Глава 14

– Как расположились? – донеслось вопросительно из динамика телефона.

– Нормально, – ответила Юля, придирчивым взглядом оценивая свое отражение в зеркале.

– Дом, конечно, не ахти, но недолго перекантоваться можно, – продолжил Герман.

– Ты был здесь? – отведя взгляд от зеркала, Юля уткнулась им в окно. Не хотелось, чтобы Герман успел побывать в этом доме.

– Нет. Видел на фото. Конура конурой, но Егор сказал, что местность безопасная и там вас точно искать не будут. Поэтому придется тебе потерпеть, Юля. Для твоей же безопасности.

Вот почему ей здесь дышится легче. Не просто потому что лес вокруг, а оттого, что муж не успел заклеймить своим присутствием этот дом. А терпеть ей здесь ничего и не приходилось. Кроме Дениса. Но из двух зол она скорее бы выбрала его, чем Германа. Тряхнула головой, отгоняя навязчивые мысли о телохранителе, как те тараканы занявшие собой все пространство на протяжении вот уже часа, в течение которого она здесь находится. Слышит его шаги по дому, стук дверьми, посудой и не может успокоиться. Все время кажется, что они вдвоем находятся на пороховой бочке, что вот-вот рванет.

– Юля? – требовательный тон мужа вырвал из собственных мыслей, заставляя девушку поежиться. Она ненавидела этот его голос, в который тот добавлял раздражение с примесью прикрытой злости.

– Да, здесь связь плохая, – придумала первое, что пришло на ум, и не соврала. Связь действительно была не ахти и ловила далеко не в каждой точке комнаты. Поэтому чтобы поговорить, ей пришлось остановиться напротив зеркала, находящегося у окна.

– Как Денис? Не надоедает?

– Надоедает.

– Потерпишь. Так надо.

Зачем спрашивал, если все равно настаивает на своем? Романова психанула и отошла от окна. К черту. Пусть пропадает. Разговаривать с ним не было никакого желания. Герман любил вроде бы и спросить ее мнения, но на деле сделать по-своему. Уж лучше бы вообще не спрашивал, чем такое откровенное пренебрежение.

Услышав тишину в телефоне, засунула его в задний карман леггинсов и вернулась к зеркалу. Сидеть в спальне вечно она не собиралась, поэтому тщательно подготовилась к тому, чтобы спуститься вниз.

Денис думает, что хозяин положения? Черта с два. Пусть подавится! Она ему покажет, кто на самом деле кем может крутить. Для этого девушка выбрала беспроигрышное оружие в виде плотно обтягивающих леггинсов, майки в облипку белого цвета и высоко собранного хвоста, открывающего шею.

Если она вчера не ошиблась, а это невозможно, то Денис хочет ее. При чем давно. Вот на этом она и сыграет. Сделает так, чтобы он думать ни о чем другом не мог кроме как о ней. Собственные же зудящие желания она сможет игнорировать.

Так ей казалось на тот момент.

Выйдя из комнаты, девушка спустилась вниз. Еще не успела дойти до первого этажа, как в нос ударил аромат жареного мяса с картошкой и специями. Он готовит что ли?

Неслышно ступая по деревянному полу, брюнетка прошла по прихожей и остановилась в дверном проеме, ведущем на кухню.

И правда – Денис готовил. Стоял спиной к двери и помешивал деревянной лопаткой содержимое сковороды.

Мужчина переоделся. Вместо привычных черных джинсов и кожаной куртки на нем были серые спортивные штаны и самая обычная черная футболка.

Что-то екнуло в груди от этого зрелища. Интересно, он дома так для кого-то готовит или только для себя?

Для Юли странно было видеть на кухне мужчину. Обычно всегда готовила прислуга. Отец туда даже не заглядывал, собственно, как и Герман. А Денис… Юля и не задумывалась о том, что он умеет готовить.

Запах стоял невероятный, возбуждающий рецепторы и вызывающий обильное выделение слюны.

Остальные же рецепторы взбунтовались совсем от другого.

Низко сидящие спортивные штаны и футболка очерчивали рельефы точеного мужского тела. Юля на несколько мгновений засмотрелась, жадно скользя глазами по мускулам на широких плечах, сбитому торсу. Денис был подтянутый, крепкий. Внезапно эмоции, которые девушка испытала, когда он к ней прижимался, по новой закрутились в животе и вызвали волну щекочущего томления в животе.

Черт!

Выдохнула, тут же беря себя в руки, и, выругав себя же, молча направилась к холодильнику.

Денис обернулся.

– Пришла помогать?

– Я не готовлю, – ответила прохладно, обнаруживая на одной из полок бутылку белого вина.

Достала ее и поставила на стол.

– Голубая кровь мешает?

Юля пошарила глазами по поверхностям стола в поисках бокала.

– Не твое дело, – потянулась к верхнему ящику, открыла его, но там оказались тарелки. Ступила к следующему, тоже пусто. Не из горла же пить, в самом-то деле!

Бокалы оказались в третьем, на самой верхней полке, до которой ей с ее ростом в метр шестьдесят было не дотянуться. Недовольно сжала губы.

– Достань мне бокал.

Просьбой тут и не пахло, а Юля и не собиралась быть вежливой. С кем с кем, но только не с этим мерзавцем.

Уткнулась глазами в короткостриженый затылок, наблюдая, как Денис неторопливо поворачивает голову. Поднимает глаза на бокалы, возвращает на нее. Широкая бровь издевательски приподнимается. А уже через секунду он снова отворачивается к плите.

– Нарежь овощи, и я достану.

Юля опешила.

– Что?

– Овощи нарежь, – накрыв сковороду крышкой, нахал развернулся к ней всем туловищем и сложил руки на груди. Самым наглым образом проехался своими карими пучинами по стройному телу, задержался на вырезе в майке, прокатился вниз по животу, прямо к развилке ног, отчего у нее там свело. Первоначально Юля этого и добивалась – вызвать его внимание, но за неприкрытую откровенность во взгляде захотелось гаду пощечину влепить. Денис вернул взгляд на рассерженное лицо. – Я тебе в повара не нанимался, мы здесь на равных условиях. Хочешь есть – помогай готовить.

Если можно было возненавидеть его еще сильнее, то сейчас именно это и произошло. У Юли вулкан в грудной клетке извергся. Вот только девушка обладала талантом казаться непоколебимой, даже когда внутри все горело.

– А кто тебе сказал, что я буду есть то, что ты тут готовишь? Я таким не питаюсь!

– Значит, будешь голодной?

– В холодильнике достаточно еды, чтобы не умереть от голода. А это, – небрежно кивнула на сковороду, источающую пряные ароматы, – ешь сам.

Денис прищурился. Широкая челюсть сжалась, а под кожей взбугрились желваки. Он разозлился, Юля это почувствовала. От него сразу разрушительная волна энергии по кухне разошлась, едва ли не уменьшая ее в размерах.

– Ты всегда такая стерва? – выдавил сквозь зубы Денис.

– Только с тобой! – парировала Юля, встречая тяжелый взгляд.

Воздух вокруг словно вес приобрел и лег на плечи неподъемной ношей.

– Потому что…. – Денис оставил предложение незаконченным, чтобы это сделала Юля, и она решила в кои-то веки сказать правду.

– Потому что ненавижу тебя!

Потемневшие глаза вновь прищурились, а Юля только сказав поняла, что зря ляпнула. Отсутствие эмоций гораздо правдивее той же самой ненависти. Для нее нужны причины. И он это знает.

Сердце ударилось о грудную клетку, замерло и ударилось снова.

– За что? За то, что сорвал твой побег?

Теперь сжала зубы Романова. Она ни за что не признается ему. Не загонит себя в угол еще сильнее. И так весь мир против нее, не хватало еще, чтобы у кого-то на руках были такие козыри.

Ногти больно впились в кожу ладоней, пока она молча смотрела на Дениса, а тот в свою очередь сверлил черными глазами ее. В горле сухо стало, а влажные ладони наоборот вспотели еще сильнее.

К черту вино. И его к черту!

Уже собиралась развернуться и выйти, как на краю стола зазвонил его мобильный.

Разорвав напряженный зрительный контакт, мужчина принял вызов.

– Да, Егор?

Не глядя на Юлю, вышел из кухни. Послышался спасительный хлопок входной дверью, позволяя ей опереться руками на стол и выдохнуть.

Почему эмоции заставляют нас говорить не то, что нужно? Почему выуживают из закромов сознания те слова, которых никогда бы не произносил, но в порыве делаешь все наоборот, а потом расхлебываешь то, что сам заварил? Вот и она ляпнула про ненависть, а он же теперь этого не забудет. Будет давить и дальше, потому что знает, что ненависти на ровном месте не бывает.

Салфетка, лежащая прямо под пальцами Юли, превратилась в крошечный измятый комок оттого, что она сгребла ее в кулак. Сердце молотилось в безысходности.

Нужно не разговаривать с ним. Просто игнорировать, потому что каждая словесная перепалка оборачивается для нее уличением во лжи.

Опустила голову вниз, невидящим взглядом уткнувшись в полосы на деревянном столе, а потом вдруг замерла.

Звук старой мелодии, доносящейся из прихожей, силой заставил выпрямиться, потому что Юля ее узнала. Горло сдавило страшным предчувствием.

Рванула на звук, исходящий из внутреннего кармана сумочки. Приглушенный, писклявый, но вынуждающий нервно расстегивать замок за замком, чтобы быстрее достать его.

Второй мобильный, с которого она связывалась с наемным похитителем, был ее старым кнопочным телефоном. Нокиа противно пищала, пока Юля дрожащей рукой вытаскивала аппарат. Этот ее номер был известен только одному человеку. И судя по цифрам, звонил именно он. Юля как зачарованная вонзилась глазами в экран, пытаясь понять что делать. Поднять или сбросить. Он явно хочет объяснения и оплаты, а сейчас она не может дать ни того, ни другого. Мелодия фонила, а Юля слышала только гулкие удары собственного сердца.

Сквозь туман послышались шаги, и в окне девушка краем глаза заметила, как Денис ступает на террасу!

Нет, нет, нет! Быстро ткнула на кнопку с красной трубкой, а после зажала большую для выключения. Неприятный звук отключения пришелся как раз в ту секунду, когда дверь открылась. Юля быстро бросила телефон в сумку и дернула замок, а сама нырнула рукой в карман висящей рядом кожанки. Кожанки Дениса.

Черт, зачем??

Сердце билось как оголтелое, когда сзади раздалось:

– Ты что там ищешь?