Бонусная

У меня наконец дошли руки отредактировать этот роман. В процессе я снова погрузилась в эту атмосферу, испытала кучу эмоций, поплакала. Вот так бывает у авторов: сам написал - сам впечатлился.

А впечатлилась я настолько, что в итоге написала ещё одну бонусную главу, чтобы уж совсем развеять сомнения и закрыть пробелы. Первоначально я торопилась, чтобы успеть до дедлайна, но теперь было врем довести роман до ума. Надеюсь вам понравится эта бонусная глава, потому что у меня она вызвала бурю эмоций. Желаю счастья своим персонажам и верю, что всё у них сложится хорошо.

Поехали?

_________________________

Мы зашли в ближайшую кафешку и заняли подходящий по размеру свободный столик в углу помещения. Мальчики и их отец не сводили с меня удивлённого взгляда. А я не могла насмотреться на них. Надо же какое поразительное сходство! Наверняка я похожа на их мать и хотя внешне они пошли в отца, светлые глаза явно унаследовали не от него. Сам мужчина поражал похожестью с моим Ауром.

Мне безумно хотелось обнять их и сказать как сильно я их люблю, но, конечно, я сдержусь. Понимаю же, что это чужие люди, рождённые в XXI веке и никакой прямой связи между нами нет.

Но первым не выдержал малыш, он прижался ко мне крепко-крепко и жалобно всхлипнул. Я обняла мальчика и поцеловала макушку. Его отец смахнул с лица непрошенную слезу, отвёл взгляд на минуту. Старшенький тоже смотрел на меня и явно хотел обнимашек, но опасался. Он поглядывал на отца, тот лишь грустно улыбался сыну. Тогда я сама открыла объятья, протянула к нему руку и мальчишка бросился ко мне.

– Всё будет хорошо, мои хорошо. Всё будет хорошо, – утешала я их на французском, мысленно благодаря саму себя, что решила учить этот язык и так быстро преуспела в изучении. А ещё удивлялась тому, что сама умудрилась сдержать слёзы.

– Мальчики, пойдите к витрине и выбирайте, что вы хотите поесть. А мы с тётей пока поговорим. Хорошо?

Ребята кивнули, нехотя выбрались из моих объятий и отправились рассматривать выпечку.

– Простите нас за это проявление чувств, – заговорил мужчина, глядя мне в глаза. – Моё имя Рауль, а моих сыновей зовут Андрэ и Арно. В прошлом году их мама умерла после непродолжительной болезни. И нам всем это тяжело даётся. Дети особенно сильно скучают. А вы удивительно похожи на их мать. Простите, ещё раз.

– Всё в порядке. Я понимаю. Меня зовут Тэя. Приятно с вами познакомиться.

– Тэя, – просто повторил он. – Вы и правда очень похожи на мою жену. Мальчики не успели с ней попрощаться. Татин знала, что угасает и шансов почти нет, лечение не помогало. Она не хотела, чтобы дети видели её такой больной, хотела, чтобы запомнили здоровой.

– Думаю, я поступила бы так же на её месте. Но не думаю, что смогла бы удержаться и не захотеть увидеть таких сыновей.

Рауль странно на меня посмотрел, задумался и продолжил минутой спустя.

– В общем, психологи говорят, что у них не закрепилось в голове понимание того, что мамы больше нет и поэтому им так тяжело. Не было ритуала прощания. Они всегда ищут в толпе похожих женщин, я не могу пока ничем их отвлечь.

– Это тяжело, – согласилась я.

– Могу я спросить, почему вы говорили о реинкарнации?

– Потому что вы мне напомнили кого-то из моего прошлого.

– В этой жизни?

– Нет, не в этой. У меня очень странная история, если честно.

– Расскажите.

Но тут подбежали мальчики, сообщив отцу, что сделали выбор. Рауль пошел с ними и оплатил заказ, предварительно спросив у меня, что буду я. Я попросила лишь капучино и круассан.

Мы вместе поели, а потом я задала вопрос Андрэ.

– Я слышала, как в музее ты сказал, что рисуешь похожих быков. Можешь мне показать свои рисунки?

– У меня их нет с собой, – ответил мальчик. – Но я могу нарисовать на салфетке.

– Не надо на салфетке, – улыбнулась проходившая мимо официантка. – Я сейчас принесу вам бумагу и цветные карандаши. Хорошо?

Конечно, мы согласились. Андрэ на удивление быстро нарисовал довольно красивого коричневого быка, действительно очень похожего на пещерную живопись.

– Какая прелесть! – искренне похвалила я. – Можно я оставлю рисунок себе?

– Конечно! – обрадовался малыш. – Хотите, я вам ещё нарисую?

– Хочу. Давай теперь лошадь, как в тех пещерах? Или оленя. Сможешь?

Он радостно кивнул и принялся за дело. В это же время Арно взахлеб рассказывал мне о своих приключениях в детском саду, о своих друзьях и праздничном выступлении. Я с интересом слушала его истории и задавала вопросы по теме. Их отец всё это время молча ел, наблюдая за нами.

Наконец Андрэ закончил, положив передо мной целую картину. Мальчик смог в точности повторить участок наскальной живописи Ласко, изобразив сразу несколько животных. Я выразила ему свой бурный восторг, искренне поблагодарила и поцеловала в щечку. Ребенок буквально расцвёл.

– Но где ты научился так рисовать? Ты наверное ходишь в художественную школу?

– Нет. Мой папа художник. Мама говорила, что у меня это от него.

Я встретилась взглядом с Раулем.

– Да, я художник, – подтвердил он. – И я учился в художественной школе. Но не уверен, что нужно отправлять труда Андрэ. У него свой удивительный стиль и я боюсь, в школе могут это испортить, пытаясь научить его классическому стилю.

– Это удивительно! Настоящий талант! – согласилась я.

– Мальчики, а пойдём на детскую площадку в парк?

– А Тэя пойдёт с нами? – спросил Арно.

Рауль посмотрел на меня.

– Я как раз хотел пригласить. Если вы не заняты.

– Я совершенно свободна и с удовольствием пойду в парк, – заверила я всех троих.

Когда ребята увлеклись игрой на площадке, мы с их отцом разговорились.

– Вы очень порадовали их. Я благодарю за это. Татин сильно их любила, но никогда так радостно не реагировала на рисунки. А для Андрэ это крайне важная часть его жизни.

– Но он правда очень хорошо рисует. И эта потрясающая схожесть с наскальной живописью и тот факт, что он смог изобразить участок, почти не попадавшийся на фотографиях в интернете с фотографичной точностью…

– Хотел бы я сам узнать, откуда в нём этот талант. Специалисты утверждают, что даже сейчас редкий художник сумеет вот так передать одним движением руки без отрыва целое животное. Я пробовал, это возможно на небольших листах, но в таком размере как в пещерах кажется почти невозможным. А Андрэ часто рисует одним движением всю фигуру сразу.

– Видимо, древние предки передали ему это умение.

– Итак, расскажете мне свою историю? – спросил мужчина. – А потом посоревнуемся, чья история более странная.

Я заинтересованно хмыкнула. Я уже успела продумать свою легенду, так чтобы частично она оставалась правдивой, но не напугала его.

– Что ж, давайте попробуем. Восемь лет назад я приехала во Францию в путешествие. И в числе прочих достопримечательностей осматривала эти пещеры с экскурсией. А потом внезапно пропала. На целых 7 лет.

Он буквально пронзил меня взглядом, но не перебивал, всем своим видом показывая, что внимательно слушает. Я продолжила.

– Семь лет спустя меня обнаружили в той же пещере в не самом лучшем виде. К тому же у меня была тотальная амнезия, я совсем не помнила, что происходило эти семь лет. Следователи предположили, что кто-то мог держать меня в плену, чем-то опаивать или же мне нанесли серьезную психотравму и мой мозг вот таким способом решил защититься.

– Вы так ничего и не вспомнили?

– Нет. Я приехала сюда снова, мой доктор предположил, что очередная экскурсия могла бы помочь. Но увы. Однако я рада оказаться здесь и я чувствую необъяснимую связь с этими местами.

– Любопытно.

– Теперь вы попробуете удивить меня своей историей?

– Пожалуй она не такая удивительная, но да. Попробую. В юности мне снилась одна девушка, снилась довольно регулярно в течение нескольких лет. Впрочем, из-за нее я и пошёл учиться в художественную школу. Мне хотелось запечатлеть её. Родители считали, что во мне просто проснулся талант. Сейчас это уже не важно, в итоге я стал художником и работа всегда есть.

– И что та девушка?

– Во снах мы с ней много беседовали. Мы были странно одеты и беседы наши всегда проходили на природе, но я так и не узнал этих мест. Поэтому я зарисовывал каждый свой сон, чтобы ничего не забыть. Потом она перестала мне сниться. А позже я встретил будущую жену и понял, что она очень похожа на ту девушку из снов. Позже, правда выяснилось, что сходство было поверхностным.

– Вы сказали, что я похожа на вашу жену.

– Отчасти. Но есть кое-что более удивительное.

Он достал телефон, долго что-то там искал, а потом передал мне открытую папку с фотографиями портретов. Моих портретов. На них однозначно была изображена я сама точно такая, какой вижу себя в зеркало. На некоторых картинах мои волосы были заплетены и украшены ракушками и цветами.

У меня не нашлось слов, чтобы как-то отреагировать, я только открыла и закрыла рот от удивления.

– Поэтому сегодня, когда вас увидел, я так опешил. Я ведь уже не ждал, что встречу её. Вас. Моя жена была похожа немного, но не так как вы.

– О чём были ваши разговоры в снах? – поинтереосвалась я, надеясь, что не разревусь прямо сейчас.

– Помню, она рассказывала мне как происходит гроза. И что-то объясняла про устройство планет, о животных и природных явлениях. Было много разговоров о жизни. Ещё она пела песни, незнакомые для меня. И во сне мы говорили на другом языке, но отлично понимали друг друга.

Я так и застыла на месте. Может ли это быть правдой? Вселенная, ты прикалываешься или издеваешься? Это я в прошлом рассказывала Ауру про грозу и планеты. Я часто пела ему, когда он просил. И да, мы говорили на другом языке, но отлично понимали друг друга. Неужели реинкарнация и правда существует?

– Тэя, могу я вас попросить об одолжении? – прервал мои размышления Рауль.

– Каком?

– Если конечно вас это не затруднит и вы сочтёте такое возможным. Разумеется я не настаиваю и точно не обижусь.

– Говорите.

– Можете провести с нами несколько дней? Погулять вместе, поесть, прийти к нам домой? Глядя как вы ладите с моими сыновьями, я подумал, что это может помочь им прожить потерю матери. Потом вы уедете и они попрощаются свами и может быть им станет легче.

– Согласна, – ни минуты не сомневаясь ответила я, чем даже немного шокировала его.

– Почему? В смысле, я благодарен, однако вы так сразу согласились. Это немного неожиданно.

– Видите ли, мой мозг не только защищается с помощью амнезии. Он ещё создаёт для меня ложные воспоминания. Мне кажется, что в те годы я была счастлива со своей семьей. Что у меня был супруг, похожий на вас внешне и два сына. Похожие на ваших детей. Знаю, это крайне странно. Но когда я вас троих увидела в пещере, отказывалась верить своим глазам. Может быть для моей памяти такой опыт тоже будет полезен?

Он молча кивнул, анализируя мой ответ.

Мальчики искренне обрадовались, когда мы сообщили им о своем решении. У меня оставалось ещё две с половиной недели и за это время мы будем видеться почти каждый день.

Мы вместе гуляли в парках, ездили с пикником на природу, на пару дней даже выбрались к побережью океана и отлично провели там время. Рауль предложил перейти решили на "ты" в нашем общении. А когда мальчики иногда случайно называли меня мамой, их не поправляли. Моё израненное сердце пело от счастья. Казалось, Рауль тоже чувствует что-то подобное.

В один из дней мы все вместе отправились в парк аттракционов и решили покататься на американских горках. Мальчики захотели сидеть вместе, а нам пришлось сесть сразу за ними. Во время резкого спуска я очень испугалась, никогда раньше на таких не каталась. Рауль взял меня за руку и страх мгновенно отступил. Мир вообще сомкнулся до наших сцепленных рук, будто ничего больше не имело значения. Позже в течение дня он ещё не раз брал меня за руку, и мы даже соединялись цепью из рук с мальчиками, чтобы они хоть немного почувствовали эту семейную идиллию.

На следующий день Рауль пригласил меня к ним домой. Это был очень уютный частный дом с красивым внутренним двориком, засеянным газоном. Внутри всё тоже выглядело очень уютным. Первым делом мальчики потащили меня в свою комнату. Андрэ жаждал показать мне альбомы с его рисунками, а Арно игрушки. Я с удовольствием уделила им время.

Потом мы вместе приготовили нехитрый ужин. Рауль сказал, что их мама часто готовила вместе с ними и мальчикам это нравилось. Разумеется, я отказываться не стала, тем более мы прекрасно повеселились.

Утомленные и счастливые, дети улеглись спать, попросив меня рассказать или почитать им сказку. Я решила рассказать ту, что когда-то сочинила для своих малышей. Им очень понравилось и под мой голос они скоро уснули.

Мы с Раулем остались вдвоём. Все эти дни вместе я не могла наглядеться на него. Я думала, стоит нам сейчас потянуться друг к другу и между нами заискрит электричество.Так хотелось прикоснуться к нему, поцеловать, обнять. Но я каждый раз напоминала себе, что это не мой муж, а другой мужчина и он может не понять моего порыва.

Мне казалось, что Рауль лучше владеет собой, а может просто не испытывает таких же сильных чувств ко мне, как я к нему. Поэтому я опасалась проявлять инициативу, чтобы не спугнуть его и не разочаровать в себе. Вот и сейчас мы стояли рядом, глядя друг на друга, я физически ощущала то напряжение, которое не спадало все эти дни между нами. Он часто подолгу просто смотрел на меня, ничего не говоря и не предпринимая. А я не знала, что думать.

– Можешь показать мне те портреты? Ты говорил, что запечатлел места, в которых бывал во снах. Могу я их увидеть?

Рауль молча кивнул, пригласив меня жестом следовать за ним в его мастерскую. Это была просторная светлая комната с большими окнами. На стенах висели его картины. По центру стоял мольберт с начатым большим рисунком, повсюду расположились кисти, краски, тряпочки и куча всякой мелочёвки такой необходимой художникам. При этом в мастерской оказалось довольно чисто. Никаких остатков еды, грязных кружек или мусора.

Мужчина долго искал в подсобке картины, а потом начал аккуратно расставлять их вдоль одной из стен. Перед моими глазами предстали невероятно реалистичные сцены из прошлого. Те места, в которых мы бывали в каменном веке. Вот поляна рядом с нашим первым стойбищем, вот берег моря, где была наша зимняя стоянка. Здесь мы проходили, когда мигрировали на юг. А это то самое озеро, где было наше первое купание. И ещё одно место, недалеко от ледника, где нас держали в плену.

Чувства и воспоминания затопили меня. Я не могла поверить в происходящее. Да, этот мужчина родился в 21 веке и явно не попадал в прошлое. Но каким-то невероятным образом он помнил. Задыхаясь от волнения я повернулась, он стоял прямо у меня за спиной, и наблюдал за моей реакцией.

– Аур.. – на автомате произнесла я, но сразу закусила губу.

– Почему ты так меня назвала?

– Такое имя было у моего мужа. Из прошлого.

Рауль долго искал что-то в моих глазах, не двигаясь, а потом наклонился и поцеловал. Я даже застонала, не в силах совладать с собой, обняла его крепко, но почти сразу отстранила.

– Я не хочу, чтобы ты неверно понял. Или подумал, что я имею какие-то виды, но… я… просто я…

– Я понимаю. Мы оба тоскуем. И эти необъяснимые совпадения… Но давай сегодня не будем пытаться разобраться. Давай просто… утешим друг друга? Я не настаиваю, просто… Это притяжение сводит с ума.

Я кивнула и теперь сама поцеловала его. Это было так естественно, словно мы с Ауром вообще не расставались. Рауль целовался точно так же. Его руки словно знали, что делать именно с моим телом. Не помню как мы добрались до его спальни. Страсть захватила нас и утопила друг в друге.

Рауль с трудом сдерживался все эти дни, поражаясь тому, как сильно его тянет к этой по сути чужой женщине. Он боялся даже моргнуть, считая, что это наваждение и оно в любую минуту может рассеяться. Его сыновья в присутсвии Тэи расцвели, постоянно улыбались и ластились к ней, как к матери. А она ни разу не отказала им в ласке, причём явно делала это с удовольствием, а не через силу. Дети бы не тянулись к ней, если бы она притворялась, они же всё чувствуют.

Рауль был ей благодарен за такое отношение. Он совсем не понимал, что делать ему самому, ведь и он бы с удовольствием утонул в её тёплых объятьях, утащил бы её в свою комнату и долго не выпускал. Но он не рисковал что-то предпринимать, чтобы не испугать её. Тем более Тэя всегда выглядела напряжённой, когда общалась с ним. С детьми же была расслаблена. И сегодня, когда она попросила показать те самые картины, Рауль решил признаться.

А когда она назвала его другим именем, что-то щёлкнуло глубоко внутри и он больше не смог сдерживаться, поцеловал её, а она сразу ответила. Не оттолкнула его, не испугалась, прильнула всем телом.

Мы оба ни на секунду не засомневались в происходящем и наше соединение получилось довольно бурным. Позже мы лежали рядом, я полубоком к нему. Он медленно поглаживал меня по руке, едва касаясь губами обнажённого плеча. Молчать было комфортно, я наслаждалась каждым мгновением, боясь спугнуть своё тихое счастье.

– Как думаешь, путешествия во времени реальны? – вдруг спросил Рауль.

Я задумалась, как ему ответить. Мне очень хотелось рассказать правду, но я боялась, что он может подумать, что я сумасшедшая.

– А ты бы поверил, если бы кто-то рассказал тебе о таком путешествии? – осторожно спросила я.

– Не знаю. После нашей встречи я уже, наверное, ничему не удивлюсь.

Я повернулась к нему, чтобы понять, насколько он серьёзен. Рауль смотрел на меня спокойно и без усмешки. Но я всё таки боялась признаться ему. Мы ведь решили просто утешить друг друга, да и моя виза скоро закончится. Мне придётся уехать.

– Думаю, в мире ещё много неизвестного и неизученного, – ответила я в итоге.

Рауль кивнул, снова потянулся к моим губам. В этот раз мы занимались любовью медленно, неторопливо лаская друг друга, доводя до исступления. Так, как было бы у нас с Ауром после длительной разлуки. У нас было очень мало времени вместе. Лично я хотела взять от этого времени всё. Мне хотелось отдать ему всю накопившуюся во мне тоску, поделиться с ним чувствами насколько возможно. Рауль казался неутомимым, он без устали ласкал меня, целовал и не хотел останавливаться.

Уже под утро мы забылись коротким сном. Мальчики очень удивились, увидев меня дома, готовившую им блинчики на завтрак. Рауль попросил не давать им знать о нашей близости, малышам и так будет непросто расстаться со мной.

Но с той ночи всякий раз, когда я бывала у них, а накопилось целых 5 таких визитов, я оставалась на ночь и все их провела в его постели. Мы обсуждали наши совпадения, его сны и мои якобы фантазии. По утрам вместе готовили завтрак, украдкой целовались, чтобы дети не видели, постоянно касались друг друга.

Я надеялась, что Рауль сам предложить нам быть вместе, но он молчал, и надежда таяла с каждым днём. Как бы сильно я не хотела влиться в их семью, я не стану напрашиваться. Если Рауль считает, что для мальчиков полезнее будет прожить опыт расставания, чтобы им было проще дальше, так тому и быть. Я благодарна уже за то, что мы встретились.

Хоть я не сильна в генетике, но осмелюсь предположить, что раз в моём веке родились люди, похожие на моих любимых из прошлого, значит тогда, в каменном веке, мои сыновья успели оставить потомство и передать свои гены детям. Этого мне было достаточно, чтобы чувствовать себя лучше.

Ещё несколько счастливых дней мы провели вместе. Мне было пора уезжать, виза заканчивалась. Это было самое лучшее время в моей жизни после возвращения из прошлого. Я безумно хотела остаться. Но он так и не попросил об этом, а я не рискнула предложить.

Рауль с мальчиками провожал меня в аэропорту. Андрэ обнимал меня даже крепче, чем Арно, хотя до сих пор сдерживал свои порывы. Арно сильно плакал и я тоже расплакалась, качая его на руках. Наконец, малыш успокоился и сам попросил его отпустить.

Объявили мой вылет. Я глубоко вздохнула, улыбнулась мальчикам. А их отец вдруг порывисто обнял меня и крепко поцеловал в губы. Я растерялась, когда Рауль меня отпустил. Но так как он молчал, взяла свою ручную кладь и отправилась на посадку, не оборачиваясь.

🦣

Дома долго приходила в себя, прокручивала в голове наши встречи, боялась забыть хоть мгновение. Отдельно вечерами вспоминала ночи с Раулем и не жалела ни секунды. Если он в итоге решить разорвать наше знакомство, я пойму. Нет, ну а что я могу? Не сидеть же у него на пороге с чемоданом и жалобным щенячьим взглядом? Это было бы унизительно.

Но короткий период с их семьёй благотворно повлиял на меня. Я наконец окончательно приняла невозможность вернуться в каменный век, убедила себя, что мои сыновья там в прошлом не умерли в детстве, а наверняка дожили до зрелости. Я не сомневалась, что мой Оа всё-таки стал художником и возможно его душа реинкарнировалась в Андрэ. Неа тоже наверняка нашёл свое место в мире. Аур… Я не знала, что думать об Ауре, но странные сны Рауля намекали…

Впрочем, это могло быть и самоубеждение, очередная защитная функция моей психики.

При этом я утвердилась в желании перебраться в Лимож и получить лицензию экскурсовода. Экзамены и правда оказались сложными, так что мне понадобится немало времени, чтобы к ним подготовиться. Но другой жизни я себе не желала.

Родители мой выбор не поняли, однако приняли. В конце концов мне уже 35, не девочка, чтобы быть послушной чьей-то воле. Они заметили, как я изменилась после поездки и сказали, что раз мне там хорошо, так тому и быть. Лишь бы я была счастлива.

Мира пыталась меня отговорить, убеждала, что это странно и даже глупо, селиться там, где со мной неизвестно что произошло. Тогда я рассказала ей историю своего знакомства с Раулем и его сыновьями, рассказала о его снах и портретах, на всякий случай умолчала о сходстве с его женой. Мало ли Мира решит, что я просто замена для неё. Подруге безумно понравилась эта романтика и хотя я пояснила, что мы пока ничего не решили, она уже сама была готова собирать за меня чемоданы.

Прошло три месяца, за окном расцвела яркими красками осень. Я часто выходила гулять в парки и выезжала сама на природу. Однажды отправилась на пикник с семьёй Миры, где мы весело провели время. С работы решила не увольняться, пока не получу лицензию гида. Скорее всего на это потребуется не меньше года, но я на всё готова.

В один дождливый день на границе сентября с октябрём я сидела на работе, погрузившись в воспоминания. Рауль так ни разу со мной и не связался, хотя мы обменялись телефонами. Я лелеяла воспоминания о тех двух неделях с ним и чувствовала себя счастливой. Я не могла его судить или обижаться, ему как отцу виднее, что лучше для его детей. И хотя нам было хорошо вместе, мы отлично подходили друг другу в постели, нас обоих это ни к чему не обязывало. Если Рауль действительно реинкарнация Аура, а я уже начинала в это верить, я хочу, чтобы он был счастлив, в чём бы это счастье ни заключалось.

Телефон завибрировал звонком. Я взглянула на экран, где было написано «Рауль», взяла его дрожащими руками и ответила.

– Здравствуй, Тэя.

– Здравствуй, Рауль.

– Как твои дела? Знаю, мы договаривались не навязываться друг другу, надеюсь, ты не обидишься на мой звонок.

– И в мыслях не было. Я рада, что ты позвонил.

– Это хорошо. Хотел сказать тебе, что мальчики изменились после нашего знакомства, почти не плачут и стали энергичнее.

– Я очень рада за них.

– Мы решили с ними немного попутешествовать. Никогда не были в твоей стране, вот планируем поездку. Говорят, у вас очень красивая осень. Надеюсь мы успеем её застать.

Я буквально задохнулась от неожиданных новостей.

– Конечно успеете! Красота только начинается.

– Отлично. Я хотел спросить, сочтёшь ли ты возможным с нами повидаться?

– Я буду очень рада!

– Тогда подскажи, в каком районе города лучше выбрать отель, чтобы тебе было удобно и недалеко?

– Я напишу тебе координаты в сообщении.

– Договорились. Я хотел ещё кое-что сказать. Хотя мальчикам очевидно стало лучше, возникла другая проблема.

Я заволновалась, совсем не предполагая, что он скажет. А он молчал, поэтому мне пришлось спросить.

– Какая же?

– Я не в порядке. Не нахожу себе места без тебя. И очень скучаю.

У меня всё тело покрылось мурашками от его признания. Кажется я даже всхлипнула слишком громко, так что Рауль заволновался и спросил, всё ли со мной в порядке. Пришлось заверять его, что да.

– Мы приедем через пару недель, как будут готовы визы. Мальчики постоянно о тебе спрашивают. Маленькие террористы. Когда я предложил попутешествовать, они оба выбрали Москву и отказались от любых других вариантов, – он тепло усмехнулся в трубку, но я чувствовала, как мужчина волнуется. – Когда мы увидимся, я спрошу тебя, хочешь ли ты… согласишься ли ты жить с нами. Не отвечай сейчас, прошу, подумай. Потому что если ты согласишься, я тебя посажу в клетку, окольцую и больше никогда не выпущу. Если ты не готова стать моей заложницей, то сразу отказывайся. Но не сейчас. А когда я приеду. Когда мы приедем. И да, эти двое троглодитов тоже собираются предъявить на тебя свои права. Они спрашивают, можно ли им будет называть тебя мамой.

Я всё-таки разрыдалась в трубку, не справившись с эмоциями. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой и я боялась верить в своё счастье. Он терпеливо ждал, и когда я немного успокоилась, то сказала:

– Я согласна, Рауль. И когда вы приедете, я скажу тоже самое. Приезжайте уже поскорее.

В трубке раздались счастливые детские крики.