Глава 35

Ами замерла у книжной полки. Козодой пролетел сквозь нее, потом вернулся и задумчиво посмотрел на девушку.

— А вот и проблемы начались. Дверь-то с секретом.

— С каким? — спросила Амала, рассматривая обычную на вид книжную полку.

— Открывается только кровью.

— А, всего-то, — ответила она, не дослушав, достала шпильку и проколола ей палец.

Приложив ранку к книжной полке, Амала на всякий случай отошла в сторону. Мало ли как отреагирует на нее местная магия? Лучше не рисковать.

— Да что ваша кровь сделает? Тут нужен Его Тем… — принялся ворчать птиц, но дверь покорно отъехала в сторону, протяжно заскрипев.

— Совсем не следит за домом, — покачала головой Ами. — Ничего, думаю, его жена справится с этой задачей. Итак, куда дальше?

Козодой не знал, что ответить. Он перелетел к Амале на плечо и замолчал. В его понимании дверь не должна была открыться, и теперь предстояло понять, как эта девчонка смогла справиться со столь сильной магией. Понять и доложить Линэру!

— Сюда, госпожа. Советую создать свет, окон нет, — предупредил дух и юркнул в узкий темный коридор.

Амала создала шарик и пошла следом, с интересом изучая древнюю каменную кладку, явно более старую, чем само здание дворца. Иногда ее взгляд цеплялся за боковые ответвления, но Тень упрямо вел ее вперед, не давая и минуты на то, чтобы куда-то заглянуть. Наконец дух резко свернул и остановился.

— Они там. Думаю, вам стоит отдышаться и привести себя в порядок. Вы ведь в своем праве, если я правильно понимаю.

— В своем праве?! Это секретное крыло библиотеки, ее сюда никто не звал! — возмутился козодой.

— Тише. Если она смогла открыть дверь, значит она имеет право здесь находиться.

— Цыц! — недовольно шикнула Амала, потушила шарик и пошла на мертвенный голубой свет.

— А теперь советую вам вернуться к завтраку. Если вы не будете питаться, то вы не то что не рассеете древние чары, но и сами станете… тем еще проклятием.

Амала безошибочно узнала голос темного и замерла, не зная, что ей делать. Завтрак? В таком странном месте? Похоже, маг решил познакомиться с еще одной невестой. Или со всеми. Но почему он притащил Вейли в тайную секцию библиотеки? Это как-то странно.

— Доброго утра, уважаемые, — с улыбкой поздоровалась Амала, входя в небольшое помещение.

Она замерла, с восторгом разглядывая светящиеся растения. Раньше ей не доводилось видеть ничего подобного.

— Доброе утро, леди Неррита, — поздоровался Линэр и кивком указал на свободное кресло. — Не ожидал, что вы почтите нас своим визитом. Но я буду рад, если вы разделите эту скромную трапезу.

— Доброе утро, — поприветствовала соседку по комнате Вейли, бросив на мага удивленный взгляд.

— Странное место для завтрака, не находите? — спросила Ами, принимая из рук темного чашку чая.

— У нас деловая беседа, — неохотно пояснила северянка.

— Мы пытаемся разобраться, как снять проклятие, — решил избавиться от недомолвок маг. — У леди Вейли есть некоторые предположения, как оно могло появиться. Но мы ни на шаг не продвинулись в поисках того, что может его разрушить.

— Любовь? — с усмешкой спросила Ами, с наслаждением потягивая чай.

По телу тут же начало разливаться приятное тепло, досаждающая головная боль, которая раньше была почти незаметной, отошла еще дальше, оставив вместо себя ясность ума.

— Если бы все было так просто… — задумчиво протянул Линэр.

— Боюсь, нужно что-то посерьезнее, — подтвердила Вейли. — Проклятия такого уровня обычно не снимаются просто чувствами. Это ж не сонное, которое можно разрушить поцелуем. Если оно не теряет силу уже семьсот лет, по меньшей мере, семьсот, то у нас проблемы.

— Ну, у нас все равно нет выбора. Придется снимать так или иначе, — пожала Ами плечами.

— А ты-то чем поможешь? — недовольно зашипела северянка. — Проходишь испытания? Здорово. Но ты ничего не смыслишь в магии.

Вейли очень не хотела делиться возможной славой. Зря, что ли, она подбирала ключик к сердцу темного? Зря рисковала? А тут эта пигалица на все готовенькое!

Амала удивленно смотрела на соседку по комнате, не понимая, чем вызвана эта агрессия. Вроде бы она не сделала ничего неправильного, но быстрого взгляда на мага хватило, чтобы осознать: у того есть мысли на этот счет.

— Ладно, я вас понял. Спасибо за ценные идеи, леди Вейли. Думаю, дальнейший завтрак лучше провести в молчании. Мне надо подумать.

Девушки не решились возражать. Склонились над тарелками, иногда позвякивая столовыми приборами. Погрузившись в мысли, они думали о том, что же делать с жутким проклятием, как спасать от него мир и себя, но ответов не было.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌— Ваше Темнейшество, может быть, вы ответите на один вопрос? — спросила Ами, когда молчание стало по настоящему угнетающим.

— И какой же? — маг встрепенулся, словно только что спал с открытыми глазами.

Амала внимательно на него посмотрела.

— Метка, которой вы нас клеймили. Зачем она?

Закатав рукав, девушка посмотрела на изменившийся рисунок. Ей показалось, что роза выросла еще немного, добавился бутон и парочка листиков.

— Защита от проклятия, — устало протянул маг. — Пока я единственный, кто может ему сопротивляться. Через метку я делюсь с вами жизненной силой и магией. Я думал, вы уже догадались.

— Догадки догадками, — хмыкнула Ами, — а вот узнать правду из первых уст никогда не бывает лишним. А она уберется? Когда мы закончим.

— Конечно, — ответил маг так, словно ждал этого дня больше, чем какого-нибудь большого праздника. — Знаете ли, тяжело поддерживать на своих ресурсах жизнь сразу восьми человек. Ой, уже меньше.

— Вы не выглядите огорченным, — холодно заметила Вейли, слишком громко опуская чашку на блюдце.

— Пока проклятие не снято, я и не буду доволен. Видите ли, я устал. Слишком большая ответственность давит на горло похуже петли.

— Поэтому мы так много спим? — продолжила допытываться северянка.

— Не совсем. Вы можете просто превратиться в камень, если будете слишком активны. Да и, будем честны, сложно найти большое количество жизненной силы из ниоткуда.

— Я поняла, — задумчиво протянула Вейли. — Тогда, думаю, нам лучше отправиться спать. Мы ведь не хотим обратиться в камень, да, Неррита?

От ледяного взгляда соседки по комнате Амале стало дурно, но она не приняла ее предложение.

— Иди. А у меня остались вопросы. Если ты не видишь решения, возможно, оно откроется мне.

Северянка недовольно хмыкнула, взяла с собой парочку пирожных на тарелке и обратилась к магу:

— Я буду благодарна, если вы создадите путевой светлячок для меня.

— Конечно, — Линэр щелкнул пальцами, и шарик света выскользнул в коридор. — Приятных слов, леди Вейли.

— Хорошо отдохнуть, Ваше Темнейшество, — северянка присела в реверансе и вышла, демонстративно чеканя шаг.

— И какой же у вас вопрос, Амала? — с улыбкой спросил темный, когда последний звук затих в хитросплетениях коридора.

— Про метку.

— Вы же уже спрашивали.

— Но не все. Мы… получили одинаковые отметины? — Ами протянула ему левую руку с раскрытой ладонью.

— Да, конечно. Они универсальны.

— Тогда советую обратить внимание. Мой рисунок изменился сегодня утром.

Линэр обеспокоенно встал, посмотрел недоверчивым взглядом на Амалу, словно та сказала редкостную глупость. Холодные пальцы коснулись ладони девушки, стало щекотно, когда маг провел по шраму.

— Вас что-то беспокоит? Что-то болит?

— Нет. Скорее, наоборот, я чувствую прилив сил. Это так необычно. Словно раньше я не спала, а что-то делала ночью, но не помнила этого. А сегодня наконец-то выспалась. Но, тем не менее, мне это кажется странным.

Амала прижала руку к груди и посмотрела на мага снизу вверх.

— И что вас беспокоит? Это же замечательные новости.

— Как сказала Вейли, я не искусна в магии. Это правда. Но я и не пустое место, я уверена в этом. Я не хочу умирать из-за какой-то глупости!

— А разве не вы совершили глупость, отправившись на отбор вместо молочной сестры? — поинтересовался маг, возвращаясь в свое кресло.

— И что бы было? Ничего. Вы сами сказали, что устали. Поэтому надеяться на то, что у Ауро было бы две метки, на нас обеих, не приходится. Привезти человека без метки в ваши земли равносильно его убийству. А вы не так давно уверяли меня, что не жестоки. Так что… Даже признайся я сразу, ничего бы не поменялось. Кроме капельки честности, но ведь я не знала, как вы можете отреагировать. Темные маги страшны в гневе.

— Но тем не менее, вы все же сознались. И это весьма похвально…

— Но не дает ответа на вопрос, что же происходит! — Амала посмотрела на него во все глаза, чувствуя, как их начинает щипать от слез. — Я не хочу умирать! Легко хорохориться дома, строить из себя героиню, жертву, благодетельницу. Но все эти светлые чувства меркнут, как только сталкиваешься с реальной опасностью. Да, это низко с моей стороны, но я хочу жить!

— Что вам точно не поможет в этой ситуации, леди Амала, так это слезы. Они не только исказят мир вокруг, но и заберут ценные силы, — устало проговорил маг. — Я не знаю, что происходит с вашей меткой. И это точно не входит в мои планы.

— Пожалуй, вас не зря называют чудовищем. Ни капли сочувствия! Неужели вам не жаль?! — с надрывом выкрикнула Ами, почувствовав, как по щеке стекает капля.

— Жаль? Очень даже. В первую очередь мне жаль, что я не смог тогда отговорить Артина. Знаете, сожаление не самое хорошее чувство. Оно не дает ничего полезного. Поэтому… Я советую вам последовать примеру леди Вейли и отправиться спать, пока я буду разбираться в причинах этого странного происшествия.

Амала подскочила с кресла как ужаленная, создала шарик света, подобрала юбку, недовольно посмотрела на мага и побежала прочь. Почему-то ей казалось, что он должен был что-то сделать. Что-то, что могло бы пролить свет на странности с меткой, начать разрушать заклинание. Но он не сделал ровным счетом ничего.

Добравшись до комнаты, Амала убедилась, что Вейли спит, и рухнула на постель. Отдыхать не хотелось совершенно. Десятки обрывочных мыслей роились в голове, требуя собрать их воедино.

Хвост тридцать пятый. Метка ведет себя странно