Глава 41

Подруги как назло ушли только тогда, когда приехал Герман. Юля едва не разрыдалась. Ей с Денисом хотя бы на пять минут уединиться хотелось, вдохнуть любимый запах, который был необходимее воздуха сейчас. Она была уверена, что окажись в его руках, это дрянное утреннее чувство исчезло бы. Просто почувствовать себя принадлежащей ему. Чтобы в глаза посмотрел, шершавыми ладонями по щекам провел, как он иногда делал, заставляя лишенное нежности сердце впитывать такое необходимое тепло.

Но даже этих пяти минут их лишили.

А на следующий день в доме был запланирован ужин с Авдеевым и его женой. Ровно к восьми вечера Юля практически была готова.

– Я надеюсь, тебе не нужно напоминать о том, как себя вести? – взгляд Романова устремился на жену, пока мужчина затягивал галстук.

Девушка застегнула серёжку и встретилась с ним глазами в отражении зеркала.

– Имеешь в виду покорно молчать и выполнять каждый твой приказ? Кажется, я и так всегда безукоризненна в этом, тебе не стоило удручать себя напоминанием, – не сдержалась Юля, чем вызвала холодный прищур мужа.

– Много говоришь, Юля, – процедил мужчина и угрожающе двинулся на неё.

– То есть мне даже уже при тебе молчать нужно? – боже, ей бы действительно молчать, а она остановить себя не может.

Если раньше находиться рядом было просто губительно и привычно, то сейчас это превратилось в мучение.

Смотрит на Германа в отражении зеркала, а у самой дикая неприязнь и ненависть в сердце пульсируют.

– Ты хочешь что-то мне сказать, Юля?

От того, каким тоном был задан вопрос, у Юли озноб по коже неконтролируемо побежал. Нужно держать себя в руках, черт! Не хватало ещё, чтобы Герман что-то заподозрил. Если это случится, он не оставит в живых ни её, ни Дениса. И если со своей участью она почти смирилась, то от мысли о том, что с любимым что-то случится, сердце невыносимо запекло.

Романова обернулась и взглянула на мужа. Заткнула куда подальше свою спесь и покорно хлопнула ресницами.

– Я просто хочу иметь возможность хотя бы иногда быть собой, а не твоей куклой.

– Если бы ты была куклой, Юля, ты бы уже валялась на помойке за ненадобностью. Ребёнка не рожаешь, чтобы трахнуть тебя надо подстроиться, физиономия вечно кислая, – не выдержал и Романов. Схватил Юлю за локоть и сжал с такой силой, что она аж присела, – но я тебя суку люблю. Люблю так, что задавить готов за твоё вечное недовольство всем, что бы я ни делал. Думаешь, я не вижу этого? Слепой совсем? Нет, дорогая, я не слепой. Просто глаза закрываю, когда мне надо. А сейчас мне надо, чтобы ты изобразила вселенское счастье и любовь и пошла вниз с готовностью ноги облизывать тому, от кого зависит самый мой большой контракт. Поняла?

От боли, что растекалась по руке, Юля не могла нормально мыслить, но суть она уловила. Кивнула, сжимая зубы и стараясь проглотить собравшийся в горле ком.

Пальцы разжались, наконец пуская застоявшуюся кровь по венам, и девушка тут же растерла руку.

– Шаль накинь, – приказал Романов и дождавшись, пока жена выполнит наставление, подтолкнул ее к выходу из комнаты.

Авдеев, как оказалось, был действительно важным гостем для Германа. Юля ещё не видела, чтобы он так кого-то обхаживал.

Достал свой самый лучший и дорогой виски, усадил гостя на диван, хотя остальных всегда вел сразу за стол.

Юля вместе с женой этого Рустама Настей отошла к фортепиано.

Пить ей Герман запретил, и всё что она могла – это потягивать крепкий чёрный кофе, который с недавних пор ненавидела.

– У вас очень красивый дом, – заговорила наконец брюнетка.

– Спасибо, – вежливо кивнула Юля, – если хотите, я могу провести вам экскурсию.

Гостья взглянула на мужа и через секунду отрицательно мотнула головой.

– Не хочу вас утруждать. Верю, что и в других залах всё выполнено по последнему писку моды.

Романова вздохнула.

Интересно, бывает вообще нормальная семья? Не такая, где жене нужно искать разрешения просто побродить по дому или сказать что-то, что может не входить в планы благоверного?

Бывает, ответила себе почти сразу же. Вот с Денисом у неё всё иначе.

Девушка подняла глаза в сторону выхода из гостиной и почувствовала, как её едва с места не сорвало. По коридору как раз проходил Денис. Его глаза мгновенно поймали её. Будто он сам искал этой стычки взглядами. Желание извиниться и выйти к нему почти достигло своей цели, и Юля бы точно нашла повод это сделать, если бы в этот момент Герман не подозвал ее к себе.

– Пойдём, любимая. Поддержишь меня в игре.

Юля нехотя взглянула на встающих с диванов мужчин. Настя послушно подошла к мужу.

Когда Романова вернула взгляд в коридор, Дениса там уже не было.

Для чего были эти игры в покер каждый раз, когда приходили партнеры Германа, Юля не понимала.

Вероятно, им так проще налаживать бизнес. Кто их поймёт? Она не вникала. Стояла позади Германа, пока тот играл, и думала о том, что больше всего на свете хочет сейчас к Денису. Каково ему видеть ее с Германом? Она бы, наверное, умерла, если бы была на его месте. Стоило представить рядом с ним другую женщину, как внутри всё в руины превращалось.

– Значит, в следующую пятницу? – сквозь мысли донесся до девушки голос Рустама, который как раз добавлял фишки в ставку.

– Да. Отличное время для заключения сделки. – подтвердил Герман, довольно ухмыляясь. – Вскрываемся?

Авдеев перевернул карты.

– Фулл Хаус, – произнёс спокойно.

– Каре, – с превосходством вскрыл карты Романов.

Скорее всего, за этими партиями крылось что-то большее, чем просто игра. Возможно какие-то привилегии или скидки, но поражение противник принял достойно.

– Пусть так, – ответил, склонив голову. – Надеюсь, нам ничего не помешает осуществить задуманное. Я считаю весомых причин для того, чтобы переносить намеченные сделки, практически не должно существовать. Особенно в нашем вопросе, – вставая предупредил гость.

– Можешь даже не сомневаться, – успокоил его Романов. – Со своей стороны я всегда выполняю всё в срок и на высшем уровне.

Дальше был ужин, за которым Юле в горло кусок не лез, но хотя бы можно было немного выпить шампанского. За столом Герман это позволил.

Вечер казался как никогда долгим. Даже супруг к концу ужина выглядел немного уставшим. Что довольно удивительно.

После того, как гости уехали, он упал в кресло в гостиной, успев прихватить за собой и Юлю.

Девушка поморщилась, оказавшись на мужских коленях.

– Умница, девочка, вела себя на высшем уровне, – похвалил муж, наглаживая ее спину через тонкую ткань платья. Юля неосознанно попыталась отодвинуться. – Чего тебе хочется, любимая? Поедем куда-нибудь вдвоём? Скоро я стану одним из самых богатых людей страны. Ты должна гордиться тем, с кем живёшь!

Гордиться, где там. Она дьяволу душу продать готова, только бы этот человек не прикасался вот так пальцами, не выводил болезненные узоры.

Зажмурилась, перевела взгляд в сторону и снова увидела Дениса. Мужчина стоял прямо у двери. С виду каменная статуя, такая же, как и остальная охрана, расставленная по периметру, но Юля то знала, что он сейчас чувствует.

– Юляяяя, – протянул Герман пьяно, – так чего хочет моя жена? Купить тебе машину?

Девушка вздрогнула. Что-то во всем происходящем показалось непривычным. Что именно она поняла только когда снова вернула взгляд на мужа. Он откинул голову на спинку стула и растягивал губы в пьяной улыбке. Пьяной… Герман. Он редко выпивал столько, чтобы доводить себя до состояния опьянения.

Она попыталась вспомнить, сколько они выпили с Авдеевым. Вроде бы не так уж много.

Тогда почему его так развезло?

– Позвать прислугу, чтобы убрали со стола? – голос Дениса прозвучал совсем рядом. Всего в нескольких сантиметрах. От его близости у Юли волоски на коже поднялись, а пульс моментально набрал обороты. Захотелось с колен мужа подскочить, но она вовремя одернула себя. Краем глаза заметила, как Денис взял бокал Германа, стоящий рядом на столике и, казалось, собрался его унести.

– Да. А это мне дай, – потянулся за стаканом Романов. – Изумительный виски, – резюмировал, разглядывая перелив янтарной жидкости. – Не зря я хранил его для особых случаев. Мягкий, но терпкий. Попробуй, любимая.

От слова «любимая» девушку передернуло. Быстро вскинула взгляд на Дениса, но он стойко выдержал это испытание. Только ноздри раздулись.

Едва их глаза встретились, как он зачем-то головой отрицательно мотнул. Еле-еле заметно.

Юля нахмурилась, забирая из рук мужа почти пустой стакан. Поднесла к губам и снова на Дениса из-под ресниц посмотрела. И опять короткий отрицательный знак головой.

Значит, она правильно поняла.

Сжав губы, сделала вид, что пробует напиток.

– Правда, вкусный, – кивнула, возвращая стакан мужу.

Сердце застучало гулко-гулко.

Герман одним глотком допил содержимое и отставил стакан на столик. А потом потянулся руками к талии Юли и уже почти уткнулся губами в ее шею, когда Денис резко и громко крикнул:

– Светлана! Герман приказал убрать здесь.

Боже…

Юля до крови губу прикусила и быстро встала на ноги, сбрасывая с себя руки мужа и оказываясь в непозволительной близости к Денису. Такому родному, любимому… к которому сейчас не могла прикоснуться.

Внутри всё звенело от напряжения и, казалось, вот-вот разлетится на мелкие осколки.

Взгляд карих глаз заставил бедное сердце зайтись от боли.

– Идём спать, Юля, – прозвучало сзади заплетающимся языком.

Юля едва головой в отчаянии не замотала, не в силах оторвать глаз от Дениса, а он, сделав вид, что тянется за пустым стаканом вдруг тихо произнес:

– Телефон проверь.

Выпрямился и, не глядя больше на неё, вышел из комнаты.