, для побега. Правда, пока память с подробностями об управлении магией ко мне до сих пор не вернулась, но я не оставляла надежды. Поэтому и решила схитрить.

— Так меня называли родители, — добавила я, заметив, что некромант слишком долго молчит.

— Она немного пока вспомнила, только детство и юность, — отчаянно подхватила Лия дрожащим голоском.

Некромант кивнул, принимая наши слова. Мне показалось или в его глазах действительно промелькнула насмешка?

— Память вернется, как только тело восстановится. Но к добру ли? Возможно, стоит начать жизнь с чистого листа, — безразличным тоном обронил он.

Его хрустящий, словно снег под ногами, голос пробрал до мурашек, а слова и вовсе вызвали отторжение. Ага, не стоит вспоминать. Чтобы быть удобной рабыней?

Вслух я произнесла другое, фразы, полагающиеся правилами приличия:

— Нижайше благодарю за спасение моей никчемной жизни. Чем я могу отплатить за вашу доброту, господин некромант?

— Верностью, — бросил мужчина, вовсе не впечатленный моей покорностью.

Так я и думала. Но… верность бывает разная. Мало ли что он потребует, останься я здесь. Нет, точно нужно бежать. На расстоянии не вредить и оставаться благодарной гораздо проще.

— Клянусь, — пробормотала я и попыталась изобразить поклон из положения сидя, но мужчина остановил меня взмахом руки.

— Почтение будешь выражать, когда поправишься. Пока можешь вставать и, если хватит сил, выходить в сад. Через пять дней приступишь к работе. — Он обернулся к Лие: — Выберешь ей занятие полегче.

— Слушаюсь, хозяин, — пролепетала она, перепуганная внезапным вниманием некроманта. И облегченно выдохнула, стоило ему снова повернуться ко мне.

— Сбегать не рекомендую. — Некромант прожег меня недобрым угольным взглядом.

Он мысли умеет читать или Гая успела доложить о нашем разговоре? Скорее, второе. Никому нельзя доверять!

— Если у остальных рабов магическая печать, то ты привязана ко мне каплей души, — все так же бесцветно сообщил некромант, и мне стало совсем уж холодно. — Не думаю, что тебе понравится испытать на себе удавку, которая так или иначе вернет ко мне.

Внутри все перевернулось. Рука непроизвольно схватилась за шею и потерла. Вот, значит, как он вернул мою душу в собранное из кусочков тело! Я этот момент хорошо запомнила. Вернее, удушливо-болезненные ощущения. Это конец! Отныне мне действительно не видать свободы.

Некромант вышел, а Лия присела у кровати и открыла тумбочку.

— Здесь твоя одежда и маска, если решишь выйти на улицу. Нам запрещено показываться людям на глаза с открытыми лицом и головой. По дому можешь ходить, как пожелаешь, но на улице — только в маске и хабе.

Лия что-то трещала еще, но я ее не слушала. Уныние поглотило меня, все глубже утягивая в свое болото. Ни памяти, ни магии, ни шанса выбраться из рабства. Полная безнадега. Зачем жить?