Глава 16. О любопытных разговорах

Никлаус Таритарен

Я задумчиво смотрел на измученную и все же смущенную моим присутствием девушку, и никак не мог понять, что меня в ней зацепило.

Неосознанно сжал ладони в кулаки, до сих пор ощущая на них изгибы ее тела, анализируя то нежелание, возникшее внутри, когда настал момент, в который следовало ее отпустить.

Отпустил, но отнюдь не без труда.

Лорелея, или Рели, как мысленно окрестил ее после первой нашей встречи в моем кабинете, была на первый взгляд совершенно обычной и ничем не примечательной человеческой девушкой. Каких много.

Рели не имела выдающихся форм. Если уж так говорить о небольшой, я бы даже сказал — стандартных размеров, груди. Не большая и не маленькая. Средняя. Но что уж там, именно такой размер женской груди я и предпочитал. Узкая талия. Но опять же, обычная. Не широкие и не узкие бедра. И совершенно обычные, прямые ноги.

Да. Рели Стаунхаус была именно такой.

Посредственной. Незаметной. Обыкновенной.

В ней не было изящности и воздушности эльфиек. Гордости в каждом взгляде и умения в любой ситуации подать себя, чем славились наши драконицы. Или манящей совершенной красоты русалок.

Но в то же время в ней было что-то такое, что я никак не мог для себя объяснить. Эта некая почти незаметная нестандартность шла изнутри.

Изюминка.

Но и не только изнутри. В ее внешности также была своеобразность, которой далеко не каждый предаст значение.

Темные непослушные без лоска волосы, но взглянешь под другим углом, и можно разглядеть необычный красноватый оттенок локонов.

Ровный аккуратный носик. Не тонкие и не пухлые губки, к которым на данный момент почему-то хотелось прикоснуться и ощутить, какие они. Мягкие или твердые.

Наверняка же мягкие. И вкусные.

И глаза. Куда уж без них. Глаза у Рели также были с виду совершенно не примечательными. Но что интересно, особенность в них все же была. Они меняли свой цвет в зависимости от ее настроения или реакции на свет. Тут еще стоило разобраться. Сейчас они были темные, почти черные. Но я точно помнил, что ранее ее глаза были не то светло-серые, не то светло-голубые.

— Лэрд Таритарен? — тихо позвала меня эта обыкновенно-необыкновенная девушка, зябко поведя плечами. Я видел: ей было неуютно под моим пристальным изучающим взглядом.

— Да?

— Вы хотели что-то еще спросить или узнать?

Отрешенно поведя головой из стороны в сторону, подошел к кровати и присел рядом с ней. Слишком близко, но вполне в рамках приличий. Лорелея от моей наглости тихо охнула, замешкавшись, все же отодвинулась, увеличивая между нами расстояние, и прикусила нежную губку.

С трудом отвел взгляд от девичьих губ, придушивая на корню вспыхнувшее внутри неоправданное раздражение от того, что ей со мной некомфортно, посмотрел в расширенные красноватые от усталости глаза.

— Как ты себя чувствуешь?

— Относительно, — честно ответила девушка, и глазом не моргнув на мою фамильярность. Когда мы одни, почему бы и нет. Хоть эту малость я мог себе позволить. — Но как я поняла, на данный момент мое состояние можно назвать нормальным.

И уже тише, но я и так все прекрасно расслышал:

— Если подобное вообще можно назвать таким словом, как нормально.

Понимающе усмехнулся. Мне было прекрасно известно о силе и мощи магии наследников. Более того, не раз приходилось испытывать весь спектр данной «приятности» при редких тренировках на себе. Так что по большей части я прекрасно понимал состояние девушки и поражался ее стойкости.

По данным, которые и предоставила сама девушка, а также запросу из ее магической школы, нам был известен ее потенциал. А точнее, его крохи.

Ума не приложу, как с такой силой магии, а точнее, с ее практическим отсутствием, она вообще смогла выдержать даже простое нахождение в одной зале с наследниками. Их близкое присутствие. Не говоря уже о втором.

Любопытная загадка.

Не так проста эта хрупкая человечка. Не так проста.

Внимательнее взглянул на девушку, подмечая ее взволнованность и интригующий румянец на нежных щеках. Как же сильно мне хотелось к ним прикоснуться. Интересно, о чем таком она сейчас думала, что настолько сильно смущена. Вряд ли я вызвал в ней эту робкую стыдливость. Скорее уж всего лишь прибавил немного волнения.

Догадка кольнула. Удивленно вскинув брови, тихо спросил:

— Ты помнишь что-то из того, что с тобой происходило на испытании?

Рели вздрогнула и с опаской покосилась на меня, выдавая себя только этим с головой. Немного помедлила, словно раздумывая, отвечать мне правду или соврать, отрицательно покачала головой.

— Только обрывки, словно происходящее было сном.

«Полуправда. Но и не ложь. Уже легче».

Видя состояние девушки, ее нежелание отвечать, отступил, не стал давить. Толку от этого все равно никакого.

— Я понял. Хорошо, Лорелея, отдыхай. Давай помогу тебе улечься, — потянулся к ней, вдыхая одуряющий аромат чистой кожи и лаванды.

«Пресветлые демиурги. Только от этого запаха можно сойти с ума».

— Не стоит, лэрд распорядитель. Я сама. Благодарю.

Стараясь держать себя в руках, спокойно кивнул, не стал спорить, хотя, сколько выдержки стоило мне это мнимое спокойствие. Поднявшись, сразу отошел на несколько шагов, наблюдая, как девушка, стоило мне отойти, быстренько забралась под одеяло, укрылась практически до переносицы, оставляя мерцающие во мраке только глаза.

Рассеянно улыбнулся, унимая внутреннее противоречие.

Одна моя часть страстно желала остаться с Рели, прилечь рядом, обнять, всю ночь ощущая ее тепло и шелк кожи. Ничего более. Ничего запретного. Я бы ее не тронул. Хотя подобное желание было. Хорошо, что на мне длинный камзол, и девушка не видит доказательство моего истинного состояния, пытающееся вырваться из-под кромки штанов и доставляющее сильный дискомфорт.

Вторая же, рациональная, твердила, что я поступаю правильно. Нечего тянуть лапы к той, что на данный момент принадлежит великим князьям.

Вот погаснут на ее маленьких ладошках метки, и тогда… Что тогда, я еще и сам до конца не понимал. Но спешить однозначно не стоило.

Напоследок, как вор, вдохнув запах малышки, учтиво склонил голову, собираясь уйти, но был остановлен робким вопросом:

— Лэрд, простите за нескромный вопрос, но скажите, пожалуйста, мне можно будет завтра сходить в хранилище? Я позабыла уточнить у целителя.

Обернувшись через плечо, отстраненно кивнул:

— Конечно, если лэрд Томклаус вынесет решение, что вашему здоровью ничего не угрожает. Он навестит вас утром. Отдыхайте.

Стоило мне выйти из покоев претенденток, как наткнулся на слугу, сообщившего, что меня ожидает его Величество в своем кабинете, и мне незамедлительно стоит его посетить.

Благодарно кивнул, отпустил слугу, сразу же направился к кабинету императора, примерно представляя, что правителю могло от меня понадобиться. Хотя, сложно не догадаться.

Обменявшись несколькими ничего не значащими вежливыми фразами с личным помощником императора, без стука вошел в приоткрытый кабинет, заставая повелителя склонившимся над стопками разноцветных бумаг-прошений.

Его рука с зажатым темно-изумрудным стило* с оперенным наконечником порхала над бумагами, лоб расчертила задумчивая складка. Император прикусил оперенный кончик стило, водя пальцами по бумаге, из-за чего я не смог сдержать теплой улыбки.

Вспомнив зачем я здесь, стер с лица всякие эмоции. Кашлянув в кулак, шагнул вперед и поклонившись, застыл примерно в десяти шагах от стола.

— Ваше Величество, вы хотели меня видеть?

Император вскинул голову, расплываясь в добродушной улыбке, приглашающе махнул мне пером стило.

— Проходи, мой мальчик. Присаживайся. Как насчет почаевничать со своим повелителем? Давненько мы с тобой не вели разговоры. Более крепкого, г-хм, чая, не предлагаю. Да и ты все равно, как обычно, откажешься.

Хмыкнув, подошел к столу, усаживаясь напротив повелителя.

— Благодарю, ваше Величество, от чая я бы и в правду не отказался. О чем вы хотели со мной поговорить?

Лайдвиг прищурил зеленые глаза, удовлетворенно, но не без ноток напускной веселости усмехнулся:

— Сразу к делу, да, Никлаус? Весь в мать.

Он шевельнул пальцами, и не прошло и нескольких минут, как перед нами дымились две чашки с зеленым и красным чаем, а также тарелка горячих булочек с сыром.

Как и всегда проигнорировав слова о матери, придвинул к себе чашечку с красным чаем, внимательно взглянув на дракона, отметил его усталый, осунувшийся облик и заметный отпечаток старости.

Нет, на облике правителя это практически не отразилось.

Внешне драконы примерно до шестисот лет выглядели, как и в пятьдесят, первый период зрелости, а в глазах… В глазах правителя была усталость, груз прожитых не слишком счастливых тяжелых лет и боль потери.

— Я пригласил тебя, как ты, должно быть, догадался, чтобы поговорить о твоих наблюдениях по поводу княжеского отбора. Узнать твои мысли о претендентках, но и не только. Ты понимаешь, о чем я, Никлаус?

Спокойно кивнув, отпил глоток терпкого напитка, не спеша говорить, анализируя то, что удалось подметить за недолгое время, и раздумывая, стоит ли говорить о странностях одной маленькой человечки.

— Пока сложно сказать. Но есть несколько интересных моментов.

— Я слушаю.

Император обманчиво спокойно откинулся на спинку широкого кожаного кресла, подпер подбородок ладонью, склоняя голову набок и обращаясь в слух.

Неспешно поведал императору о своих наблюдениях, не стал ничего утаивать, понимая, что Лайдвигу и без меня много чего известно. Ведь тайная личная гвардия повелителя, многих из представителей которой в лицо не знают даже наследники, не дремлет. Имея всюду и везде свои уши.

Даже проходящая мимо с виду простая служаночка, может с легкостью оказаться спец-агентом тайной стражи, выполняющей особые, одной ей и самому императору известные поручения.

И только лишь по одной этой причине что-то утаивать не только не было смысла, но и чревато. Лично мне, кроме недоверия со стороны правителя, ничем подобное не грозило. Но кому хочется потерять доверие своего сюзерена.

Лайдвиг Кирсан, выслушав мой краткий доклад, отрешенно кивнул.

— Что ж, прискорбно, что большинство девушек показали свои отнюдь не приятные стороны. Однако и тут есть свои плюсы. Да и нужно помнить о том, что некоторые из них не аристократического происхождения. Как и помнить о том, что этим лэрди не предоставили выбора. Не громят мой дворец, не вырывают друг у друга волосы, ну и отлично. Что же касательно Лорелеи Стаунхаус, тут все более интересно.

Повелитель ненадолго замолчал, словно что-то выуживая из памяти.

— Помню ее отца, хороший мужчина и покорный подданный. Жаль, что с их ценной магией все так нехорошо произошло.

— Ценной магией?

Правитель понимающе и не без горечи улыбнулся.

— Этот древний род человеческих магов владел важным и ценным магическим даром. Магией жизни, позволяющей не только исцелять серьезные раны, но и при возможности возвращать с того света.

От услышанного у меня перехватило дыхание. Да-а-а, а девочка не из простого рода. Истинных магов света и тьмы, или же, как мы их еще называли — жизни и смерти, почти не осталось. Последние же крохи «истинных» едва ли не с рождения были завербованы для службы на правительство, что и не было удивительным.

Сейчас можно было повстречать только существ с дарами целителей и некромантов. Первые могли залечивать неглубокие порезы и ранения, в первую очередь работая с зельями и травами. А вторые могли поднять обделенное при жизни магией существо, но не сильное. О разговорах с почившими и говорить не стоило. Подобное проворачивать могли только маги смерти.

Правильно понимая мое удивление и невысказанный вопрос, правитель кивнул.

— Никто не знает, почему в роду Стаунхаус перестали рождаться дети с этим даром.

— Скорее всего, именно по данной причине юная лэрди просила допуск в имперскую библиотеку. Чтобы найти некие упоминания о наследии предков, — заметил я.

— Возможно, — согласился Лайдвиг. — Понаблюдай за девочкой, может, удастся заметить за ней что-то такое, чего бы не заметила она сама.

— О чем вы, ваше Величество?

Император поморщился, раздраженно цыкнув:

— Просто понаблюдай. Не хотелось бы приставлять к девчонке агента. И перестань уже называть меня «ваше Величество», Никлаус! По крайней мере, пока мы одни.

— Принято. Об остальном я подумаю, — кивнул, поднимаясь. — Могу идти?

— Подумает он, — проворчал император, недовольно махнув рукой. — Иди, сын.

Непроизвольно вздрогнул, не смотря на правителя, коротко поклонился и вышел из кабинета, стараясь загнать поглубже вспыхнувшие эмоции.

Как давно я не слышал от родного отца подобное обращение в свою сторону.

«Сын».

Больше пятидесяти лет? Или все семьдесят?

Так и не упомнишь.

Невесело усмехнувшись, с ровной спиной отправился в свои покои, собираясь принять ванну и наконец отдохнуть. Последние деньки выдались нелегкими.

Но то ли еще будет.

* * *

Стило ― остроконечная многоразовая ручка с широким пером на конце. Цвет пера подбирается индивидуально заказчиком. Заправляется специальной жидкостью с магической составляющей самого владельца