13.3

Вместо ответа Жужжен сунул мне под нос газету.

На ней Демаре стоял передо мной на колене, а напечатанный большими буквами заголовок гласил: «СКАНДАЛ! Алмазный король снова женится… при живой жене!»

Судя по ощущениям, мои глаза слегка вылезли из орбит. Самую малость, ладно хоть в ладони Жужжену не выкатились. Нет, об умении желтой прессы все извратить я знала и по своему миру, но это оказалось… несколько неожиданно.

— Постыдились бы! — выдал дворецкий. — Скоро живого места на имени мируара Демаре не оставите, бессовестная вы…

Шлеп!

Я не сразу поняла, что произошло, потому что не в моем характере выдирать из рук дворецких газеты и бить их ими же по голове. Видимо, Жужжена раньше тоже никто не бил газетами, потому что он замер, словно я снесла ему антенну и прервала связь с космосом.

— Читать такое, — теперь уже я совала ему газетенку под нос, — вредно для мозгов. Они разжижаются. Впрочем, в вашем случае это очевидно нестрашно, потому что их у вас нет!

— Вы… вы что — только что назвали меня идиотом?!

— Вы поразительно догадливы!

Вручив оторопевшему Жужжену местную прессу, собиралась уже пройти мимо, когда мне прямо в лицо прожужжали:

— Бессовестная развратная девка!

— Этиль.

Голос Демаре прозвучал как-то очень внезапно и настолько зловеще, что у меня даже бюстгальтер встал дыбом. Что же касается Жужжена, то он вытянулся в струнку и разве что хвостиком не завилял. К сожалению, природа не наградила его этой бесспорно необходимой ему частью тела.

Понимая, что встреча с алмазным величеством неизбежна, глубоко вздохнула и обернулась. Чтобы наткнуться на взгляд, от которого мне захотелось залезть за возвышающийся на постаменте чей-то мраморный бюст. Правда, я оказалась стойкой и не дрогнула, когда Демаре приблизился к нам, и уже собиралась сказать ему все, что думаю про него и его дворецкого, когда услышала:

— Немедленно. Извинитесь. Перед мирэль Тонэ.

Моя челюсть не упала вниз только благодаря курсам по фейсбилдингу. По крайней мере, нужные мышцы хорошо держали ее в нужных местах, чего нельзя сказать о Жермене. Его чуть отвисла и даже уши слегка оттопырились в стороны, предательски покраснев.

— Но она… она… Вот! — Закрывшись газетой, как щитом, он развернул ее к Демаре первой полосой.

— Этиль, вы же знаете, как я не люблю повторять, — в голосе его бриллианства звучал металл. — Извинитесь перед мирэль Тонэ, или я вас рассчитаю без рекомендаций.

Судя по выпученным глазам дворецкого, он завис повторно, и я была близка к тому же. Правда, под взглядом Алмазного короля Жужжен очень быстро отвис.

— Прошу прощения, мирэль Тонэ, — пробормотал он, краснея, потом бледнея и покрываясь зелеными пятнами, как фасад здания во время светового 3D-шоу.

— Чудесно, — одобрил это блеянье Демаре. — Можете возвращаться к своим обязанностям. Но если подобное повторится… — Он не договорил. Выхватил из рук дворецкого газету и с невозмутимым видом бросил ту в урну. — Такую дрянь читают только идиоты. Мирэль Тонэ, на минутку.

Решив не оставаться один на один с деморализованным высокоморальным Жужженом, я направилась за работодателем.

— Завтрак вот-вот начнется…

— У нас еще есть время, — прервала я Алмазного короля. — Сейчас я помогу Кристин и Аделин одеться и приведу их в столовую.

Демаре хмыкнул.

— Вообще-то я собирался поговорить о другом. И, возможно, извиниться.

Ну знаете ли… Такими темпами ни один фейсбилдинг не поможет!

— Когда я сказал, что вам не стоит садиться с нами за один стол… В общем, я был неправ.

Точно не поможет.

— Я долго думал о нашем вчерашнем разговоре, в том числе и о ваших словах насчет девочек… Вы действительно положительно на них влияете, и вы им нравитесь. Пусть даже они не готовы вам в этом признаться.

— Хорошо, — сказала я.

Ну должна же я была что-нибудь сказать. Или не должна?

— Хорошо, — подтвердил он, упорно разглядывая что-то на перевернутых конвертах. Потом опомнился и перевернул их лицевой стороной. — Мы с дочками очень похожи.

— Это вы сейчас мне так комплимент сделали?

Демаре остановился:

— С чего вы взяли?

— Возможно, с того, что вы сказали о девочках: что я им нравлюсь, но они не готовы себе в этом признаться. И что вы с дочками очень похожи.

Кажется, в нем проснулось не только чувство такта и вежливость (до сих пор не верится), но и чувство юмора, потому что он неожиданно улыбнулся:

— А, вы об этом. Несомненно. Мы очень упрямы, это наша фамильная черта. И с трудом меняем мнение о тех, кто нам изначально не нравился.

— Да, над комплиментами вам еще работать и работать, — заметила я.

— Вы так считаете?

— Несомненно.

— Вы согласитесь с нами позавтракать, мирэль Тонэ?

Честное слово, если бы я увидела стадо летающих слонов, и то удивилась бы меньше, чем этому непривычно светлому выражению его величественной морды. В кои-то веки глаза не грозили затянуть, как вода, зацементированного мафией свидетеля. Даже морщины с переносицы ушли и брови разошлись, как расходятся грозовые тучи.

— Соглашусь, — кивнула я. — Только сначала помогу девочкам одеться.

— Тогда жду вас в столовой. — С этими словами он сунул письма и газеты себе подмышку и зашагал в сторону кабинета, я же направилась к лестнице, стараясь не думать о том, что это сейчас такое было.