Глава 12. Марк

В ушах звенело, словно рядом взорвалась грёбаная граната.

Я шёл быстрым шагом, сжав челюсти так, что сводило скулы. Твою мать. Твою мать, Марк. Что ты творишь?!

Я едва не задел плечом официанта, протискиваясь обратно в зал. Ворон заметил меня первым. Выпрямился. Окинул взглядом.

— Уходим, — хрипло бросил я.

Голос срывался. Он это услышал.

— Всё в порядке? — он сразу напрягся.

Я резко выдохнул, пытаясь взять себя в руки.

— Да.

Он не поверил. Как и я сам. Ворон чуть сузил глаза, но не стал лезть с расспросами. Сука умный.

— Забери Варю. Я жду у машины.

Он не двинулся.

— Ты куда?

— Попрощаюсь с Гогой.

Я развернулся, уходя первым. Потому что если бы задержался — если бы увидел её прямо сейчас — я бы точно себя не сдержал. А этого нельзя допустить.

Я уже нарушил обещание. Уже предал всё, ради чего так долго и упорно трудился. Из-за неё. Из-за этой чертовой девчонки.

Из-за её мягкой кожи, которая всё ещё горела под моими пальцами. Из-за сладких губ, которых я не должен был касаться. Из-за её растерянного взгляда, от которого меня трясло сильнее, чем от любого врага, вставшего на пути.

Сука. Какая же Варя была сладкая. Неправильно сладкая.

Запретная. Но чёрт возьми…

Я уже вкусил этот грёбаный запрет. И теперь не знал, как от него отказаться.

С Гогой распрощался быстро. Пообещал вернуться. Варя же ела с удовольствием. Значит, понравилось. К машине шёл уже закуривая сигарету.

Блять. Хотел же бросить.

Но руки всё ещё помнили её кожу. А губы — этот случайный, но такой пиздецки сладкий поцелуй. Чёрт. Она уже была в машине. Видел её силуэт на заднем сидении.

Но до машины я не дошёл. Дорогу перегородил Ворон. Его взгляд прожигал насквозь. Я вдохнул дым. Медленно, глубоко.

— Какого хуя, Марк? — его голос был низким, тихим, но злым.

Я выдохнул дым, но не посмотрел на него.

— Она ещё бледнее, чем пару часов назад.

Я наконец поднял взгляд.

— Что ты хочешь от меня услышать?

— Не знаю, брат. — Ворон смотрел на меня пристально, слишком пристально. — Но тебе пора перестать пугать её.

Я сжал зубы.

— Я не пугал. Не кричал. Наоборот…

Осёкся. Чёрт. Губы до сих пор горели. Как и пальцы. Как и весь я.

Ворон сузил глаза.

— Что ты сделал?

Я сжал сигарету так, что чуть не раздавил её в пальцах.

— Не важно. Поехали.

Развернулся, намеренно заканчивая разговор.

— Нельзя оставаться тут долго.

Но Ворон не двинулся. Я чувствовал его тяжёлый взгляд в спину. Он всё понял. Черт возьми.

— Не смей применять силу, — его голос прозвучал еле слышно, так что услышал только я.

Но этого хватило, чтобы меня перекрыло. Я развернулся резко, шагнув к нему так близко, что между нами осталось всего несколько сантиметров.

— Не неси хуйни, Ворон.

Говорил так же тихо, но в моих словах был стальной лед.

— Никогда. Никогда я этого с ней не сделаю.

Ворон не моргнул. Его челюсть была сжата, пальцы дрогнули, но он не отступил. Проверял меня, сукин сын.

Ярость вскипала в груди, но я подавил её. Сквозь зубы процедил:

— Поехали.

И первым сел в машину. Я услышал, как она глухо выдохнула, когда увидела меня. И, блять, мне это причинило физическую боль.

Она боялась меня.

Я закрыл глаза на мгновение, стиснув зубы так, что в висках запульсировало. Думай, Марк. Просто думай. Но мои мысли не слушались.

Они разбивались о её взгляд, о её губы, о её дыхание, которое я ощущал на своей коже ещё несколько минут назад. Сука. Ворон сел рядом.

Я чувствовал его злой взгляд, прожигающий меня насквозь. Он молчал. Но мне и не надо было слышать слова, чтобы понять, что он думает.

Мы поехали. Молча.

Грузовик глухого напряжения проехал через весь салон машины.

Я держал взгляд на дороге. Варя — в окно. А Ворон — на меня. Жёстко. Исподлобья. Будто готов был вот-вот ударить. Но мы оба знали, что сейчас не время.

Дом встретил нас холодным светом фонарей. Как только машина остановилась, Варя выскочила первой. Буквально бежала.

Я даже не успел открыть дверь, как услышал, как за ней хлопнула её. Закрылась. Заперлась. От меня.

Схватила подол своей короткой юбки и взлетела вверх по лестнице, скрываясь в доме.

Черт…

Черт.

Черт!

Я развернулся и увидел Ворона. Его усмешка была настолько холодной, что меня передернуло.

— Молодец, брат. — Его голос был низким, с ленивой, но опасной насмешкой. — Ты действительно не пугал ее.