37 глава

Тимур развернулся и ушёл в машину, не дожидаясь ответа Кости, но сел и никуда не поехал, наблюдая за нами с сидения автомобиля, а мы остались стоять друг напротив друга. Костя молчал, уткнувшись взглядом в землю, а я, не выдержав его молчания, взяла его за руку, и только тогда он наконец посмотрел на меня.

- Костя, я так больше не могу, прости. Наверное, это всё было ошибкой.

- Что именно? То, что ты приехала сюда, или то, что ты вообще познакомилась со мной когда-то? Где была допущена эта ошибка, Кать?

- Я насчёт наших отношений. Я думала, что могу попробовать, могу постепенно привыкнуть к тому, что мы не просто друзья, но у меня не получается, и не получится. Я хочу быть с тобой честной. Мне и так было непросто, но зная, что ваша мама против – делает всё это ещё сложнее.

Костя ухмыльнулся.

- Ты решила меня добить сегодня? Не думал, что ты такая… - скривился он.

- Какая? – нахмурилась я, не понимая, к чему он ведёт. - Я стараюсь быть с тобой честной. Я понимаю, что это неприятно, больно, но как есть. Неужели тебе хотелось бы быть со мной, зная, что я не испытываю взаимности?

- Ты такая же меркантильная, как все женщины. Что, взяла мамины деньги, и мы сразу стали тебе не нужны, да? Быстро же ты поменяла своё мнение. Как только крыша над головой и денежки в кармане – Костя не нужен, а когда отец алкоголик и дыра в кошельке – давай попробуем…

Меня настолько сильно задели его слова, неужели он действительно так думал? Я сделала шаг назад, глядя на него совсем другими глазами.

- Я не брала никаких денег у вашей мамы. Я же говорила тебе, что она приходила, оставила деньги, но я их не взяла. Значит вот, что ты обо мне думаешь?

- Никаких денег на столе кухни не было, взять их никто не мог, иначе бы в квартире точно пропало что-то ещё. Вывод очень прост… Их взяла ты. Сначала разыграла спектакль с обмороком для пущей убедительности. Согласилась быть со мной… А через пару дней – я так не могу. Здорово это у тебя получается. Я не хотел в это верить до последнего, но, похоже, пришла пора включать голову, и делать выводы.

- Ты мне не веришь?

- Знаешь, я верил тебе, переубеждая собственную мать. И вот, к чему это привело, – махнул Костя рукой в сторону больницы. - Получила, что хотела? Много заработала? Вот только на людских чувствах не играют и не зарабатывают. А, может, ты и не беременна вовсе, а просто хотела меня разжалобить? Я уже ничему не удивлюсь.

- Ты в своём уме вообще? Ты что такое говоришь? – Каждая его фраза была словно пощечина. Кажется, он разошелся не на шутку. В таком состоянии всегда можно было наговорить лишнего, но это было уже слишком.

- То, что думаю. Впервые в жизни. Представляешь? Я устал быть постоянно на вторых ролях, всё время чего-то ждать, надеяться… не нужен я тебе? Ну и всё, пока. На этот раз уже точно.

Костя развернулся и пошёл прочь. А я увидела, что Тимур был уже не в машине, а вышел из неё. Интересно, что он слышал? Он тоже так думал, что я могла взять деньги?

Не так я ожидала провести сегодняшний вечер.

Костя сел в машину, а мы с Тимуром встретились взглядами. Он какое-то время удерживал со мной зрительный контакт, но первый его разорвал и тоже ушёл.

Я осталась одна на улице, внутри было полное опустошение и растерянность, а ещё злость. Злость за то, что он вообще смог даже подумать в сторону того, что я могла бы так поступить, взять деньги и порвать с ним сейчас из-за этого.

Добравшись до своей комнаты, я сразу легла спать, не позволяя себе думать и анализировать произошедшее. Сон был последнее время моим единственным лекарством от физических и душевных ран.

А проснувшись утром, и оглядевшись вокруг, поняла, что это конец, и пора уже наконец перестать ждать откуда-то помощи, а уж тем более от Тимура или Кости, и думать о себе. Может, я вообще дура, что как раз не взяла тот конверт? Сейчас бы обвинения были хотя бы не беспочвенными, а меня и правда грела неплохая сумма денег.

Следующая неделя прошла как в тумане. Я меняла свою жизнь полностью.

Для начала сменила номер телефона, чтобы до меня не могли дозвониться члены «любимого мной» семейства. Единственный человек, кому я дала новый номер – была тётя Зина, наша соседка из моего родного посёлка. Я попросила звонить её в том случае, если что-то случится с отцом, или ему нужна будет помощь.

На работе я попросила перевести меня в другое отделение. У нас был ещё один салон на другом конце города. Лена очень расстроилась, когда узнала, спрашивала, из-за чего я перевожусь, но я, по понятным причинам, не стала делиться с ней всей ситуацией. Сказала, что новый офис ближе к моему новому жилью. Она, конечно, заметила, что моя комната находится примерно равноудаленно между обоими офисами, но я сказала, что переехала снова. И, на самом деле, не солгала, всё так и было. Вот только жилье к смене моей работы никакого практически отношения не имела.

Несмотря на выгодные условия, я поменяла комнату. Мне была неприятна сама мысль, что я хоть чем-то буду обязана Косте. Так что я сама нашла себе жилье. Новая комната была чуть меньше, и места общего пользования чуть хуже, зато цена адекватная, соседи тоже тихие, а ещё, она была близко к моей работе. Настолько, что можно было добираться до неё пешком, не тратя с утра дополнительное время.

Так, через полторы недели я обнаружила себя Катей, которую давно где-то забыла, растворившись в отношениях и романтических мечтах. С новой работой, в новой комнате, делающей, а не ждущей чего-то.

Меня мучал ещё иногда токсикоз по утрам, но я научилась справляться. Я вообще почувствовала в себе какую-то уверенность, что со всем справлюсь.

И даже вспомнила студенческие годы и взяла подработку в виде написания курсовых, деньги с которой решила полностью откладывать на тот период, когда не смогу работать.

Я встала на учёт по беременности в больницу, и прекрасно отдавала себе отчёт в том, что мне никто не поможет. Но у меня была я. У моих малышей была я. Пора было прекращать страдать.

Моё сердце словно покрылось коркой за этот короткий период, слова Кости меня отрезвили и привели в чувства.

У меня начался новый этап. Жизнь, которую по щелчку пальцев у меня уже никто не сможет отнять.