Глава 7 Встреча со страхами

Стоило только зайти в целительское крыло, как на мои плечи вдруг грозовым облаком упал взгляд того, кого я мечтала бы ещё всю свою жизнь не видеть. Сжалась, интуитивно прячась за спиной у высокого и грузного, по сравнению с мелкой мной, Герда.

«И что он только забыл в этом крыле?» — подумалось мне. Тот факт, что он является деканом целителей сейчас не было для меня аргументом. Воздух между нами буквально заискрился от еле сдерживаемых чувств — с моей стороны дикого, слепого страха, а с его — не менее дикой, необузданной яркой ярости.

Затравленно посмотрела по сторонам, уже прикидывая в какую сторону можно было бы убежать, с сомнением покосившись на заледеневшее окно — нет, сюда, пожалуй, не стоит, и тут нагло была схвачена за запястье. Ноги, мгновенно превратились в вату, отказываясь мне повиноваться. В груди зажегся липкий комок страха.

Меня вытащили из-за спины одногруппника, попытавшегося было как-то защитить меня, но было поздно. Измененный вертикальный зрачок уже сфокусировался на мне. Нервно сглотнула, по-прежнему шаря по сторонам глазами в поисках выхода. Мысли скакали словно непроизвольные реакции, заставляя искать выход из положения.

— Адептка Фави, — прошипел магистр Фаллар, дракон, которому я некогда наступила на «хвост», разнеся вместе с корпусом зельеваров и одно крыло его корпуса. Кажется, я тогда месяц отсиживалась в своей комнате, в страхе встретиться с ним снова в коридорах академии — так он был страшен в своем гневе. Ректор ему и в подметки не годится!

— Добрый… вечер, магистр, — попыталась улыбнуться, совершенно забыв, как выгляжу, и зачем вообще здесь. В конце концов, не так уж я и пострадала! Сама все отковыряю и заживляющим намажу — пусть уж лучше будут шрамы на лице, чем он. — А я так, мимо проходила, но, думаю, мне уже пора, — проблеяла, чувствуя, как сердце испуганной пташкой колотится где-то в пятках.

— Уж подождите, адептка, — дракон цепко осмотрел мою кожу, больно сжав руку и заставив перевернуть пальцы. Оценил внешний вид ногтей. Аж самой пришлось невольно вспомнить, зачем я здесь. Но все равно — лучше шрамы! — Пошли! — больно дернул он меня за руку, буквально волоча за собой в глубину коридоров.

Пришлось повиноваться, тем более собственное тело все равно меня не слушалось совершенно. Мощная аура мужчины давила на моё сознание, заставляя переступать ногами. Спустя какое-то время меня перехватили удобнее, за платье, явно чтобы не травмировать дальше кожу. Герд, с воинственным видом плелся за нами, явно пытаясь показать всему миру, что готов пальцы себе откусить, но не уступить этому дракону меня. Но я знала, что уже поздно.

Цепкие руки высокого, крепкого мужчины заволокли меня в просторную светлую палату, укутанную особой магией, бесцеремонно выставив возмущенного Герда. В нос ударил резкий запах лекарств, настоек и зелий. Закашлялась, с непривычки сразу вдохнув полной грудью странное амбре. Дверь, отделяющая палату, с громким лязгом закрылась, отрезая меня от внешнего мира и оставляя один на один в лапах буквально пылающего яростью дракона. Тоскливо посмотрела на окно. Нет, все же не вариант. Может, если было бы лето… или хотя бы не такая буйная метель…

— Юная леди, — покачал головой целитель, привлекая моё внимание к себе, — я даже спрашивать боюсь, что вы с собой сделали, но раздевайтесь — будем лечить! — его голос сурово опустился на мои плечи, словно горная гряда, прижимая к полу, заставляя повиноваться и виновато бросать взгляды на ещё одного дракона нашей академии.

На самом деле драконов у нас в империи и академии в частности было не мало. Просто они обычно старались не так явно показывать свое превосходство над простыми гражданами, предпочитая скрывать свои истинные возможности и силы. Но вот конкретно у этого, с опаской глянула на разъяренного моей безалаберностью мужчину, сейчас совершенно точно был вертикальный зрачок, да и, кажется, на пальцах ногти заострились. Сглотнула.

— Только вы это… — отвела взгляд, снимая платье, — ректору, пожалуйста, не сообщайте, — кое-как набралась крупиц наглости.

Мужчина, и до этого явно сомневающийся в моих умственных способностях, и вовсе посмотрел на меня как на дуру. Ну да, сглупила чутка. Надо было сразу к целителям бежать, как увидела. Хотя, я же и так! Жалостливо шмыгнула носом, глядя на дракона.

— Если вы будете соблюдать все мои рекомендации — не нажалуюсь, — кивнул целитель, но при этом его глаза хищно сузились, а ноздри раздулись от гнева. — Но, адептка Фави, вы слишком часто попадаете в мое поле зрения! Ещё раз — и я сообщу вашему отцу о ваших регулярных похождениях!

Сглотнула вдруг ставшей вязкой слюну. Что-то в последнее время все прямо горазды мне угрожать. Изобразила смирение, стараясь выглядеть как можно невиннее.

— Как скажете, магистр Фаллар, — опустила ресницы. С ним мне действительно не хотелось бы спорить. Его я все же боялась. До трясучки. Удивительно, но как раз-таки именно этого преподавателя его ученики буквально боготворят. Как так? Я, даже когда у нас проходят сдвоенные пары с целителями, стараюсь поменьше отсвечивать. Хотя, наверное, на своих адептов он не рычит так, как когда-то досталось мне.

С содроганием вспомнила дикий ужас, буквально пронизывающий меня с головы до пят под диким взглядом этого дракона. Драконы вообще страшные, но этот… этот просто жуткий.

— Нижнее платье тоже! — рявкнул мужчина, — или я вас, по-вашему, лечить сквозь ткань должен? Вы не на свидании с парнем, снимайте!

Вздрогнула, закусывая и без того поврежденную губу, и продолжила раздевание, стараясь даже не поднимать взгляда от пола. Попутно заметила, что, оказывается, повреждена не только кожа, которая была открыта, но и живот, и ноги. Да, зелье было все же убойное — с восторгом вспомнила эксперимент.

— На кушетку, быстро! — сбил меня с мыслей мужчина.

Поспешно забралась на застеленную чистой тканью высокую кровать. Стыдливо прикрылась руками, ощущая себя неестественно голой перед посторонним мужчиной. Хотя на мне все ещё был короткий топик, прикрывающий грудь, и хлопковые панталончики.

Мужчина как-то странно хмыкнул, но смотреть на меня, как на букашку, все же перестал. Его зрачок принял нормальный облик, гнев, источаемый буквально каждой частичкой его тела, чуть притупился.

— Ну, давайте посмотрим, адептка Фави, куда вы вляпались в этот раз, — его голос, полный реальной, жуткой угрозы, приблизился. В руках мужчины холодным светом сверкнуло что-то острое и длинное. Он надвигался.

Пронзительно закричала…

Мужчина замер, удивленно глянул на меня, отчего я сразу же прекратила вопить, хотя сердце, кажется, было буквально готово выпрыгнуть из груди, и вдруг спросил обычным, даже не угрожающим и не страшным голосом:

— Это вы так обычного пинцета, адептка, боитесь? — поднял выше свою правую руку, в которой, как мне показалось, он сжимает что-то угрожающее.

Отчаянно закивала, заливаясь краской стыда, понимая, что повела себя совершенно по-идиотски. Горло, пересохшее от громкого визга, запершило, да ещё этот запах. Натужно закашлялась, цепляясь непослушными пальцами за ткань кушетки.

— Поспокойнее надо быть, адептка, поспокойнее, — вдруг поучительным голосом откликнулся дракон и подал мне стакан воды.

— Спасибо, — прохрипела, принимая сей дар и быстро глотая жидкость. Горло блаженно успокоилось в то время, как я продолжала цепко и внимательно следить за драконом. Я ему не доверяла.

У меня забрали пустой стакан, с тихим стуком ставя его на широкую тумбочку рядом с кроватью.

— Теперь то можно посмотрю на вашу кожу, или вы снова будете кричать? — насмешливо протянул мужчина, складывая руки на груди.

Кивнула, не в силах ответить, и протянула ему руку, где я уже отковыривала сегодня кусочек. Странно, но боли или какого-либо дискомфорта не чувствовала до сих пор. Но смотреть как острый пинцет ковыряется внутри моей кожи… Зажмурилась, ощущая, как дурнота подступает к горлу, голова закружилась. Нет, это все же перебор, хоть крови я и не боюсь. Но одно дело самой вытаскивать из руки осколки, а другое…

Постаралась подумать о чем-то более приятном. Например, о предстоящем эксперименте с Гердом. Даже не верится, уже завтра вечером! И тут же, как обухом по голове — а выпустят ли меня отсюда до этого момента? Распахнула глаза от такой догадки, глядя на давно уже оставившего мою руку в покое мужчину.

— Что со мной? — уточнила. Сам диагноз меня не сильно интересовал, а вот сколько я здесь пролежу — другой разговор.

Дракон сверкнул любопытным взглядом.

— Знаете, Мелания, хоть мне и безумно интересно где вы сожгли себе подобным образом всю кожу вместе с нервными окончаниями, но я промолчу. Знать это, полагаю, мне не понравится. Пусть ректор сам разбирается с вашими причудами, это не моё дело. А вот вылечить я вас просто обязан — так что с этого момента постельный режим и никаких резких движений! — рыкнул он, резко отворачиваясь от заледенелого окна и поворачиваясь ко мне.

В очередной раз вздрогнула, испуганно сжимаясь на кровати.

— И сколько я здесь пробуду? Может, мне можно к себе пойти? — с надеждой уточнила. Ну, мало ли. Вдруг отпустит.

— Нет! — рявкнул тот. Зрачок снова на мгновение стал вертикальным. — Лежать здесь и не дергаться! — припечатал он. — Сбежишь — вообще лечить не стану, будешь ходить уродиной всю оставшуюся жизнь!

Полузадушено вздохнула. Нет, уродиной я все же не хочу — в этом прекрасно давала себе отчет. А значит, действительно придется лежать здесь и ждать, пока мужчина даст добро на выписку. Да и ректору он обещал не говорить про меня, если я буду следовать его инструкциям в точности — не думаю, что врал.

— Сейчас я схожу за специальным зельем, — сказал он и тут же чуть ли снова не прорычал, — и нет, адептка! Я не скажу вам что это за зелье и из чего оно состоит, даже не надейтесь! И трогать вам его не дам! — тут же уточнил он, а я хлюпнула носом, припоминая, что, кажется, он зол на меня не только потому, что целительское крыло разнесла, но и на его парах пару раз отличилась, разбирая даваемые им зелья на составляющие, вместо того чтобы применять к больным. Но интересно же было!

Отвела глаза, кивая в знак того, что приняла к сведению, а сама уже буквально чесалась вся от любопытства — что же за чудное зелье то такое, что его трогать нельзя?! — А на ночь я помещу вас в специальную сферу из целительской магии, — открыла было уже рот, решив задать пару уточняющих вопросов, — и нет я не скажу вам, как это работает! Поступили бы на мой факультет — сказал бы, а так не скажу! — противно ухмыльнулся он, явно издеваясь надо мной.

Обиженно засопела, ковыряя ногтем несуществующий катышек на ткани.

— И кожу не отковыривать! — рыкнул он напоследок, стремительными шагами шумно удаляясь из моей палаты.

Показала ему вслед язык, чувствуя, как ноги ещё нервно трясутся.

Мужчина вернулся буквально в течение следующих трех минут, я даже трясущиеся пальцы на руках успокоить не успела, в себя прийти и обдумать как следует действовать дальше. Опасливо глянула на высокого, статного мужчину, уверенно вышагивающего ко мне. На его лице застыла бесстрастная маска отчуждения. В его руках холодной сталью блеснул привлекающий к себе все мое внимание бутылек. Я была снова готова заорать от запредельного страха, но…

Магистр Фаллар, не теряя времени быстро подскочил ко мне и не давая мне времени понять, что происходит, залил голубоватую, мерзкую на вкус и даже на запах жидкость мне в горло, когда я было приоткрыла рот. В горле словно огонь поселился. Резко закашлялась, непроизвольно сглатывая горькую слизь. Мне тут же подали стакан с водой. Жадно присосалась к живительной влаге, пытаясь перебить послевкусие от столь мерзкого пойла и потушить жар. Даже страх куда-то ушел, оставив вместо себя лишь одного, голое и очень большое и грозное возмущение. Он что, предупредить не мог?

И когда я уже было почти опомнилась и собиралась высказать мужчине все, что я думаю о методах его лечения, дверь противно скрипнула и в комнату тихими белыми тенями скользнули две женщины в мешковатых одеяниях. Одна — высокая белозубая блондинка, явно первая помощница магистра, держала в руках стопку хрустяще чистого постельного белья, накрахмаленное полотенце, тощую, застиранную подушку и белоснежную ночную сорочку, должною наконец скрыть моё практически голое тело от взглядов мужчины. Вторая женщина с высоким чепцом, практически полностью скрывающим её волосы, и более простой наружности, держала серебряный поднос с каким-то даже на вид неприятным дымящимся напитком. Сразу же закрыла рот, передумав возмущаться. Потом как-нибудь.

Подскочила с кушетки, жадно схватила сорочку, быстро закутываясь. Блондинка неодобрительно сверкнула гневным взглядом. Магистр хмыкнул, но промолчал, наблюдая за моими действиями с каким-то несвойственным ему исследовательским интересом. К сожалению платья, должного надеваться поверх сорочки мне не принесли. Но хоть уже что-то. Немного подумав, выхватила ещё и простынь.

И только после того, как я, уже практически одетая, и по горло закутанная в простынь, нагло отобранную у ошарашенной моим поведением женщины, мужчина хоть как-то отреагировал.

— Что, даже не спросишь, что было в том зелье? — насмешливо уточнил магистр, наблюдая за тем, как я, закутанная с ног до головы стою посреди пропахшей лекарствами комнаты и поджимаю пальцы на ногах от замогильного холода, идущего от неровного каменного пола.

Стекло, уже практическое полностью покрытое коркой льда, жалобно затрещало, привлекая к себе все наше внимание. Я даже забыла, что хотела сказать до этого, в ответ на насмешку. Магистр Фаллар заинтересованно перевел взгляд на улицу.

— Да, неслабо кого-то во дворце приложило, — пробормотал он себе под нос, но я услышала, с любопытством ухватившись за новую информацию. Мозг заработал в новой сфере.

Насколько я знаю у нас в империи всего несколько столь одаренных магов льда. А уж во дворце их всего двое, и это брат императора Вильямса — Алистер Тенгаррарт, первый советник. И Корнелий Тенгаррарт сын первого советника и бессменный глава службы безопасности империи наравне с огненным братом-близнецом. Нахмурилась, прекрасно понимая, что должно быть сейчас бушует кто-то из двоих мужчин.

Как бы я не была далека от политики, мадам Бьюри, терроризирующая меня все детство, долго не слазила, пока я не выучу все имена и титулы придворных аристократов и генеалогические древа всех мало-мальски знаменитых домов. А уж императорский дом Тенгаррарт я изучала с особой тщательностью, вплоть до ежедневного расписания императора и его свиты.

— Как думаете, кто буянит: советник или племянник? — неожиданно подала голос блондинка, перетягивая наше внимание на себя. Кивнула её вопросу — мне тоже было интересно. Посмотрела на магистра. Он более приближен к царской семье и вполне мог знать ответ на этот вопрос. Или хотя бы предполагать. Но это явно был не тот случай. Мужчина пожал плечами и растерянно улыбнулся.

— Понятия не имею, — а затем его взгляд все же остановился на мне, — живо в кровать! — сотряс грозный рык лекарскую. — И не вылезать из неё пока я не приду помещать тебя на ночь в капсулу!

Быстро юркнула под поспешно расстеленное одеяло, поджимая ноги.

— И чтобы все съела, — мне указали на серебряный поднос с гадкой на вид жижей. Да даже я, совершенно не обладающая талантом приготовления пищи, смогла бы сварить суп получше! Скривилась, но тем не менее послушно кивнула. Женщины, так же бесшумно, как и зашли, выскользнули за дверь. Дракон явно тоже засобирался, но…

— А вы точно ничего не скажете ректору, если я буду соблюдать все рекомендации? — все же уточнила, с сомнением глядя то на мужчину, то на то, что мне предстояло съесть.

Дракон нагло ухмыльнулся, явно ощущая за собой победу от того, что ему удалось хоть как-то меня приструнить.

— Будешь паинькой — промолчу, — все же улыбнулся он напоследок так, что мне снова стало жутко.

Нет, драконы — это определенно очень страшно.

С тяжелым вздохом взяла в руки ложку, стараясь не смотреть на собственную обожжённую кожу. Кажется, все становилось ещё хуже, потому что она начинала трескаться, и кровавые, красные прожилки смотрелись поистине страшно. Сглотнула, отчаянно надеясь, что это можно вылечить без каких-либо последствий для моей внешности.

Не знаю, как я дожила до вечера, но это было просто ужасно — скучно, нудно, да ещё и жутко холодно! А если учесть, что я даже не маг, который может в случае чего нашептать хоть самое простейшее согревающее заклинание, то было вообще паршиво. Конечно мне принесли ближе к вечеру согревающий воздух кристалл, но до этого…

Кожа, прямо на глазах отваливалась пластами, оставляя после себя жуткие красные проплешины, которые уже начинали дико болеть и чесаться. Терпела как могла, буквально воя в подушку. Двигаться тоже становилось все труднее из-за боли во всем теле, но… Красота требует жертв, так что, когда стало совсем невыносимо, я просто вцепилась зубами в подушку и так и лежала, ожидая прихода магистра.

Он соизволил зайти уже только когда солнце давно опустилось за горизонт и в комнате поселился полумрак. Встать, чтобы зажечь магические светильники, у меня сил не было, так что я так и лежала в темноте, стараясь не слишком громко стонать. И без того при каждом движении все тело сотрясала жуткая боль. Кожа просто огнем горела!

Магистр вдруг неожиданно сочувствующе вздохнул.

— Знаете, адептка Фави, только вы могли вляпаться в столь опасную затею, как эксперимент старшекурсников.

Отчаянно застонала.

— Так вы знаете? — выдохнула, все же стараясь не шевелиться. Даже сил не было чтобы заглянуть в лицо этому… дракону.

— У меня семеро адептов с точно такими же симптомами как у вас, конечно я знаю, — просто сказал магистр.

— А что ректор? — не верю, что Винсент Девьер обошел это дело стороной, а значит… мне стоит паковать вещи? Сердце забилось в груди раненной птицей. Нет! Я не хочу! Я хочу учиться здесь! Вместо со всеми!

— Я же обещал, что не скажу про тебя, если ты будешь паинькой, — устало вздохнул мужчина, резко переходя на более личное общение. Хотя, находясь в этом жутком состоянии, сейчас уж точно была не против.

— Спасибо, — поблагодарила. Я действительно собиралась быть послушной и дальше. Во-первых, я не хочу шрамы, а, во-вторых, ректор точно не должен ни о чем знать.

— Вот где была твоя голова Мелания, когда ты связывалась с этими… двоечниками? — вдруг неожиданно раздраженно отозвался дракон.

— Это был не мой эксперимент, — созналась. — Я просто стояла в сторонке и смотрела на реакцию, — сжала зубы уже готовая заорать от боли, но дракон вдруг неожиданно положил мне на голую кожу спины свою руку.

Когда он успел задрать сорочку и скинуть одеяло я даже не заметила. По всему телу прошлась приятно-охлаждающая волна целебной магии, на время снимающая эту дикую боль. Облегченно выдохнула.

— Что же… в следующий раз будешь умнее.

Согласно промычала, буквально плавясь от удовольствия момента без боли. Задранная сорочка и то, что я в одном белье, уже было не так актуально.

— Вставай, — приказал мужчина, снова становясь суровым и грозным. Голос зазвенел непререкаемой сталью. — Будем лечиться!