Глава 86

Марк, граф Ромский

Первое наше совместное лето мчалось с такой скоростью, что я иногда вспоминал бешеную скачку за королем.

Мне даже сложно вспомнить сейчас точную последовательность событий. Иногда кажется, что это был пестрый и шумный ком, который просто втянул меня в центр происшествий.

Когда я служил при дворе, мне было сложно наладить порядок действий. Отследить неукоснительность соблюдения моих приказов. Но если бы не покушение на короля, то моя служба на втором году начала бы превращаться в некую удобную и стабильную работу. Появлялась монотонность в действиях, где главное было — аккуратность исполнения. Здесь не было ничего подобного! Прошлое лето, как говорили, было солнечным, но с обильными дождями. Потому и урожай был богатый. Солнца хватало и этим летом, а вот дождей было совсем мало. Уже сейчас, в самом начале лета было понятно, что двойной урожай некоторых овощей нам не светит. А, например, капусту, просто придется закупать. Я бы, если честно, плюнул на такую мелочь. Но Катрин очень настаивала, что овощи должны быть в огороде и на столе обязательно! Какой-то ей целитель наговорил и она свято в это верила! Хотя, возможно, она и была права.

— Марк, вспомни из пожилых богатых аристократов, кто болеет воспалением суставов?

— Ну, Катрин, болею, да. Многие…

— А у крестьян такой болезни никогда не бывает! Так что ищи, где и у кого можно закупить для замка капусту и огурцы! Мне это нужно на зиму.

Она передала мне все бумаги и дела по землям и я по прежнему не понимаю, как она все успевала! Гвайр Бланд, мой главный помощник, отзывался о ней с большим уважением. Прямо с трепетом в голосе!

— Её светлость — большого ума женщина! Большого! Да, работу требует и во все вникает, но и награждать никогда не забывает. И все рассчитывает так, чтобы прибыль шла или хоть в ноль первое время. Благослови её Господь, очень умная женщина!

Проблема для меня заключалась в том, что как раз женщиной-то моя жена и не была…

Первые два месяца нам было просто некогда!

Сперва она сдавала дела на бумагах, а я тщетно пытался уложить все это в голове и ничего не забыть.

Потом началась практика.

Мы, частично, объезжали земли. Она показывала различные производства. Объяснила, как получилась такая красивая черная глина — второй обжиг в закрытых металлических коробах с опилками. Ездили на торг, ездили смотреть первый хутор в лесу. Она объясняла, почему их должно быть много и зачем нужны лесничие.

С ней было безумно интересно! Мне казалось, что я застыл на уровне солдафона, который не знает ничего, кроме тренировок и службы, а она жила как раз реальной жизнью! За время разлуки ее знания об управлении землями и замком разрослись необыкновенно. И я учился. Я вспомнил, как в детстве, с разрешения отца, присутствовал на уроках старшего брата. Знания по истории и географии, письмо и чтение свитков. Ему даже преподавали тарский язык. И ничего не рассказывали о жизни крестьян. О том, что должно быть в крепком хозяйстве. О том, что с нищего не соберешь налог!

Я понял, зачем Катрин завела школу травниц. Эти подрастающие девочки, в которых сейчас вкладывали деньги на тепло, еду, грамоту — они смогут улучшить жизнь крестьян. Больше выживет после болезней. И работать они будут не один год. А крестьяне будут чувствовать и знать, что господин заботится о них. От таких людей можно будет не ждать бунтов и смут! Так что все эти вложения со временем окупятся. Да! Совсем не деньгами! Но — верностью! Той самой, о которой говорил его величество. Той, которую не купишь за деньги! Домой мы приезжали к вечеру и падали спать.

Потом, когда земля оттаяла, я уехал по делам. Меня не было почти десять дней.

Вернувшись, я застал дома гостей.

Барон Редж и крошечная серьезная пятилетняя леди — Циния Редж.

Сперва я обрадовался вестям от старого друга отца, барона Ируса. С радостью принял гостя и даже свозил его на охоту на лесного вепря! Очень редкое развлечение. Но он, хоть и отлично сидел в седле, да и луком владел вполне прилично, явно торопился назад, в замок!

Я, наверное, балбес, как совершенно справедливо сказала мне Катрин.

Но когда я увидел, как этот улыбчивый и говорливый красавчик заглядывает в глаза моей жене, и на что-то её уговаривает, я еле сдержался, чтобы не выкинуть его из замка сию же минуту! Их спасла только крошка Циния, которая сидела в это время на коленях Катрин и водила крошечным пальчиком по бусинкам на ее воротнике!

Но терпение мое лопнуло и я потребовал вечером, после ужина, разговора с Катрин! Прямо потребовал!

— Марк, я не понимаю, почему ты злишься? Ровена еще очень молода, она вполне может выйти замуж и родить своих детей. Что плохого в том, что у нее будет семья и любящий муж?

Тут я окончательно почувствовал себя дураком!

— Он просит руки Ровены?

— Да, но не хочет ее торопить. Поэтому и просил меня побеседовать с ней. И сказал, что готов взять ее без приданного, ему это не важно. И готов предоставить ей большой лирд. Очень большой, Марк.

— Моя сестра не будет нищей!

— Да она и сейчас не нищая, Марк. Но барон-то об этом не знает. Мы же не кричали на каждом углу, что она владелица отличной доходной мастерской. Он думает, что она живет на вдовью долю после смерти мужа. Которая так мала, что не позволяет ей жить отдельно. Он слышал сплетни соседей и всякие гадости по этому поводу, но точно-то никто ничего не знает. Мне он нравится, но решать, всё же — Ровене.

Я сидел, слушал, как моя жена беспокоится о Ровене, переживает о какой-то капусте, волнуется за крестьян. Она говорила, я слушал…

И принял решение. Возможно, это было не лучшее решение, но тогда я не придумал способа лучше повернуть эту деловую головушку в мою сторону.

За ту оставшуюся неделю, что барон Редж провел в тихих беседах с Ровеной, обязательно в присутствии леди Жамэ и Цинии, я все успел подготовить.

Барона провожали всей семьей. Ровена, практически, сказала — да. Но попросила время до осени, подумать. Предполагалось, что осенью мы едем на свадьбу дочери барона Ируса и там они решат окончательно. Мы, всей семьей, будем гостить до свадьбы в поместье барона. Он поцеловал руку Ровене, крошка Циния очень солидно и серьёзно пригласила "всех плекласных леди" посетить их с папой дом, и добавила, что если "гошподин глаф не будет охотиться, то можно взять его с собой".

Мы посмеялись и расстались вполне дружески.

Вечером, после ужина, дамы вполне благосклонно обсуждали барона и его дочку.

А утром я похитил свою жену.

Просто подхватил ее на руки и закинул в заранее подготовленную кибитку. Я не слушал ее возмущенные реплики и перечисление всех ужасно неотложных дел, которые непременно нужно сделать прямо сейчас.

Я ехал верхом, с солдатами и капралом, а Катрин сердилась и что-то бормотала в домике. Садится туда я побаивался, если честно. Ссорится я не хотел. Поэтому просто ждал, когда она перекипит.

Катрин, графиня Ромская.

Я не могу сказать, что прямо вот сознательно избегала Марка. Нет, конечно нет…

Он мне нравился, он был моим мужем и я понимала, что секс неизбежен. И я не хотела его именно из-за неизбежности!

Сама мысль, что я изначально лишена выбора меня угнетала. Возможно, это глупость. Да…

Кроме того, я передавала дела Марку, накопилась куча всяких мелких проблем, которые требовали моего решения и рассмотрения. Приехал с дочерью барон Редж, хотя мы и ждали его ближе к концу лета. Не утерпел… Я много разговаривал с ним, пытаясь понять, что он за человек. Но он был достаточно рассудителен, не глуп, а главное — не жесток! Пожилая дама-гувернантка леди Цинии была от него в восторге. Говорила, что слуги дома его любят и очень жалеют, что не хочет женится. Считают, что Цинии нужна мама, а барону — еще дети. Тогда и тосковать некогда станет. Одна из приятных неожиданностей была в том, что барон оказался вовсе не мрачным и не хмурым. Вполне себе адекватный влюблённый молодой мужчина.

Ладно, осенью поживем в его доме, посмотрим.

Вечерами я думала о Марке. Я видела, что он пытается ухаживать за мной, с ним было интересно, он много знал и рассказывал. Он впитывал информацию как губка и я понимала, что из него выйдет очень толковый управляющий землями. По его дотошному вниманию к деталям уже можно было это предсказать. Еще месяц-другой и он справится сам.

Я все еще пыталась раскладывать мое отношение к нему по полочкам. Вот тут — гормоны молодого тела, вот тут — рассудочная оценка его, как человека. Очень хорошего человека, надо сказать! А вот тут — оценка его, как управленца и работника. И всё было замечательно! Кроме одного… Я не могла решится. Мне казалось, что физическая близость сделает его самоуверенным феодалом. Что он полностью и навсегда ограничит мои свободы. Здесь жена — это просто вещь! Да, не у всех, вон как баронесса Ирус крутит мужем. Нет! Не так! Не крутит! Но они любят друг друга. А я для Марка что? Просто выгодная жена в договорном браке! Да, очень выгодная!

Иногда я плакала в подушку. И говорила себе, что это от усталости. Хотя и знала, что врать себе — последнее дело.

Ну, и конечно — сны! Молодое тело и всплески гормонов. Ничего удивительного, что я просыпалась разбитая и уставшая…

Мы проводили барона и его дочку. Замечательная малышка, кстати. Думаю, будь у барона серьезные недостатки — это было бы видно в его ребенке. Еще один довод в пользу их с Ровеной брака.

Я завидовала Ровене. Да, это я могла сказать себе честно. Мне тоже хотелось, что бы муж любил меня не за деньги, а просто так…

Дел на сегодня было безумно много! Кире я еще с вечера наказала разбудить меня до рассвета.

Я планировала, пока темно, пополнить запас ленты шибори.

Требовалась поездка на ферму и, пожалуй, пора искать туда отдельного управляющего. Слишком она разрослась.

Требовалось разобрать конфликт на торговой площадке. Крестьяне хитрили и пытались оставить телегу не во дворе, на платном месте, а за воротами. Но место было неудобное, телега покатилась назад и сломала чужой забор. С этим, безусловно, мог бы разобраться и помощник гвайра Бланда, но парень ухитрился в летнюю жару искупаться в холодной воде и валялся с кашлем и соплями. Глядя на то, как за ним ухаживала повзрослевшая Тайна, как бережно меняла примочки и поила отварами, я понимала — стоит ждать еще одну свадьбу и пора строить дом.

Требовалась переделка на кухне. Гвайра Рада приходила еще три дня назад и просила посмотреть самой. Это важно!

На улице стоял предрассветный туман и было еще сумрачно и влажно. Я была уже одета и ждала Киру с чайным подносом. Но вместо Киры вошел Марк, молча подхватил меня на руки и понес к выходу их дома. Сперва я испугалась, потом поняла, что несет куда-то по делу, потом пыталась объяснить, что у меня много дел и…

И все было бесполезно! Он посадил меня в разъездную кибитку, закрыл дверь снаружи и мы тронулись. У кибитки я видела охрану, значит едем далеко. Что это вообще такое!

На столе стояла корзинка с горячими пирожками и фляга с чаем. Я завтракала и злилась…