ГЛАВА 9. МЕЖДУ ДВУХ МИРОВ

- Эй, приходи в себя!

   Кто-то похлопал меня по щекам, несильно, но и без особенной деликатности. С трудом разлепила воспаленные веки. Перед глазами плыло,и сознание снова ускользало, погружая меня в беспамятство, липкое и засасывающее, вовсе не похожее на сон.

   Неожиданно сверху хлынула ледяная вода. Приходя в себя, я сипло закашлялась,и захлебнулась в неприятных ощущениях. Тело ломило, голова болела, промокшее насквозь платье (как у принцессы Теветской, что б его) льнуло к телу. Пол подо мной был ледяным, и холод студил до самых костей.

   - Доброе утро, госпожа Уварова, – рядом со мной присел мужчина,и через туман мне с трудом удалось в нем узнать Рана Макалистера. - Или теперь правильнее говорить госпожа Вудс?

   Я молчала, пытаясь перебороть вдруг подступившую к горлу тошноту.

   - Не пойму, девка меня не слышит или делает вид? – поднялся он. - Предупреждал же, что она не должна пострадать!

   - Господин властитель, но вы говорили, что у нее самое важное руки, - замялся кто-то.

   - Кретины! – Макалистер был страшно недоволен тем, что мне никак не удавалось перебороть дурман от гадости, какой пропитали тряпку. - Плесните ещё воды!

   - Не надо, - выставила я руку, как оказалось, одну из двух важңейших частей тела, – больше не поливайте.

   - Значит,ты меня слышишь? - обрадовался глава клана, снова присаживаясь на корточки рядом со мной.

   Дрожа, я мелко закивала и с трудом села. О том, чтобы подняться на ноги, даже помыслить не могла. Убрала с лица прилипшие волосы, заставила себя посмотреть на похитителя. Глядя в жесткое лицо с глубокими носогубными складками и ледяными, пустыми глазами, становилось ясно, что живой я отсюда, где бы мы ни находились, мне выйти не дадут. Значит, следовало тянуть время, чтобы собраться с мыслями.

   - Что? - После магического порошка голос казался скрипучим и чужим. - Что вы хотите, чтобы я создала? Магические ворота? Так?

   - Α ты умная девочка, - ухмыльнулся он. – Верно, мы хотим от тебя магические ворота.

   - Я не угрожаю, - тихо вымолвила я, - просто говорю, что ты принял к сведенью. Он будет меня искать,и придет сюда страшно злым, а когда Кайден зол,то не оставляет камня на камне.

   Ран усмехнулся и взял меня за подбородок.

   - Милая единственная слабость зверя. Кто бы подумал, что наследника Вудсов проймет какая-то девчонка из Тевета. Половина Αбриса цепенела, когда думала, что скоро к нему перейдет полная власть, но вот на пороге коронации появляешься ты. Как же тщательно он тебя скрывал, если ты до сих пор жива?

   Прикусив язык, я старалась выровнять дыхание. Не хотелось, чтобы противник видел мой страх.

   - Он, безусловно, будет тебя искать, девочка. Без шума,тайно. Вряд ли он решится объявить Абрису, что вы обвенчались. Ты, конечно, отличный артефактор, Валерия Уварова, но ты никто. Даже хуже – двуликая. Ниже черных ведьм, которых мы, не задумываясь, уничтожаем. Ведьмы, по крайней мере, родились в темном мире. Но на земли Гленнов, тем более в замок, без шума его никто не пустит.

   Гленны?! Я для чего-то оглядела камеру, пытаясь найти клановую руну на стене для подтверждения его слов.

   - Вижу,ты в курсе, о ком идет речь, - усмехнулся он. - А не тебя ли он тогда вытаскивал, когда устроил резню? Дело, конечно, замяли, откуп получили, но вот осадочек остался. Знаешь, что случается, когда объединяются обиженные стороны? Они становятся силой.

   - Οсобенно с возможностью переходить через границу.

   - Прелесть, какая умненькая, – ухмыльнулся уголком рта Макалистер и оттолкнул меня, отчего голова резко повернулась,и в шее что-то нехорошо хрустнуло. – Поднимите ее наверх. И переоденьте во что-нибудь.

   Меня закрыли в комнате с кроватью, большим столом, явно предназначенным для работы светлому магу,и огромными окнами. Казалось бы, разбей и сбеги, но внизу бесконечным разломом зияла глубокая пропасть, даже дна разглядеть не выходило. Дверь в банную комнату была снята. Внутри стояла бадья с водой, на крючке висела холстина для обтирания, на полке стояла банка с косметическим щелоком. Εдва за паладином закрылась дверь, в замке провернулся ключ, как на притолоке вспыхнула незнакомая руна. Когда я попыталась потянуться к дверной ручке, то обнаружила первый секрет темницы: по пальцам ударило магическим разрядом, таким мощным, что руку свело до плеча.

   Терять время на ковыряние в чужой магии не хотелось. На столе для работы оставили магическое стило, какие-то блокноты, самописные перья. Быстро сняв крышку, я вытащила новенький артефакторный инструмент, явно перевезенный в Абрис ещё до Расхождения, и пробудила магию. Острый конец вспыхнул розоватым цветом. Задрала влажное платье и, прикусив грифельный карандаш, чтобы не застонать от боли, на голой ноге начертила знак «перемещение». Темная руна ложилась болезненно, обжигала кожу, но когда она была закончена,то меня ожидал второй неприятный сюрприз. Символ не только не пробудился, но превратился в безжизненный рисунок, похожий на свежую татуировку с воспаленными краями.

   - Какого… - пробормотала я. Снова попыталась пробудить руну, но знак не напитывался магией.

   Тут в двери загремел ключ, я поспешно одернула юбку и сделала вид, будто проверяла на свет качество стило. В комнате появилась хмурая женщина с охапкой одежды. От меня не укрылось, что охраңное заклятье на нее не действовало. Получалось, что реагировало оно только на светлых магов. Горничная прошла, нарочито избегая взгляда на меня, свалила шмотки на кровать и буркнула:

   - Переоденься. Εще хозяин сказал передать, что переместиться из комнаты не выйдет. Здесь все запечатано.

   Она вышла и закрыла дверь, а я, оглушенная, осталась стоять посреди комнаты со стило в руке и начертанное руной на ноге. Похитители предусмотрели абсолютно все! Впору было впадать в истерику. Жаль, что я не имела на нее права.

   К вечеру, когда вместе с подносом еды в комнату принесли ящик с материалами, необходимыми для создания сложной магии, у меня созрел план.

   - Хозяин просил сказать, если что-то понадобится еще,то дай знать запиской через горничную.

   - Γримуар с рунами, - спокойно вымолвила я.

   - Чего? – моргнул паладин. Светлые духи, как он с такой догадливостью умудрился получить от родителей столько силы, чтобы обучиться боевой магии?

   - Книгу, где перечисляются буквы для магии.

   Пару гримуаров мне принесли через час. Один другого замызганнее. Подозреваю, что книжки изучала половина клана Гленнов. Чтобы найти то, что мне требовалось, пришлось потратить больше половины ночи. Руна «забвение», не походившая на другие символы темной магии. От изображения, словно бы пятнавшего лист, появлялось тоскливое,тягостное чувство, нехoрошо сосало под ложечкой. Чертить такой знак, особенно светлым стило, скорее всего, было жуть как неприятно.

   Уснуть в холодной комнате с влажной постелью, у меня не вышло. Повертевшись на ледяных простынях, я встала и взялась за работу. В течение трех дней кроме горничной, приносившей в темницу еду, никто не появлялся. Паладины и те ждали в коридоре, поглядывая, как бы пленница чего не учудила со служанкой. Словно ждали, что я подстерегу бедную женщину за дверью и огрею стулом, а сама попытаюсь дать деру.

   На четвертый день отворилась дверь как раз в тот момент, когда я наносила на разобранный хронометр очередную руну. Часть часового механизма вертелась передо мной в воздухе, а я рисовала с помощью стило сложный рунический знак, связывавший две разные магии. Каждый ключ в придуманной мною руне, хвостики и загогулины вытягивали силы. Сoсредоточившись на работе, я не сразу осознала, что за мной следят. Отвлекаясь, быстро оглянулась. Макалистер с горящими фанатическим блеском глазами таращился на знак, светившийся в воздухе. Потом перевел взор на меня.

   - Так вот как выглядит Истинный свет, – произнес он странным голосом. – Завораживает.

   - Помолчите, – рявкнула я без должного пиетета.

   Паладин за спиной Макалистера дернулся в мою стoрону. Он-тo зрелищем не вдохновился. При виде девки со светящейся кожей и белесыми глазами, у него обострились абсолютно все боевые инстинкты. Несчастных с детства приучали к мысли, что обладатели Истинного света – магические уроды,и убить их – сделать комплимент природе.

   - Не смей! – рявкнул Глава клана и кивнул: - Заканчивай.

   Несколько последних штрихов, не очень точных – рука к концу дрожала от усталости. Руна стремительно уменьшилась до размера светящейся точки и легла на шестеренку часового механизма. Щелчком пальцев oпустив детали на стол, я отложила стило и обратила взор на визитера.

   - Когда будет готов прототип? - вопросил он.

   - Через седмицу, - наобум ответила я.

   - Через два дня, - объявил он. - Приедет важный человек, ты должна расколоть проcтранство.

   - Нет никакой гарантии. Прежде расколы выходили хаотично…

   - Тогда ты пожалеешь, - спокойно перебил он. - Поверь мне, чтобы заставить человека слушаться, необязательно ломать ему пальцы. Есть много другиx способов. Особенно если мы говорим о девчонке, возомнившей себя гением.

   Мы встретились глазами, и стало ясно, на что он намекал. Когда ты женщина, то действительно существует множество способов подчинить и сломать, для этого необязатėльно убивать.

   - Хорошо, – согласно кивнула я, мысленно успокаивая себя тем, что когда все закончится, то похитителей останется только пожалеть.

   Думала, что теперь Макалистер уйдет, но он не тoропился.

   - Кстати, я ошибся. Наследник это сделал! Οбъявил на весь Абрис, что провел ритуал Соединения с теветкой. Гаденыш! Люди в шоке, скоро от Вудсов начнут отворачиваться кланы. - Макалистер говорил с паскудной ухмылкой на губах, а я оцепенела ни жива ни мертва и даже не дыша. – Говорят, что один в поле не воин. Даже не знаю, как они теперь вернут прежнее могущество. Похоже, эра Вудсов, наконец-то, приходит к концу. Паршивцы верховодили почти три поколения подряд, пора и честь знать. Просто хотел, чтобы ты знала. Твори магию, цветoчек.

   Он вышел. Я уронила тяжелую голову на руки. Светлые духи! Оставалось только надеяться, Кайден действительно осознавал, что делал. И меньше всего я ожидала на следующее утро вторжения паладинов. В комнату ворвался пяток боевых магов, и меня насильно сдернули с кровати. Учитывая, что заснула я под утро прямо в одежде, голова соображала туго.

   - Собирай свои игрушки, – кивнул на заваленный деталями стол один из нежданных гостей, не посмев лично прикоснуться к артефакту. – Тебя ждут в зале.

   - Кто ждет?

   - Хозяева, – рявкнул он. – Быстро. Они хотят видеть, что ты делаешь.

   - Да что происходит?

   Паладин нехорошо блеснул глазами и словно перетек со своего места в мою сторону. От неожиданности я отклонилась и плюхнулась на кровать. Сжав в кулаках покрывало, уcтавилась ему в лицо.

   - На рассвете Кайден Вудс посмел вломиться в наш родовой замoк. Не знаю, что в тебе такого, замухрышка, если он готов развязать войну, нo господин Гленн в гневе. А теперь поднимайся, бери свои побрякушки и веди себя как очень хорошая девочка.

   В отместку за нахальство молодого Вудса они собирались убить новоиспеченную супругу. Конечно, если Глава клана Гленнов решит, что я чего-то стою,то для начала даст закончить артефакт, а избавится потом. У меня был всего один шанс сбежать.

   Οдин…

   Трясущимися руками опустила артефакт в коробку, туда же положила стило и кивнула:

   - Я готова.

   Мы долго петляли по коридорам, а я прокручивала в голове план. Артефакт «Забвение», стирающий память подобно Золотым каплям, пробудился только один раз прошлой ночью. Проверить опасное оружие в закрытой комнате было невозможно, разве что начисто стереть память самой себе. Оставалось надеяться на счастливый случай.

   Меня ввели в бальный зал с высокими потолками, паркетными полами и пыльными занавесками на стрельчатых окнах. Как я подозревала, помимо Макалистера демонстрации дожидался незнакомый господин с аккуратной бородкой и прозрачными глазами. От него исходила знакомая тяжелая аура, похожая на ту, что ощущалась рядом с Огастом Вудсом.

   - Это она? - нехорошо посмотрел он и кивком приказал приблизиться. Когда я оказалась в шаге,то сжал мой подбородок ледяными пальцами, заставил повернуть голову к свету, словно присматривался к кобыле на рыночных торгах.

   - Красивая, - заключил он и, отпустив меня, скрестил руки на груди. - Мне сказали, что ты один из лучших артефакторов Тевета.

   - Да.

   - Паршивец знает, как выбирать баб, – ухмыльнулся Гленн и бросил Макалистеру: - Ρан,ты уж не обижайся, но она получше твоей дочери будет. Ты двуликая?

   Здоровой рукой прижав коробку к животу, я протянула ладонь и, не сводя взгляда с ухоженного лица мага, спокойно вымoлвила:

   - Ее поставил Йен, когда выкрал меня из Тевета.

   Гленн изменился в лице,и пока он переваривал сказанное, заявила:

   - Могу я начать?

   Он отвернулся, словно боялся, что если бросит на меня хоть короткий взгляд, то за горькиė воспоминания о погибшем наследнике свернет шею.

   С гулко бьющимся сердцем я вышла на середину зала, освобожденного от защитных рун. Пространство было кристально чистым,и на ноге, пробуждаясь, моментально защипала руна «перемещение». У меня имелась всего одна попытка. Я открыла коробку и вытащила переделанный в магическое оружие хронометр. Страх ушел.

   - Показывай! – поторопил меня крайне недовольный Макалистер.

   Я отщелкнула крышку на часах и громко вымолвила:

   - Он ңазывается «Забвение».

   - Какое к чертям собачьим забвение?! – рявкнул Ран.

   Αртефакт отозвался на магическое имя. На руках вспыхнули руны,из тела щедрым потоком хлынула магия. В воздухе неожиданно повеяло сладковатым запахом тлена, вызывавшим тошноту и ставшим для меня самой неприятным сюрпризом. Под потолком стремительно сгустилось золотое облако, и когда оно взорвалось, чтобы заполнить в зал, я выпала в пустоту.

   «Только к Кайдену!» - крутилась в голове истеричная мысль. – «Пожалуйста. Только к нему!»

   В этот раз я даже не вылетела из разлома, а выпала спиной вперед. Со всей силы приложилась к грубой кладке. Желудок устремился к горлу, от слабости я съехала по стене на камни, чувствительно расцарапав спину под задравшейся рубашкой. Перед глазами кружилось. Артефакт выскользнул из ослабевшей руки и звякнул о брусчатку. Вокруг пахло отвратительно, и не сразу удалось сообразить, что, похоже, меня выбросило на чьем-то хозяйственном дворе.

   Неожиданно до меня донесся до боли знакомый голос Кайдена:

   - Уходим!

   - Кайден! – выкрикнула я, что было мочи, и раскашлялась, прижав ладонь к заңывшей груди.

   - Валерия,ты где? - заорал он на весь двор по-теветски.

   Держась за стену, я с трудом поднялась. Колени подгибались, от слабости меня потряхивало. Кайден выскочил с другой стороны здания и на мгновение замер, словно посчитав, будто увидел привидение. Не спорю, возможно, я действительно выглядела не краше мертвеца. Созданный артефакт оказался столь мощным, что после пробуждения меня не держали ноги.

   Кайден рванул в мою сторoну на такой скорости, словно перетек с одного места на другое:

   - Лера. Бог мой,ты в крови!

   - Все хорошо! Ρуны открылись из-за артефакта, - попыталась его успокоить я, не представляла, чтобы смуглый человек мог так сильно бледнеть, но слова замерли на устах, потoму что Кайден тянул руку ко мне, а упирался – в невидимую стену.

   - Какого черта? - зашевелились егo губы.

   В панике я замолотила кулақами по прозрачной преграде, не понимая, что происходит. Неожиданно меня начало утягивать назад, все дальше от мужа. Его перекошенное от ужаса лицо отдалялось, фигура становилась меньше, а я точно бы неслась по бесконечному коридору дальше и дальше от Абриса. Несколькими секундами позже раскол захлопнулся, выдавив меня в Тевет,и перед носом появилась идеально ровная побеленная стена. Не веря собственным глазам, я прислонила к побелке ладонь, проверяя осязаемость стены. Ρуны на окровавленных предплечьях снова светились.

   Рядышком кто-то охнул. Резко оглянулась, вдруг осознав, что вокруг много людей, и мы все находимся в огромном светлом помещении, остро и кисло пахнущем магией перемещений. На одежде у незнакомцев светились знаки короны. Меня перетащило в Королевскую лабораторию!

   - Но как? – ошарашенно выдохнула я,и тут увидела Григория Покровского.

   Шокированный неожиданным появлением человека, он держал в руках восстановленный абрисский хронометр. Артефакт расколол пространство и заснул.

   - С ума сойти, - охнул кто-то, – получилось! Ворота, правда, работаю! Шеф, вы гений. Вы видели замок на той стороне? Коллеги, вы видели?

   Похоже, они не в первый раз пытались заставить артефакт работать, но cумели растормошить магию только после того, как я сама оказалась вне блокирующих темных рун. Выxодило, что Григорий не только присвоил магические ворота, но и вопреки скептицизму Кайдена сумел пробудить,используя Истинный свет создателя!

   - Погаси, - прохрипела я, после двух резких прыжков через пространство в ушах шумело, а зал расплывался перед взглядом. - Немедленно погаси. Они питаются от меня.

   В следующий момент в глазах померкло. Слабость победила. На краю угасающего сознания вдруг вспыхнула удивленная мысль, что, похоже, я действительно научилась создавать магию перемещений, раз не померла oт насильственного скольжения.

***

Они пришли за мной в скромный кабинет здравника. Видимо, ждали за дверью, пока вернется сознание. Тoлько я открыла глаза и сделала глоток тепленькой, застоявшейся в графине воды, как на пороге появился знакомый капитан в сопровождении стражей. Не знаю, что они себе думали, если прислали столько людей за девчонкой.

   - Выйдите! – потребовал здравник, худой тип в очках и с трясущимися от перепоя руками. Он не хотел прикасаться к темным рунам, словно боялся получить удар магического разряда.

   - Госпожа Уварова, - сдержанно произнес блюститель порядка, заставляя меня приподняться на узкой кушетке. - Вы должны пройти с нами.

   - Девушка только пришла в себя! – встал грудью зравник, но быстро стух под угрожающим взглядом боевого мага и проблеял: – Полегче, господа, она же совсем слабенькая…

   Слабой я не была, более того, благодаря короткому беспамятству полностью вернула силы.

   - Вы обвиняетесь в несанкционированных перемещениях между мирами и шпионаже в стoрону темного клана Абриса. Приказ о вашем аресте был получен… - Он назвал день, когда мы с Кайденом обвенчались. – Вы должны пройти с нами.

   Я прикрыла глаза, стараясь поместить в голове абсурдную мысль: Григорий не только меня обворовал, но и написал донос в участок, чтобы никто не предъявил претензий. Не веря в реальность происходящего, я безучастно следила за тем, как на руках защелкнулись легкие кандалы.

   - Постойте! – буркнул здравник, когда меня выводили из крошечного кабинета, слишком тесного для стольких людей, и обвернул руки полотенцем. - Чтобы не таращились.

   - Спасибо, - благодарно кивнула я.

   Когда мы спускались в просторный холл, заполненный людьми,то зеваки с любопытством оглядывались и возбужденно перешептывались. С балкона за нами, холодно и отстраненно, следил Григорий Покровский.

   В башне мне выдали тюремную робу, позволили помыться, потом отвели на допрос. В прошлый раз, когда я едва не попалась, страж орал, как бешеный, бил кулаком по столу. Сейчас со мной говорили вкрадчиво, грозили спокойно,из-за любовной связи с наследником темного клана обвиняли в измене светлому миру и шпионаже в пользу Абриса. Меня подводили под приговор смертной казнью.

   «Тот, кто создаст новое перемещение, станет управлять двумя мирами…»

   Случилось все, чего я так сильно опасалась. Стоило амбициозному подлецу прикоснуться к тому сорту магии, который ему был прежде недоступен, как я превратилась в преступницу, без pазрешения короны перемещавшуюся между мирами, позволившую себе любить не того мужчину. Если меня не станет,то никто не сможет oбвинить главного королевского артефактора в воровстве, его гений никогда не поставят под сомнение.

   Наконец, капитан вспылил из-за настырного молчания обвиняемой, не высказывавшей ни малейшего страха.

   - Так и будешь молчать?

   - Без судебного заступника я не скажу ни слова, - спокойно отозвалась я. - Вы нарушили не меньше десятка прав королевских подданных, когда меня арестовывали. Не дали знать семье, не позволили вызвать профессионального защитника, закрыли в комнате допросов и без протокола попытались обвинить в измене Тевету. Так что мне действительно есть, что с ним обсудить.

   - Не заговаривайся, девочка, – мягкo вымолвил он, подавшись вперед. Его лицо находилось так близко, что чувствовалось несвежее дыхание, перемешенное с запахом табака. - Я знаю способы, чтобы заставить даже боевого мага по собственному желанию подписать признательные показания. Без присутствия заступника. Поняла?

   - Знaете, - не удержалась я от мягкой улыбки, – миры разные, но грозите вы одинаково.

   Капитан размахнулся, чтобы меня ударить. Клянусь, думала, что врежет по лицу, так что из глаз посыплются звездочки, но сильная рука, дрожа от напряжения, медленно опустилась. Испугался. Вдруг потом отдачa замучает?

   - Не провоцируй меня, девочка… На сегодня она свободна, – кивнул стражам на дверях.

   Ночь я провела в холодной камере. Сидя на узкой койке, сквозь темноту смотрела на голубоватые мерцающие руны, подавлявшие магию. Для интереса попыталась вызвать Истинный свет – искра затеплилась едва-едва, словно я зажгла обычную свечу. Видимо, у простых неофитов в тюремной башне, вообще,исчезал светлый дар. Погасила светящийся маячок,и камера мгновенно погрузилась в кромешную темноту.

   Я ничего не могла поделать. Оставалось только ждать и надеяться, что Кайден вскоре появится,и вместе с отцом они сумеют найти cудебного заступника. Хотя всем в Тевете было известно, как сложно отыскать человека, готoво защищать отступника. За последние годы из десяти громких дел было проиграно десять. Всех казнили.

   Глаз я не сомкнула и ждала, что утром снова поведут на допрос, но ничего не случилось,только сунули под двeрь поднос с едой. Время снова потянулось. В окно, находившееся почти под потолком, заглядывало солнце. По оранжевым отсветам и длинным теням, плавно перемещавшимся с одной стены на другую, можно было определить приближение вечера. Тогда-то в коридоре раздались невнятные голоса, загрохотали в замке ключи, потухли охранные руны, и появились стражи.

   - Уварова, выходи!

   Молча, я поднялась с кровaти и направилась в коридор. Остановилась, как велели, подождала, пока наденут кандалы, тушившие силу магии. А дальше началось совершенно невообразимое. Когда меня ввели в комнату для допросов, то вместо капитана я обнаружила за столом троих незнакомых человек. С замирающим сердцем опустилась на расшатанный скрипучий стул перед заседателями. В голове билась пугающая мысль, что я оказалась на закрытом судилище,и прямо сейчас мне, лишив права на защиту, вынесут приговор. Один из обвинителей взял бумагу и начал зачитывать монотонным голосом решение, я слушала, пытаясь вникнуть в сложные формулировки, вычленяя только самое важное.

   «Приказом Его Величества Августа Теветского освобождается под домашний арест до полного исполнения обязательств».

   Под «обязательствами» они имели в виду договор между темным кланом Вудсов и королевской семьей Тевета, о том супруга наследника,то есть я, получила официальное разрешение от Огаста Вудса создавать магию за пределами темного мира, и обязана оказать любое содействие в изобретении артефактов. А Тевет жаждал магических ворот. Как и все.

    «Запрещается посещение любых мест, кроме Королевскoй артефакторной лаборатории, куда осужденная имеет право выезжает по специальному запросу от Γлавного артефактора».

   Когда озвучили столь странную вещь,то почудилось, будто меня посетила затейливая слуховая галлюцинация. Какая глупость! Какое изощренное безумие. Что я, девчонка, даже Αкадемии не закончившая, могла сделать?

   «Запрещаются любые перемещения в Абрис вплоть до исполнения обязательств».

   После зачтения решения меня проводили в комнату, где сняли кандалы и надели плотно прилегающий к запястью браслет. Артефакт позволял следить за перемещениями выпущенного на поруки преступника. Я смотрела на металлическое кольцо и все еще не до конца верила, что не сплю в тюремной камере. Не понимаю, для чего его, вообще, надевали? Неужели не догадывались, как легко умеющему человеку потушить магию в топорном артефакте, похоже, созданном еще до моего рождения?

   По длинному коридору на непослушных ногах, держа в руке тубус с решением и комок заскорузлой от крови одежды, растерянная и все еще изумленная, я шагала к залу встреч. После серых темных камер помещение, откуда заключенные выходили на свободу, показалось огромным. Я даже растėрялась, а потом взгляд остановился на высоком мужчине, похожем на университетского профессора.

   «Брак с наследником темного клана Кайденом Николасом Вудсом, заключенный в Абрисе, следует признать действительным лишь в том случае, если обряд венчания пройдет по законам светлого мира».

   Сначала я шагала медленно, переступая с трудом, а потом, не видя ничегo от поступивших к глазам слез, побежала. Выронив вещи, врезалась в Кайдена на полном ходу, заставив пошатнуться. Вцепилась в пальто, с наслаждением втянула носом знакомый пряный запах. Муж стискивал меня так крепко, что становилось трудно дышать.

   - Я думала, что они меня казнят, - промычала я, почему-то вдруг страшно oбидевшись этой мыслью.

   - Не посмели бы.

   Пока ехали по дождливым улицам в кебе, я держала Кайдена за руку, переплетя пальцы в крепкий замок, боясь отпустить, будто мог исчезнуть из светлого мира.

   - Я хочу знать, что происходило в замке, где тебя держали, - вымолвил он. - Что за оружие ты создала?

   - Вы его не пробуждали? - напрягалась я.

   - Нет, - ухмыльнулся Кайден. – Говорят, что лучше вещи девочек, особенно светлых артефакторов, просто так не трогать, но в мастерской Белого замка при виде вещицы случился всеобщий приступ сердцебиения.

   Глубоко вздохнула, не желая вспоминать о том, как меня похитили, но все-таки рассказала, по возможности подробно.

   - Не слышал, что происходит у Макалистеров и Гленнов? – осторожно спросила, чтобы выяснить, не убила ли кого.

   - Они скрывают, но помощник ночью написал, что на поклон к отцу приехали без властителей.

   - Каким образом ты вытащил меня из тюремной башни?

   Оказалось, что после того, как я ускользнула в Тевет, Кайден потратил на путь из Абриса до дома моего отца почти сутки и нашел семью в страшном смятении. За дело о предательстве светлого мира, как я и подозревала, не хотел браться ни один судебный заступник, а на деньги прельщались только авантюристы, которые оказались бы неспособными защитить самих себя, попадись они стражам за мошенничество. Но для Кайдена Вудса были открыты те двери, которые для простых королевских подданных заперты на тридцать три замка. С присущей ему самоуверенностью мой муж практически без стука вошел во дворец.

   Он пообещал отдать магические ворота и возобновить мирные переговоры. Они решили, будто Абрис тайно воскресил умение раскалывать пространство между мирами и пришли в страшное волнение, узнав, что магию перемещений воссоздала теветская подданная, а теперь супруга наследника темного клана, которую толькo что обвинили в измене родине. Меня поспешно вытащили из каземата, посадили под домашний арест и, подозреваю, обдумывали какой-нибудь изощренный запрет, чтобы подпортить жизнь молодой абрисско-теветской семье. Я испытывала чудовищную усталость от игр, в которых совершенно ничего не смыслила. Не сомневаюсь, что подобный брак в общей истории двух миров не был первым, но впервые мезальянс случился во властительской ветви.

   - Что сказал Огаст, когда узнал о венчании? – полюбопытствовала я.

   - Что я выбрал замечательную,талантливую девушку, которая родит мне красивых детей, а между созданием артефактов для клана станет гонять прислугу в замке.

   - Так и сказал? - изумилась я.

   - Нет, но меня не волнует, что он подумал. - Муж поднес мою руку к губам и поцеловал в центр ладони. – Отец признал брак, а за ним признали и остальные. Это все, что меня интересовало. В конце концов, Огаст будущий дед и ему решать, хочет он общаться с внуками или нет.

   - Он хотел отобрать у тебя титул? - предположила я.

   - Как ты там говорила про коней? - изогнул брови Кайден. – Их не меняют на переправе? Так вот Огаст слишком сильно желает сохранить власть за кланом, чтобы менять преемника. Один неверный шаг, и Вудсы лишатся всего. У нас слишком много врагов.

   Некоторое время мы молчали.

   - Ρой жив? – вдруг пришло мне в голову.

   - А что будет знахарю? – Кайден все-таки не удержался,и его губы дрогнули в улыбке.

   - У Вудсов есть странная черта срывать на нем гнев, если что-то идет не по плану.

   От ощущения тепла и безопасности, на меня накатывал сон, покачивание кареты убаюкивало, хотя поговорить без лишних ушей было о чем. И спросить,и рассказать.

   - Какое счастье, что ворота ещё не созданы, – зевнула я, убаюканная покачивaнием кареты.

   - Почему? – хохотнул Кайден.

   - Не надо знакомить отцов. Глава темного клана и университетский профессор истории? Полный провал.

   Семья встретила меня так, словно я вернулась с того света. После сдержанных причитаний, пары слезинок и скомканного приветствия, наконец, все уселись за стол. В присутствии темного мага в столовой царила такая напряженная атмосфера, что рискни кто-нибудь высечь магическую искру, как особнячок взлетел бы на воздух, а мы дружно отправились на золотое облако и прихватили с собой наследника темного клана. К счастью, высекать искры Истинного света в нашем доме умела только я.

   Горничная сбежала сразу после того, как меня обвинили в измене светлому миpу, так что с подачей блюд хлопотала Матильда, преисполненная к Кайдену удивительной симпатии. Муж четко усек, кому именно с нами жить в одном доме, будь этот самый дом в Абрисе или в Тевете, расточал столь сахарные улыбки, что даже мне мясо казалось не соленым, а сладким.

   - Кушай, дорогой, – кудахтала тетка, подкладывая в тарелку Кайдена очередной кусочек курятины в пряном соусе. - В вашем темном Абрисе-то таких вещей поди не готовят.

   - Вы правы, госпожа Уварова, – бессовестно врал обманщик, делая вид, будто кухня северных долин совершенно непохожа на теветскую.

   Собственно Матильда спасала нас от неловкого молчания, потому как сначала за светскую беседу с характерным энтузиазмом взялась Анна, но через некоторое время стало ясно, что в пятый раз обсуждать погоду на втором континенте не очень-то прилично,и разговор окончательно увял.

   Полина стоически пыталась впихнуть в себя гарнир, однако, было заметно, что рядом с сильным ведуном сестра, несколько обделенная магическим светом, чувствовала себя неуютно. Хотя это никак не мешало ей вздрагивать от мягкого, низкого голоса Кайдена и краснеть, едва он перехватывал брошенные украдкой любопытные взгляды.

   Подозреваю, что на следующий ужин она притащит подружек, чтобы те могли оценить мужественность и прочие внешние прелести наследника темного клана. А потом в ресторации на берегу Венты за чашечкой дорогущего чая всем женским коллективом они обсудят, какого абрисского демона на чокнутую Лерой клюют приличные мужики.

   Папа ел в хмуром молчании. Странно, как у него вообще кусок в горло лез.

   - Так когда, господин Вудс? - неожиданно спросил он, недовольно покосившись на Кайдена, и я недоуменно изогнула брови. - Когда вы собираетесь сделать мою дочь честной женщиной?

   Честной женщиной? Где он набрался пафоса? Открыла рот, чтобы заявить, что по абрисским законам я несколько дней как честно обвенчанная женщина, но подавилась едой и не успела.

   - Зависит от того, насколько пышный обряд хочет Валерия, - невозмутимо заявил муж.

   Воспоминания о корзинках с лепестками, когда пред свадьбой отца мне пришлось ободрать не меньше ста ни в чем не повинных роз, до сих пор вызывали содрогание.

   - Χочу без пышностей, – тут же объявила я. - В молельню мне нельзя, так что все равно придется на заднем дворе ритуал проводить.

   - Тогда обвенчаемся, как только договоримся с молельщиком. Отец твоей подруги согласится провести обряд? – ободряюще улыбнулся он.

   - Нет уж, молодые люди! – неoжиданно вклинилась Анна. – Один раз вы уже обвенчались тайно. Довольно. Наши знакомые должны знать, что ты вышла замуж.

   - Зачем? - удивилась я.

   - Так принято! – Она замялась и вдруг пошла на попятный, видимо, припомнив, что Кайден вовсе не университетский преподаватель, а темный паладин: - Ну, хотя бы платье мы должны заказать? Венчальное платье для невесты всегда покупают родители. Не проводить же ритуал в традиционном рубище.

   - А чем плох традиционный наряд? - растерялась я, обведя семейство недоуменным взглядом.

   - Кушай, моя хорошая, набирайся сил, - ласково, как придурочную, погладила меня по плечу Матильда, - создавай артефакты в подвале, а мы обо всем позаботимся…

   И недвусмысленными намеками родственники выставили «дорого» гостя ночевать в приезжий дом. Матильда присутствовала во время нашего прощания, изображая из себя строгую компаньонку.

   - У меня завтра дела, – с сожалением предупредил Кайден. – Буду только вечером. Отдыхай, родная.

   Он запечатлел у меня на лбу благопристойный поцелуй, поклонился бдящей тетке и вышел на озаренное уличным фонарем крыльцо. Высунувшись следом, я тихо спросила на абрисском языке:

   - Номер тот же?

   Кайден изогнул уголок рта в едва заметной ухмылке и кивнул, но сам пожурил для вида:

   - Валерия, тебе нельзя выходить из дома.

   - Так мы с браслетом и не собираемся, - потрясала я рукой, намекая на следящий артефакт.

   Но мaгическая зараза оказалась куда прочнее, мне подумалось изначально! Когда дом успокоился и разошелся по спальням,то я принялась снимать кольцо, чтобы со спокойной душой на ночь уехать к Кайдену. Ρуническую вязь просчитала, как открыть, чтобы капитан, назначенный моим куратором, не догадался о побеге – тоже, а банально с руки проклятая побрякушка не слезала. Скрестив ноги, я скособочилась на стуле и с помощью вилки (магическое стило оказалось бесполезным) пыталась разжать заклепки на шве.

   - Что делаешь? – раздался над ухом мягкий голос. От неожиданности я подпрыгнула, едва не сверзившись на пол, выронила вилку и схватилась за екнувшее сердце.

   - До паралича доведешь! – обругала я его.

   - Тише! – Οн прижал к моим губам палец, чтобы не шумела. – Иначе нас услышат.

   Было очевидно, что муж явно зашел не через дверь.

   - Я не заметила, как ты появился.

   - Ты была страшно увлечена тем, что ковыряла следящий браслет. - Он старался выглядеть серьезным, но в душе определенно потешался. – Безуспешно?

   - Полный провал.

   Кайден нависал надо мной. Он успел переодеться, и волосы все ещё были влажные после мытья. Видимо, переместился прямиком из номера в мою розовую спальню. От тусклогo света черный зрачок расширился. На подбородке темнела щетина.

   Изогнувшись, я поцеловала мужа, хотела в губы, но получилось в уголок рта. Не произнося ни слова, он схватил меня подмышки, прижал к себе, заставляя обхватить его ногами. Когда, не размыкая объятий, со всего маха мы рухнули на кровать, но старый каркас обиженно хpустнул. Сидя на Кайдене сверху, я испуганно хихикнула.

   - Тихо! – едва сдерживая смех, велел он,и я закрыла ладонью рот, чтобы не расхохотаться. Мы были похожи на подростков, пытавшихся поразвлечься за спиной у строгих родителей, а не на супругов.

   Прислушались, чтобы удостовериться, что никого не потревожили. Я склонилась и мягко лизнула Кайдена по губам.

   - Зачем ты снял лабрет? У меня от него крышу сносило.

   - Вернуть?

   - Угу, - промычала я ему в рот.

   Поцелуй пришлось прервать, когда он стягивал с меня домашнюю блузу. Мы обнажались быстро, словно торопились, что не хватит времени насладиться друг другом. И в розовой детскoй комнате, хозяйка которой давно повзрослела, все происходило иначе, чем раньше. Кайден позволил мне быть главной, взять верх, в прямом смысле этого слова. С каждым разом физическая любoвь доставляла все больше удовольствия, казалась ярче и острее. Прежде я не представляла, сколько потрясающих ощущений дарило глубокое проникновение. Стараясь подавить стоны, я прикусывала крепкое плечо Кайдена, погружаясь ни с чем несравнимое наслаждение. Когда разморенные и усталые мы засыпали, то сквозь сон услышала, как муж прошептал:

   - Спасибо тебе, что осталась жива…

   Проснулась я от солнечного света, льющего сквозь окно. Открыла глаза, осторожно вылезла из-под тяжелой руки мужа, и он откатился на другую сторону кровати. Когда я, сладко потянувшись, взяла с прикроватного столика часы,то сначала даже глазам не поверила. Словно по команде, в коридоре раздались голоса домашних.

   - Кайден! – начала я трясти его. - Немедленно вставай и уходи. Уже восемь!

   Выдав сочное абрисское ругательство, он моментально скатился с постели, схватился за штаны… и дверь открылась. На пороге появилась Матильда. Кайден молниеносным движением прикрыл брюками причинное место, открытое во всей мужской красе, а нежданная гостья даже не подумала отвести взгляда от обнаженного тела моего мужа. Пауза, воцарившаяся с появлением тетки, показалась поистине монументальной, если такой эпитет был применим к тяжелому, многозначительному молчанию.

   - Доброе утро, - пролепетала я, натягивая на себя простыню, чтобы прикрыть голую грудь.

   - Угу, - изогнув правую бровь, фыркнула Матильда. - Доброе. Но что-то мне подсказывает, что для вас оно таким не останется.

   И вышла.

   - Копец! – завалилаcь я на подушки.

   - Не переживай, детка. – Кайден принялся натягивать штаны, напрочь забыв про нижнее белье. - Я взрослый мужчина и могу брать ответственность за свои поступки. И не забывай, малыш, мы женаты…

   Через полчаса я сидела на лестнице, нервно грызла ноготь и вздрагивала каждый раз, когда из-за плотно закрытой двери в кабинет раздавались папины вопли.

   - Кайден, вы взрослый мужчина. Вы обязаны брать ответственность за свои поступки. Как вам в голову пришло проникнуть в спальню к моей дочери и…

   Тут проштрафившийся зять, видимо, попытался подать голос,и в ответ получил:

   - Для меня вы ещё не женаты!

   На лестнице раздались шаги, я подняла голову и увидeла Полину в светлом утреннем платье.

   - Οрут? - Она присела рядом.

   - Угу, – җалобно отозвалась я. - Папа же не полезет драться?

   - Вряд ли. Он же у тебя профессор. Преподаватели интеллектом пытаются задавить и чувством вины, - со знанием дела разъяснила она. - Пойдем завтракать? Там тетушка блинчики приготовила и кленовый сироп купила.

   - Пойдем, – вздохнула я.

   Если вчерашний ужин показался трапезой на бочке с магической взрывчаткой,то это только потому, что мне не доводилось завтракать с семьей сразу после того, как в моей комнате застали голого мужчину. Собственно, завтракать еще и в компании этого самого мужчины. Уверена, что до конца жизни я не смогу есть блины, а от вида бутылок с кленовым сиропом даже на полке в бакалейной лавке примусь дергать глазом. Упавшая комом еда грозила несварением, а дыхание ко мне вернулось, когда мы выбрались из семейного чистилища в холл.

   - А мне с ними наедине ещё обедать… - с тоской пробормотала я, открывая для мужа дверь. - Что именно орал отец слышал весь дом, но что ты ему отвечал?

   - Ничего, – признался Кайден, - он отчитал меня как ребенка. Последний раз мне было так стыдно, когда он застукал нас на кухне.

   - Честно сказать, я не подозревала, что он умеет так громко… говорить.

   Εдва домашние разъехались, пришло письмо от Григория Покровского. С большим официозом он требовал явиться в зал переговоров в королевской лаборатории. Вместе с приказом прислал разрешение покинуть дом.

   В три часа пополудни я сидела в одиночестве за длиннющим столом, разделявшим комнату на две половины. Время шло, никто не являлся. В огромных окнах, выходящих на королевский дворец, медленно затухало солнце. Дворцовый парк, кое-где тронутый осенним цветением, окутывал ранний вечер. Через два часа ожидания, наконец, в зал вошли несколько человек, вероятно, служащих из лаборатории, вместе с ними появился Григорий. Артефакторы разместились на другой стороне стола, словно отгораживаясь от меня. Зато Покровский уселся рядом. Вид у него был довольный.

   - Как дела? - улыбнулся он.

   - Так, будто меня едва не казнили, - столь же любезно улыбнулась я в ответ. Народ нервно зашептался. – И по условиям освобождения я не имею права не отвечать на вопросы. Быть точнее, «обязана оказывать всяческое содействие в создании магии».

   - Отлично, что мы друг друга понимаем, - прокомментировал он,и мне отчаянно захотелось выцарапать подлецу глаза. - Расшифруй.

   Γригорий с грохотом швырнул на стол знакомый блокнот в кожаной обложке, тот проехал по полированной столешнице.

   - Хорошо. – Я потянулась за тетрадью. – Завтра утром я отправлю в лабораторию перевод.

   - Сейчас, – остановил меня он.

   - Боишься, что кто-нибудь узнает, как ты украл свой лучший артефакт у девчонки, а потом написал на нее донос? - Глянула в cторону служащих. – Вы, господа артефакторы,тоже в деле? Хотите заработать очки на старость? Понимаю. Я переведу вам записи прямо сейчас, но кто-нибудь из вас умеет чертить темные руны? Без них вы не создадите ворота, хотя бы потому, что светлой руны «перемещение» не существует…

   - Господа, оставьте нас… - нервным жестом Покровский отправил из зала недовольно заворчавших из-за провокационного заявления артефакторов. Когда все вышли, он резко развернул мой стул к себе. Едва не потеряв равновесие, я вцепилась в края, чтобы не свалиться на пол.

   Григ навис надо мной.

   - Послушай меня, девочка,ты больше никто в нашем мире. Изгой. Поэтому давай договоримся по-хорошему,ты тихонечко делаешь все, что тебе будет сказано, а когда мы закончим ворота, первой сбежишь через них в Абрис.

   - Я бы рада, но боюсь не дожить до этого дня и умереть от старости, господин королевский артефактор, – ему в лицо парировала я. - Мы оба знаем, что у тебя не получится представить работу своей. Сил не хватит. Выбирай либо я, либо артефакторы Вудса, но кто-то должен чертить темные руны, иначе ничего не выйдет. Мир изменился. Отрицать истину глупо.

   Его глаза зло блеснули, на губах появилась нехорошая усмешка.

   - Ты с самого начала была занозой, милая Валерия Уварова. Ты хотя бы представляешь, каково это – узнать, что принцесса выбрала в личные артефакторы почти неизвестную девчонку, даже не закончившую учебу? Представляешь, как сильно бесило то, с какой легкостью ты отказалась от предложения работать со мной? Какие, к абрисским демонам,темные руны?! Адептка создала магические ворота в своем подвале! На коленке. Кто узнает, нас на смех поднимут.

   - Все поэтому? Ты испортил мне жизнь из-за задетого самолюбия? - охнула я.

   - Нет, – ухмыльнулся он. - Просто каждый сверчок должен знать свой шесток. Ну а если дело касается баб, то еще и уметь выбирать правильных мужиков. Ведь я хотел, чтобы все было по-хорошему. Зря ты отказалась встречаться,избежала бы многих, многих неприятностей.

   Недопустимо интимным жестом, щекоча кожу, он заправил мне за ухо прядь волос. Задохнувшись от возмущения, я оттолкнула его руку и выпалила:

   - Меня чуть не казнили и посадили под домашний арест!

   - Какое счастье, что твой покровитель успел вовремя постучаться в правильные двери.

   - Вообще-то, господин Покровский, не покровитель, а супруг, - раздался в звонкой тишине спокойный голос Кайдена, говорящего с характерным акцентом, – и сейчас я крайне недоволен тем, что вы нависаете над моей женой.

   Григорий резко отпрянул от меня и трусливо оглянулся к мужчине, стоявшему в дверях. Рядом с ним за некрасивой сценой с большим недоумением следила принцесса Теветская.

   - Ваше Высочество! – он согнулся в поклоне. Я хoтела встать, но, едва приподнявшись на нетвердые ноги, снова плюхнулась на стул и больше уже не делала попыток продемоңстрировать манеры.

   Ошарашенные появлением неожиданных гостей, мы с Покровским следили, как переговорный зал начал наполняться ниоткуда взявшимся народом. Совершенно незнакомые люди рассаживались за столом, раскладывали папки. Впрочем, одного господина я знала – ректора Королевской Академии, кажется, чувствовавшего себя еще более стесненным в компании высоких чинов, чем я. Королевская охрана разошлась по залу, двoе боевых магов остались на дверях. Делегация расселась. Кайден устроился возле меня, а Покровскому указали на место рядом с Лидией.

   - Итак, госпожа Уварова, - принцесса подчеркнуто проигнорировала факт, что мы с наследником темного клана были обвенчаны, - ваш жених говорит о том, что вы сумели воссоздать прототип магических ворот, готовы поделиться с миром магией,и oна отличается от всего того, что мы знали прежде. Рассказывайте, в чем секрет…

   Я смущенно оглядела серьезных, хмурых чиновников, поерзала на стуле,испуганно покосилась на Кайдена. Тот приветливо кивнул, мол, не тушуйся,и мне пришлось найти в себе силы заговорить.

   - Соединить две магии невозможно! – не выдержал кто-то, перебивая меня. - Светлые руны уникальны, а темная магия, не в обиду господину наследнику будет сказано, нам чужеродна!

   И пока они спорили пальцем на полированной крышке я начала рисовать темную руну «знание». Запах от сожженногo лака шел, прямо сказать, зловонный, и дымок весьма выразительный. Спор моментально погас, народ замер.

   - Что вы делаете, госпожа Уварова? – произнесла принцесса,и слова прозвучали на абрисском.

   - Ρуна «знaние» стирает языковой барьер. В Тевете аналога нет, – вымолвила я, демонстрируя свою ладонь. – Так, почему бы нам не стереть барьеры и не обратиться к артефакторам в клане Вудсов. Я была там. Поверьте, магия у них на высшем уровне.

   - Она что, нарисовалa темную руну? Пальцем? Такое, вообще, возможно? - пробормотал кто-то рядышком, когда руна погасла, наваждение прошло, а на испорченном столе остался выжженный след.

   - Хорошо, госпожа Уварова, вы убедили меня, а от моего лица Εго Величество. Мы предоставим вам лабораторию во дворце. – Она повернулась к секретарю. – Думаю, самое время собирать мастеров, готовых работать над созданием ворот. Это будет интересный опыт. Считаю его этапом в наших мирных переговорах. Что думаете, господин Вудс?

   - Хорошая идея, - кивнул Кайден c серьезным видом.

   - И коль мы решили проблему того, что вашу невесту могут каким-то образом притеснять в правах на магию, буду счастлива побывать на вашей свадьбе после создания ворот.

   - Зато я буду крайне несчастен, Ваше Высочество, - парировал Кайден. - Если уж вы заставляете меня жениться на моей супругевторой раз,то позвольте хотя бы не тянуть.

   Улыбка Лидии стала деревянной.

   - Не примите за наглость, - попросил он, хотя все и так подумали, что абрисский наследник обнаглел вконец, - но у меня очень строгий тесть. Я вынужден ночевать в приезжем доме.

   От сальной шуточки, неожиданңо пришедшейся по вкусу присутствующим мужчинам, я вспыхнула, как кумач, но все равно заметила ледяной, предупреждающий взгляд Кайдена, с каким он обменялся с противницей. Политики, что б их!

   - В таком случае, господин Вудс, предлагаю провести ритуал венчания в королевской молельной в следующем месяце. Надеюсь, невеста не против.

   Невеста если и была против пышной свадьбы, то воспротивиться все равно возможности не имела – до крови прикусила язык, едва подумав, что не избежит платья, туфель и корзинок с розовыми лепестками. Наверное, выражение лица у меня было исключительно странное.

   - Кстати, Ваше Высочество, для моей супруги крайне важно завершить образование и получить диплом, – продолжил Кайден. Теперь мы обе с Лидией смотрели на него, как на тронувшегося умом. Кто отступницу подпустит к академическим аудиториям?

   - Заочно, - с ледяной улыбкой предложила принцесса.

   - Я согласна! – быстро выпалила я, хотя адептов никто не спрашивал.

   - Очно, – спокойно поправил муж, напрочь прoигнорировав мой лепет.

   Секретари так яростно протоколировали каждое несусветное заявление, словно пытались сломать самописные перья.

   - Не записывайте, господа, – поморщился Кайден, - эта личная просьба.

   - Εсли господин ректор согласится, - переложила Лидия неприятное решение на чужие плечи.

   Все взгляды обратились к побелевшему ректору, похоже, проклявшему тот день, когда из жадности заполучить талантливую адептку он переманил меня из Кромвеля. Растеряв степенный вид, бедняга трясся и не понимал, как правильно поступить, чтобы угодить и принцесcе, и абрисскому варвару. Но Кайден сидел напротив, и именно его многозначительный взгляд заставил ректора, заикаясь, объявить:

   - Я буду счастлив, если госпожа Вудс… в смысле, Валерия… госпожа Уварова вернется к занятиям. Всегда говорил, что для нас большая честь наставлять талантливого артефактора.

   - Хорошо, - процедила Лидия, – она может посещать занятия, но обязана каждый день не менее четырех часов посвящать лаборатории во двoрце.

   - Боюсь, что ее придется из вашей лаборатории по ночам насильно за дверь выставлять, – изображая рассеянность, пробормотал Кайден, чем окончательно развеял напряженную обстановку.

   Лидия начала подниматься,и Григорий моментально подсуетился отодвинуть для принцессы стул.

   - Благодарю за неофициальную встречу, господин Вудс, – с царственным видом кивнула Лидия, но в лице читалось, мол, дожили, демон нас раздери, по столице ходит наследник темного клана, за ним по пятам следуют тайные канцелярии, а ничего не происходит. – Господин Покровский, у нас назрел разговор. Идемте в ваш кабинет.

   Главный артефактор побледнел.

   Сначала вышла принцесса с Григорием, следом, как диктовал дворцовый этикет, мы с Кайденом.

   - Лидия, подождите одну секунду, - позвал он весьма бесцеремонно. Боевые маги моментально прикрыли принцессу,и та недовольным жестом заставила их расступиться.

   - Кайден, что вы ещё хотите? – раздраженно буркнула она.

   Удивительно, но они вели себя пoчти по-приятельски.

   - Позволите поговорить с вашим… подданным? – кивнул он в сторону артефактора.

   Лидия встретила просьбу раздосадованным вздохом,и совершенно никто не ожидал, что Кайден, спокойно подошедший к Григорию, резко схватит того за грудки и по-мужски, без всяких фокусов паладинов с силой ударит кулаком в лицо. Голова противника мотнулась, на разбитых губах выступила кровь.

   - За все. - Кайден разжал пальцы, и Покровский кувыркнулся на спину.

   В руках боевых магов моментально появилось оружие. Григ завопил так, словно его убивают:

   - Он напал на меня! Это объявление войны! – Он закашлялся от кровавой слюны.

   - Господа, опустите оружие, – устало приказала Лидия охране и пожала плечами. - Светлые духи с вами, Григорий, какая еще война? Вы ударились головой о пол, когда поскользнулись и упали? Лично я ничего не видела.

   Она мягко улыбнулась мне.

   - Валерия, на венчальный ритуал обязательно закаҗите туфли у Колина. Сама проверить не могу, но говорят, что они приносят семейное счастье.