Глава 47

В понедельник утром мне страшно идти в офис. Мало того, что там боссы… Так еще и Толик как всегда на КПП пристает.

Права была баба Нюра на счет моего живота! Ох, как права! Единственный плюс, что теперь все мои вещи вновь мне в пору — тупо держатся на вылезшем животике.

Все воскресенье я проплакала на кровати в обнимку с Фердинантом. Макс, в полном безумии покинул меня накануне, а потом периодически звонил мне и нес пьяные бредни. Видимо, поехал отмечать свое отцовство в бар, да так наотмечался, что к утру затих, и потом вовсе не проявлялся — страдал от похмелья, скорее всего.

Андрей тоже никак себя не проявил. Уверенна, что Мразиндо сих пор не пришел в себя, если его вообще в живых оставили.

— Эй, ты!!! — окрикивает меня в спину грозный, ледяной, вымораживающий все живое голос.

Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Роман. Несется ко мне на всех парах. Больно хватает за локоть. Да с такой силой, что там наверняка красныйотпечаток от его пятерни останется.

— Это правда, что Макс, укуренный в говнище нес мне про твой залет?! — трясет меня как грушу, и орет, нависая сверху ледяной босс.

— Да, Роман Александрович. Я беременна.

— С-ка!!! Как ты могла, а?! И не смей говорить, что он от кого-то из нас! Я видел, как ты шишак этому придурку натираешь! Ты — самая последняя конченная мразь, поняла?! И сейчас же я отволоку тебя на аборт! За волосы! По полу! Поняла!

Глаза Романа Александровича краснеют, как у демона. А еще в них скапливаются злые… скупые мужские слезы.

Ему обидно до такой степени, что он себя уже не контролирует. Зато мне, просто жизненнонеобходимо перехватить этот контроль, иначе мне и моему ребеночку, от какого бы урода он нибыл, хана!

— Если ребенок не ваш! — ору ему в лицо, чтобы докричаться до зверя. — То и заставлять делать аборт меня вы тоже не смеете!!!