Глава четырнадцатая

Я перерыла весь возможный интернет, даже не побрезговала зависать на совсем спорных сайтах, посвященных обсуждениям в блогах, куда могли написать все, кто ни попадя, с легкостью придумав то, чего на самом деле нет. Я потратила около четырех или пяти часов (уже не помню, когда начала тыкать в галантно представленный Артемом планшет), когда мои глаза, наконец, загорелись.

Вот оно!

Всего несколько упоминаний, совсем незначительных на фоне скандалов в виде подружек, поглощении финансовых фирм и предполагаемых внебрачных детей. Некий «Мамба» появился на всех площадках под одним и тем же ником, вставляя свои пять копеек в реки словесных перебранок. Я вначале не обратила на него никакого внимания, лишь мельком подумала, что таким интеллигентам не место в глобальной сети, с каждым собеседником он придерживался одной и той же тактики: максимум вежливости, при этом с незримым указанием на свой более высокий уровень образованности, нежели у оппонента. Ему мастерски удавалось заткнуть за пояс хейтеров, и вести беседы на равных с теми, кто выстреливал самыми неожиданными новостями.

Именно из-за стиля речи я поняла, что за ником кроется один и тот же человек, а не несколько, взявшие название любимой жевательной конфеты из девяностых. Или же натуралисты, решившие вспомнить курс биологии и приравнивавшие себя к ядовитой змее. Хотя последнее имело право на жизнь, в сети нужно было уметь плеваться ядом!

Однако я ушла от темы. По написанному я вычислила, что за (пусть змеиным) ником, кроется мужчина. Все же где-то пригодились университетские лекции!

Так вот, этот самый Мамба писал, что Инвестиционный Король – амбидекстр. Человек, способный использовать как ведущую обе руки. Кто-то пытался однажды развить эту тему, вступая в полемику и доказывая, что тогда Король не добился бы тех высот, которых достиг, ведь правше или левше проще дается образовательная система, их оценки выше, да и сложностей с языковыми барьерами те испытывают крайне редко, в отличие от амбидекстеров. На что Мамба отвечал, что согласен с приведенным доводами, однако напомнил, что абмидекстрия позволяет носителю удивительной характеристики быстро оценивать ситуацию и принимать верные решения, что не может не помогать в бизнес-сфере. Слаженная работа интуитивного видения и логического анализа дает таким людям определенные преимущества по сравнению с большинством. На этом спор сошел на нет.

Я потратила еще полчаса, пытаясь отыскать какие-либо указания на то, что у миллиардера действительно есть врождённое или выработанное в тренировке равное развитие функций обеих рук, но была вынуждена признать, об амбидекстрии писал лишь этот загадочный Мамба.

Может, придумал этот удивительный факт? Все же способность человека выполнять двигательные действия правой и левой рукой с одинаковой скоростью и эффективностью – очень редкое явление. Обычно выбирается ведущая, да в самом раннем детстве. А те счастливчики, что могут не переживать, когда ломают правую руку, спокойно переключаясь на записи конспектов левой (ну тут я утрирую, скорее речь идет о художниках, скульпторах, и прочих ребят творческих профессий, что успели показать свое мастерство), становятся более-менее знамениты.

Допустим, этот Мамба знал то, о чем другие не ведали. Допустим, Король – амбидекстр.

Значит, моя задача сводилась с самой простой уловке: заставить Горелова что-то написать обеими руками. Всего-то!

Я помнила, сегодня он подписывал договор о неразглашении конфиденциальной информации правой. Теперь следует каким-то образом посмотреть, как тот справится левой рукой.

Занять правую, всунув в нее чашку кофе? Так ничто не помешает ему отставить ее.

Про то, чтобы схватить «бигбосса» и речи быть не могло.

Голова уже раскалывалась, я нажала на кнопку блокировки экрана и отложила планшет на тумбочку.

Завтра подумаю. Должна же моя голова начать варить!

Я легла на бок, обнимая подушку.

Тема ведь сегодня не придет. И в этом целиком и полностью моя заслуга.

Дело в том, что я устроила ему «сцену», узнав, что тот попросил службу безопасности Горелова «пробить» меня по своей базе. Оказывается, ему портфель этот, откуда и появилась злосчастная бумажка, положили в машину, которую специально заранее пригнали к отелю (все те же услужливые парни, умеющие взламывать информационные системы).

Ну а как бы отреагировал любой другой человек на моем месте? В конце-концов, это вторжение в личную жизнь! Что я незамедлительно сообщила Теме, стоило лишь дождаться его в компании неразговорчивого секретаря, которая пусть и предложила мне кофе, но на этом общение свела к минимуму. Словно ей платили за молчание.

Впрочем, может так оно и было.

Мужчина, услышав мой вопрос о том, откуда ему знакомы данные на меня, благоразумно увел из здания, коротко бросив: «поговорим по дороге».

Стоило лишь отъехать от зеркальной высотки офисного здания, я скрестила руки на груди, глядя на молчаливого водителя.

Сосредоточенный взгляд, прямая осанка и твердая рука, что ловко вела машину, с утра просто заставила меня глотать слюни, жалея о том, что мы спешим на встречу с Вячеславом, а не можем остановиться и перебраться сюда же, только на заднее сидение. Уж больно Артем выглядел сексуально на водительском сидении в салоне дорогого авто. Как будто на своем месте. А мои развратные желания, рождавшиеся с каждой минутой все более яркими, не остались не замеченными. С утра, остановившись на одном из светофоров, Тема изогнул губы в улыбке.

- Если продолжишь так смотреть на меня, эта рубашка сгорит ко всем чертям. Я уже молчу о брюках. Никогда не понимал, почему их делают такими узкими.

Я закономерно опустила взор на темную ткань, да протянула руку, безошибочно определяя напряженное место. Он встретился со мной взглядом и потянулся, чтобы урвать поцелуй.

- Ты играешь с огнем, Ветта.

Я усилила нажатие, и Артем зашипел сквозь зубы, когда сзади кто-то посигналил, сообщая, что сигнал переключился на зеленый. Пришлось вновь возвращаться к образу прилежной девочки, чтобы не отвлекать любовника от дороги.

А так хотелось!

Я даже облизнулась, представив, что сейчас могу заставить его рычать в голос, стоит лишь согнуться к его бедрам, да продолжить игру, уже не руками.

Но нет, безопасность превыше всего. Никогда не понимала девочек, предпочитающих отдаваться эмоциям на большой скорости, забывая о том, что всегда можно остановиться, не рискуя при этом жизнью. Своей и его.

Возможно, в этом был мой минус, я не была настолько безбашенной, как любят самцы, однако твердо придерживалась правил (как будто мне кто-то предлагал подобное! У Антона машины своей не было, а Оксана была девочкой, и никого не пускала за руль своей ласточки, так что предполагаемые запросы оставались лишь плодом моей фантазии).

По тому, как потемнели глаза Артема, когда он не вовремя повернулся в мою сторону и увидел финт с языком, вообще стоит молчать. Зато внутри что-то приятно разлилось, глядя, как тот сжимает кожу руля, сильнее необходимого, возвращая внимание на дорожное полотно.

И сейчас, вновь оказавшись на пассажирском месте, я загнала все фантазии и мечты куда подальше, желая выяснить, откуда же моему очаровательному брюнету стало известно обо мне так много.

- Итак?.. Не хочешь мне объяснить?

- Вячеслав не допустил бы на переговоры постороннего человека. И я знал, что он потребует договор о неразглашении конфиденциальной информации. Как понимаешь, вручную вписать в подобную бумагу данные о тебе, не представляется возможным. Поэтому мне пришлось попросить коллег достать необходимую информацию.

- То есть спросить у меня – не вариант?

Артем поморщился.

- Я не думал, что это станет проблемой.

- Серьезно? То есть для тебя это нормально, если бы тебе вручили какие-то бумажки, на которых была бы прописана чуть ли не вся твоя родословная до пятого колена?

- Не сгущай краски, пожалуйста. Узнать о прописке может чуть ли не каждый, если пробить по базе номер телефона. То же и о паспортных данных, если оформляли именно на держателя симки.

Я обиженно отвернулась в окно.

Он, может, и прав, но чувство предательства и махинаций за спиной не отпускало.

- К тому же, – продолжал, как ни в чем не бывало Артем, – если ты обвиняешь меня в том, что я лезу в чужую жизнь, то как назвать твою работу? Все журналисты готовы из кожи вон вылезти, чтобы найти что-то компрометирующее на интересную личность.

- Останови машину.

Я почувствовала, что он повернулся ко мне, однако сама не хотела встречаться с этим типом взглядом.

- Нет.

- Останови! Я хочу выйти!

- И не подумаю.

Пришлось поворачиваться.

- Если тебе так ненавистна моя работа, тебе приходится прибегать к уловкам, чтобы узнать мое полное имя и место проживания, да и вообще… терпеть рядом с собой, так не проще ли выпустить, отпустив на все четыре стороны?

Тема резко свернул к обочине, ударив по тормозам. Да так сильно, что меня откинуло вперед, сразу же вжав ремнями безопасности обратно в кресло.

Помощник Горелова повернулся ко мне всем корпусом и начал цедить сквозь зубы.

- Я. Никогда. Ничего. Не делаю. Просто так. И привык отвечать за свои слова. Я обещал тебе помочь с интервью. Я помогаю. Ты не спрашивала, каким образом я буду этого добиваться. Мне нужно было устроить тебе встречу, чтобы Слава не возмущался неправомерностью твоего присутствия на встрече, куда даже юристов своих он не позвал, потому что не был уверен, что сделка пройдет так, как он и планировал. Однако ты там была. Благодаря мне. И моему длинному носу, что залез в базу данных при помощи службы безопасности компании. Ты хотела встречу с Гореловым – ты ее получила. При минимальных потерях. А что до того, чтобы я тебя отпустил – не отпущу. Все просто: мы с тобой заключили сделку. Четырнадцать дней ты моя. Только моя. И должна находиться рядом со мной все время, пока Я того хочу. Мы договаривались, что на эти полмесяца ты забываешь про свои желания. Уединишься после истечения срока договора. Убежишь, улетишь, уплывешь, выбирай любое из перечисленного. Но это случится не раньше, чем я скажу, что мы друг другу больше ничего не должны. Я понятно объяснил?

К горлу подкатил противный ком, что мешал дышать, а на глаза навернулись слезы. Мне удалось лишь мотнуть головой и вновь отвернуться к окну, чтобы не заплакать. Чтобы он не увидел, что его слова больно ранили меня.

Справедливые слова!

Да, я действительно согласилась на эти условия. И действительно не стала вдаваться в подробности, каким образом ему удастся все организовать. И теперь, после того как Тема сдержал свое слово, предоставив мне возможность остаться с Гореловым один на один и задать интересующие меня вопросы, я еще стала его обвинять!

Я сжала кулаки, жалея, что ногти не достаточно острые.

Глупая дура!

Машина с визгом сорвалась с места, и мы приехали в отель чересчур рано.

Но вместо того, чтобы подняться в пентхаус, Тема подошел к стойке регистрации, заказав обед и ужин на одну персону с доставкой в номер.

- Иди наверх.

- А ты?..

- У меня еще есть нерешенные дела.

- Но…

- Если тебе будет что-то нужно, просто позвони.

- Компьютер. Я хотела найти информацию о Горелове.

Тема молча расстегнул портфель и протянул мне планшет.

- Пользуйся на здоровье.

- Когда тебя ждать?..

Он смерил меня долгим тяжелым взглядом.

- Не знаю.

И ушел. Просто развернулся и покинул холл, оставив меня в недоумении. И растерянности.

Неужели мои слова так задели его? Он… ведь вернется сегодня?

Но по мере того, как стрелки часов перевалили за полночь, а в номер так никто и не собрался проникать, мои надежды таяли со скоростью мороженного на солнцепеке.