Глава 12

— Вы маньяк! — плачу я от ужаса! — Нет, я не буду этого делать!

Вырываюсь, бьюсь в его руках. Больше всего на свете боюсь, что Макс сейчас достанет свое орудие и исполнит угрозу! Никогда! Никому! Ни единому мужику! Мне еще этим ртом своих детей целовать! Мои губы — священны, если так можно сказать!

— ДУРА!!! — орет Макс, отворачивается от меня, чтобы поправить брюки и уходит, громко хлопнув дверью.

Я плачу. Слезы градом льются из глаз. Ну почему я такая несчастная? Почему это все происходит со мной? Теперь вот без работы осталась. И как дальше? Что дальше?

Телефон. Хватаю трубку.

— Милка! — это СофаСтрельцова. Не сказать, что подруга, просто приятельница. Мы с ней работали вместе в рекламном отделе, до моего повышения.

— Да, Соф! — стараюсь придать голосу больше уверенности.

— Ты куда делась?! — Софу я тоже видела на этом приеме. Более того, мы с ней стояли около фуршетного стола, когда к нам, вернее ко мне начал подкатывать этот стремный лысый мужик. Дава, кажется.

— Соф, что ты хотела?

— Слушай, эта тягомотина к концу подходит, — не может сдержать возбуждения подруга, — мы в клубешник, тусить! Айда с нами!

Э-э-э… мне сейчас конечно только до клубешника, ага.

— Соф… — подбираю слова, чтобы как можно более аккуратно отмазаться от нее.

— Даже не вздумай! — чует подвох Стрельцова. — Мы уже сколько не виделись! Заперлась там в башне у себя с двумя драконами, к нам не спускаешься…

И то верно! Властные тираны совсем заездили меня. И в хвост и в гриву поимели своей работой поимели, а потом вон как, на колени и рот раскрой! А потом пошла вон, уволена!

— Давай, мы такси вызвали! Дуй на выход!

— Соф… у меня с наличкой проблемы, — осторожно поясняю я.

— Да какая наличка?! — удивляется Стрельцова. — Сегодня пятница! Девушкам вход до полуночи бесплатный! Давай, поторопись!

***

— Девочки… вы просто отпад! Особенно ты, милаха! — лысый мужик самого бандитского вида подливает нам виски. — Как тебя зовут, гришь (говоришь)?

— Милана! Ха-ха! — пьяно смеется Софа.

Я тоже отчаянно улыбаюсь, как дебилка. Чтобы не разреветься от ужаса и обиды.

— Вот это у тебя имя, говорящее, — бандит все ближе пробирается ко мне, передвигая свою жирную задницу по дивану.

В клубешнике настоящий бедлам. Пятница, вот народ и оттягивается по полной программе. Снимает стресс после трудовой недели. А у меня она последняя… Не-е-ет… только не реветь.

Стараюсь отвлечься на музыку. Она битами стучит прямо в мозг. Тела посетителей дрыгаются под них. В клубе темно, вспышки света бьют наотмашь по зрительным рецепторам. Виски, что подливает нам бандит отключает мозг. Меня тошнит и кружится голова.

Но мне хочется этого… ужасно хочется забыться! Убежать из мира, где я взвалила на себя слишком много ответственности! Убежать от этих двух придурочных боссов, что уволили меня низачто! А теперь я мало того что осталась без них, они меня еще и самого главного лишили — заработка! Уроды озабоченные! По другому их не назвать!

Как же теперь я выкручусь с мамой и сестрой? Правда что ли Машу послать на заработки в большой город, а самой за мамой ухаживать…

— Милашка! Слишком много думаешь! — ухмыляется мне пьяно в лицо бандит. — Пошли потрясемся!

— А пошли! — машу я на все рукой. Мне нельзя реветь перед Софой и девочками. Да и недостойны ни Макс ни Рома ни одной моей слезинки!

Сегодня я оторвусь по полной. А завтра, выспавшись, подумаю, что делать дальше. Главное забыться!

Голова кружится немыслемо. Не соображаю, что происходит. Вокруг двигаются пьяные тела. Лапы бандюганавовсю наминают мои ягодицы, бугром он тычет мне прямо туда, стараясь подкрасться к моим трусикам, через ткань.

— Хорошая соска! — рычит он, мацая меня, — Ну пошли же, зудит аж все у меня!

Его грубый тон отрезвляет мой мозг, но тело такое же тупое, одурманенное и неуправляемое.

Он тащит меня с танцпола куда-то по грязному коридору, но вновь, как и с Максом я не могу сопротивляться.

— Помогите… — сиплю сдавленно, — спаси-и-ите…

Охранники, твари, делают вид, что ничего не происходит. Демонстративно втыкают в телефон, пока этот бандит, нисколько не заботясь о том, что девушка пьяная и не хочет ничего подобного, волокет меня чуть ли не за волосы куда-то.

— А ну оставь ее! — ледяной тон, холодный тембр, который я выучила за три месяца непрерывного нахождения рядом с отмороженным боссом.

Отпускать меня никто даже и не думает. Наоборот, бандит убыстряется. За что и платится собственным здоровьем. Рома просто поднимает его за шкирку, как котенка, бьет в морду, не заботясь о том, что может разбить нос или глаз, а затем отшвыривает его на противоположную стену.

— Милана, блин, какого хера?! — он бросается ко мне, прижимает. Видит, что я не могу стоять на ногах, грязно матерится, и берет меня на руки.

— Он что-то сделал тебе? Обидел?!

— Вы обидели! Ы-ы-ы… — реву я самым позорным образом. — Вы — оба офигевших урода!!! Пошли вы нах…

— Ты что несешь?! — охеревает от моих слов бывший босс, — Милана Зайченко, ты пьяная?!