Глава 33. Ворон

Голова раскалывалась от боли, но в груди болело ещё сильнее. Я едва стоял на ногах, опираясь о стену и пытаясь собраться с мыслями. Марк был ранен, и хотя нам удалось найти тех, кто планировал убить Варю, легче от этого не становилось.

Как ей об этом сказать? Как объяснить, что его зацепило пулей, что он истекает кровью, пусть и вне опасности? Представляя выражение её лица, я почувствовал, как сердце болезненно сжалось.

Я тяжело вздохнул, проводя ладонью по лицу. Нужно было держаться — хотя бы ради неё. Но проклятье, как же это было трудно…

— Ворон, — знакомый голос вернул меня в реальность.

— Привет, Кит, — устало кивнул.

— Он уже пришел в себя?

— То просыпается, то снова отключается.

— Потерял много крови, — добавил я, чувствуя, как боль снова накатывает тяжелой волной.

Кит внимательно посмотрел на меня и нахмурился:

— Тебе бы тоже не помешало отдохнуть. Еле на ногах стоишь.

Я отмахнулся, хотя понимал, что он прав. Сейчас мне было не до отдыха. Перед глазами стояло лицо Вари, которое я скоро увижу. Как я скажу ей, что Марк пострадал, спасая её?

— Нужно сказать Варе, — Кит словно прочитал мои мысли.

— Нет, пока не надо, — тихо признался я, сжимая зубы от новой вспышки боли. — Не знаю, с чего начать…

— С правды, — просто сказал Кит и похлопал меня по плечу. — Чем раньше, тем лучше.

Кит махнул рукой, и двое его людей молча подвели Варю. Она была бледная, почти прозрачная от беспокойства и страха. В её широко раскрытых глазах застыло немое отчаяние.

Я почувствовал, как сердце болезненно сжалось, когда встретился с ней взглядом. Дыхание застряло в горле.

— Ворон… — Варя шагнула ближе, голос её дрожал. — Где Марк? Что с ним?

Я с трудом сглотнул, чувствуя, как головная боль снова накрывает меня с новой силой.

— Он ранен, — произнёс я тихо, стараясь вложить в голос как можно больше спокойствия. — Но он в безопасности, Варя. Сейчас главное, что он жив.

Она едва заметно пошатнулась, и я инстинктивно шагнул к ней, игнорируя собственную слабость и боль.

— Всё будет хорошо, слышишь, котенок? — произнёс я, осторожно взяв её за плечи. Но в глубине души понимал, что убедить её в этом будет так же трудно, как и себя самого.

— А ты? Боже, тебе нужно отдохнуть!

— Я здоров как бык, — усмехнулся стараясь казаться таким, хотя так хотелось завалиться в кровать.

Варя нахмурилась, явно не поверив моим словам, и осторожно коснулась ладонью моего лица:

— Ты ужасно выглядишь, Ворон.

От её прикосновения по телу прошла приятная волна тепла, на мгновение отвлекая от боли.

— Ну спасибо, обрадовала, — снова усмехнулся я, стараясь держаться на ногах увереннее. — С тобой и Марком всё хорошо, значит, со мной тем более.

Она печально улыбнулась и опустила взгляд.

— Ты всегда о нас, а о себе никогда не думаешь.

— Кто-то должен, — ответил я мягко и сжал её пальцы в своей ладони. — Главное, что мы все живы.

Я посмотрел на неё внимательно, замечая, как она вновь побледнела, и вздохнул, подавляя очередную волну головокружения.

— Давай я провожу тебя к нему, — сказал я, заставляя себя выпрямиться. — Думаю, Марку станет легче, когда он увидит тебя рядом.

Кит молча наблюдал за нами. Он не был глупцом, и то, как Варя за нас переживала, говорило о многом. Не просто о Марке или обо мне — о нас. О том, что мы значили для неё гораздо больше, чем она решалась признать даже самой себе.

Варя вдруг коснулась моего лица прохладной ладонью, и сердце болезненно сжалось от нежности. Я на миг прикрыл глаза, позволяя себе эту слабость.

— Пошли, — мягко потянул её за руку, чувствуя, как дрожь в её пальцах отдаётся где-то глубоко в груди.

Она кивнула, доверчиво шагая ближе ко мне, и я позволил себе чуть крепче сжать её ладонь. Мы медленно пошли вперёд, и с каждым шагом, вопреки боли и усталости, на душе становилось чуть легче.

Я мельком оглянулся через плечо — Кит по-прежнему стоял на месте и молча смотрел нам вслед. Его взгляд был задумчивым, почти понимающим, будто он видел больше, чем мы сами могли признать.

Марк лежал в одной из гостевых комнат на первом этаже — так было проще завести аппаратуру, которую привезли из больницы. Приглушённый свет лампы едва освещал его бледное лицо, покрытое капельками пота. Тёмные волосы слиплись, дыхание было слабым и неровным. Рядом тихо пищали мониторы, отсчитывая биение его сердца.

Варя застыла на пороге, охнув от потрясения. Её пальцы судорожно сжались в моей руке.

— Тише, котёнок, — прошептал я успокаивающе. — Он справится. Он сильный.

Она молча кивнула, не отводя взгляда от Марка. Глаза её наполнились слезами, и я ощутил почти физическую боль от её переживаний.

Подведя её ближе к кровати, я отпустил её руку, позволяя ей осторожно сесть рядом. Сам же отступил чуть в сторону, тяжело опираясь о стену, скрывая собственное головокружение.

— Привет, Марк, — прошептала Варя тихо, касаясь пальцами его руки, словно боялась причинить ему лишнюю боль.

Я смотрел на них, и горло сжималось от смеси облегчения и тревоги. Сколько ещё раз нам придётся пройти через это, прежде чем мы, наконец, сможем спокойно вздохнуть?

— Он слышит нас? — едва слышно спросила Варя, не отрывая взгляда от лица Марка. В её голосе было столько надежды и страха, что сердце снова сжалось болезненно.

— Надеюсь, — тихо ответил я, подходя ближе. — Говори с ним, Варя. Голос любимого человека может творить чудеса.