Глава 12

В глазах темнеет от страха. Пальцы дрожат. Дыхание сбивается. Кто это написал?! Я не знаю… И мне очень-очень страшно. А если это те двое бандитов? Нет, нет, я не хочу встречать их снова! А вдруг это не они? Если не они, то кто? В голове всплывает размытый образ двух бандитов – таких разных, но в одинаковой степени устрашающих. Я никогда не забуду жестокое выражение их лиц, когда я пришла в квартиру к отцу. А если это он написал?! Нет, он точно не мог, он ведь… Он ведь… К горлу подступает ком, на глаза наворачиваются слёзы, потому что только сейчас я в полной мере осознаю, как низко поступил мой отец. Он меня бросил! Предал! Практически оставил на обочине жизни, если бы не… Смотрю на Игоря, который сосредоточенно занят деловыми переписками в своём телефоне. Пальцы монотонно стучат по экрану, взгляд максимально серьёзный. Не хочу отвлекать его своими проблемами, но… Но уже отвлекла. В тот самый день, когда вылетела на дорогу под колёса его машины. Всхлип. Ещё один. По щеке потекла слеза. Неужели под конец дня мои нервы настолько истончились, что я больше не смогу контролировать себя? Закрываю глаза, понимая, что сейчас начну плакать просто навзрыд. Дрожь нарастает и поднимается от моих колен до макушки. Обхватываю себя двумя руками за тело и пытаюсь дышать глубже, сосредоточиться на том, что сейчас я в относительной безопасности, что мне ничего не угрожает… Кажется… Но нет. Тревога не отпускает меня, я тону в ней, словно в яме с зыбучим песком. Дрожь только усиливается. Господи, дай мне сил всё это вынести. Очередной всхлип. Игорь отводит глаза от телефона и смотрит на меня. Я не хочу, чтобы кто-то видел мои слёзы! Не хочу! Сжимаю скулы, чтобы не заскулить от нахлынувших на меня эмоций. – Лина, что с тобой? Почему ты плачешь? – в голосе Соколовского чувствуется беспокойство, но мне всё равно. Единственное, чего мне сейчас хочется – забиться в угол, где меня никто не увидит, и просто хорошо проплакаться. Может быть, от этого мне станет легче. – Алина, ответь, – тон Игоря становится жёстче, – Иначе я не смогу тебе помочь. – А как вы мне поможете? – всхлипываю и вытираю слезы с щёк тыльной стороной ладони, – Вернёте мне отца? Разрешите ходить на учёбу и работу?! Мне угрожают какие-то люди, а вы просто дурите мне голову! Вы запрёте меня и заставите быть вашей тенью на… Не знаю, куда вы там ходите! Откидываюсь на спинку кожаного автомобильного кресла. Сердце бьётся настолько сильно, что я его не чувствую – все мои ощущения сводятся к тому, что меня всю трясёт без остановки. И я не знаю, как с этим справиться. – Что за люди тебе угрожают? – взгляд Соколовского резко помрачнел и стал таким жёстким, что мне становится не по себе, – Что произошло? – Вот, – показываю мужчине сообщение, – Смотрите. Я не знаю, чей это номер. И не знаю, кому и что от меня понадобилось в этот раз. Я просто хочу спокойствия! Неужели я так многого прошу? Голос срывается. Паника подступает к горлу, меня начинает трясти. И тряска эта настолько сильна, что мою дрожь видно невооруженным глазом. – Иди сюда, – он говорит со мной так аккуратно, словно боится напугать ещё сильнее. Отрицательно мотаю головой. – Раз ты не сдвинешься с места, то придётся мне. Соколовский подсаживается ко мне ближе и берёт мои ладони в свои горячие, тёплые руки. Его взгляд, направленный на меня, такой спокойный. Кажется, никто и ничто на свете не обладает такой силой, которая могла бы пошатнуть спокойствие Соколовского. Надо же… Сама уверенность, блин! – Отпустите меня, – шепчу сквозь слёзы, – Пожалуйста! – Успокойся, Лина, – ровным голосом произносит Игорь, – смотри на меня и дыши, поняла? Давай, вдох… Несмотря на мой внутренний протест, внешне я сопротивляться ему просто не могу. У меня нет ни сил, ни желания. Глубокий вдох. Чувствую, как спазмированные лёгкие раскрываются и наполняются кислородом. – Умница, девочка, – Соколовский не выпускает мои ладони из своих, – Выдох. Глаза в глаза. Послушно делаю то, что он говорит и, кажется, от этого становится легче. – У тебя паническая атака, Лина, успокойся. Успокойся и смотри мне в глаза. Дыши, ещё. Давай – вдох-выдох, вдох-выдох. Умница. Лучше? Внимательно смотрит в мои глаза. Как будто изучает… – Д-да, кажется отпустило, – шепчу, устало опуская голову, – Спасибо… Соколовский ничего не отвечает. Он лишь ухмыляется и убирает мне за ухо выбившуюся прядь пепельных волос. Почему-то от этого жеста по моему позвоночнику начинают бегать мурашки. Что же это такое?! – Не бойся меня, Лина, – Соколовский вновь отстраняется, – По крайней мере, я – меньшее из зол, что с тобой случилось. Сил для ответа у меня нет. Вместо этого я молча киваю головой и уставляюсь в окно, за которым мелькают друг за другом небольшие коттеджи элитного загородного посёлка. *** – А? Что? – я не понимаю, что со мной происходит, и нехотя открываю глаза. Неужели я уснула? Ничего себе, я этого даже не помню… – Лина, проснись, – практически просыпаюсь от того, что Игорь легко тормошит меня за плечо, – Мы приехали. Оглядываюсь по сторонам. Где это мы? Один элитный посёлок, кажется, сменился другим. Ещё более дорогим. Аккуратные огромные коттеджи ровным рядком сменяют друг друга. В воздухе витает лёгкий цветочный запах. – Куда вы привезли меня, Игорь Константинович? – смотрю на миллиардера непонимающим взглядом. – Это мой дом. Вылезай из машины, – только сейчас я осознаю, что мужчина открыл мне дверь и уже какое-то время ждёт, пока я выйду. Вот он ждёт, а у меня такая слабость, что я не смогу даже из машины выйти. Игорь, видимо, моментально считывает моё бессилие, наклоняется и без труда берёт меня на руки. Как пушинку! Под тканью пиджака чувствую напряжение его мускулов. Какой он сильный… Я не могу назвать себя тяжёлой – скорее наоборот, мне бы набрать немного. Но то, с какой лёгкостью Соколовский поднял меня на руки, очень меня восхитило. – Отпустите, – устало говорю я, неосознанно утыкаясь носом в крепкое мужское плечо, – Я сама пойду… Игорь усмехается. Почему-то эта его манера больше не кажется мне противной, а наоборот – какой-то аристократичной и загадочной. – Сама она пойдёт, конечно, – улыбаясь, говорит мужчина, – Если и пойдёт, то свалится по дороге где-нибудь. Нет уж. Сам донесу. – Ну ладно… Очутившись в личном особняке Соколовского, я, даже сонная, впадаю в восторг. Какой же огромный и просторный дом! По утрам здесь наверняка много света и воздуха! А после позитивные мысли сразу сменяются негативными. Ведь этот дом станет моей клеткой. Пусть и золотой. Телефон вновь разрывается от звонков. Лера звонит… Виновато кусаю губу и встречаю непонимающий взгляд Игоря. – Кто звонит? – Подруга… Она с ума сходит, наверное… – Хорошо, – Игорь усаживает меня на мягкое кресло в гостиной, а сам куда-то уходит, – Я отойду на пару минут. Киваю и беру трубку. – Алло? – Господи, Лина, ты жива! – из телефона раздаётся Лерин ор, – Ты с ума сошла? Куда ты пропала? Ты хоть понимаешь, как я за тебя испугалась? – Прости меня, Лер, правда, со мной всё хорошо… – Я все больницы и морги обзвонила, тебя нигде не было! А после того, что случилось в ресторане, я вообще не знала, что и подумать! – А что с-случилось в ресторане? Внутри меня зарождается нехорошее предчувствие. – Да там такой погром произошёл! Ты куда-то убежала, после этого в зал ворвались два каких-то типа и стали про тебя расспрашивать, а потом они там такой бардак устроили… Ты знаешь их? О нет… Неужели те двое решили кошмарить всех, пока до меня не доберутся? – Нет, – вру я, – Но что-то тут нечисто… Не ходит туда больше, Лер. – Я бы с радостью, – вздыхает подруга, – Но мне деньги нужны, как не ходить-то… – Понимаю… – Ой, подожди, кто-то в дверь звонит, – судя по всему, Лера подходит к дверному глазку, – Только не это! Последнее, что я слышу в трубку – испуганный вскрик моей подруги и звук ломающейся двери…