Глава 6. Кира

Я быстро поднимаюсь по лестнице. – Никитка, а переодеваться кто из пижамки будет? Пошли обратно в комнату. Мы заходим в спальню, и я надеваю на Никитку новогодний наряд – зеленые штанишки, коричневую курточку и красную шапочку с помпоном. Выглядит забавно. Сначала я думала, что в костюмчике ему будет жарко. Но в нашем домике эта одежда в самый раз. Если, не дай бог, еще раз отключат электричество, то впору будет в ДедМорозовой шубе ходить. – Пошли, Никитка, вниз. Там дядя с тобой поиграет. Внизу за столом сидит Андрей. Но странный какой-то. Смотрит на нас и будто не видит. Наверное, думает о своих контрактах. – Андрей, пожалуйста, посмотри за Никитой. Я приберусь в спальне. Постель заправлю. Ты слышишь? Можно тебя об этом попросить? – А? Да, конечно. Иди спокойно. Все-таки, с ним что-то не так. – Никита, а ты за дядей смотри. Хорошо? У дяди тяжелая работа. За ним надо присматривать. Никитка кивает и тащит к столу, за которым сидит Андрей, свои игрушки. Я поднимаюсь наверх. Прибираюсь в спальне, застилаю кровать. Из-за того, что в доме прохладно, окно здесь держу закрытым. Но надо бы проветрить, хоть ненадолго. Открываю окно. Пробегает сквозняк, и дверь с грохотом захлопывается. Черт! Меня же предупредили, что тут сломан замок! Я пытаюсь открыть. На самом деле, сломан – не открывается. Кручу ручку и так, и эдак – бесполезно. Телефон с собой не взяла, да и все равно связи нет. Придется колотить в дверь, чтобы Андрей услышал и попробовал меня отсюда вызволить. – Андрей! – кричу. – У меня тут дверь захлопнулась! Не могу выйти! Стучу еще громче. Как бы Никитка не перепугался. – Что у тебя случилось? – вопрос из-за двери. – Дверь захлопнулась. Замок в ней сломан. Не могу открыть. – Слушай, снаружи только отверстие для ключа. Ключ где? – спрашивает Андрей. Отличный вопрос! – Нет ключа. Мне не дали, потому что не нужен и к тому же замок сломан. Просили не закрывать дверь. Обещали починить, но пока вот нет. А мы с Никитой были одни. Нам и закрываться не от кого. – Понял. Пошебурши там. Может откроется. Не выламывать же мне ее. Я опять дергаю туда-сюда. Замок щелкает, но без толку. – Мне кажется, он прокручивается, – сообщаю Андрею. – Бесполезно. Где Никита? – Со мной. Я его привел сюда на всякий случай. Чтоб одного не оставлять. Никита, скажи маме «привет». – Мама, приет! Мы играем в прятки? – Да, дорогой, в прятки. Сейчас дядя Андрей все-таки постарается меня найти. – Никита, отойди в сторонку. Дядя будет спасать маму. Это тоже игра такая. Слышу топот. Потом Андрей врезается в дверь. Она шатается, но не поддается. – Может позвать кого-нибудь? Телохранитель у тебя, вроде крепкий парень, – предлагаю я. – Не надо, я справлюсь! Очередной удар в дверь. – Она явно хлипкая, – сообщает Андрей. – Еще чуть-чуть, и ты будешь на свободе. – Я тоже хочу, – это уже Никита. – Давай. Но потихоньку, – благословляет его Андрей. Легонький удар в дверь. – Теперь я. Сильный удар в дверь. – Поддается! Ура! Ты, Никит, отойди от греха подальше. Я сейчас сильно разбегусь. Кстати, Кира, ты бы тоже отошла. Если дверь выломаю, то тебя может пришибить. И чего это он? Нормальное поведение Андрея – это позвать помощь. Распорядиться, направлять, ценные указания раздавать. Но не самому же… Однако от двери отхожу. Раздается громкий топот, потом грохот, и дверь распахивается. Андрей вваливается в комнату. Падает на меня, а вместе мы валимся на кровать. – Справился! – он гордо смотрит мне в глаза. Наши губы неожиданно соприкасаются, и Андрей начинает меня целовать. Как раньше. Как когда-то. Я уплываю, закрываю глаза… – Дядя Андрей, – раздается голосок Никитки, – ты молодец. Мы вздрагиваем. Андрей быстро слезает с меня. Я вскакиваю. – Да, спасибо большое, – у меня перехватывает дыхание. Стараюсь не смотреть на Андрея. – Всегда пожалуйста, – отвечает он с шутливым поклоном. – Теперь эту дверь не закроешь. Замок сломан. – Вот и хорошо. – Я чего подумал-то. Чего нам тут сидеть весь день? Пошли в ресторан. Да, там не суперкухня, но хоть какое развлечение. – Все занесло снегом, – бормочу я. – Сейчас проверим, что там снаружи. Андрей сбегает вниз. Мы с Никитой спускаемся вслед за ним. Он чуть приоткрывает входную дверь и тут же ее захлопывает. – Метет! И на крыльцо намело уже большой сугроб. Но ничего. Здесь есть лопата? Я разгребу крыльцо. Дойдем. – Вроде есть. Ты посмотри в чулане. Я очень удивлена таким переменам. Андрей будет очищать крыльцо от снега? Что с ним случилось, пока я заправляла постель? – О, смотри-ка, чего тут только нет! – кричит Андрей из чулана. Мы с Никиткой идем смотреть, чего он там нашел. Санки, лыжи стояли… Особо я не рылась, но лопата тоже была. – Андрюш, ты не совсем экипирован для очистки снега. Ну его, честно, – замечаю я. – Ты будешь по колено в снегу. Ноги промокнут – сто процентов! – Нет, Кир, ты посмотри. Есть валенки, тулупчик и ушанка! Какие сокровища! Брюки заправлю в валенки. – Мы можем остаться дома. Зачем нам этот ресторан. Сам говоришь, что готовят так себе. Андрей стоит, опираясь на лопату, как полководец. – Внести разнообразие. И ребенку здесь с нами скучно. Я могу его на санках покатать… Не сегодня, конечно. Завтра. Обещают прояснение. Вот и покатаемся. – Ты же в Москву собирался? Машину раскопают, дороги расчистят, – я все больше убеждаюсь в том, что Андрей сильно ударился, вышибая дверь. – Москва подождет! Так, значит, лопата… Сейчас примерю валенки. Он снимает тапки и влезает одной ногой в валенок. – Супер! Чуть великоваты, но главное, что не малы. Это было бы хуже, – он надевает второй валенок, аккуратно заправляя в него джинсы. Никитка смеется. Дядя его веселит, и вообще все происходящее, начиная с момента моего застревания в спальне. Ну да, для него это игра. Андрей забирает свои находки и выходит в комнату. Возле двери он влезает в тулупчик и натягивает шапку-ушанку. Тут уже и я смеюсь: вполне себе дворник. – Как я вам? – Отлично! Андрей, ты уверен, что хочешь лопатой махать? – Уверен. И вам советую одеться и выйти хоть на несколько минут. А то сидите дома и не пользуетесь моментом подышать зимним, морозным воздухом. М-да, Андрей «зимний, морозный воздух» не любил никогда. – Ты в Таиланд в этом году не едешь? У тебя изменились привычки? – не удерживаюсь я от вопроса. – Не изменились. Второго должен лететь… Но раз уж так вышло… Короче, одевайся, Кира, и ребенка одевай. – Нет, Никита пусть остается дома. Его не так быстро переодеть. А я, пожалуй, выйду с тобой. Никита, побудь дома. Мы быстро. Хорошо? Сын серьезно кивает. Я быстро надеваю сапоги-дутики и куртку. Натягиваю капюшон и заматываюсь шарфом. – Пошли, спаситель мой, – улыбаюсь я Андрею. Если бы он таким был всегда! Нормальным, без выпендрежа. Цены бы ему не было. Мы осторожно вылезаем на крыльцо. Мороз не такой уж сильный, но метет страшно. Проваливаемся в сугроб – реально по колено. – Видишь, куда тут Никиту выводить. Ему вообще по шапку будет. Мы смеемся. Вдруг Андрей крепко прижимает меня к себе. Пахнет от него странно – точнее, это пахнет чьим-то тулупом, оставленном в чулане. Но запах не отталкивает – наоборот, хочется зарыться в него и продолжать дышать необычной смесью дорогого парфюма, табака, древесины… Я чихаю. – Извини! В нос снежинка попала. – Как это мило! – улыбается Андрей. – Не пылинка, а снежинка. Так, ладно, за дело! Он принимается раскидывать снег с крыльца. Дело движется с трудом: сверху снег покрылся коркой наста, а внизу успел заледенеть. Я пританцовываю на месте – без носков мои дутики так себе защита от холода. В какой-то момент Андрей, отбросив с крыльца очередную лопату снега, встает рядом со мной и обнимает за плечи. – Ты права, из меня дворник так себе. Устал! Я, конечно, донесу на руках Никиту, а потом и за тебя возьмусь. Но признаю: лучше нам остаться дома. Посмотрим телек, поиграем во что-нибудь… Не помню, когда так встречал Новый год. Идеально. Без пьянок-гулянок… Невесть откуда, прямо из ближайшего сугроба возникает парень. Я его готова убить – надо было нарушить такую идиллию. Не успеваем отреагировать на его появление, как он делает на телефон несколько фотографий и убегает, увязая в сугробах. Буквально через несколько секунд он скрывается в снежной мгле. – Что это было? – спрашиваю я. – Есть у меня подозрение, – медленно произносит Андрей. – Какой-то горе-папарацци, блогер проведал, что я здесь. Дежурил, чтобы сфоткать. Ну вот, дождался. – Ничего себе! Да, я помню, они тебя любили подкараулить. Но здесь?! – А, ничего страшного! Ну опубликует в своем блоге мою фотку. Бог с ним. Не впервой. Андрей оставляет лопату на крыльце, и мы возвращаемся в дом. Стряхиваем снег. – Опять тебе убираться. Извини. Плохая была идея. – Я привыкла, – шучу, и правда не жалея, что мы вышли с Андреем на улицу. Словно между нами треснул лед, и что-то изменилось. Садимся обратно за стол. – Давай, я еще еды принесу. У меня там полно наготовлено, – предлагаю я. – И надо дорезать «Оливье». Подожди. – Я помогу, – в очередной раз удивляет меня Андрей. Минут через пятнадцать нас в который раз прерывает стук в дверь. Мы уже не возмущаемся – смеемся. – Кого там принесло? – Андрей идет открывать. На пороге его помощник. – Андрей Викторович, у вас все в порядке? Тут вот… смотрите. – Кира, подойди, пожалуйста. Блогер уже опубликовал свою сенсационную новость. Я кладу нож, вытираю руки и подхожу к двери. На экране телефона канал известного блогера, который специализируется на светских сандалах. На фото – мы с Андреем. Он меня обнимает. Мы счастливо улыбаемся, будто специально позируем. «Разорившийся миллиардер и его загадочная спутница отмечают Новый год в простой избе в Подмосковье!» – гласит подпись.