Глава 6

Отпрашиваюсь в половине шестого. Бегу домой со всех ног. Быстрей в душ, волосы сушу феном. Я — натуральная блондинка. Волосы у меня длинные и пушистые. Оставляю их распущенными. Лишь слегка увлажняю кончики маслом, отчего они начинают блестеть в электрическом свете. Было бы времени побольше, выпрямила бы их утюжком, но и так вроде тоже смотрится красиво.

Хорошо, что до этого эпиляцию делала, ноги гладкие у меня. В отсутствие колготок это актуально как нельзя кстати.

Платье короткое у меня. И дешманское. Что поделать: в магазинах низшего ценового сегмента платья, которые мне по карману — едва прикрывают попу. Но другого у меня все равно нет. А вот выбор — надеть брюки и быть уволенной Асланбековым, либо надеть это платье и надеяться, что раз прием официальный, никто меня в углу не зажмет и не облапает есть… Как же я жестоко ошибаюсь на этот счет…

На улице как назло начинается дождь. Холод. Я с голыми ногами. (А все этот Асланбеков!) Как же хочется позвонить боссам и попросить, чтобы кто-то из них отправил за мной водителя, но… я не думаю, что мне такое сойдет с рук. Надеваю куртку и бегу на маршрутку.

Мужики в транспорте хором пялятся на мои голые ноги. Унижение в высшей степени. В расстроенных чувствах добираюсь до Континент-рояля. Войдя в зал, с ужасом понимаю, что боссы уже там. Черт, опоздала! Официальный фуршет в полном разгаре. Оставляю куртку в гардеробной. Направляюсь в огромный зал.

Каблучки у туфель стучат как назло оглушительно громко. Стесняюсь шума, что произвожу. А еще мое и так короткое платье задирается на голых ногах выше некуда, но подтягивать его под жадные взоры богато-одетых мужиков мне стремно. Сжимаю в спотевших ладошках лакированный клатч. Взяла его с собой, потому что по опыту знаю, что некуда будет деть руки.

Волосы от дождя закудрявились и волнами укрывают мою голую шею и часть спины.

Два моих босса стоят шкафоподными спинами ко мне, разговаривают с партнерами. Высокие. В пиджаках и галстуках. Брюнет и темно-русый шатен. Огонь и лед!

Заслышав мои каблучки, они как по команде оборачиваются. Оба. Их взгляды одновременно замораживают и обжигают меня. Они обсматривают меня с голых ног до головы. Я прямо кожей ощущаю, как один пожирает меня, а другой жжет в пламени костра святой инквизиции.

Роман нервно сглатывает Виски, а Максим Эмирханович одними губамипроизносит беззвучно, но хорошо читаемо и узнаваемо:

— Мать твою, ты в чем припёрлась?!

— Добрый вечер, — приближаюсь к своим тиранам.

Роман Александрович залипает на мои ноги. Максим Эмирханович не может отвести взгляда от ложбинки моего декольте.

— Вот черт! — глухо рычит Асланбеков, — Что ты вырядилась как ш*лава в дешманском стрипушнике?!