Глава 4

Трясясь как маленький осиновый листочек, что остался один одинешенек на тоненькой веточке, я повернулась на бок и посмотрела на свою ногу. Из нее торчала отрубленная серая конечность монстра, а его самого рядом не наблюдалось. Присев, я дрожащими руками стала отцеплять руку от ноги, морщась при этом от боли. Вид довольно глубоких дыр и вытекающей из них крови в моей икре, когда я медленно вытаскивала из себя чудовищные когти один за другим, заставлял чувствовать приступы головокружения и тошноты, но боль быстро приводила меня в чувство. И хотела себя утешить, что чуть-чуть осталось потерпеть, но понимала, что это не правда, лишь легкая передышка, и сейчас другой монстр схватит меня. Только на этот раз я уже точно умру. За своим кровавым занятием, я даже не поняла, что все резко стихло. Обернувшись, увидела того гиганта. Он стоял посередине дороги среди кучи различных обрубков серых тел и дико озирался по сторонам, высматривая еще этих монстров по всем окнам ближайших домов. Но их нигде не было. Похоже, схватка закончилась и для него слишком неожиданно. Мне вообще казалось, что этим монстрам нет конца. Лезут и лезут изо всех щелей, и не думая прекращаться. Не успев толком рассмотреть моего спасителя, я моргнула и уже в следующую секунду почувствовала, как он схватил меня за талию и перекинул через плечо. А потом он побежал, и я, подпрыгивая и больно ударяясь о его каменное плечо животом, пыталась поймать в легкие хоть крупицу воздуха, но с каждым новым ударом она быстро вылетала обратно, не задерживаясь там, где мне было очень нужно. Мне пришлось ухватиться за его спину и поясницу руками, чтобы плечо мужчины совсем не отбило мне живот. И так тошнит, а тут еще это. Стало полегче дышать. Интересно, он спасает меня, или как тот монстр хочет утащить к себе в нору, чтобы сожрать? Что ж, посмотрим, а пока он нес меня неизвестно в какие дали. Я не знаю как долго и куда он меня нес, потому что пыталась не задохнуться, да и держаться за него приходилось крепко, особенно когда он перепрыгивал или взбирался на различные препятствия. От напряжения мне свело все тело. Тут не до разглядывания окрестностей. Еще немного, и я вообще потеряю сознание, так как приходилось прерывисто дышать, да и висеть вниз головой. Как-то уж совсем неожиданно и резко он остановился и сбросил меня на землю, словно я мешок с картошкой, и он задолбался меня тащить на себе. Мог бы и там оставить. Хотя не знаю, где теперь хуже. На несколько секунд он куда-то отошел от меня, и там раздался визг, который, впрочем, быстро оборвался. Он еще кого-то убил? С хрипом отдышавшись, я приподнялась на уставших и дрожащих руках и осмотрелась. Мой спаситель, я все еще надеялась на это, принес меня в лес. На вид очень жуткий, но, кажется, я уже начала привыкать к местным видам, хотя все равно впечатлилась. Высокие, голые и непривычные на вид толстые деревья с крючковатыми ветками стояли плотно друг к другу, местами переплетаясь ветвями, словно держаться друг за друга им было жизненно необходимо. Но по их виду, я бы сказала, что жизни в них нет совсем, да никогда и не было. Их таинственно окутывал белый туман, вдалеке превращая деревья в жуткие тени, что тянулись к нам своими длинными скрюченными пальцами, в надежде схватить. Вблизи туман стелился по земле витиеватым дымком, и, казалось, что прямо из него растут редкие кустики и сухая, пожухлая трава. Под моими руками из земли торчали толстые корни, словно шершавые черви, что никак не могут вырваться на волю, утопая в грязи. А сама я сидела в луже, в которой плавал мелкий мусор из коротких палочек, травинок и фантиков от конфет. В ужастиках в таком лесу обычно живут ведьмы, оборотни и другие жультики. Ну и зачем мы здесь? Оказывается, не только я осматривалась, но и он тоже. Высматривал еще какую опасность? Неужели какая-то тварь затаилась, и ждет когда бы напасть? Не удивлюсь. В этом лесу, наверно, за каждым кустом устроилось по две бабайки. Должно быть он почувствовал мой взгляд, потому что через мгновение наши глаза встретились, и я поняла… Мне хана! Даже интересно стало, он будет убивать меня так же, как и тех монстров, нарубив на мелкую капусту? Изнасилует? Сожрет? Это только с виду он человек, но, как и все вокруг, такой же монстр! Мужчина выглядит не менее жутко, чем те твари. Час от часу не легче. И как мне теперь спасаться от него? Я не могла справиться с теми чудиками, и уж тем более не справлюсь с тем, кто их целую стаю, наверно штук тридцать, разложил на части по кучкам. Более сильный хищник победил слабых, и уволок их добычу, то есть меня, к себе в лес. У него были длинные пепельно-белые волосы, стянутые сзади в низкий хвост. Некоторые, более короткие пряди, падали на лоб и виски. Широченная мускулистая грудь с порванной в некоторых местах кожаной безрукавкой. На ногах так же кожаные черные штаны, которые обтягивали его мощные длинные ноги. Обут он был в некое подобие военных берцев. Тот огромный меч, что так легко разрубает плоть, висит в ножнах на бедре. Вроде все нормально, но… Все это я увидела краем глаза, потому что не могла отвести взгляд от его глаз. Они были сплошь черные, без намека на белок, и в самой середине горели красным светом. До дрожи в коленях было страшно смотреть в них. И он не сводил с меня свой взгляд, словно хотел им прожечь меня насквозь. На секунду я отвела глаза, чтобы осмотреть его лицо, но они снова вернулись к его. Он словно гипнотизировал меня, заставляя смотреть в его огни, наверно, чтобы лишить воли и подчинить себе. У мужчины было вытянутое лицо с острыми чертами. Высокий лоб, темные брови нахмурены. Жуткие глаза глубоко посажены и прищурены. Длинный прямой нос. Тонкие, зло поджатые губы, высокие скулы и твердый подбородок. На вид ему можно дать лет сорок, сорок пять. Мужчина на лицо, да и на тело, был очень хорош собой. Такая мужественная красота. Но! Это но, портило все впечатление от красавца. Предполагая, что это ад, он, скорее всего, демон, а не человек. А это значит, ничего хорошего от него жди. Что он будет со мной делать? Различные картинки всех тех ужасов, что я успела посмотреть по телеку, калейдоскопом закружились у меня перед глазами. Видимо ему надоело играть со мной в гляделки, и он подошел ко мне ближе, медленно обводя страшными огоньками в глазах все мое израненное, грязное и дрожащее тело. Из-за странности этих его глаз, мне было непонятно чего он хочет. Оказывается, как все же важны белки, радужки и зрачки, для определения намерений. Поэтому я в ужасе стала отползать от него спиной назад, пока не уперлась ею в дерево, и так и осталась сидеть на жопе. Все, отступать некуда. Бежать бесполезно. Драться бессмысленно. Он присел рядом со мной на корточки и протянул ко мне окровавленную руку, схватив за подбородок. Я попыталась отдернуть лицо, скривив его в отвращении, но он не позволил, крепко удерживая меня, и несколько раз провел по подбородку большим пальцем. Зачем? Хочет грязь оттереть? Ну и зря, своими пальцами он только добавит к ней кровь. Я оглядела его руку полностью. Странно, его руки были по самые плечи в крови, но она не стекала по ним, а как будто въелась в кожу, прокрашивая ее в темно бардовый цвет. Как так? Мужчина стал поворачивать мое лицо в разные стороны, рассматривая меня более тщательно. Это сквозь грязь-то, что за то короткое время, моего пребывания здесь, я успела нанести на свое лицо несколькими ровными слоями. Ладно, смотри. Надеюсь только это тебе и нужно. Но когда наши взгляды снова встретились, я замерла от страха, как маленький перепуганный олененок. Чего тебе демон страшный? Не выдержав его огня, я опустила взгляд. Только сейчас, когда он был ближе, я заметила, что в его шею были воткнуты тонкие колья. Они прошивали ее насквозь под разными углами, входя с одной стороны, и выходя острием из другой. Их было около десяти штук. Я сначала удивилась, как он еще жив с такими ранениями, но потом вспомнила где я, и кто он, и опустила взгляд ниже, чтобы не смотреть на этот ужас. Но наткнулась на его мускулистую грудь, что торчала в вырезе безрукавки. Прямо посередине у него был жуткий шрам от ожога, в виде кривой звезды. Даже не знаю, как такой можно получить. Словно его подвесили прямо над небольшим костром, и пламя выжигало именно эту часть. Дикость какая-то. Вообще у него было много шрамов, и это только те, что я видела. А сколько их под одеждой? И сейчас к ним добавятся и новые, от недавно полученных ранений. Какой бы ловкий он ни был, а монстры все же смогли зацепить его своими острыми когтями. Я заметила глубокие рваные раны на предплечье и бедре. Может, есть и на спине. Кровь уже успела свернуться и не текла из них, как и из моих ран. Пока я его разглядывала, демон насмотрелся на мое лицо, и неожиданно схватил за раненую ногу, приподнимая ее вверх. Я вскрикнула и опрокинулась спиной на землю, потеряв опору в виде дерева. Что он хотел, я не поняла, но на всякий случай стала пинать его другой ногой, которую он ловко перехватил. Теперь уже они обе были в его власти, и я просто бесполезно дергалась в грязи. Ну, вот что я могла подумать в таком положении? Конечно он собрался меня насиловать. Зачем бы еще он меня сюда притащил? А что, здесь тихо, серых не видать, никто не мешает. Сначала один попытался, неудачно для него, и смертельно для меня. Теперь вот второй намеревался сделать то же самое. И почему мне так везет? Вышла, называется, в первый раз ночью погулять. Нет уж! Без борьбы я не сдамся, хоть и знаю, что все без толку. Он огромный детина, и я маленькая тростинка, которую, если он захочет, может одним махом переломить на двое. Но отчаяние не слышит разум, поэтому я стала биться в его руках что есть мочи, подключив и свои маленькие кулачки. Знаю, что смешно, но вот только не мне. Не сейчас. Демон неожиданно отпустил меня, и, перехватив за запястье, поднял на трясущиеся ноги и отпустил уже совсем. Я встала и удивленно уставилась на него как тот самый баран. Что?! Он же отступил от меня на пару шагов и тяжко вздохнул, качая головой. Устал что ли сражаться со мной? Я победила? Как-то быстро. И тут демон начал что-то показывать мне руками, активно манипулируя ими, наверно так хотел объясниться. Дирижер блин. Но оно и понятно, с кольями в шее он наверно говорить не может. – Я не понимаю, – насмотревшись на его бесполезные манипуляции, мне пришлось сдаться. А я что? Честно пыталась понять. Он снова вздохнул, а потом пошел дальше в лес, маня меня за собой. А вот этот жест я поняла. Вот еще! Дура я что ли за ним идти. Но и одной в этом жутком лесу оставаться не хочется. И в город я больше ни ногой. Хватит, нагулялась. Что же делать тогда? Огляделась кругом. Остаться тут и ждать других монстров, а то, что они здесь есть, я не сомневалась. Слышно было, как кто-то шуршит в нескольких метрах от нас справа. Что-то мне очень не хочется встречаться с ними. Бррр. Тогда остается идти за ним. Хотя и эта идея так себе. Что ему нужно от меня? Вариантов у меня нет. Он, по крайней мере, может защитить меня от бабаек. А вот кто защитит меня от него? Страшно. До жути просто. До дрожи в трясущихся коленях. Добровольно пойти за чудовищем, которое неизвестно чего от тебя хочет. Пока я думала и принимала решение, он спокойно ждал, не забывая осматривать окрестности, и прислушиваться ко всем шорохам, что раздавались с разных сторон. Да уж, в таком месте нужно держать ушки на макушке, а то останутся от тебя рожки да ножки. Это все стресс. Вздохнув полной грудью гнилостный воздух, гордо подняв всклокоченную голову и расправив чумазые плечи, я «смело» шагнула к нему. И упала лицом в грязь. Опять. Осталась так лежать, только голову повернула на бок, чтобы не задохнуться. Мои силы кончились. Совсем. Разом и без остатка. Организм был до предела нагружен за последние несколько часов, и теперь я выжата как лимон. И капельки не осталось. Мне не то, чтобы подняться было лень, а просто дышать удавалось с трудом. Даже глаза закрыла, чтобы не моргать. Все, кончилась Фаня. Демон подошел ко мне, и уже куда как бережнее поднял на руки. Надо же! Теперь если он попытается меня обидеть, то ему это с легкостью удастся, потому что на сопротивления у меня нет сил. Даже если очень постараться, то я их в себе не найду. Может уже и никогда. А пока мне только и оставалось, что уютно устроить на его широкой груди. В этот раз он никуда не бежал, и легкое покачивание от его умеренного шага, постепенно убаюкало меня. Усталость взяла верх над осторожностью, и я с наслаждением погрузилась в сон.