Глава 8

Соня

– Ты какими судьбами? – спрашиваю у брата.

– Да вот маме таблетки от давления выписали, а их у нас нет. Вот и приехал сюда, и тебя заодно повидать. Соскучился по младшей сестренке. Можно?

Он стискивает меня в медвежьих объятиях, и я таю. Он всегда был моим защитником и надежным тылом. Именно такие братья вызывают зависть у окружающих.

– Конечно, что за глупый вопрос? – хватаю его под руку и поворачиваюсь к Милане.

– Милан, познакомься, это мой старший братик, Вадим. Это Милана, мы учимся вместе и дружим. Нечасто ты наведываешься ко мне в универ, даже не знаешь до сих пор моих друзей, – упрекаю.

И брат краснеет.

– Очень приятно, – стреляет в меня укоризненным взглядом.

– Мне тоже, – Милана смущенно опускает глаза и сминает подол футболки.

Брат старше меня на восемь лет, но иногда ведет себя как ребенок.

– Ты на машине? – спрашиваю, цепляя Миланку под руку, и мы бредем по тротуару вот такой нестройной троицей.

– Конечно. Прошу, – приглашающе машет на наш семейный внедорожник.

В городке, где мы живем, без такой машины просто никуда. Потому что колдобины не ремонтировались лет пятьдесят, а об асфальте все жильцы только мечтают и томно вздыхают.

Кидаю вопросительный взгляд на Милану, но она качает головой.

– За мной приедут. До завтра.

Пожимаю плечами и забираюсь в салон машины. Внутри идеальный порядок, и в этом целиком заслуга брата, потому что когда на этой машине куда-то едет отец, то машина превращается в мини-свалку. А Вадим следит за чистотой, и отцу иногда влетает за то, что он такой неряха.

– Как дела? – поворачиваюсь к брату и чуть ли не подскакиваю нетерпеливо. – Как мама?

– Так, давай куда-нибудь зарулим? Жрать хочу, – хмурится брат, напяливая на нос солнцезащитные очки.

– Давай вон туда, – указываю пальцем, – там кофейня.

– А там кормят? – скептично выгибает бровь брат. – Или только кофею гоняют?

Закатываю глаза и цокаю.

– Ну Вади-и-и-и-и-и-и-им, что ты как…

– Как мужик, который любит пожрать? – перебивает он и скалится.

– Ой, все, – складываю руки на груди и надуваюсь. – Езжай куда хочешь.

– Да ладно, сестренка, я же шучу. Туда так туда, потом со мной в аптеку сгоняешь. Но первым делом – пожрать.

Снова цокаю, и Вадим громко хохочет.

– Ну деревня, что с меня взять?Это ты у нас уже городской стала, – по-доброму поддевает меня.

Но мне не обидно, он прекрасно знает, что я не стыжусь семьи.

Проходим в уютный зал и усаживаемся за дальний столик. Вадим делает заказ чуть ли ни первое, второе и компот, а я ограничиваюсь кофе.

– Как мама?

– Лучше, спасибо, что так быстро тогда приехала.

Округляю глаза и непонимающе смотрю на жующего брата.

– За что спасибо? Конечно, я бы приехала.

– Ну просто мы тебя отправили сюда, чтобы ты спокойно училась.

– И ты пожертвовал в свое время своей учебой, я помню, Вадим, – настроение ухудшается.

Опускаю голову, но брат не дает захандрить. Быстро дергает меня за нос, и я фыркаю.

– Так, Сонь, я же не в упрек. Зато вон смотри, какие у нас планы с отцом. Земли нам одобрили, осталось дождаться положительного решения по кредиту и начинать фермерство поднимать на ноги. Мне нравится этим заниматься.

– А когда одобрят? Там же очень много, – с тоской замечаю я.

– Да нормально все будет, не вешай нос. Ну придется немного ужаться, но что я, зря сервис тащу на своем горбу? Единственный, между прочим, на районе, – хмыкает брат.

Мы обсуждаем какое-то время родителей, потом я с братом еду в аптеку, и он возвращает меня в общагу. Спрашиваю, не хочет ли остаться на несколько дней, но он только грустно качает головой и уезжает.

Закусываю губу, чтобы не разреветься, потому что каждый раз тяжело расставаться с родными, но я понимаю, что учеба нужна и без нее никуда.

***

Выхожу из здания университета в гордом одиночестве. Милана куда-то снова исчезла, а Люся снова забивает на учебу. Щурюсь от яркого солнца, которое тут же закрывает высокая фигура.

– Привет, милашка.

Бархатный голос проходится приятной дрожью по телу, и приходится собрать всю волю в кулак, чтобы не показать радости от встречи.

А я очень рада видеть его!

– Добрый день, Артем, – и вроде даже получается сохранить спокойный тон.

За время с нашего последнего разговора мы только пару раз пересеклись в коридоре, но Артем ограничивался простым приветствием и шел по своим делам. А я часто ловила себя на том, что не против снова с ним поболтать, и предупреждения Люси давно были благополучно забыты.

Даже один раз взяла телефон, чтобы написать, но вовремя одернула себя. А сейчас он стоит передо мной, и мне очень сложно не засветиться, как лампочка.

Сегодня он одет в простые голубые джинсы и футболку с темным всадником. Опускаю глаза на его грудь и какое-то время рассматриваю принт.

– Красивый, – вырывается из меня, прежде чем успеваю прикусить язык.

Обреченно выдыхаю.

– Я? Знаю, – и улыбка широченная на красивом лице.

– Всадник, – тычу ему в грудь, пытаясь спустить его с пьедестала.

Артем тут же меняется в лице и кривит губы.

– Ну вот, я думал, ты про меня, – бурчит он разочарованно.

– Ты тоже ничего, – фыркаю я и обхожу чтобы сбежать по ступенькам.

Он меня ловит за руку, и в том месте, где соприкасается наша кожа, меня словно током прошибает.

– Куда это ты собралась? – поворачивает меня к себе, и его карий взгляд прожигает во мне дыру.

Сглатываю от нашей близости. Ах ты ж, во рту совсем сухо становится!

– Домой, точнее, в общагу, – тихо выдавливаю я, и вижу, как глаза Артема темнеют.

– Давай подвезу.

Это его предложение выводит меня из замешательства и чувственной неги. Пытаюсь освободить руку, но мне не позволяют.

– Не нужно. Тут недалеко.

Из корпуса выходят студенты, и нам приходится сделать несколько шагов в сторону, чтобы нас не унесло волной.

– Тогда, может, прогуляемся? – Артем кладет руку мне на талию, и это заставляет меня сжаться от непривычных ощущений.

В месте, до которого он дотрагивается, словно щекотка, перетекающая в живот.

– Хорошо, – быстро соглашаюсь, лишь бы не ощущать этой страшной эмоции. – Пойдем.

Увеличиваю расстояние и все же спускаюсь по ступенькам.

– Даже не думай сбежать, – Артем переплетает наши руки, заставляя мое сердце сходить с ума от волнения.

– Не думала, – бросаю косой взгляд на переплетенные пальцы.

– Боишься меня? – заглядывает в лицо.

– Просто не привыкла с малознакомыми парнями за ручку ходить, – беру себя в руки и обретаю уверенность.

– А как привыкла? – допытывается парень, но руку отпускает, когда я снова пытаюсь вытянуть конечность.

– Никак, мне не до парней.

– Интересно, а вчера я видел обратное.

Мне кажется, или в его глазах вспыхивает ревность?

– Следишь за мной? – останавливаюсь так резко, что сзади в меня врезается какая-то студентка.

Слышу в свой адрес ругательства.

Артем сокращает расстояние между нами и наклоняется к моему лицу.

– А хочешь, чтобы следил?

Его теплое дыхание касается щеки и я вздрагиваю.

– Думаю, нет, – смотрю прямо в карие омуты и боюсь потеряться в них.

А это легко. Очень. Потому что он такой парень, который умеет очаровывать. Но мне это не нужно.

– Это был брат. Мне пора, – срываюсь и быстрым шагом дохожу до общежития.

Подавляю разочарование от того, что меня не останавливают.

Артем

После слов Сони, что то был брат, улыбка не сползает с лица.

– Слушаю, – все еще смотрю на дверь, за которой скрылась милашка.

– А тебя где носит, Принцесска, – слышу в трубке ржач Пахи и мгновенно закипаю.

– Вы задолбали, мать вашу! – рычу сквозь стиснутые зубы.

– Ну а где ты шатаешься? Я тут тебя уже полчаса жду, уже все виды кофе выпил, – недовольно бурчит друг.

Я вспоминаю, что мы договаривались встретиться после пар.

– Черт, сейчас буду, – бросаю в трубку и отключаюсь.

Вот угораздило же пешком пойти, но общение с Соней стало для меня соблазнительнее, чем езда на машине. Сам виноват, в принципе. Прокручиваю в голове разговор с отцом и с каким скандалом я выдирал ключи от машины, а Марта в это время довольно скалилась, стоя на лестнице.

Гадина хренова! Вцепилась клешнями в отца, еще и женила на себе. Приходится теперь терпеть ее в своем же доме, так еще и отец не видит, какая она гадюка.

Мы когда с Андрюхой узнали про отцовскую свадьбу, чуть в осадок не выпали. Точнее, нет, я как раз выпал, а Андрюха сделал каменное лицо и молча умчался домой.

Спотыкаюсь о какой-то торчащий штырь, матерюсь, ощущая, как по пальцу прокатывается боль.

– Что, мажорчик, не привыкли ножки ходить по таким дорожкам? – до меня доносится ехидный голос.

Поворачиваю голову просто на инстинктах и замечаю на лавочке троицу типичной такой гопоты. Открываю рот, чтобы ответить, но резко передумываю. Ну его…

– Что, язык от страха в жопу засунул?

Стискиваю кулаки. Ну вот вообще не до вас, парни!

Запихиваю гордость поглубже, чтобы не сцепиться. Хотя хорошая драка мне не помешает – пар выпустить.

И я даже замедляю шаг, а окликнувшие встают и делают пару шагов в мою сторону, когда улицу пронзает полицейская сирена. Отморозки матерятся и скрываются в проходе между домами, а я выдыхаю.

Эх, а какой был план!

Доезжаю до кафешки, в которой мы часто сидим с пацанами, и какое-то время всматриваюсь в приборную панель машины. Как бы провернуть переезд к брату? Пофиг на его мелких, как-нибудь привыкну, но жить с этой пластиковой куклой уже поперек горла.

В стекло что-то ударяется, и я вздергиваю голову. Паха стоит и сверлит меня взглядом. Нажимаю кнопку, и стекло едет вниз.

– Ты где застрял?

– Да че-то задумался.

– Пойдем уже, мыслитель хренов.

Падаю на диванчик и устало откидываю голову на спинку.

– Что у тебя опять? На тебе лица нет, – замечает друг, складывая руки на столе.

Кривлюсь. Я не из тех, кто жалуется на судьбу. Сам как-то переживаю.

– Да курица эта заманала, – ограничиваюсь этой фразой, потому что Паха-то про новую жену отца знает, а вот то, что она ко мне клинья свои подбивает, не в курсе.

– Все как всегда. Пошли ты ее уже…

– Думаешь, я не пробовал? – тут же вскипаю.

Друг примирительно поднимает руки вверх:

– Полегче, мужик.

Шумно выдыхаю и запускаю руку в волосы:

– Извини, у меня что-то вообще мозги кипят с этой домашней обстановочкой.

Заказываю кофе и блинчики и опускаю голову. Изучаю какое-то время рисунок на напольном покрытии.

– Ты хоть помнишь, что послезавтра гонки? Или со своим мексиканским сериалом все из головы выкинул?

– Да помню. Я ж тачку даже забрал со скандалом. Слушай, Пах…

Друг вопросительно выгибает бровь.

– Я побуду у тебя до гонок этих?

Ухмыляется:

– Да без базара. Хоть на всю жизнь оставайся, давно же звал.

И это тоже правда. Мы с пацанами дружим со школы и всегда придем на помощь, но даже это не оправдает моего переезда к другу. У него своя семья и свои проблемы. Сестра мелкая, которую Паха обожает, и такой же небедный отец. И иногда это богатство, скорее, помеха, чем помощь.

– Договорились. О, кстати…

Достаю телефон и захожу в сообщения. Рискнуть стоит, тем более после того, как я так близко подобрался сегодня к милашке. Хочу, чтобы она была рядом в день гонок.

«Привет еще раз. Как насчет поехать со мной на гонки? Артем».