Глава 7

Свадьба отгремела на весь город. Молодые проехались по главное улице, украшенной яркими лентами и венками, такие радостные, красивые. Милава в ослепительном белом платье с косами, уложенными на голове короной вся сияла от счастья, держась за руку с Желаном. Позади них ехали родители. Отец Милавы не мог налюбоваться на свою дочь, разувался от гордости за единственное дитя, выросшее таким нежным и прекрасным, как весенний первоцвет. Желан не мог оторвать глаз от красавицы жены и уж точно совсем забыл про девушку, которая любила его даже теперь, когда его собственный отец посадил ее под замок в сарае, что находился в дворе дома.

Жители города вышли приветить будущую княгиню и Милава всем радостно улыбалась, бросала в толпу медные монетки и смеялась, когда маленькие дети шныряли под ногами у взрослых, поднимая деньги, чтобы потом потратить из в лавке сладостей и вспомнить добрым словом молодую невесту.

Затем процессия плавно перешла в княжий дом, где гостей и молодых уже ждали накрытые столы, ломящиеся от яств и напитков, а проворные слуги торопливо помогали всем рассесться по своим местам.

Жених и невеста заняли свои кресла во главе стола и под крики гостей крепко поцеловались.

Милана раскраснелась от выпитого вина и от счастья, поглотившего ее целиком. Она не могла насмотреться на своего молодого мужа, который, впрочем, тоже не отводил от нее влюбленного взгляда. И только Буревой сидел в стороне и отчего-то думал грустную думу. Его тревожила предстоящая казнь и слова Харека все же зародили зерно подозрения в душе князя. А он этого очень не любил — подвергать сомнению собственные решения.

Пиво и вино текли рекой, и скоро охмелевшие гости растащили столы, устроив танцы, благо князь пригласил музыкантов. Уже за полночь молодые сбежали от гостей, уединившись в своей спальне, а Буревой остался сидеть рядом с тестем, разговаривая ни о чем и слушая его пьяные речи. Сам Буревой пил мало и присматривал за тем, насколько споро работают слуги, довольны ли гости.

Светолика сославшись на переутомление, вызванное тяжелыми днями подготовке к торжеству, тоже удалилась в свои покои, возложив на мужа ответственность перед гостями, которые и не торопились расходится, хотя знали прекрасно, что на завтра были назначены веселые гуляния у реки, уже со всеми горожанами. Буревой хотел для сына такой свадьбы, какой еще не было ни у кого и не жалел денег. Да и как тут пожалеешь, когда сын один единственный!

— Моя Милава была как лебедушка белая в свадебном платье, — плакал рядом захмелевший Велигор, — Если бы только мать покойница могла ее сейчас видеть! Как она радовалась бы за наше дитя!

Буревой поморщился глядя на красное лицо тестя и перевел взгляд на тот стол, за которым сидела его дружина. Привычно стал выискивать взглядом северянина и только потом вспомнил, что тот еще с утра собрал свои вещи и был таков.

Кто-то сообщил, что Харек еще не уехал из города, но на свадьбе Буревой его не видел, хотя приглашения не отменял даже не смотря на решение воина покинуть его дружину. Да и в городе не мелькнуло привычное лицо в толпе празднующих горожан.

Буревой жалел, что Харек ушел от него, понимая, что вряд ли еще найдет воина, подобного северянину. И далась только воину эта девка, никак приворожила, как когда-то и его сына? На мгновение князю стало интересно, куда отправится Харек Две Косицы дальше. Каким будет его путь и отчего-то Буревой решил, что тот скорее всего захочет вернутся на родину, где не был вот уже сколько лет!

Я уже не плакала. Лицо странным образом закаменело, а когда на закате стража принесла мне поесть, то один из них посмотрев на меня весело произнес:

— Готовься, ведьма! Скоро привяжут тебя к столбу и разложит у ног костерок. Весело будешь так гореть, а пока радуйся оставшимся часам своей никчемной жизни! — он расхохотался и захлопнув двери, водрузил на нее тяжелый замок, а я села и посмотрела на полную тарелку каши с таким видом, словно мне поднесли яду. Затем в сердцах пнула ногой тарелку, и она отлетела в стену. Содержимое разлилось под дверью густой лужей, но стража на мою выходку никак не прореагировала и что-то весело обсуждала не обращая на меня малейшего внимания. Кажется, раскричись я сейчас они и то не отреагировали бы, но я только закусила губу и уселась на старое место, обхватив руками колени.

Я думала о том, как сейчас Желан сидит в зале рядом с красавицей невестой. Как пирует и пьет вино, как смотрит на ту, что украла мое счастье, оказавшись более счастливой чем я.

У меня не было злости к девушке, что стала женой любимого мужчины. Я просто ничего не чувствовала к ней, а вот Желан вызывал у меня противоречивые ощущения. Я и ненавидела его за то, что бросил и все еще любила. Кажется, приди он сейчас ко мне, покайся и я все прощу и снова обниму ласково, да поцелую. Но такому не бывать. Он будет жить дальше, вскорости станет князем, займет место своего отца, а обо мне забудут, едва только мой пепел развеет ветер и от этого хотелось взвыть в голос и рвать волосы на голове.

Со стороны княжеского дома ветер приносил веселые голоса и музыку. Там все были счастливы и это меня раздражало и расстраивало.

Ночь уже была в самом разгаре, когда моих стражников сменили. Но новенькие, находясь уже под хмельком, быстро заснули под дверью сарая и скоро я слушала их храп вперемешку с шумом из большого дома. Когда внезапно услышала, как что-то большое, как и в прошлую ночь, запрыгнуло на крышу сарая, а потом огромные когти заскреблись по деревянной крыше.

— Кто там? — снова позвала я, но, как и тогда ответа не последовало.

Я ждала, когда существо, что сидело на крыше снова даст знать о себе, но долгое время слушала лишь тишину, разбавляемую громким храпом дружинников. И тут услышала скрипучий голос, раздавшийся прямо над моей головой. Это заговорило существо, что сидело на крыше. Я поднялась на ноги, шагнула к двери и приложилась ухом к деревянной поверхности.

— Я так и думала, что сегодня ты придешь за ней, — сказало то, что находилось на сарае. Я расслышала как что-то заскрипело сверху, и крыша словно опустела. Уже рядом с дверью раздались следующие слова, — Я не позволю тебе помочь ей. Она останется там, где находится и ты мне не помешаешь!

Голос, который ответил существу я узнала сразу и удивилась.

— Это мы еще посмотрим!

Я теснее прижалась к двери, стараясь расслышать все звуки, а мои незадачливые пьяные сторожа, продолжали храпеть, словно ничего и не происходило. Я расслышала странные звуки, какие-то шорохи, чей-то полу вздох, затем сдавленное рычание и наконец тихий визг полный боли, а затем все стихло. А через минуту замолчали и храпевшие стражники. Замок на двери заскрипел, и я сделала шаг назад, не зная, кто сейчас войдет в сарай, друг или враг. Кто-то снял его с петель и осторожно приоткрыл двери. Светловолосая голова заглянула в образовавшийся проем, а затем дверь распахнулась и Харек прошел внутрь.

Я замерла, глядя на северянина и не зная, что сказать. Бросится ему на шею и поблагодарить за спасение почему-то не смогла и продолжала стоять и просто смотреть на него, чувствуя себя при этом глупо.

— Пойдем, — произнес Харек и протянул мне руку, — Я приготовил лошадей, они ждут у ворот. Сначала заедем за твоим дедом, а потом нам стоит уехать как можно дальше от этого города.

Я кивнула и сделала шаг ему на встречу, но руки не приняла и только спросила:

— Зачем ты мне помогаешь? — я заглянула ему в глаза, но темная ночь скрыла от меня их выражение, но не смогла скрыть его слова.

— А ты разве еще не поняла? — произнес он и сам сделал тот шаг, что разделял нас. Сам взял мою руку и потянул меня за собой. Я оглянулась назад и увидела своих стражников. Харек оттащил их за угол, где они теперь храпели в обнимку друг с дружкой.

Когда мы вышли за ворота я увидела трех лошадей, навьюченных тюками и осёдланных. Харек подсадил меня в седло одной из них и сам сел на своего жеребца, прихватив под уздцы третьего коня, очевидно предназначавшегося деду Баташу. Оглянулся на меня.

— А что это было там, на крыше, — рискнула спросить я когда мы тронулись.

— Ведьма, — просто ответил северянин, — Мне удалось ранить ее в плечо. И кажется я знаю, кто она такая.

— Ведьма? — повторила я удивленно.

— Я думаю, это она потравила скот в городе, — сказал Харек и добавил, — Давай поговорим потом, когда окажемся в безопасном месте, а пока пожалуйста помолчи, я должен подумать! — он пришпорил своего коня и мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним.

К нашему с дедом дому мы доехали за считанные минуты. Воровато оглядываясь я проскользнула в дом и разбудила деда, спавшего на лавке у печи. Баташ открыл сонные глаза, но едва увидел меня как тот час же сел и обнял меня, прижав к впалой груди.

— Девонька! — только и произнес он. За моей спиной снова скрипнула дверь, пропуская в дом Харека. Баташ бросил взгляд на вошедшего мужчину и отстранился от меня.

— Нам стоит поспешить! — напомнил северянин, но Баташ только покачал головой.

— Я не поеду, — сказал он.

— Что? — воскликнула я.

— Ну подумай сама, дочка, — он ласково погладил мои волосы, — Это мой дом. Тут я прожил всю свою жизнь и хочу провести оставшееся мне время. А тебе надо уезжать. Я не хочу, чтобы Буревой поймал тебя и сжег на костре за то, в чем ты не виновата, — старик посмотрел на мужчину, стоявшего за моим плечом и тихо добавил, — Береги ее, Харек! Она стоит десятка таких, как Милава. Жаль, Желан оказался слеп.

— Я знаю, дед, — ответил Харек и положил руку мне на плечо.

— Пойдем! — сказал он.

Я еще раз взглянула на деда, но тот только покачал головой.

— Буревой не тронет старика, — произнес северянин, — Но за нами отправит своих лучших людей, поэтому нам надо торопится. За пределами города, после того, как мы въедем в лес, он нас уже не сможет отыскать, но я боюсь, что тебя хватятся намного раньше, чем я предполагал.

— Почему? — спросила я, но воин только покачал головой.

— Я уже говорил, что все тебе объясню потом, когда мы будем в безопасности!

Я кивнула и повернувшись к деду, обняла его и поцеловала в щеку.

— Я люблю тебя, — произнесла я.

Баташ улыбнулся.

— Я тоже люблю тебя, девонька, — ответил он и добавил, — Но поторопитесь. Ночь не так длина, как бы нам хотелось…

… Покидая дом я отчего-то поняла, что больше сюда не вернусь и уже никогда не увижу снова дедушку. От этих мыслей захотелось плакать, и я не стала сдерживаться.

У самого леса Харек остановился. Снял с третьего коня тюки и разделив ношу между нашими двумя лошадьми, отпустил третью, ударив рукой по крупу.

— Она сама найдет дорогу домой до стойла, — сказал он и взлетел в седло. Я промолчала и только посмотрела на убегающего обратно в город коня.

— Поспешим, — произнес северянин и мы помчались по дороге, но уже на полпути свернули в лес. А на небе ночь сменяло утро и рассвет уже просыпался, окрашивая облака в розовые нежные оттенки. Где-то в городе в большом княжеском доме спали молодожены. Желан обнимал во сне свою красавицу невесту, но отчего-то снилась ему совсем другая.

Утром Желан и Милава задержались в постели, а когда вышли уже к обеду, то заметили, что Буревой чем-то расстроен и даже больше — князь был в ярости, но умело скрывал это. Милава бросила короткий взгляд на тестя и пошла собирается на гуляния, не решившись спросить у Буревого в чем дело. Желан же кивнул молодой жене и подошел к отцу, все еще сидевшему за столом. Князь о чем-то задумался. Его взгляд устремился на кружку, стоявшую перед ним, но Буревой не видел ее, глядя словно сквозь предмет. Желан положил руку на плечо отца. Буревой вздрогнул и повернул к сыну лицо.

— Что не собираешься? — спросил он.

— Милава там прихорашивается, — отозвался княжич и присел рядом с отцом, — Зная женщин я могу подозревать, что это надолго, — и улыбнулся сыто, как кот добравшийся до крынки со сметаной. Заметив этот взгляд молодого княжича, Буревой только улыбнулся в ответ. Видно было по лицу Желана, что брачная ночь его порадовала.

— Что-то произошло? — спросил княжич, — Я заметил, ты чем-то взволнован?

Буревой вздохнул тяжело и снова словно потемнел лицом, когда в зал вошла Светолика.

— Наша ведьма сбежала сегодня ночью, — сказала она спокойно.

Желан широко распахнул в удивлении глаза.

— Метелица сбежала? — произнес он не веря собственным словам.

— Да. Кто-то пришел ночью, а стражники, остолопы, напились и заснули, поэтому открыть двери не составило труда.

— И кто мог это сделать? — спросил княжич, а сам облегченно вздохнул, радуясь, что знахарка останется жива, если конечно, люди отца не найдут ее, а в том, что была выслана погоня, Желан не сомневался ни секунды.

Князь потер подбородок.

— Я думал на ее деда, но вряд ли это он, да мы и проверили — старик оказался дома, хотя люди говорят, выглядел он не слишком удивленным, услышав эту новость.

Светолика перегнулась через стол, обратив свое красивое лицо на мужа.

— Я тоже не думаю, что это он… А что если, — тут она запнулась и поморщилась, словно от боли. Князь вскочил на ноги, бросился к своей жене, схватил ее за плечи. Ему показалось, что она сейчас упадет без чувств, настолько бледной стала Светолика и тут увидел кровь, проступившую на ее плече через светлую ткань платья.

— Что это? — спросил он.

Княгиня спокойно посмотрела на мужа.

— Поранилась в погребе… Что-то задела плечом, не помню точно. Вчера была такая спешка и там кто-то из слуг разбил глиняный горшок, да не убрал его с полки, вот я и поранилась, — она осторожно убрала руку мужа с плеча, слегка поморщилась и добавила, — Не переживай, скоро все заживет, а пока мне надо пойти и переодеться, — она бросила короткий взгляд на сына, — И вас обоим тоже стоит поторопится. Сегодня весь город празднует свадьбу, и мы должны присутствовать там, чтобы показать, как нам важна их поддержка и любовь!

Светолика вышла в двери. Буревой проводил ее взглядом и повернулся к сыну.

— Ну, что ж, пойдем собираться.

Празднование свадьбы у реки удалось. Князь не жалел денег, чтобы горожане надолго запомнили этот день. Украшенные переносные лавки с вкусностями, сладостями раздавали все желающим совершенно бесплатно и стоило ли говорить о том, что горожане славили своего князя за его небывалую щедрость и желали молодому княжичу и его красавице жене долгих лет жизни и здоровых деток, Буревою и Светолике на радость.

Сам князь ничего не пили только прохаживался в отдалении, пока жена и молодые веселились в толпе наравне с простым людом. В этот день не было различий между сословиями. Купцы танцевали под руку с крестьянками и даже сама княгиня пошла в хороводе затерявшись среди молодых девушек, надев, как и они на волосы венок из цветов.

Буревой ждал своих людей, тех, что послал за белянкой. Пока они не возвращались, но князь уже понял, что скорее всего дружинники вернутся ни с чем. Когда они выходили из дома, следуя за молодыми, Светолика наклонилась к плечу мужа и шепотом озвучила то, что он подумал в самую первую секунду, узнав, что Метелица бежала.

— Я подозреваю, что это Харек помог ей. Наш Харек Две Косицы, — она сделала хитрые глаза и добавила, — Думаю, девушка нравилась ему и даже слишком, раз он решился на подобный шаг. Теперь он не вернется обратно!

Буревой вздохнул, глядя перед собой на Желана и Милаву, идущих рука об руку по дороге.

— Харек ушел от нас за день до ее побега, — сказал он, — Я уважал этого воина и потому не хочу даже подумать, что он помог ведьме.

Светолика выпрямилась.

— А я все же думаю, что это был он, — и улыбнулась так, словно знала что-то такое, чего не знал князь.

От раздумий Буревоя отвлек появившийся воин. Он тяжело дышал и поклонившись своему князю доложил о тои, что они отследили следы трех лошадей до выезда из города, что вел к лесной дороге, далее они потеряли беглянку и того, кто ей помог где-то на середине пути.

— Скорее всего они свернули куда-то в лес. Не думаю, что они смогут уйти далеко, я сменю людей и лошадей и снова отправлюсь на поиски, — добавил воин.

Буревой кивнул и взмахом руки отпустил его прочь, а сам поспешил к тестю, что стоял возле лавки и пивом. Отчего-то князю захотелось составить компанию своему новоиспечённому родичу. Скоро и княгиня присоединилась к ним, сославшись на разболевшееся плечо.

— Все же я уже не девочка, — улыбнулась она, — Чтобы через костры прыгать наравне с молодыми!

Буревой только усмехнулся в ответ и обняв жену за талию притянул к себе.