Глава 3. Герои кельтских легенд.

11 июня 2042 года, среда

— Вы что, превратили меня в… ВАМПИРА?!

— В вампира? — раздалось сразу несколько ошарашенных голосов.

— О, господи, я не хочу становиться вампиром! Это же ужасно — питаться только кровью, не отражаться в зеркале. И на солнце выходить нельзя, а я так люблю солнце! — и я разрыдалась.

Сильные руки обняли меня, вновь прижали к груди, и на этот раз я не стала отстраняться.

— Джинни, ну, что ты! Какой вампир, с чего ты взяла?

— К-к-ровь… — выдавила я сквозь слезы.

— Разве тебе впервые в жизни перелили кровь?

— Н-нет.

— Но ты ведь не стала от этого вампиром?

Я помотала головой.

— Тогда почему ты решила, что на этот раз что-то изменится?

— Вот почему! — я сунула ему под нос свою волшебным образом зажившую ладонь.

— Это просто лекарство подействовало, вот и всё. Мы же тебя предупредили, что оно новое и экспериментальное.

— Я думала, это для почек, — я уже практически успокоилась, слова Кристиана показались мне вполне здравыми. И потом — я просто не могла ему не верить.

— Нет, оно универсальное. Ускоряет регенерацию. Так что, лечит всё сразу — почки, ушиб, ссадины. Точнее — помогает твоему организму сделать это быстро. Вот и всё.

— И я не стану вампиром? — уточнила я, понимая, что, моя реакция, наверное, была чрезмерной. Но сегодня столько странного происходило, столько всего на меня свалилось, что это «волшебное исцеление» стало последней каплей.

— Нет, конечно, — вмешалась Рэнди. — И сейчас я тебе это докажу.

Я обернулась и увидела, что она стоит возле кровати с миской в руках. Сняв с неё тарелку, которая служила крышкой, Рэнди вынула из миски вилку, наколола на неё большой, сочный кусок жареного мяса и поводила им у меня под носом.

— Понюхай!

Я послушно втянула воздух и почувствовала, как от аппетитного запаха рот наполнился слюной, а в животе заурчало.

— Вот тебе и доказательство! Вампиров от запаха человеческой еды тошнит, а у тебя он явно пробудил аппетит. Верно?

Я кивнула, не сводя взгляда с куска мяса. Уже и не помню, когда в последний раз чувствовала себя такой голодной.

— Держи, — Рэнди протянула мне вилку, а миску у неё забрал Кристиан, причём держал так, чтобы мне было удобно взять из неё следующий кусок. Я с вожделением смотрела на еду, но немного стеснялась набрасываться на неё, сидя на кровати, в окружении с интересом следящих за моими действиями гигантов.

— Вперёд, — шепнул мне Кристиан. — И не обращай на них внимания, они наелись мяса перед нашим появлением. А если хочешь, я их всех выгоню.

— Не надо, — помотала я головой, поскольку выгонять присутствующих для меня было ещё более неловко, чем есть при них.

Ладно, раз я в гостях, и мне предлагают угощение, отказываться ведь невежливо, верно? Решив для себя эту проблему, я впилась зубами в ещё тёплый и божественно вкусный кусок мяса и проглотила его, почти не жуя. Кристиан приглашающе протянул мне миску, и я взяла следующий кусок, потом ещё. Четвёртый я ела уже медленно, тщательно прожёвывая, а вот на пятый меня уже не хватило.

— Спасибо, — кладя вилку обратно в миску, где оставалось ещё много мяса, поблагодарила я Рэнди. — Я даже не подозревала, насколько проголодалась.

— Твоё исцеление идёт полным ходом, вот аппетит и вернулся, — пояснил Джеффри. — И истощённый организм старается восполнить утраченное.

— Температура тоже упала, — довольным голосом произнёс Кристиан, скользнув прохладными пальцами по моей щеке.

Прохладными? Но если жар спал, разве его руки не должны казаться мне тёплыми? Очередная странность, но почему-то на этот раз я не испугалась. Наверное, выплеснула весь свой страх в истерике, после того, как решила, что превратилась в вампира, и теперь у меня уже не осталось моральных сил пугаться. А возможно, мне было всё равно. Даже если кожа Кристиана холоднее моей — хотя я не представляю, как такое возможно, — так ли это важно? Это не делает его ни на йоту менее привлекательным для меня. Он всё равно самый замечательный на свете, без вариантов.

— Я думаю, Джинни всё же нужно рассказать про… лекарство, — сказала Рэнди, отвлекая меня от моих мыслей и любования Кристианом. — Пока она себе что-нибудь ещё более страшное не вообразила. А ты, Крис, кушай пока, не ужинал ведь сегодня?

— Не ужинал, — согласился он, поставил миску на колени и, взяв вилку, наколол кусок мяса. При этом второй рукой продолжал обнимать меня, словно это было чем-то абсолютно нормальным. Наверное, только эта обнимающая рука и удерживала меня от того, чтобы не удрать из этого непонятного, странного места и от его не менее странных обитателей, хотя и очень дружелюбных. Рука Кристиана и, конечно, обещание вылечить Арти. Ну и любопытство тоже. Так что я мысленно махнула рукой на странности и с интересом уставилась на Рэнди.

— В общем, так получилось, что у нашей семьи есть некое лекарство, фактически, панацея, — начала она рассказ. — Оно может исцелить даже неизлечимо больных. Даже умирающих. Это не лекарство от какой-либо конкретной болезни, к чему мы все привыкли, это, скажем так, катализатор, который многократно ускоряет и усиливает способности человеческого организма к регенерации. Всё просто.

— Но почему тогда?..

— Почему никто никогда не слышал об этом «лекарстве»? Потому что его невозможно синтезировать и выпустить в массовое производство. Это то же самое, что донорство органов или костного мозга. Спасает при смертельных болезнях, но их невозможно синтезировать, понимаешь?

— Да, кажется… — Я взглянула на стойку для капельницы. — Это всё же была кровь, да? Кровь сама по себе, а не вместилище для некоего мистического лекарства?

— Верно, — призналась Рэнди.

— А чья это кровь? — я оглядела окружающих меня гигантов. Не удивлюсь, если у них ещё и кровь окажется целебной. Я уже поняла, что они необычные, так что совсем не удивлюсь.

— Моя, — пожав плечами, улыбнулась Рэнди. — Ой!

И она испуганно взглянула на мужа, прикрыв рот ладошкой, словно ляпнула то, что не должна была говорить. Я удивилась. И тому, что кровь сдала для меня — или не для меня, когда бы она успела? — эта кроха, к тому же беременная, и ещё больше — её испугу. Чего она испугалось-то?

— Ой, что сейчас буде-е-ет! — предвкушающе протянул у меня над ухом Кристиан.

«О чем это он?» — успела подумать я, и в этот момент послышался рёв Гейба.

— Твоя?! Ты сдавала кровь?! Миранда, мы же договорились!

— Сейчас она его сделает! — шепнул Кристиан мне на ухо.

— Ни о чём мы не договорились, — Рэнди как-то сразу перестала бояться. Похоже, её испуг был наигранным. — Ты просто заявил, что пока я беременна, то сдавать кровь не буду.

— А ты согласилась.

— Я сказала: «Посмотрим», — Рэнди развернулась на колене Гейба и ткнула его пальцем в грудь.

— Но…

— Гейб, не нужно на меня брови нахмуривать, меня это ни капельки не впечатляет.

— Но…

— И я хотела сама сдать кровь для Джулии, она, на минуточку, моя подруга.

— Но…

— И ты прекрасно знаешь, что для меня это вообще не проблема. Даже полезно, кровь обновляется.

— Но… Близнецы…

— А все запасы, которые сделали близнецы, Джеффри увёз этой ночью в клинику. Ты же знаешь, там автобус в аварию попал, нужно было поддержать раненых.

— Это понятно. Но…

— А на утро у Джулии было запланировано переливание. Вот я и пришла к ней, чтобы сдать кровь.

— Ты сказала, что вы просто поболтаете, чтобы она не скучала, — голос Гейба давно уже не звучал сердить, скорее обиженно.

— И это тоже. Мы болтали, а чтобы время зря не терять, я наполнила про запас ещё несколько пакетиков. Как видишь, пригодились.

— Джеффри, но ты-то как допустил подобное? — Гейб нашёл новый объект для своего недовольства.

— Странный ты, Гейб, — пожал плечами Джеффри. — Как будто я смог бы ей отказать. К тому же, я прекрасно знал, что для неё это безвредно.

— Она сдала этим утром НЕСКОЛЬКО пакетов с кровью? — не выдержав, шепнула я Кристиану. — Это сколько же получается, литр? Больше?!

— Ой, Джинни, сама посуди, — Рэнди, как ни странно, тоже меня услышала и ответила за Кристиана. — Если уж я обладаю кровью, которая помогает людям лечить смертельные болезни, неужели моему собственному организму будет нанесён вред такой незначительной кровопотерей? Да моя кровь восстанавливается быстрее, чем я её сдаю.

Я чувствовала всю сюрреалистичность нашего разговора. Вот сидит передо мной молодая девушка, которая может расстаться с литром крови, а то и больше, с такой лёгкостью, словно несколько капель на анализ сдала. При этом её кровь ещё и целебная, в этом я убедилась на собственной шкуре. И, кстати, не только у неё, здесь ещё каких-то близнецов упоминали. А как она двигалась! Женщины в её положении не носят свой живот с такой лёгкостью, словно он вообще ничего не весит. И мою, сказанную шёпотом фразу она услышать не могла. Но ответила на неё, значит, услышала. И тут я вспомнила ещё кое-что. Как она сказала, держа мясо у меня под носом: «Вампиров от запаха человеческой еды тошнит». Тогда я восприняла эту фразу как попытку меня успокоить, но теперь до меня дошло — это прозвучало так, словно она точно знает, о чём говорит.

И, не успев подумать, я выпалила.

— Так вампиры и правда существуют?!

Кристиан замер с куском мяса у рта, Джеффри присвистнул, Гейб удивлённо поднял брови.

— Да, вампиры существуют, — кивнула Рэнди, а потом оглянулась на мужа. — Что? Ей всё равно бы пришлось всё рассказать. Днём раньше, днём позже, какая разница? Но ты не волнуйся, Джинни, мы не вампиры.

— Но и не люди, — озвучила я то, что формулировалось у меня в голове с момента моего появления в этом доме.

Кристиан уронил вилку с мясом, к счастью, в миску. Джеффри охнул. Гейб пробормотал фразу на неизвестном мне языке, судя по тону — что-то очень нецензурное. И только Рэнди продолжала доброжелательно улыбаться.

— И на основании чего ты сделала подобные выводы? — ей, похоже, действительно было интересно.

— С чего бы начать? — задумчиво протянула я. Голова была как никогда ясной, никакого привычного головокружения и боли. — Ну, хотя бы с того, что вы слишком большие, слишком мускулистые, слишком красивые и слишком похожие.

— Это ты ещё мою родню не видела, — хмыкнула Рэнди. Мужчины потрясённо молчали. — Это всё?

— Нет. Слишком острый слух, — ведь Джеффри откликнулся на слова Кристиана, сказанные вполголоса. И он ведь явно не ждал нас, прячась за живой изгородью, да ещё и с чемоданчиком. Так что я продолжила: — Слишком быстрые. Можете видеть человека насквозь.

— Так только Джеффри может, это его личный дар — чувствовать, где и что у кого болит, — пояснила Рэнди. — А ещё что?

— Ещё? Мммм. Холодная кожа. Сначала я думала — мне это кажется из-за моей температуры, но нет.

— Это ты в точку, — кивнула Рэнди. — Всё?

— Нет, конечно. Самое главное — исцеляющая кровь и невосприимчивость к большой кровопотере. Я теряла много крови, так что в курсе, каково это.

— Исцеляющая кровь — это особенность моей семьи, — доверительно сказала мне Рэнди. — У этих здоровяков она самая обыкновенная. — Джеффри хмыкнул. Рэнди поправилась. — Не то чтобы совсем уж обыкновенная. Но не целебная, определённо.

— Теперь всё? — не выдержал Гейб, похоже, чувствуя себя не особо уютно.

— И ещё вы старше, чем выглядите. Теперь всё.

Какое-то время в комнате стояла тишина, потом Рэнди обвела взглядом присутствующих и пробормотала.

— Народ, вы понимаете, что за какой-то час мы спалились по всем фронтам? Прежде подобного не бывало, по крайней мере, на моей памяти.

***

— Народ, вы понимаете, что за какой-то час мы спалились по всем фронтам? Прежде подобного не бывало, по крайней мере, на моей памяти.

— Не по всем, — слегка обиженно пробормотал Гейб.

— Угу, кое-что всё же оставили на завтра, — вздохнул Джеффри. — Ладно, я, пожалуй, пойду. Хочу исследовать твои анализы более подробно, Джинни, нужно же определить возбудителя твоей болезни, а для этого мне нужна моя лаборатория. Всем спокойной ночи. — Доктор улыбнулся присутствующим и… исчез.

— А говорил — оставили кое-что на завтра, — покачал головой Гейб. — Джинни, а про возраст ты как догадалась.

— Агент ФБР и его отставка, — пробормотала я, зачарованно глядя на то место, где только что находился Джеффри. — Ещё и телепортация?

— Нет, он просто очень быстро двигается, ты ведь это уже отмечала, — пояснил Кристиан, и я повернулась, глядя на его прекрасное лицо. А он взглянул на меня с тревогой и спросил. — Тебя это пугает? То, что мы… не люди?

Я задумалась, глядя на того, кого не так давно признала самым главным человеком в своей жизни. Своей любовью, своим сердцем. Изменился ли он в моих глазах, оказавшись не человеком? Нет. Изменились ли мои чувства к нему? Нет. Стала ли я его бояться?

— Нет, — покачала я головой. — Я не боюсь тебя, и никогда не стану бояться, кем бы ты ни оказался.

Почему я должна пугаться того, от кого видела лишь добро? И он, и его близкие пришли мне на помощь, ничего обо мне не зная. Отнеслись ко мне по-доброму, так, что я даже почувствовала себя членом этой, может и странной, но явно очень дружной и любящей семьи. Они пообещали вылечить Арти! Дали мне «волшебное лекарство» и отправляли свою кровь в клинику, чтобы спасать людей. Кем бы они ни оказались, эти создания были лучше подавляющего большинства людей, которых я знала.

И как только я для себя всё это сформулировала, остатки желания удрать от неизведанного, испарились окончательно.

— Я так рад, — шепнул Кристиан, прижавшись губами к моей макушке. Боже, до чего же приятно. Я чуть крепче прижалась к нему — как же чудесно оказаться в сильных, надёжных объятиях. Сидела бы, вот так, не шевелясь, весь следующий год. Или всю оставшуюся жизнь.

Какое-то время мы так и сидели, не двигаясь, но тут я услышала:

— Мы, пожалуй, пойдём, — и, словно очнувшись, подняла голову.

Гейб и Рэнди стояли у дверей комнаты, явно намереваясь исчезнуть. Кристиан вздохнул — я почувствовала его вздох макушкой, — а потом чуть отстранился, но из объятий меня не выпустил.

— Гейб, мы ещё не все организационные вопросы решили, задержитесь ненадолго. Если, конечно, вы не торопитесь к детям.

— Близнецы сегодня за нянек, — ответила Рэнди, которую Гейб снова усаживал к себе на колено.

Стул, на котором прежде сидел Джеффри, был свободен, но этой парочке явно больше нравилось сидеть на одном стуле.

— У вас есть ещё дети? — поинтересовалась я, всё же Рэнди выглядела едва ли не моложе меня. Да, я уже поняла, что они старше, чем выглядят, но всё равно, слышать это было немножко странно.

— У нас есть сын, — ответил Гейб, в его голосе слышалась неподдельная отцовская гордость. — В следующем году он пойдёт в школу. И ещё с нами живут мои младшие сестры, которых мы растим, как своих детей, поскольку собственным родителям они не нужны.

— А близнецы — это уже мои братья, — подхватила Рэнди. — Они тоже живут с нами, и время от времени мы их эксплуатируем, чтобы немного побыть вдвоём. Им нравится присматривать за детьми, они идеальные няньки. Когда-нибудь станут замечательными отцами.

— Рано им ещё об этом думать, — к моему удивлению, Гейб нахмурился, а Кристиан фыркнул, похоже, забавляясь его реакцией. Любопытно. Но я промолчала. Может, позже узнаю, в чём тут дело.

— Так что, мы полностью в вашем распоряжении, — игнорируя недовольную мину мужа, продолжила Рэнди. Похоже, для неё его недовольство было не в новинку. — Итак, нужно придумать, как всё провернуть и при этом не выдать себя.

— Мальчику нужно будет делать регулярные переливания по нескольку раз в день в течение порядочного срока, его болезни слишком серьёзны, — начал Гейб.

— И делать это в интернате не получится, — продолжил Кристиан.

— Нужно спросить у Дэна, сталкивались ли га… мои родственники прежде с чем-то подобным.

Мне показалось, что Рэнди хотела как-то иначе назвать своих родственников, но я не стала заострять на этом внимание, ведь сейчас решалась судьба Арти. Да и какая разница, как она хотела их назвать! Будь они хоть гномы, хоть драконы — их кровь спасёт моего братишку, это намного важнее.

— В любом случае, не забывайте, что нам скоро возвращаться в долину, — напомнил своим родственникам Гейб. — Мы можем отложить отъезд на пару недель, в крайнем случае, на три, но не больше, вы же понимаете.

— Арти в любом случае нужно забирать из интерната, — пожал плечами Кристиан. — Причём насовсем. Его чудесное исцеление привлечёт ненужное внимание. Поэтому он должен будет исчезнуть.

— Но мне его не отдадут, пока у меня не будет постоянной работы со стабильным заработком и благоустроенного жилья. А это непросто и не быстро. Моё наследство могло бы решить проблему, но и до него мне сейчас не добраться. А пока я не являюсь опекуном, то могу лишь иногда забирать Арти на несколько часов, не больше. Я отвожу его в зоопарк, он там может гладить детёнышей животных в специальном вольере. Ему это очень нравится. Пару раз я отвозила его в школу верховой езды и один раз — в дельфинарий, для таких деток, как он, общение с животными очень полезно. Жаль, что не получалось делать это чаще.

— У нас есть Лаки! — радостно воскликнула Рэнди. — Это мой пёс. Он безумно любит детей, так что с радостью будет общаться с Арти. Кстати, Арти — это сокращённое от Артура, да?

— Да, — улыбнулась я. — Папа хотел назвать его Гарет Персиваль, но когда я впервые увидела его, такого крохотного, но так стойко борющегося за жизнь, я подумала — имён рыцарей мало, нужно королевское имя, он его заслужил. Так что он — Артур Гарет.

— Так это ты ему имя дала? — удивилась Рэнди.

— Я. Больше некому было. Когда я впервые пришла к нему, на его инкубаторе висела табличка «Младенец Бейли». На других — имена деток, а у Арти — только фамилия Глории. Папа с Глорией не были женаты, не успели. Так что у него материнская фамилия, тётя Сэнди и Иззи подсуетились. Не разрешили, чтобы малыша записали на папину фамилию. Так что, по документам он мне не брат. Но в интернате знают, что это не так, и в больнице тоже мне поверили, что Арти папин сын, пускали меня его навещать. Но фамилию папину я ему дать не могла, я несовершеннолетняя была, моё слово ничего не стоило.

— Но имя всё же ему дала ты, — Кристиан успокаивающе погладил меня по плечу. — Хорошее, сильное имя.

Кристиан знал, что Арти на самом деле вовсе не мой брат, но ничем не показывал это своё знание, и за это я тоже была ему благодарна. Ведь не ДНК определяет родство, а отношение. Вот Иззи, например, ему кровная сестра, а толку?

— Гарет, Персиваль, Артур, — покачал головой Гейб. — Кто-то очень любил средневековые кельтски легенды.

— Папа любил, — согласилась я. — Вот и давал нам такие имена. Потому-то я и выбрала имя Артур, а не Ричард, Эдуард или Альберт, например. Те короли были из другой эпохи.

— Говоришь, вы все названы в честь героев кельтских легенд? — задумчиво произнёс Кристиан. — С Изольдой всё понятно, а что насчёт твоего имени?

— Я думала, что ты Юджиния или Вирджиния, — Рэнди смотрела на меня с любопытством. — Но теперь усомнилась в этом. Как твоё полное имя, Джинни?

— Джиневра, — вздохнула я. — Джиневра Моргана Гамильтон. Я не очень люблю своё имя, предпочитаю сокращать.

— Я тоже, — кивнула Рэнди, расплываясь в широкой улыбке. — Но Джиневра! Господи, поверить не могу!

— Потрясающе, — Гейб так же разулыбался. — Вот уж совпадение!

Я ничего не понимала. Да, имя не самое распространённое, и это ещё мягко сказано, поэтому я старалась пользоваться сокращённым где только возможно. Но обычно, узнав его, люди не начинали восхищённо улыбаться. И причём здесь совпадение?

Я обернулась, чтобы взглянуть на Кристиана и увидела, что он тоже улыбается. Поймав мой вопросительный взгляд, он пояснил.

— Знаешь, почему нас так поразило, что твоё полное имя — Джиневра? — Я помотала головой. — Потому что полностью меня зовут Ланселот Кристиан Форест.

Вот это да… Теперь я поняла реакцию Рэнди и Гейба. Сколько было шансов, что мы, обладатели таких не самых распространённых имён, встретимся? И не просто встретимся, а… Даже не знаю, моё удивительное, не поддающееся никакому объяснению чувство к Кристиану — оно ведь взялось откуда-то. И, я, конечно, понимала, что вряд ли он испытывает ко мне нечто подобное — волшебное и необъяснимое, — но, как минимум, симпатию-то я в нём вызываю, иначе вряд ли он стал бы обо мне так заботиться и так нежно обнимать. Гейб прав — потрясающее совпадение! Наверное, скажи Иззи, что встречается с парнем по имени Тристан — я отреагировала бы так же.

— Я не пользуюсь первым именем, — пояснил между тем Кристиан. — Пользовался в детстве, пока мы в школе не прошли легенду о короле Артуре и его рыцарях. И после этого пошли насмешки: «Эй, горе-рыцарь, где лошадь потерял?» «Мы не возьмём тебя в свою команду, ты короля предал и нас предашь». И всё в таком духе. Дети бывают очень жестокими. Так что, перейдя в другую школу, я назвался Кристианом, и больше проблем у меня не было.

— Ланселот и Джиневра! — продолжала восхищаться Рэнди. — Гейб, ну, согласись же, что это — судьба.

— Согласен, Миранда, согласен, — благодушно отвечал Гейб жене. — Но мы слегка отвлеклись. Итак, какие будут предложения? Как нам вытащить Арти из интерната? Желательно законно. Похищение оставим на самый крайний случай.

— Похищение? — ахнула я.

— Не волнуйся, Джинни, я уверен, что мы найдём способ легально забрать Арти, — успокаивающе шепнул мне Кристиан.

— Да о чём здесь думать-то? — воскликнула Рэнди. — Я так понимаю, что для того, чтобы забрать Арти, тебе, Джинни, нужно комфортабельное жильё и материальная стабильность?

— Стабильная работа, — уточнила я.

— Но если бы у тебя появился какой-то другой доход, то же наследство, например, то вряд ли органы опеки возражали бы, даже если бы работы у тебя не было, верно?

— Пожалуй, — кивнула я. — Думаю, тогда проблем бы не было. Куратор Арти знает, что он мой брат, пусть и не по документам. Мне сказали, что это не станет препятствием, поскольку других желающих взять его нет, и не предвидится. Жильё, достаток — и мне его отдадут.

— Тогда решение очевидно, — заулыбалась Рэнди. — Вам с Кристианом просто нужно пожениться. Кристиан хорошо обеспечен, жильё у него, как видишь, весьма комфортабельное. И в полную семью твоего братишку отдадут ещё охотнее. Как тебе такой вариант?