Глава 29 Взгляд с другой стороны

Адриан

Выехали мы сегодня непозволительно рано. Стоило только солнцу показать край лучика из-за горизонта, а птицам начать распевать свои утренние мелодии, как мы уже были на ногах и в крытой, утепленной карете, вынужденные сонно моргать и щуриться на яркие блики, отражающегося солнца от снега.

— Еще немного и дорогу бы размыло, — посетовал брат, выглядя до отвращения бодро. Мелания же лениво кивнула, так и не оторвавшись от книги, вчитываясь во что-то там только ей одной интересное. Не люблю так рано вставать. — Мелания тебе не холодно? — он вдруг обеспокоенно засуетился.

— Нет, Адриан сразу, как мы только сели, согрел воздух вокруг меня, все нормально, — буркнула она, явно ещё находясь где-то в другом мире. Не в этом. Ладно хоть вообще слышит, что к ней обращаются. Да и меня по имени назвала. Наверное, впервые, а её эти высочества уже знатно надоели, пусть мы и знакомы всего ничего. Из её уст все равно это звучало как изысканное ругательство и оскорбление в одном флаконе.

Корнелий нахмурился. Ему явно не нравилось то, что в ситуации с девушкой он иногда оказывался бессилен — допустим, не мог согреть её или что-то такое. Да и его-то по имени не назвали. Тихо хмыкнул в кулак, наблюдая за мимикой близнеца. Ледяной ветер единым порывом дернул карету, вторя эмоциям моего брата. Хорошо, что мы не на улице. Пусть я и не мерзну, но холод люблю не очень.

Лошади весело фыркнув и шумно цокнув копытами тронулись с места, заставляя карету мерно раскачиваться. Полозья, зачарованные магией Корнелия споро скользили по влажному снегу, превращая колею после нас в настоящий каток. Шумный свист кнута и громкий крик извозчего были единственными вещами, что выделялись в тишине улицы, не считая завывания ветра и неугомонных птиц.

— Что-то в этом году запаздывает весна, — разбил я тягучую тишину вдруг повисшую в узком пространстве. Снег, толстым слоем покрывающий все в округе словно бы не спешил таять, вполне уверенно чувствуя себя под ярким уже по-настоящему весенним солнцем.

Тихий скрип плохо смазанных рессоров перебил одуряющий ор мелких пташек за окном, стоило нам только выехать за пределы столицы. Шуршание перелистываемых Меланией страниц, ничего вокруг не замечающей заменило разговор. Покосился на невесту, озабоченно её оглядев — она вообще сегодня спала? Синяки под глазами говорили обратное.

— Мелания, — позвал её, желая хоть ненадолго отвлечь от книги. — А ты любишь весну?

Корнелий зло зыркнул. Ревнует? Ну, правильно. Коварно улыбнулся, изобразив на лице интерес, готовый внимать всему, что скажет девушка.

Затуманенный новыми знаниями взгляд невесты на краткий миг оторвался от всученный ей вчера книги. Кстати. Прочитала она уже точно больше половины, я-то рассчитывал, что её это как на пять дней поездки и увлечет, а тут… Корнелий тоже подобрался с любопытством покосившись на нас, отрываясь от разглядывания все равно ещё унылой природы за окном.

Темные пряди волос, красиво уложенные в толстую косу, спускающуюся девушке на грудь были аккуратно заколоты. Значит одеть и причесать она себя все же дала служанке, отвлеклась от книги ненадолго утром.

— Весна… — девушка на мгновение задумалась и чему-то улыбнулась. — Люблю когда все расцветает. Кстати, в какую конкретно местность мы едем? — её взгляд зажегся нешуточным интересом.

— На юг, — ответил.

— Это хорошо, — она кивнула и снова уткнулась в свою книженцию. Корнелий хмыкнул, на пальцах показывая мне, что это хороший момент попробовать испытать мою магию на ней.

Кивнул. Почему бы и нет? Ехать предстоит долго, развлечений кроме друг друга никаких. Если бы не Мелания мы бы и вовсе в карете трястись не стали, просто бы взяли своих жеребцов и поехали напрямик, благо наши стихии позволяют нам не мерзнуть при любых погодах. Хоть в снегу под открытым небом спи. А тут, да ещё и пять дней… уууу… Хотя с другой стороны стоит наслаждать каждым мгновением. Не часто удается выбраться из столицы, не имея за спиной тонну дел, которые необходимо срочно решить.

Покосился на безоблачную даль горизонта, улыбаясь природе. Скоро мы уже заедем в лес и небо будет видно мало.

Но вернемся к эксперименту.

— Мелания, — вложил в свой голос как можно больше чарующих ноток, снижая баритон до хриплого шепота. Кончиками пальцев дотронулся до её запяться, лежащего на книжном переплете, чтобы создать контакт кожа к коже и усилил воздействие магии, опутывая её разум подобно тонкой и незаметной паутинке. — Скажи, а тебе нравится путешествовать? Соблазнительно провел пальцами по краю её помолвочного браслета, глядя в бездонные, глубокие озера её глаз, сам чуть не утонув там и медленно облизнулся, зная, что девушек это заводит.

Невеста на мгновение задержала дыхание, шире распахнув глаза. Зрачок расширился во всю радужку, она подалась навстречу, уже готовая растечься под моими ногами лужицей талого снега, но…

Кочка спрессованного льда и снега, так не вовремя образовавшаяся на дороге порушила все мои планы. Нас не сильно тряхнуло.

— Не знаю, — девушка лениво моргнула, сбрасывая мою магию, словно пыльную накидку на тонком шнурке и снова непрошибаемо спокойно уставилась в свой талмуд.

Хотелось зарычать от злости и искр веселья в глазах брата, но я сдержался. Действительно, впервые вижу столь мощную защиту от чар. После столь глубокого воздействия девушки ещё сутки очнуться не могут. Не то, чтобы мы с братом применяли такую магию к каждому второму, но на допросах, особенно если допрашиваемая женщина, приходилось. Все сразу становятся ласковыми и послушными, быстро раскрывают свои карты, а тут…

Не скрывая любопытства глянул на девушку. Может, попробовать ещё разочек?

— Только попробуй, — зашипел братец, сидящий рядом со мной. Мне вбок прилетело ледяной острой сосулькой. Пришлось топить её, испаряя воду прямо в воздухе.

Тяжело вздохнул, отступая и напоминая себе, что мне выгодно, если он ей заинтересуется всерьез и впоследствии женится.

— Как хочешь, — поднял вверх руки, обозначая капитуляцию и откинулся на спинку неудобного, жесткого сидения. Нас снова тряхнуло. Прикрыл глаза, вслушиваясь в звуки природы и ещё раз распространяя магию тепла по помещению. Ну вот, теперь можно и поспать. Смачно зевнул, выдрав из рук брата вторую подушку, расшитую золотой и серебряной нитью, подкладывая к себе под голову.

— Сладких снов, — язвительный шепот брата и я отрубился. Нет, все же не люблю я вставать так рано.

Не знаю сколько я проспал, но, когда проснулся, долго не мог понять где я и что происходит, а главное, что это за странные звуки за окном, словно кто-то рубит сучья деревьев. Брат сладко дрых на другом конце жесткого кресла, явно не собираясь просыпаться в ближайшие несколько часов. Карета стояла. Мелании на своем месте не было. Книга, ещё недавно бережно прижимаемая невестой к груди, была аккуратно сложена в углу и прикрыта какой-то тряпицей.

Вздохнул, выглядывая в окно и пытаясь понять, что произошло и почему мы остановились, надеясь увидеть девушку или на худой конец извозчика, но ни того, ни другой не наблюдалась и лишь только сухой треск сучьев продолжал раздаваться где-то невдалеке.

Мы уже явно проехали достаточно далеко от столицы. Солнце огненным шаром освещало подтаявшую прогалину леса. Голые стволы некоторых деревьев уже обзавелись плотными почками. В целом, здесь даже пахло весной.

Размял шею, чувствуя, как боль тупым концом впивается в верхнюю часть позвоночника. Отлежал таки. Помассировал больное место, распространяя немного магии по участку мышц, чтобы разогнать кровь.

Треск веток вдруг сменился глухим стуком, словно что-то тяжелое приложили об талую землю и кратким женским вскриком. Настороженно вскинулся. Следом за вскриком послышалось шуршание и обеспокоенный голос извозчика.

— Леди! Ну вы как там? Спускайтесь!

Нахмурился, готовый выскочить на улицу. Это уже не нормально! Что с Меланией? Она там жива? Но сначала…

Ткнул брата под ребра, резко рявкнув:

— Вставай спящая красавица! У нас невесту у вели!

Ой, рожу этого сони надо было видеть. Я бы даже остановился и поржал, если бы не переживал там за здоровье и безопасность этой неугомонной и невоздержанной занозы в заднице.