Глава 17

Нет, я не могу, я не могу продолжать спокойно стоять и петь, пока этот маньяк практически пожирает меня взглядом. Закрываю глаза. Поток мыслей запинается о текст песни, и на секунду я успокаиваюсь. Позволяю мелодии пройти сквозь своё тело и пронзить насквозь истощённые нервные клетки. В памяти всплывает взволнованное лицо Игоря, который учил меня дышать во время панических приступов. – Успокойся, Лина, – ровным голосом произносит Игорь, – смотри на меня и дыши, поняла? Давай, вдох… Держит мои ладони в своих. Переплетение дрожащих холодных пальцев моих рук, и горячих и спокойных – его. Глаза в глаза. Соколовский – олицетворение уверенности и непоколебимости. Надёжности… Что со мной? Почему-то я только сейчас поняла, в какой безопасности я себя чувствую рядом с Игорем. Пусть он и заносчивый, самовлюблённый индюк, но… Сейчас я смотрю на его лицо, которое расплывается в улыбке при виде поющей меня. Так тепло смотрит на меня. Я даже на какое-то мгновение забываю о том, что в самом конце зала сидит пугающий до одури человек, который на протяжении нескольких месяцев приходил лишь на мои выступления. Ладно, Лина, надо успокоиться. Всё будет хорошо. Вдох-выдох. Пой. И я растворяюсь в музыке. В том, что всегда расслабляло меня и давало почувствовать за спиной настоящие крылья. Пусть и невидимые для всех. Но для меня они более, чем осязаемы. Публика рукоплещет. Тут и там люди встают с мест, поднимают руки над головой и кричат «браво». Улыбаюсь, склоняя голову в поклоне. Невероятные ощущения – испытывать благодарность публики. Соколовский тоже встаёт с места. Он не проявляет свои эмоции бурно – он ведь чёртов аристократ. Миллиардер, которому не пристало ходить в подобные заведения. Он лишь довольно хлопает и смотрит в мои глаза. Одними губами шепчет «Умница». Моя… После знакомства с мужчиной Леры, Соколовский не кажется мне таким уж ужасным. По крайней мере, с ним хотя бы не страшно находиться рядом… – Пойдём в гримёрку, – шепчет мне подруга на ухо, – Отдохнём немного. – Хорошо, я сейчас… Всё в порядке? Несмотря на то, что Лере так же приятны овации публики – по девушке видно, как сильно ей не по себе. Она всё ещё бледная и измученная. – Да, у меня просто болит голова, – Лера устало потирает виски, – Как будто дрелью сверлят… – Ох, я пойду с тобой! – Нет, нет, не нужно, я сама. Не волнуйся за меня… С этими словами Лера уходит со сцены. Не волнуйся… А я, блин, не могу не волноваться за неё! Учитывая, с каким мужчиной она связалась… Впрочем, ладно. Сейчас у меня есть несколько минут, чтобы спуститься к столикам. Едва моя нога коснулась последней ступеньки, как друг кто-то резко, но аккуратно, хватает меня сзади. Ах! По телу проносится ураган мурашек. Кто это?! На секунду моё сердце замирает от испуга, но практически сразу же успокаивается. В нос ударяет знакомый терпкий аромат парфюма Соколовского. – Ты пела просто великолепно, – внезапно чувствую горячие руки Игоря на своей талии, – Я под большим впечатлением. У тебя огромный дар. Надо же! Игорь улыбается во все тридцать два идеально белых зуба. Выглядит сейчас, как довольный кот, которого только что вкусно накормили. – Я рада, что вам… Тебе понравилось, – смущаюсь и отвожу глаза в сторону. – Смотри, как люди тебя любят, – встаёт позади меня и мягко скользит руками по моей талии. Это так бесстыже, так самоуверенно. Он ведь знает, что за подобный жест ему ничего не будет. Раньше я бы не постеснялась и треснула ему изо всех сил по его самодовольному лицу, но сейчас… Я покорно позволяю ему это. Более того, от лёгких движений его ловких пальцев по моему телу проносятся сильнейшие импульсы, которые, словно волны какого-то неизвестного наваждения подталкивают меня навстречу его рукам. Ох, чёрт! Мы ведь не одни – в зале полно народу, и этот Григорий ещё… Надо бы сходить к Лере, проверить, всё ли с ней в порядке. Оборачиваюсь на часть зала, где несколько минут назад сидел Лерин… Парень. Однако сейчас то место пустует. – Всё хорошо? Ты так резко переменилась в лице. Надо же… Малейшие эмоции считывает… – Н-нет, всё хорошо, – мягко отстраняюсь от Игоря, – Просто… Не могу оторвать глаз от пустующего места Григория. Не получается. Само собой, Игорь замечает это и смотрит в ту же сторону. – Кого-то высматриваешь? – Нет, я… – Вижу же, что что-то не так. Ты такая бледная, к тому же, – серьёзным тоном говорит Соколовский, – Говори. Не могу противиться прямому и повелевающему взгляду этих глубоких карих глаз. – В общем, там сидел человек… – Так, – Игорь стал ещё более серьёзным, – Ты его знаешь? – Нет, – вытягиваю из себя слова, потому что вновь к голу подступает парализующий комок страха, – Точнее да, но не совсем… Ох, чёрт, через минуту мне снова петь, мне нужно настроиться… Ускользаю из рук непонимающего мужчины за кулисы. Пытаюсь отдышаться. Снова эта паника. – Хватит, Лина, возьми себя в руки! – шиплю сама на себя, сжимая руки в кулаки, – Ты не одна. Всё будет хорошо. – С кем ты разговариваешь? – внезапно подошедшая Лера пугает меня неожиданным вопросом, и я вздрагиваю. – Да я так, сама с собой… Остаток вечера проходит спокойно. Слушатели хлопают и восхищаются, мы с подругой исполняем песни. Всё как обычно. *** – Ну что, готова? – легонько шлёпает меня по бедру Соколовский, – Родители вновь зовут нас в гости. – Что?! Ты не говорил, я никуда не поеду! – возмущённо скрещиваю руки на груди, – Отвези меня домой! – Моя сладкая, ты ведь понимаешь, что последнее слово за тем, кто ведёт машину, – Соколовский улыбается и открывает мне дверь. – Зараза, – тихо ругаюсь себе под нос и сажусь в салон. – Я всё слышал. За заразу мог бы и наказать. – Каким это образом? Отшлёпаешь меня, как пятилетку? – недовольно вскидываю бровь. – Могу и так, – хищно облизывая губы и усмехаясь, говорит Соколовский, – Хочешь, чтобы я тебя отшлёпал? Мои ягодицы невольно сжимаются. Отрицательно мотаю головой. – Вот и славно, – Игорь заводит двигатель и на высокой скорости выруливает из переулочка, в котором расположена моя работа. *** – Лина, будь добра изображать влюблённую невесту, а не шокированное дерево, которое в меня вцепилось, – сквозь зубы цедит Игорь после того, как постучал в дверь родительского дома. Я только пытаюсь начать активно возмущаться, как дверь открывается. – А вот и дети приехали! – нас встречает отец Соколовского, – Милости просим. Константин Генрихович так же улыбчив и добродушен. Именно поэтому меня больше всего волнует будущая свекровь… В прошлый раз Галина Эдуардовна не очень меня пожаловала. – Здравствуйте, – мило улыбаюсь, – Так рада вас видеть! – Привет, пап, – Игорь кивает и помогает мне разуться. – Как вкусно пахнет, – принюхиваюсь к тонкому аромату, который доносится из кухни. – Да, это моя Галиночка Эдуардовна решила покашеварить сама, – смеётся Константин Генрихович, – Надеюсь, от её стряпни продолжительность моей жизни не сократится… – Пап, ну ты чего, – улыбается Игорь, – Мама прекрасно готовит. – Это да… Кстати, к нам вновь приехала Карина… Что?! Только её не хватало… – Зачем? – тон Игоря резко сменяется и становится более суровым, – Ты не говорил, что она тоже будет. Крепче сжимает мою ладонь. Неужели этим он показывает мне, что он выбрал не Карину, а меня? – Ну как, – чешет затылок мой будущий свёкор, – Она с братом приехала. – Не слышал, что у Карины есть брат, – задумчиво произносит Игорь, – Родной? – Двоюродный, – отвечает Константин Генрихович, – Он недавно вернулся из длительной командировки. Он вроде как богатый человек, и у него есть предложение к тебе, Игорь. – Я не веду дела с неизвестными партнёрами, – решительно говорит Игорь. – Да ты подожди… Человек он видный, может быть вы и придёте к чему-то. Пока мужчины говорили, мы уже подошли к столовой, в которой уже сидит Карина. Такая же яркая – с кучей макияжа и неестественно длинными наращенными ногтями. – Игорёша, здравствуй, дорогой… Тьфу, какая она жеманная. – Здравствуй, Карина. Не ждал тебя здесь увидеть. – Ой, я и сама не очень хотела быть в обществе твоей пассии, но… Мой братик та-а-ак хотел с тобой познакомиться… – Что-то я его не вижу, – Игорь обводит комнату взглядом. – Он отошёл, – Карина почему-то смотрит на меня и злобно усмехается. Неосознанно вжимаюсь в руку Игоря сильнее. – Ты не замёрзла, милая? – спрашивает меня Игорь и накидывает мне на плечи пиджак. – Спасибо, дорогой, – я улыбаюсь и неожиданно для самой себя, поднимаюсь на носочки и целую его в щёку. Лицо Карины в этот момент выражает абсолютную ненависть ко мне, но этого, кажется, никто не замечает. А Игорь, ноборот, просто сияет. – Так-с, пойду-ка я потороплю Галиночку Эдуардовну, – засуетился Константин Генрихович, – И братца твоего тоже… – А я уже здесь. Внезапно за моей спиной раздаётся низкий мужской голос. Голос, от которого по коже бегут мурашки. Голос, который нельзя забыть. От него у меня начинает сердце бешено стучать, в висках становится больно! Неужели это… Хмм, кто же это может быть? И не ловушка ли это?