Глава 17

Назар обосновался в гостиной. Сидя в кресле, мужчина наблюдал за тем, как в кухонной зоне у плиты суетились девчонки. Та, что ниже ростом, с двумя косичками, заплетенными каким-то интересным способом, ловко орудовала огромным ножом. Признаться, у Тита всякий раз замирало сердце, когда он видел этот тесак в хрупких пальцах племянницы.

Вторая девушка, с собранными на макушке волосами, улыбалась и о что-то негромко говорила подруге. Таисия Даниловна, его Русалка, хорошела с каждым днем. Или это Тит на ней так повернулся, что видел ее такой красивой? Тут уж без разницы. Тая за стремительно короткий срок стала его душой, его свободой, его женщиной, способной свести с ума за секунду и успокоить одним лишь ласковым словом.

Назара это устраивало. Ему все нравилось. Особенно то, что на безымянном пальце Таисии красовалось обручальное кольцо, а в паспорте – его фамилия.

Таисия Титова. Ему безумно нравилось такое сочетание.

Таюшка рассмеялась. Тит наблюдал за тем, как любимая порывисто обняла Зою за плечи. Эти две девушки, самые близкие Титу и родные, действительно стали подругами. Даже ближе, чем подруги. Материнские чувства проснулись в Тае, а стремление опекать и лелеять девочку порой зашкаливало. Иногда она до хрипоты спорила с Титовыми, что с младшим, что со старшим, отстаивая Зайкины интересы или желания. Как два дня назад, например, когда Зоя попросилась на ночевку к подруге. Что за подруга? Откуда взялась? Где живет? Кто ее родители? Назар Титов и Степан Назарович наотрез отказались отпускать девочку.

Вопрос решила Таисия, привела аргументы, поведала двум взрослым мужчинами, что Зоя – подросток, что у нее переходный возраст, часто меняется настроение, и что девочке необходимо общение со сверстниками.

Словом, Таисия Даниловна внесла в семейство Титовых покой, мир и позитив.

И Тит вдруг подумал, именно благодаря Русалке он с отцом если не помирился, то перестал ругаться. Конфликт стерся. Отец теперь стал частым гостем в доме сына.

Но один разговор, который состоялся в палате частной клинике, не давал Назару покоя. Тогда он будто со стороны посмотрел на поступки отца, на свое отношение к нему, на поведение брата, на то, чем все закончилось.

Прежде Тит не вмешивался в жизнь Матвея. Брат менял девушек, как перчатки, когда Тит пахал и развивал собственный бизнес. Брат кутил, до свадьбы, во время свадьбы и после тоже кутил. Должно быть, отцу надоело все это, ведь Матвей с семьей жил в доме вместе со стариком. Вот и рассказал Степан Назарович невестке обо всем, что происходит под ее носом. Показал то же самое видео, которое отправил Таисии. Старое видео, где Матвей веселился с очередной подружкой.

По итогу мама Зои вспылила. Ругаясь, они с Матвеем разбились насмерть. И все эти годы отец молчал, по какой причине случилась авария. Сожалел ли старик о своем поступке? Прежде – нет. Сейчас – да. Ведь если бы он не вмешался, возможно, у Зои была бы полная семья.

Это все слова старика. Сам же Тит все еще не до конца доверял отцу. Что-то мешало ему впустить Титова в свою жизнь, хотя, Назар и работал над этим вопросом. И потом, он не видел причины, по которым старик мог бы хотеть причинить вред Зое, Русалке, детям или самому Назару. Их не было. В финансовом плане Тит не зависел от отца. Суд признал опекуном девочки чету Титовых. А что касалось наследства Зайки, все активы нетронуты и ждут, когда девочке исполнится восемнадцать лет. Впрочем, Тит и сам уже давным-давно составил завещание, согласно которому все его состояние отойдет Тае, детям и племяннице. Всем поровну. А уж Тит не бедствовал.

Мыли о семье заставили Назара нахмуриться. И в голову полезли совершенно дурные сомнения.

Вот у Таи ведь первый брак был неудачным. Она хотела ребенка. И не получалось. А с Титом – сразу двойня. А что, если сам Назар нужен был Таисии Даниловне исключительно в репродуктивных целях? Вдруг она любит его лишь по той причине, что он заделал ей малышей? И секса у них не было давненько. Тая все валит на переломы Тита. Признаться, и он хорош. Жахнет обезболивающее и дрыхнет как сурок, когда у него молодая и незалюбленная жена. Тут волей-неволей начинаются бредовые мысли.

Да нет, реально бред же.

Назар провел ладонью по затылку. Надо завязывать с такими мыслями. И потом, хватит уже торчать дома безвылазно. Пора заниматься делами. Этот больничный его доконает!

Но тревожные мысли никуда не испарились. И после ужина, когда в доме стихло, когда Зоя умчалась в свою комнату, а Назар и Тая заперлись в своей временной (пока не снимут гипс) спальне на первом этаже.

– Еще подушек принести? – заботливо поинтересовалась Таисия, когда Тит рухнул на матрас.

– Ничего не надо, Русалка, – хмуро ответил Титов, а его взгляд задержался на женской ладони.

Хрупкие изящные пальцы осторожно поглаживали небольшой животик. Едва заметный. Так сразу и не сказать, что там, внутри, растут две жизни.

Моментально Титова начала грызть совесть. Ну что он за кретин? Разве можно ревновать собственную жену к собственным детям? Идиот!

– Что с твоим настроением, родной? – улыбнулась Тая и, приблизившись, села рядом на постель, а ладошками принялась поглаживать здоровое плечо, постепенно двигаясь к кромке гипса, а потом ниже, к животу, бедру. Ловкие пальчики расслабляли и снимали скопившуюся боль.

Титов непроизвольно застонал от облегчения. Настолько было приятно то, что вытворяла с ним Русалка. Волшебница просто.

– Да нормально все. Просто я идиот, – пробормотал Тит и здоровой рукой перехватил длинный светлый локон.

– Ну какой же ты идиот? – фыркнула Тая. – Я не могла полюбить идиота.

– А за что, Тая? За что ты меня любишь? – задержав дыхание, пробормотал Тит. Поскудно он себя чувствовал. Неправильные ведь мысли у него в больной башке. Но...

– Ты сильный, справедливый, честный, смелый. Ты умеешь удивлять и умеешь добиваться поставленных целей. Ты никогда не воспользуешься слабостью другого. Ты умеешь ценить то, что имеешь. Ты видишь в людях личностей. Уважаешь собеседника. А еще ты невероятно романтичный, хоть и прячешь это под пошлыми шуточками. Ты удивительный, Назар. И ты вернул мне веру в сказки. Вот поэтому я тебя и люблю. Разумеется, это только вершина айсберга. Твои самые шикарные качества я еще не разгадала, – подмигнула Тая и негромко рассмеялась.

Но Тит не поддержал ее игривого настроения. Перехватил ладонь и потянул на себя.

– А моя способность делать двойни?

– О, это бесспорно твоя сильная сторона, Назар, – посмеивалась Таисия, – но влюбилась я в твои поступки, в твою харизму и в твой прекрасный ...нос!

– Нос?

– Ну да, – уже громче хохотала Тая, – вредный такой и вечно лезет, куда не просят.

Назар хмыкнул. Он понял, что идиотские мысли отступают, а любимая Русалка заразила его своим игривым настроением. Очень так внушительно заразила.

– Но знаешь, что, – уже тише прошептала девушка, склонившись над ним и почти целуя в губы, – даже если бы все сложилось иначе, даже если бы твоя суперсила делать двойни не сработала бы, я бы все равно тебя любила, Тит.

– Но она сработала, – подсказал Назар.

– И за это я тебя люблю еще сильнее, – улыбнулась Тая.

– Докажи.

– Вообще-то у кого-то гипс.

– Русалка, у меня гипс на ноге, а не на...

– Я в курсе! – вспыхнула Тая и взглянула на домашние шорты Назара. Вернее, на внушительный бугор.

– Так, все, делай со мной, что хочешь, Русалка, – решительно заявил Титов и накрыл ладонью девичью грудь. – У меня развился комплекс. Я начал сомневаться, что возбуждаю тебя, Таисия Даниловна.

– Серьезно? Сомневаешься? – искренне удивилась Тая, а Тит видел ее румянец на щеках, видел блеск в глазах, и то, как юркий язычок скользит по пересохшим губам. И голос у Таи стал капельку сбивчивым. И дыхание изменилось. Тит даже заулыбался, подметив все это.

– Нуууу... у нас не было секса почти месяц, – пробормотал Назар.

– Скажи еще, что ты в календаре отмечаешь! – фыркнула Тая.

– Таюшка, ты чего? Злишься?

– Не злюсь я! – фыркнула таким тоном, что стало ясно. Злится, конечно. Только причину Тит придумать не смог.

– Тай? Ну ты чего? Ну прости идиота. Ну вот такой я, – заговорил Назар и притянул девушку ближе.

– Ты замечательный! – возмутилась Русалка и потом вдруг обняла ладошками лицо Тита и нахмурилась. – Понимаешь, то, что между нами, для меня не секс. Никогда им не был. Я с тобой любовью занимаюсь.

– Я кретин, – вздохнул Тит и здоровой рукой обхватил Таю за плечи, накрыл затылок. – Я люблю тебя. Ты права. Вообще не секс. Ну какой же это секс, если мы с тобой друг друга любим.

– Да... – шепнула и перехватила его ладонь. Тит уже целовал нежные губы и совсем не возражал, когда Русалка провела его же пальцами по ее груди, задевая острые соски, вниз, по округлому животику и заставила Тита коснуться ее трусиков.

Тит негромко выругался, потому что там, внизу, Тая была невероятно мокренькой и обжигающе-горячей.

– Это чтобы развеять твои сомнения, мой любимый муж, – шепнула она ему на ухо, Тит лишь приглушенно и протяжно застонал.

Вот же черт раздери! И как тут, с двумя загипсованными конечностями, когда там...?!

– Я осторожно, – шепнула Русалка ему на ухо и заскользила ладонями по его груди, животу.

Тит помог любимой сесть удобнее, и уже стало не до споров и бесед. Да и выяснили они все. Решили. И ни капли сомнений не осталось. Хотя, это просто Тит психанул из-за ограничений. Вот снимут чертов гипс, Назар каждую минуту будет доказывать Русалке, как сильно он ее любит и...

– Да, малышка, да...! – зарычал Тит приглушенно, когда ощутил, как член скользит внутри горячего лона, а Тая медленно опускается на его бедра и вновь приподнимается.

Он открыл глаза, чтобы не упустить ни единой мелочи. Замечал, как приоткрываются нежные губы. Как Тая запрокидывает голову. Как смущается еще больше, когда Тит накрыл здоровой ладонью ее животик и кончиками пальцев коснулся влажных складочек. Как отпускает себя, двигаясь все быстрее.

Тая качнулась вперед, целуя его горячо и жадно. А Тит ощутил, как дрожит всем телом. И Русалка его дрожит, охваченная экстазом. И даже чертова боль, пронзившая переломы, не помешала испытать нереальное наслаждение.

– Люблю тебя, – на выдохе шепнул он, улыбаясь от уха до уха.

– Люблю, – эхом повторила Таисия, а у Тита не осталось и капли сомнений. Он верил своей девочке.

А позже, когда Тая уснула, обнимая Назара, почти невесомо, хрупкой рукой, он все никак не мог провалиться в сон. Размышлял о том, какой он идиот. Но даже ему, идиоту, несказанно повезло. Ведь у него есть все, любимая жена, крепкая семья, а очень скоро появятся детки. Это же чудо. Его Русалка – его чудо.

А когда Титов почти уснул, его телефон завибрировал от входящего звонка.

– Кто это? – сонно шепнула Тая.

– Спи, малышка, – откликнулся Титов, но нахмурился, просто так Леха в шесть утра звонить не стал бы.

Стараясь не потревожить жену, Назар поднялся с постели. По ту сторону связи звучал напряженный, сиплый голос друга. Раздавленный и потерянный. Таким Лексус на памяти Тита еще не был.