Глава 14. Ворон

Хорошо, что Марк уехал. “По делам”, как сказал он.

Хотя я, блядь, прекрасно знал, что это ложь. Он просто свалил подальше от неё. И я его понимал.

Может, у меня ещё не так мозг потек, как у Марка, но Варя ломала меня, сука, изнутри.

Каждый её взгляд — испытание. Каждое её движение — пытка. Каждый её чёртов выдох — приговор.

Я никогда не отличался терпением. Если мне что-то нужно, я беру. Без просьб, без извинений. Но с ней...

С ней всё было по-другому.

Она не просто нравилась мне. Она врезалась в мои мысли. В мои кости. В мой грёбаный череп.

Марк думал, что, уехав, решит проблему, но этим дела всем только хуже.

Варя скучала, хоть и пыталась доказать обратное, я…

Я не был святым. Никогда.

Бабы для меня всегда были простым удовольствием, которое я брал, когда хотелось. Без обязательств, без привязанности, без драмы.

Но, сука, с Варей всё было не так. Она не должна была меня цеплять.

Но каждый раз, когда она проходила мимо — я ловил себя на том, что смотрю слишком долго.

Когда она смотрела на меня, я замечал, как у нее дрожат ресницы. Как нижняя губа слегка прикушена.

Как мои пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки, чтобы не схватить ее за талию и не притянуть ближе.

В тот вечер всё пошло не так…

— Это ещё что за херня? — я вытаращился на Варьку, которая развалилась на диване, как королева, с бокалом красного вина.

Красного, блядь, вина.

Она даже не вздрогнула, лишь недовольно фыркнула, как капризная кошка:

— Сегодня суббота, можно я отдохну?

Я медленно втянул воздух сквозь зубы, чувствуя, как поднимается волна раздражения.

Она нарывалась.

Серьёзно нарывалась.

— Можно я тебя сейчас отлуплю по заднице? — рычание в голосе было таким же неожиданным для меня, как и для неё.

Я сузил глаза, разглядывая её в полумраке комнаты.

Маленькая. Хрупкая. Дерзкая. И такая, блядь, опасная для моего самоконтроля.

Варя приподняла бровь, сделала ленивый глоток и вызов бросила мне прямо в лицо:

— Попробуй, а то только пугаешь.

Алкоголь говорил за неё.

Но, сука, если она думала, что я просто так проглочу это, то она плохо меня знала.

Я не Марк.

Я медленно сделал шаг вперёд, наблюдая, как её пальцы сжали бокал крепче.

— Сколько ты выпила, котёнок? — мой голос стал низким, хриплым.

Она пожала плечами. Глупая, глупая девочка.

— Не помню.

Я хмыкнул. В ней от силы кило сорок с копейками, а уже разыгрывает из себя королеву драмы.

— Вот и обошел территорию Ворон, — пробормотал я себе под нос, склонившись чуть ближе.

Она не отстранилась. Знала, что заигралась, но все равно тянула кота за яйца.

— Давай, бей, — прошептала она, глядя мне в глаза.

Сука.

Вот же сучка.

Глаза в глаза.

Дыхание в дыхание.

Я слышал, как Варя шумно втянула воздух, но не отстранилась. Не убрала руки. Не оттолкнула.

Она ждала.

Ждала, блядь!

Я чувствовал её жар, её пьяное дыхание, этот проклятый запах вина, смешанный с чем-то тёплым, родным.

Проклятие, я был так близко. Так чертовски близко.

— Варя… — выдохнул её имя, почти касаясь её губ.

Она затрепетала.

Мои пальцы прошлись по её щеке, спустились к подбородку, заставляя её приподнять голову.

Чуть-чуть.

На миллиметр ближе.

Чувствовал, как её губы дрожат. Чувствовал, как она затаила дыхание.

И я… Я почти поцеловал её.

Почти.

Но потом, нахуй, резко отстранился. Рывком. Как будто обжёгся.

Потому что это было… неправильно. Потому что если бы я поцеловал её, я бы уже не остановился.

Рванул на кухню от греха подальше.

Почти бежал, мать его, лишь бы не видеть эту малую ведьму!

Холодная вода. Да, нужна холодная вода.

Дрожащей рукой потянулся к бутылке, глотнул, но горло всё равно горело. Не от вина. От неё.

От ее взгляда. От ее губ. От ее тёплого дыхания у моего рта.

— Блядь… — прошипел, сжимая бутылку так, что пластик жалобно захрустел.

Что, сука, с ней не так?!

Почему она смотрела на меня так? Почему я смотрел на неё так?

Я должен был просто отвезти ее в комнату, дать таблетку от похмелья и забыть нахер про этот момент.

— Ворон, — тихий голос за спиной заставил меня вздрогнуть.

Сука.

Зачем она пошла за мной?!

Я медленно повернулся. Варя стояла в дверном проёме, пьяная, бледная, с покрасневшими глазами. Тонкие пальцы сжимали край свитера, словно ей нужно было за что-то держаться, чтобы не упасть.

— Мне плохо… — прошептала она.

Я выдохнул, сжав зубы.

— А кому сейчас, блядь, легко? — огрызнулся, но не смог отвести от неё взгляд.

Слабая. Слишком слабая.

— Без мамы… плохо, — будто не услышав, продолжила она. — Но знаешь, что хуже?

Я уже знал.

Но не хотел этого слышать.

— Без Марка.

Удар.

Сука, это был удар.

Я сжал кулаки.

Она смотрела на меня так, будто сама не понимала, зачем это сказала.

— Я не знаю… что со мной, Ворон. Всё неправильно. Всё… запутано.

Она сделала неуверенный шаг ко мне.

Стоп. Не надо.

Я не знал, что со мной будет, если она подойдёт ближе.

— Я даже не понимаю, что чувствую к тебе… — голос дрогнул. — Или к нему… Это всё… неправильно.

Я медленно выдохнул, поднял руку, сжал переносицу.

— Тебе надо спать, Варя, — повторил я, стараясь держать голос ровным.

— А ты уйдёшь? — её голос был тонким, почти детским.

Я сжал челюсти.

— Если скажешь.

Она замерла. В темноте кухни её глаза блестели, как у испуганного зверька.

— Я не хочу, чтобы ты уходил… но я не понимаю, зачем мне это надо, — горько усмехнулась, проводя ладонями по лицу. — Всё неправильно.

Я тяжело выдохнул.

— Знаешь, котёнок… некоторые вещи не надо понимать.

— Это ты так себя оправдываешь? — фыркнула она.

Я криво усмехнулся.

— Может быть.

Она медленно подошла ближе.

— А если я тебя попрошу остаться?

Мои пальцы невольно сжались в кулак.

— Я останусь.

Она моргнула, явно не ожидая такой лёгкости в моем ответе.

— Но не так, как ты, наверное, хочешь, — добавил я.

Варя опустила глаза, плотно прижав губы друг к другу.

— Всё неправильно, — снова прошептала.

Я кивнул.

— Согласен.

— И что мне делать?

— Не пытаться разобраться.

Она нервно усмехнулась.

— Это так просто для тебя?

Я провёл языком по зубам, глядя на неё пристально.

— Нет, котёнок, нихуя не просто.

Она снова шагнула ближе.

— Ворон…

Я почувствовал её дыхание. Тёплое, с лёгким запахом вина.

Надо было остановить её.

Но, чёрт возьми, я этого не сделал. Схватил ее за талию, усадил рывком на стол и сделал то, что хотел. Давно хотел блять. Впился в ее губы, жадно, властно, без сожаления.

Она ахнула, но не отстранилась. Её пальцы вцепились в мою рубашку, словно искали опору. Она ответила.

Губы были тёплыми, податливыми, и вкус её смешивался с вином. Я двигался жадно, захватывая, подчиняя. Она не сопротивлялась. Только стон вырвался из её груди, когда я сжал ладонями её талию, притягивая ближе.

— Ворон… — простонала она в мои губы, звуча потерянно.

Блядь.

Я знал, что это неправильно. Что я уже перешёл черту, но не мог остановиться.

Рука скользнула вверх по её спине, пальцы зарылся в её волосы, заставляя откинуть голову назад. Её дыхание сбилось, я видел, как дрожат её ресницы, как шевелятся покрасневшие от поцелуя губы.

— Ты понимаешь, что делаешь? — хрипло выдохнул я, касаясь лбом её лба.

Она замерла.

— Нет… — прошептала, но не отстранилась.

Я прикусил внутреннюю сторону щеки, чувствуя, как в животе сгорает остаток здравого смысла.

— Тогда скажи мне “стоп”.

Она посмотрела прямо в мои глаза. И не сказала.