ГЛАВА 15.
Что, обычно, человек видит первое, когда утром открывает глаза?
Подушку. Будильник. Потолок. Стенку у кровати. Любимого.
Когда Ирина открыла глаза наутро, после дня бракосочетания, первое, на что наткнулся ее взгляд, была донельзя довольная, похрапывающая собачья морда.
Нет, ну, наглость же! На моей подушке! То-то, мне так неудобно!
- Ариша, пошла вон!
Храп прекратился. Морда поменяла выражение с донельзя довольного на – вопросительно-довольное.
- Ариша, я кому сказала? Пошла на место!
Нос нахалки дернулся, один окуляр приоткрылся. Пару секунд ничего не происходило, а потом в собачьем глазу мелькнуло понимание – засыпалась! Каким-то плавным движением и глухим бряком, рыжая тушка стекла с кровати на пол. Не успела Ирина ахнуть, как невозможная псина, как ни в чем не бывало, будто, не её только что застали на хозяйской подушке, подскочила, выписывая восьмерки задней половиной тела.
«Хозяйка! Я так рада, так рада! Ты проснулась! И сейчас мы пойдем гулять и завтракать! Дай же, я тебя оближу, за ночь ужасно соскучилась!»
- Ариша, ну, ты и актриса! – изумилась девушка и сладко потянулась.
Черт, она замужем понарошку, а так-то, она – на работе! Завтрак!
Ирина не хуже Аришки слетела с мягкой постели, только обошлось без бряка. И поспешила завершить все утренние процедуры.
Через пятнадцать минут, повязывая косынку, она входила на кухню.
Дом еще спал, не считая резвящейся на лужайке собаки.
Вчера Виктор сказал, что доест на завтрак торт, но есть еще и Светлана Дмитриевна, да и ей самой хочется не только сладкого. Проинспектировав холодильники, Ирина задумалась – что лучше приготовить? Шакшуку или яйца в авокадо?
Решила, что сделает и то и другое. Каждый выберет, что ему больше по душе.
Включила любимую музыку, вставила в уши наушники и принялась чистить и нарезать лук.
Пару раз споткнувшись об Аришу, она вспомнила, что надо насыпать собаке еды.
Теперь она знала, что сухой корм, попав в собачий организм, сильно увеличивается в объеме. Поэтому, давать больше нормы собаке нельзя.
Всё-таки, с кашей или мясом, ей кажется, проще. Там, хоть видишь, что даешь и сколько, и полкило мяса не превращаются в полтора.
- Нет, Ариша, даже не проси! Прошлый раз, что было? Вот! И не надо мне подмигивать! И толкать меня лапой тоже не надо! Я чуть инфаркт не получила, когда ты раздулась. Больше на меня твои взгляды и несчастные вздохи не действуют, даже не старайся! Вот, твоя порция и больше ни крошки! Ладно, одну крошку добавлю, так и быть.
Овощи потушились, девушка сделала ямки и вбила в них яйца.
Параллельно очистила авокадо, разрезав их на половинки, углубив выемки, оставшиеся после удаления косточки. Смазала углубления творожным сыром и поместила туда яичные желтки. Затем, смешала белки с трюфельной солью и покрыла полученной смесью авокадо.
Вот, ничего сложного, а вкусно как!
Девушка с удовольствием оглядела половинки, проверила, разогрелась ли духовка и отправила в нее заготовку на пятнадцать минут.
- Доброе утро! – Виктор, привлеченный сытным запахом, заглянул в дверь, но Ирина его не видела и не слышала.
Тогда мужчина приблизился и вытащил у нее из уха один наушник.
- Виктор Алексеевич! – подпрыгнула девушка. – Нельзя же так подкрадываться!
- Ириша, не имею ничего против своего отчества, но мне хотелось бы, чтобы ты звала меня только по имени. Согласись, так будет логичнее? Что это ты слушаешь? – он вставил себе наушник, почти прижавшись к щеке девушки.
- О, Старлайт! Люблю.
Черт, какая музыка, когда её шея с пульсирующей жилкой в пяти сантиметрах от его губ, и ему стоит титанических усилий удержаться, чтобы не прикоснуться к нежной коже.
Старлайт завершилась, началась Блисс, но он почти ничего не слышал, борясь с желанием поцеловать трогательно-розовое ушко.
- Виктор, Витя! У меня сейчас всё сгорит! – потрясла его за руку Ирина. – Отсоединись от наушника, а то мы с тобой, как сиамские близнецы. Садись, я сейчас накрою.
Виктор проглотил и авокадо и интересное блюдо, которое его жена назвала шакшук и, с сожалением, покинул дом, заранее предвкушая, как он вернется вечером.
Несколько раз за день, он пытался связаться с женой, сначала, чтобы сообщить, что насчет острова договорился, потом – что не приедет на обед, а дальше – уже нервничая – почему она не отвечает??!
В конце концов, набрал экономку.
- Ой, Витя, тут форменный дурдом! – радостно отчиталась Светлана Дмитриевна. - Косяком идут курьеры с подарками, цветами и поздравлениями. Бедная девочка отключила свой сотовый, потому что ее достали обе мамы.
- Какие мамы? – немного растерялся Виктор.
- Ваши, какие же ещё? Пытаются вытащить её или напроситься в гости. Мы на осадном положении. Ты, когда домой?
- Выезжаю.
Дом, на самом деле, оказался завален цветами, коробками и визитками.
Черт! И это, он не привез то, что ему принесли в офис!
- Витя, если мы примем все эти приглашения, нам придется забыть о своей жизни и только отдавать визиты, - испуганно ахнула Ирина, увидев количество конвертов. – Что же нам делать?
- Во-первых, мы не обязаны принимать все, достаточно вежливого ответа с благодарностью. Во-вторых, мы – молодожёны и у нас – медовый месяц. Никто не ждет, что мы прямо сегодня объедем всех, чтобы лично поговорить. В-третьих, мам надо чем-то отвлечь или занять, иначе, они с нас с живых не слезут.
- Чем мы их займем?
- У меня идея – что, если мы попросим их придумать сценарий для свадьбы?
- Ещё одна свадьба? С кем??
- Мы же не делали торжество, а родителям, особенно мамам, очень хочется. Попросим мам заняться, на пару месяцев мы их нейтрализуем.
- А, что потом?
- Придумаем, что-нибудь, - пожал плечами мужчина.
- Витя, но, если они организуют торжество, нам же придется на нем присутствовать!
- Подумаешь – что в этом сложного? Походишь нарядная, потанцуем вальс.
- Поцелуемся раз этак сто, - продолжила Ирина, - под крики «горько»…
- В этом, тоже, нет ничего сложного.
- У нас фиктивный брак!
- Это, всего лишь, поцелуи, Ира! От них брак не консуммируется.
Девушка покраснела и отвела взгляд.
- Ира, как мы будем изображать мужа и жену, если ты от меня шарахаешься? Неужели, я тебе настолько противен?
- Нет, с чего ты взял? Вовсе, не противен, - еще больше смутилась девушка.
- Тогда, надо бороться с твоими страхами и неуверенностью!
- Как? – жена подняла на него свои невозможные глаза, в которые он боялся смотреть, рискуя утонуть.
- Клин клином вышибают, - ответил мужчина и медленно наклонился и невесомо коснулся её губ. – Видишь? Ничего страшного с тобой не случилось.
- Д-да, - неуверенно кивнула девушка.
- Но, молодожены так не целуются, нас сразу раскусят, поэтому придется научиться делать это по-настоящему. Не бойся, против твоей воли ничего не будет!
- Только поцелуи? – решила уточнить Ирина.
- Да. Нам надо выглядеть убедительно. Но, мы не будем спешить, у нас пара месяцев на подготовку, точно, есть! Давай, звони своей маме, а я – своей. И, чуть не забыл – я договорился насчет острова, в шесть вечера, в эту пятницу, нас будет ждать катер.
Покинув фиктивную супругу, Виктор прошел к себе и замер посередине спальни.
Он её поцеловал!
Ну, если быть честным, то это был не поцелуй, а, так – эскиз, лёгкий штрих, намёк на поцелуй.
Но Ирина не врезала по щеке, не отпрыгнула, хотя, было видно – немного растерялась.
Перед глазами возникло лицо девушки с наивно распахнутыми глазами и полуоткрытыми розовыми губами.
И захотелось повторить.
Виктор Алексеевич, да вы, батенька, поплыли… Качественно, так.
Чёрт, и как ему всё провернуть, чтобы влюбить жену, до того, как она увидит, что он сам – по уши?
Его собственный опыт и опыт друзей учит – если женщина знает, что ты уже готов, то сразу сядет на шею. А хочется иных отношений, не «госпожа – раб». Хочется, чтобы влюбилась, потеряла голову, чтобы он стал ей необходим, как воздух. И тогда, вот тогда, он и откроется. Не раньше!
Мужчина прошелся по комнате, рассеянно посмотрел на пустую собачью лежанку.
Раз, доберманша переселилась в спальню к Ирине, то надо перенести и её постель.
Ирина всё набиралась духу, чтобы позвонить маме.
Не то, чтобы она боялась разноса. Придется врать, а это делать она очень не любила.
Обругав себя нерешительной трусихой, Ира нажала на вызов.
- Дочь, ты смерти нашей хочешь? – вместо приветствия выпалила мама. – Разве так можно обращаться с родителями? Мы места себе не находим, а ты ни на звонки, ни на смс не отвечаешь!
Неожиданно стало обидно.
- А, когда вы меня на необитаемый остров обманом отправили, где связи вообще нет – вы не думали, что нельзя так с дочерью обращаться?
- Ириша, но, ведь, ты там была с Виктором!
- Так, я и сейчас – с Виктором. Причем, не на острове, а посреди цивилизации, где и МЧС, и неотложки работают круглосуточно. Почему же, тогда, вы считали, было нормально, а сейчас, стоило мне замолчать на полдня – вы места себе не находите?
- Ира, ладно, извини, я не права. Нам надо встретиться и поговорить.
- Не надо! То есть, я очень занята. У нас все хорошо, даже – отлично! Просто, пока ни на что нет времени, - испугалась девушка.
Вот, только мамы ей сейчас здесь и не хватает! Увидит, что у них не просто отдельные спальни, а вообще, на разных этажах – замучаешься объясняться. Да и в остальном, Виктор прав, они не ведут себя, как молодожены, скорее, как хорошие знакомые. Мама это мигом рассмотрит и поймёт.
- Мама, мы с Вик… Витей хотели вас с Таисией Сергеевной попросить об одолжении.
- О каком одолжении? – немедленно проглотила наживку Марина Геннадьевна.
- Мы расписались, но свадьбы не было. Может быть, вы, как более опытные, сможете придумать сценарий торжества? Чтобы, всё было красиво, и не как у всех?
- Придумать свадьбу? – Ирина прямо увидела, как заблестели мамины глаза – «вижу цель!»
- Да. Нам совершенно некогда. У Вити – работа, он совсем себя загонял. У меня – пятый курс и диплом. Выручите?
- Конечно!!! Кто ещё поможет, как не родители? Когда вы хотите устроить торжество?
А, этот вопрос они с Виктором не обсуждали. Что же сказать? Он говорил – «на два месяца нейтрализовать»…
- В декабре! – выпалила Ирина, решив – чем дальше, тем лучше. – На католическое Рождество.
- Ой, Ириша, не надо на праздник! Это должен быть особенный для вас день, не стоит делить его с чем-то или кем-то другим.
- Мам, но, ведь, мы уже расписаны! А это будет, просто – торжество, праздник для родных и знакомых.
- Ладно, я поговорю с Таисией. Времени достаточно, всё успеем! И, дочь, я рада, что ты прислушалась к голосу разума, в частности – ко мне и папе. Поздравляю тебя с замужеством!
Уффф!
Ирина перевела дух – кажется, получилось. Надо рассказать Виктору!
Кинула телефон на стол и распахнула дверь, делая шаг в коридор.
Попыталась.
Потому что тут же влетела в твёрдое тело.
Тело охнуло, немедленно обхватило её руками и сквозь зубы что-то пробормотало.
- Вик…тя!
- Иррра! Что же, ты, так резко выпрыгиваешь?
- Откуда я знала, что ты подслушиваешь!? – отреагировала девушка, не спеша разжимать руки - обнимать мужа было приятно.
- Я не подслушивал! – возмутился Виктор.
- Подглядывал???! – ахнула девушка, задирая голову.
- Я лежанку Аришкину нёс! Как-то, не рассчитывал, что ты выскакиваешь из дверей, как кенгуру. Хорошо еще, дверь вовнутрь открывается, если бы наружу – ходить бы мне с разбитым носом или фигналом. И это – на второй день после заключения брака! Ты представь только, что о нас все подумают?
Ирина хихикнула, представив картину: Виктор Крез в костюме от Бриони и туфлях от Берлути, идет, сверкая фонарём под глазом, и шмыгая красным носом.
А вокруг все шепотом передают друг другу: «он вчера женился».
И коллектив убежденных холостяков, прямо на глазах, пополняется новыми фанатами.
- Я с мамой поговорила, хотела поделиться, - пояснила девушка свою торопливость. – Она согласилась и, мне показалось, очень обрадовалась.
- Отличная новость! Тогда, мне моей и звонить не надо, - воодушевился молодожён. – Мне надо знать какие-то нюансы?
- Мы хотим свадьбу в декабре. Лучше бы – в июне, но мама…
- В июне и через три года. Или – через восемь, когда наш первенец пойдет в школу, - подхватил Виктор. – Не делай такие глаза, я шучу. Декабрь, вполне подходит. Куда положить собачью лежанку?
- Не знаю, - пожала плечами девушка. – Боюсь, эта нахалка уже выбрала себе спальное место – мою кровать.
- Зачем же ты ей разрешаешь? Она воспитанная собака, прикажи – на место – и она уйдёт.
- Ты уверен? – с сомнением переспросила Ира. – Мне кажется, она меня не слышит или не понимает. Десять раз сказала, но она делает вид, что это её не касается.
- Тогда, просто, спихни её на пол.
- Просто? Да она весит, как я! Ещё и упирается!
- Ясно. Зайду сегодня пожелать тебе спокойной ночи и, заодно, напомню собаке, где её спальное место.
- Хорошо, - расставаться не хотелось, но говорить, вроде бы, уже не о чем?
Ирина помялась, не зная, вернуться в комнату или сходить на кухню, выпить воды.
- Ир, поехали в Сохо! – выпалил муж.
- Куда?
- В ресторан.
- Зачем? Я приготовила ужин.
- Понимаешь, будет подозрительно, если мы нигде не станем показываться. Потом, ты забыла? – нам надо привыкать друг к другу, чтобы наши родители ничего не заподозрили. Привыкать вести себя на людях, как ведут муж и жена. Не можем же мы сразу предстать под перекрёстный огонь взглядов наших проницательных мам? Для начала, нам надо бывать вместе в людных местах, репетировать. Я буду за тобой ухаживать. Ну, как влюблённый муж ухаживает за своей молодой и любимой женой, а ты – будешь учиться принимать эти ухаживания, как должное. Нет, я неправильно выразился – не как должное, а – с благодарностью и радостью.
- Когда я соглашалась на фиктивный брак, вздохнула Ирина, - то не думала, что мне придётся пройти ускоренный курс молодого артиста, специализирующегося на импровизациях. Ладно, надо так надо. Сколько у меня есть времени?
Виктор посмотрел на часы, что-то прикинул и ответил:
- Час. Уложишься?
- Вполне. Тогда – через час в холле? И, положи уже, куда-нибудь лежак!
Мужчина пристроил доберманье лежбище в угол между кроватью и стенкой, и поспешил к себе.
Надо было не только забронировать столик, но и привести себя в порядок.
Ему хотелось, чтобы Ирина взглянула на него с восхищением.
***
Тамара ничего не могла понять – почему, ну, почему Виктор предпочел ей домработницу? Это же, уму непостижимо – человеку его круга жениться на прислуге!
Сумасшедшая любовь?
Но, когда он успел настолько влюбиться, если до того, как она поведала ему о своем интересном положении, он встречался только с ней? По крайней мере, регулярно, три раза в неделю, как по расписанию.
Она заметила бы, влюбись мужчина в другую. Но Витя был, по-прежнему, внимателен к ней, любовью занимался со вкусом и не скупился на ласки.
Нет, другой женщины у него не было!
Тогда – почему столь скоропалительная свадьба?
Свадьба! – мысленно она стукнула себя по голове.
Свадьбы же не было!
Люди его круга такое событие не спускают на тормозах. Женитьба младшего Креза обязана была стать событием года.
Тамара поёрзала, разминая затекшие мышцы – сидит на одном месте уже второй час.
И от догадки похолодела – неужели, кроме неё, он спал ещё и с прислугой, и та залетела? По-настоящему, а, не как она…
Чёрт, все планы псу под хвост!!!
Столько времени она подстраивалась под мужчину, старалась быть милой, отзывчивой, ничего для себя не требовала, а его просьбы и фантазии удовлетворяла с охотой. Старалась стать лучшей и незаменимой. Но, время шло, а Витя, как-то, не спешил замечать, какая удобная девушка рядом с ним. Удобная, полезная, добрая, веселая и не навязчивая, и не спешил звать такое сокровище замуж. Тогда она и решила привести в действие план Б, но, где-то просчиталась.
Тамара надеялась, что Виктор, если немедленно не потащит ее в ЗАСГС, то не перестанет с ней встречаться. А, там, она доведет его ласками до умопомрачения и уговорит не надевать резинку. Раз, всё равно, она залетела, смысл предохраняться, если можно получать ощущения в полной мере? Она была уверена, что мужчина легко согласится, а, там, и до настоящей беременности рукой подать.
Казалось, до заветной цели оставались сущие пустяки, но тут, как черт из табакерки, выпрыгнула домработница. Или кухарка? Тома не помнила, кем эта выскочка работала у Креза.
Подсуетилась, стерва, и успела залететь.
Поэтому и свадьбы нет – брак по залёту и не с ровней.
Злость давила.
Она столько времени убила, окучивая перспективного мужчину, но, в самый последний момент, ей перешли дорогу!
В любом случае, Виктор мог выставить из дома прислугу и жениться на ней, Тамаре и, раз этого не сделал, то у этой девчонки есть на него более сильный рычаг давления.
Что же ей делать? Бросить всё и начать охоту заново? Еще год или два окучивать очередного толстосума? Но, где гарантия, что она сможет быстро найти замену, потом, Виктор – молод и красив, приятен во всех отношениях, а большинство состоятельных и ещё не женатых мужчин – старики и всякие самодуры. Кто знает, на какого нарвёшься?
Тамара встала и подошла к окну, накручивая на палец прядку волос.
Надо получше познакомиться с выскочкой. Она выберет время, приедет в дом, когда Виктора не будет, типа, попросить прощения за свое поведение.
Девушка хмыкнула – не следить же ей за дорогой, сидя сутками в кустах у шлагбаума?
Кстати, про шлагбаум…
Она вспомнила, как «ел» её глазами один из охранников, сидящий на въезде в посёлок.
Ну, вот и нашлось «средство»!
До поселка добралась на маршрутке, оставшиеся сто метров шла, озираясь на звук каждого автомобиля.
Не хотелось бы нарваться на Креза, когда она так близка к цели!
На её счастье, дежурил как раз тот самый охранник.
Развести мужика ей ничего не стоило – несколько томных взглядов, хлопающие ресницы и завуалированное обещание неземного блаженства. Виктор – смешное совпадение, охранника тоже звали Виктор! – сходу поверил, что девушка прониклась к нему чувствами, и согласился помочь – сообщить, когда машина Креза, разумеется, с хозяином внутри, покинет поселок.
- Понимаешь, Витюша, - Тома водила пальчиком по предплечью мужчины, - я оставила у Креза в доме очень дорогую мне вещь – кольцо, подарок покойной бабушки. Фамильное, между прочим. Сняла его, когда мыла руки и, мокрыми, не удержала. Кольцо упало на пол и закатилось под ванну. Хотела попросить хозяйскую прислугу помочь достать, но…
Тамара картинно приложила к уголку глаза платочек и судорожно всхлипнула.
- Виктор Алексеевич схватил меня и стал… Ну, ты понимаешь… Прямо на столе… А я - не такая! Еле-еле вырвалась и сразу убежала. Теперь, ты понимаешь, что я не могу появиться там, если хозяин дома? Прислуга меня знает, впустит, я, быстренько заберу кольцо и сразу назад. Мне надо-то, всего, полчаса!
История была шита белыми нитками, но охранник заглотил её, как голодная рыба – червяка на крючке.
- А, ты мне сразу понравился. Видно, что мужчина серьёзный, надежный. Не то, что эти богачи, им лишь бы поиграть. Я буду ждать за остановкой, вот мой номер, сразу позвони, хорошо?
- Чего это – за остановкой? Оставайся в каптёрке. Всё равно, я сегодня один, никто не увидит.
- Ой, это было бы замечательно! Но, точно, никто не войдет?
- Точно. Буратинам без надобности, а мой напарник на сегодня отпросился, зуб у него, челюсть разнесло, уехал лечиться.
- Чудесно! Только, - Тамара вопросительно посмотрела на мужчину, - я не хотела бы, чтобы наш с тобой первый раз был здесь.
- Я не кролик, - заржал охранник, - люблю с чувством, с толком, с расстановкой. Тут я на работе, ни на секунду нельзя глаз отвести, всё время, то приезжают, то уезжают, только успевай шлагбаум поднимать. Хорошо, хоть, машины жителей я не записываю, только приезд и отъезд гостей. Нет, красавица, мы с тобой спешить не будем. Встретимся после смены, завтра.
- У тебя? – с придыханием спросила девушка и опять провела ноготком по рукаву мужчины.
С улицы раздался звук клаксона.
Охранник чертыхнулся, бросился к окну, вернулся через несколько секунд.
- Тебе везет! Только что Крез проехал.
Тамара подскочила к Вите номер два, чмокнула того в губы, произнесла:
- С нетерпением жду нашего свидания. Ты – потрясающий!
И вынеслась на улицу.
Звонить пришлось довольно долго. Но, наконец, дверь открылась.
Увидев ту же самую домработницу, Тамара еле сдержалась, чтобы не вцепиться ей в лицо.
- Добрый день!» - как можно более приветливо, поздоровалась она. – Пожалуйста, не прогоняй меня! Я ничего не требую, правда! Мне очень стыдно за свое поведение, видимо, это из-за беременности. Настроение всё время скачет, да ты, верно, и сама это знаешь. Я хотела извиниться за безобразную сцену на Сенном, и за ту – еще раньше.
Жена Виктор смотрела спокойно, без злости, но приглашать внутрь не спешила.
Блин, такой вариант она не рассматривала. Неужели эта вертихвостка не впустит её в дом, не станет с ней разговаривать?! Как же она узнает, на какой крючок домработница поймала мужчину? Видимо, придется прибегнуть к хитрости…
- Всё нормально, - ответила прислуга, явно, собираясь закрыть перед носом Тамары калитку. – Я не сержусь, не обижаюсь и уже всё забыла. Не стоило себя утруждать, но извинения приняты.
Том улыбнулась, прижала руку к груди и открыла рот. Но сразу закатила глаза и рухнула на землю.
Как и ожидалось, кухарка сразу выскочила на улицу, принялась трясти её и паниковать.
- Воды, - слабым голосом попросила Тамара. – Солнце, напекло…
Не выставит же эта самозванка упавшую в обморок беременную?
И молодая жена её ожиданий не обманула – помогла подняться и дойти до шезлонга, устроила в тени и помчалась за водой.
Но дальше план дал трещину – вместе с наивной женой к шезлонгу спешила экономка.
Светлану Дмитриевну так просто не проведешь.
- Что это, ты тут за представление устроила? – экономка отправила бывшую домработницу в дом, сказав, что сама посидит с Тамарой, а она, пусть, вызовет такси.
- Какое представление? – слабым голосом пробормотала девушка, досадуя, что поговорить с женой не получится. – Я перегрелась, мне плохо. У беременных это бывает.
- Так, то – у беременных. Ты-то причём? – жестко отреагировала Светлана Дмитриевна.
- Но я же… У меня же…
- Тамара, передо мной можешь не стараться, не пройдет. Ты такая же беременная, как я – балерина, - припечатала экономка. – В твоих интересах, прямо сейчас, не дожидаясь такси, исчезнуть. В этом случае, Виктор Алексеевич ничего не узнает. Если не хочешь по-хорошему – я вызываю охрану, заявляю, что ты проникла на территорию самовольно. Ночь в кутузке тебе будет обеспечена.
Тамара выпрямилась и обожгла женщину ненавидящим взглядом.
- Вот, теперь ты похожа сама на себя! Не спрашиваю цель твоего визита, просто, запомни – еще раз попробуешь запудрить мозги Ирине или портить жизнь Виктору Алексеевичу – пожалеешь.
- Р-р-р!!!
Тамара тихо ойкнула и сжалась – перед ней возникла скалящая зубы собака.
- Уберите её! Я боюсь, - взмолилась девушка. – и замахала руками на доберманшу, пытаясь ударить или оттолкнуть.
Собака оглушительно гавкнула и приблизилась вплотную.
- Ариша, аус! – скомандовала экономка, и обратилась к Тамаре. – Даже собака чувствует, какая ты. Убирайся, я придержу её.
- Я боюсь собак! А эта меня с первого дня ненавидит, и Виктор ни разу её за это не наказал! – всхлипнула Тамара, бочком-бочком пробираясь мимо доберманши к двери.
- Почему, он должен наказывать свою любимицу, которая защищает его от нечистоплотных людей? Надеюсь, больше тебя никогда не увидеть.
Злая, потная, испуганная, Тамара выскочила за дверь и, на эмоциях, понеслась в противоположную от выезда сторону.
Нахалка! Какая же, эта приживалка – нахалка! Можно подумать – она там хозяйка! И собака эта… Монстр! Любимица, видите ли…
И её осенило – Виктор выкинул её из своей жизни? Использовал и выкинул? Неважно, что он сразу, еще до развития отношений сказал, чтобы ни на что не рассчитывала. Неважно, что она согласилась и приняла это условие. Она же рассчитывала, что он, со временем, привыкнет к ней и привяжется! А, если бы, она на самом деле была беременна? Выкинул бы беременную??! Ах ты, скотина!!! Пусть, тебе будет также больно, как и ей!
Найти интересующую информацию не составило труда.
Еще два дня ушли на приобретение необходимого и ожидание, когда у Виктора-охранника будет его смена.
- Не положено, - бухтел напарник. – Пропуск на территорию, по инструкции, только для гостей, по разрешению местного жителя. Сам знаешь, какой здесь контингент, оглянуться не успеешь, как или вышвырнут, или в суд подадут.
- Серёг, да, она ко мне! Мы в каптёрке посидим, зачем ей в посёлок?
- Ну, если, в каптёрке, - с сомнением протянул Сергей. – Пусть не маячит на дороге, я не хочу лишиться этой работы.
Тамара благоразумно молчала.
Сидеть пришлось битых три часа.
Её поили чаем, развлекали анекдотами и рассказами «из жизни», а ей приходилось изображать живой интерес и повышенное внимание к Виктору-охраннику.
Через три часа терпение напарника не выдержало.
- Ну, вы тут со своей черёмухой, я, блин, Витьк, запарился один стоять. Двигай на улицу, а мне надо в сортир. Простите, девушка.
Тамара продемонстрировала резиновую улыбку.
Ей нужно минут десять – дойти до дома Креза и сразу вернуться назад.
Сергей удалился в «кабинет задумчивости», Виктор-охранник – к шлагбауму, а Тамара, через боковую дверь припустила вглубь посёлка. Ну, как – припустила? Пошла, изображая праздно прогуливающуюся гостью или хозяйку – бегущая девушка привлекла бы внимание.
Дошла до нужного забора, оглянулась – никого. Камеры есть, она их еще в первый визит заметила, но – со стороны ворот и дверей. Ещё раз, оглянувшись и продолжая медленно идти, она сунула руку в сумочку и один за другим, кинула через забор несколько мясных шариков. И тут же свернула на боковую улицу и – назад, к выходу.
Только ввалилась в каптёрку, как в основную дверь заглянул Виктор:
- Не скучаешь?
- Нет, сижу, мечтаю, как мы проведем вместе выходные, - ответила Тамара, стараясь унять скачущее сердце.
- Прошлый раз ты тоже мечтала, а сама не пришла, - с обидой проговорил мужчина.
- Говорю же – мама приехала, не смогла я! Ко мне – нельзя, одна комната же. К тебе – тоже не один живешь. И что нам, как подросткам – по кустам шухериться?
- Ладно, понял. До конца смены еще пять часов. Будешь ждать?
- Нет, пойду домой, мама волнуется уже, наверное. Витя, я позвоню тебе завтра, хорошо?
Тут из туалета вернулся напарник, сердито отправил Виктора на улицу, и Тамара, с чистым сердцем, попрощалась.
Была опасность попасть на глаза, пока она шла к остановке, но миновало.
Уже дома, вспоминая, что и как было, она переживала – как же узнать – исполнится её месть или нет? Эх, жаль, она не увидит лица Виктора! И, жаль, что он не узнает, что это – месть за его отношение к ней.
Тамара поёжилась: а, если узнает???
***
Дни до пятницы пролетели – как один.
Виктор взял за правило каждый вечер вывозить Ирину – то в ресторан, то на концерт, то, просто – на прогулку.
- Нам надо держаться на людях естественно, - объяснял он фиктивной жене, обняв ее за плечи.
Ира хихикала про себя, но не протестовала – в конце концов, муж прав – им, на самом деле, нужно научиться вести себя друг с другом непринужденно.
Потом, ей нравилось проводить с ним время.
Виктор был прекрасным собеседником, не путал Бабеля, Бебеля и Гегеля и неплохо ориентировался в литературе и искусстве.
Правда, она чувствовала себя не совсем удобно, ведь, она тут на работе, но готовить у нее получается редко.
С другой стороны – она не по своей воле «прогуливает», а по желанию работодателя, поэтому – какие к ней могут быть претензии? А мясо для шашлыка она замаринует, чтобы вечером на острове они могли угоститься.
Поездку на Волгу она ждала с предвкушением чего-то волшебного, доброго и романтичного.
Тщательно пересмотрела свой гардероб, долго раздумывала, какой купальник взять. И решила съездить и купить новый.
Виктор был на работе, отвезти ее было некому, поэтому Ира собралась на остановку. Но когда она вышла на улицу, рядом притормозили Жигули, за рулем которых сидел садовник Креза.
- Вы в Саратов? – спросил он. – Садитесь, отвезу. Чего в маршрутке трястись, я, все равно туда еду.
- Да, решила быстренько съездить, - откликнулась девушка. – Спасибо, большое!
Миновали шлагбаум, Ира рассеянно смотрела в окно и вздрогнула, узнав Тамару в женщине, которую они обогнали. Бывшая любовница бодро шагала к остановке.
Интересно, что она здесь делает?
Но шопинг – увлекательное занятие для любой девушки. Ирина погрузилась в купальниковое море, и Тамара благополучно выпала у неё из головы.
Вечером Виктор, Ира и приплясывающая от нетерпения собака погрузились на катер и через полчаса были на знакомой турбазе.
Пока Виктор переносил в домики их вещи, Ариша сразу же принялась носиться вокруг, с каждым кругом увеличивая расстояние.
- Чур, я в тот же домик, где в июне жила!
- Ир, это помещение для персонала, а мы – гости! Выбирай любой гостевой!
Выбрала, заселилась и поспешила на берег.
Погода стояла – на зависть. Теплынь, будто не конец августа, а середина июля.
Ирина ловила лучи заходящего солнца, посматривая вполглаза, как Виктор жарит шашлык.
Ариша бегала туда-сюда, таскала палки.
Вдруг глаз Иры зацепил, что походка собаки изменилась, стала шаткой.
- Витя! – испуганно крикнула она и, когда мужчина повернулся, показала на доберманшу.
Собаку шатало, она сделала шаг, другой и упала навзничь.
- Ариша! – Виктор бросился к любимице, Ирина бежала следом.
Собака лежала, вытянувшись, растопырив ноги, закинув голову. И, казалось, не дышала.
- Витя, - Ира прижала руку во рту, сдерживая крик. – Что с ней??!
- Что-то ядовитое съела, - бросил Виктор и помчался к служебным помещениям, крикнув на ходу. – Будь здесь, я за рацией и аптечкой.
Девушка, с ужасом, смотрела на Аришу, всего пятнадцать минут счастливую и веселую, и не замечала потока слёз, струившихся по лицу.
Судорога отпустила, но, вместо того, чтобы встать, Ариша стала биться в конвульсиях, ударяясь головой о песок.
Ира упала на колени, подложила свои руки под голову собаки, пытаясь смягчить удары.
- Аришенька, милая, только не умирай! Я очень тебя прошу, держись! Сейчас Витя поможет, он все сделает, только – живи! Я тебя очень люблю, хочешь – всегда спи в моей кровати и подушку мне ни капли не жаль! Ариша, живи!
Виктор схватил рацию, спешно передал сообщение. Выслушал, что катер сию секунду выходит, и бросился смотреть аптечку.
В аптечке искомого не было. С отчаяньем оббежав глазами помещение, мужчина наткнулся на холодильник, подскочил, открыл – на полочках в дверце лежали коробки с лекарствами. Лихорадочно стал перебирать и – о, счастье! – 10 ампул В6. На такую крупную собаку – мало, но, хоть что-то!
Не медля ни секунды, он схватил коробку, шприцы и помчался назад. Еще издали увидел стоящую на коленях, ревущую в три ручья Иру и распластавшуюся на песке любимицу.
- Сейчас, сейчас, - торопливо сломал прямо пальцами кончик первой ампулы и набрал в шприц, взялся за вторую, третью.
Ирина, очнувшись от ужаса, бросилась помогать.
Собака снова забилась в конвульсиях.
- Витя, что же это? Она выживет?
- Она постарается. Да, Ариша? Ты нас сильная девочка. Катер вот-вот подойдет, в клинику сообщили, только бы успеть!
- Что ты ей колешь?
- Это антидот к яду, - коротко пояснил муж. – Его мало, но больше нет. Лучше, чем ничего.
- Как ты определил, что за яд? – Ирине надо было что-то делать, говорить, спрашивать, чтобы не скатиться в яму ужаса и отчаянья.
- Только один яд дает такую картину, - отрывисто ответил Виктор и встал, поднимая собаку на руки. – Я на причал, а ты, пожалуйста, вернись в мой домик, возьми мою барсетку, она на кровати лежит. Там ключи, деньги, телефон. И скорее к нам, я уже вижу катер.
Ира плохо помнит, как они ехали до берега, потом – летели на машине. За дорогу у доберманши еще два раза начинались судороги.
В клинике Аришу у них сразу забрали и увезли, а они остались ждать, считая минуты.
Временами, мимо проходили врачи, но им никто ничего не говорил. Виктор, посеревший от переживаний, осунувшийся, сидел, стиснув руки. Ира, умирая от жалости к нему и к собаке, плакала и не могла остановиться.
- Иди сюда, - мужчина очнулся, увидел, в каком состоянии его жена и притянул её к себе. Обнял, уткнувшись носом ей в волосы, прижал.
- Тихо, Ириша, что, ты? Аришка у нас молодец! Она обязательно справится. Не плачь, не рви мне сердце, всё будет хорошо.
- Так долго, - всхлипнула Ира. – Я боюсь, Витя, очень боюсь. Врачи ходят мимо и ничего не говорят.
Муж приподнял её, усадил себе на колени, обнял руками, закрывая от всего плохого, укутал, невесомо поцеловал в висок.
- Не плачь, Ириша. Мы – вместе, я вколол ей антидот, доставили в больницу быстро. Это не фунт изюма, это опасный яд, быстро не получится его вывести. А врачам некогда разговоры разговаривать, они спасают. Знаешь, как говорят о разных врачах? – девушку надо было отвлечь, он старался, как мог, хотя, у самого на душе скреблись не кошки, а бенгальские тигры.
- Как? – Ира доверчиво прижалась к нему, обняла.
- Врачи лечат наше тело, а ветеринары лечат наши души, - продолжил Виктор. – Здесь очень хорошие врачи, они стараются. Наберемся терпения.
Виктор увидел доктора, который шел к ним, сердце у него предательски ёкнуло и замерло, а потом, понеслось вскачь.
Видимо, услышав сбившийся ритм или, просто почувствовав, Ирина оторвала заплаканное лицо от рубашки мужа и повернула голову.
Оба затаили дыхание.
«Пожалуйста! Ну, пожалуйста, пусть она выжила!» - молилась про себя девушка. – «Я буду папу слушаться, больше не буду с ним спорить, всё, что хочешь! Только, пожалуйста, спаси Аришу!!!»
- Доктор, - Виктор не выдержал, встал навстречу, не дождавшись, когда врач подойдет ближе. – Я… Мы… Как наша собака?
Голос дрогнул, выдавая страшное волнение.
- Она выкарабкалась, - ответил доктор. – Ну, ну, что вы!
Ирина, громко ахнув, бросилась к врачу, схватила его за руку и запричитала, заливаясь слезами:
- Ариша! Вы ее спасли? Мою Аришу! Она будет жить? Правда же, с ней теперь всё будет хорошо? Правда?
- Да, она справилась, - отвечал врач, растерянно глядя на Виктора.
Тот, проглотил комок в горле и перетянул девушку к себе, обняв её за плечи.
- Спасибо вам, доктор! – с чувством сказал он. – Мы с женой очень любим нашу собаку, даже не представляю, что бы с нами было, если…
Он махнул свободной рукой и почувствовал, как комок опять вернулся.
- Мы можем её увидеть?
- Да, пойдемте. Она ещё слаба и нуждается в наблюдении, поэтому, мы оставим ее в стационаре на день или два. Повезло, что она такая крупная и сильная, еще и вы вовремя вкололи ей пиридоксин. Не плачьте, собаки всё чувствуют. Ей и так нелегко, не надо, чтобы она видела вас такими расстроенными, - строго предупредил доктор, перед тем, как открыть дверь.
Ариша лежала на столе, к ее лапе была подключена система.
Ирина подошла ближе и увидела, что доберманша не спит.
- Ариша! – она положила руку на рыжую морду, провела по глянцевой шерстке и опять залилась слезами, почувствовав, как полуживая от пережитого собака нашла в себе силы провести языком.
- Всё, всё, вы волнуете её, остановил доктор. – Приходите завтра. Если все показатели будут в норме, мы отпустим пациентку домой.
Виктор быстро наклонился к коричневой голове, прижался щекой, огладил глянцевый бок.
- Держись, Аришона, завтра мы тебя заберём!
Домой ехали морально опустошенные, выпотрошенные и истощенные.
Возвращаться на остров не хотелось – и настроение пропало, и, что там делать, без рыжей нахалки?
Светлана Дмитриевна, тоже, в слезах, предложила ужин, но есть никому не хотелось. Посидели, молча, и разошлись по спальням.
И в спальне Ирину опять накрыло.
Увидела пустую лежанку, а потом поняла, что ей не хватает наглой тушки под боком.
Так грустно и одиноко.
Как она там? Ей тоже – грустно и одиноко. Чужое место, чужие люди…
Ирина опять всхлипнула и поняла, что не может одна, что с ума сойдет, если останется в одиночестве.
Она встала, прямо в пижамке, завернулась в одеяло и прошлепала по коридору, поднялась на второй этаж, постучала в спальню мужа.
- Ирина? – растерялся мужчина. – Что-то случилось? Тебе плохо?
- Да, мне плохо, - кивнула она, задрав голову и глядя ему в глаза. – Можно, я сегодня останусь с тобой? Я не буду к тебе приставать, просто, мне так одиноко и страшно там… без Ариши…
Не говоря ни слова, мужчина сгреб фигурку на руки, вместе с одеялом и перенес на кровать.
- Хочешь чаю? Или – поесть?
- Нет, спасибо. Побудь со мной, пожалуйста, - жалобно попросила Ирина.
Виктор скользнул рядом, обнял кокон и осторожно поцеловал зарёванную жену в уголок глаза.
- Не плачь, Ириша! Мне невыносимо видеть тебя такой печальной! Смотри, глазки красные, носик опух, завтра встанешь – в зеркале увидишь китаянку. Что Ариша подумает? Решит, что это не ты.
- Не узнает? – сквозь всхлип вырвался смешок – Ира представила, какая картина её ждет завтра в зеркале.
- Удивится. Как сказал доктор – не будем её волновать.
- Знаешь, у меня никогда не было собаки, - заговорила Ира, уютно пристроив голову на плече у мужа. – И я даже не знала, какие они бывают. Думала – ну, собака. Лапы, хвост и шерсть. Бегают, гавкают, гадят, где попало. А они… она – потрясающая! И мне еще не приходилось терять тех, кого я полюбила. Когда я осталась там, на берегу, с Аришей, я думала, что у меня сердце от страха и ужаса разорвется. Ужасно, когда ты видишь, как страдает живое существо, а сама ничем помочь не можешь. Если бы она… если бы с ней… Не знаю, что со мной было бы.
- Всё хорошо, моя родная, уже всё позади, - Виктор поцеловал в висок, взъерошил носом волосы. – Завтра заберём домой, и всё пойдет, как раньше.
- Как раньше? – заворожено глядя ему в глаза, переспросила девушка.
- Как раньше, - подтвердил Виктор и, внезапно даже для себя самого, выпалил. – Я люблю тебя.
Ире показалось, что у неё слуховые галлюцинации.
Кстати, ничего удивительного –столько реветь – вполне можно дойти и до состояния галлюцинаций.
Она повернула голову и встретила горячий взгляд, полный ожидания и надежды.
Жар опалил её лицо, промчался по всему телу и сконцентрировался в районе сердца.
- Витя…
- Т-ш… Не говори, не отвергай. Дай мне минутку, помечтать и надеяться. Я помню про договор, что обещал фиктивность и всё такое, - торопливо заговорил муж, - Но не смог остаться равнодушным. Ты такая… Настоящая! Живая! Красивая! Добрая! Необыкновенная! Самая лучшая! Я не смог устоять, Ира. Влюбился в кухарку Иру ещё на острове и сожалел, что мы расстались. Потом, когда увидел тебя на Кирова – не смог пройти мимо. И рад был до чертиков, что получилось переманить тебя к себе. Ты, прости, я же думал, что ты – кухарка и вел себя не лучшим образом. Думал – мы слишком разные, чтобы быть счастливыми. А сам, исподтишка, любовался тобой и постепенно, влюблялся всё больше. Ты не знаешь, но я часто смотрел, как ты готовишь. Подсматривал. Да, на кухне и в столовой есть видеокамеры. Понимаю, что для тебя это все неожиданно и, наверное, неприятно, но уверяю – я не хотел тебя смущать. И не знал, что делать с собственными чувствами. А потом, случайно, подслушал твой разговор с отцом и решил, что убью сразу двух зайцев – помогу тебе избежать тотального контроля родителей и… и смогу, стать тебе ближе, в надежде, что ты, может быть, обратишь на меня внимание. У меня был коварный план – влюбить тебя, и мне уже было всё равно, кухарка ты или учитель русского и литературы. Я влюбился, как дурак. Когда узнал, что ты – Славичева – чуть джигу не сплясал. Наверное, если бы не несчастье с Аришей, я ещё долго ходил бы вокруг да около. А тут – не выдержал и раскололся. Ириша, скажи – у меня есть хотя бы один шанс? И не переживай, наш договор я не нарушу.
Не нарушишь? – Ирина внимательно смотрела на мужчину, унимая опять пустившееся вскачь сердце. – Договор о фиктивном браке?
- Да, я сдержу слово, - вздохнул Виктор.
- Точно?
- Точно…
- А, жаль!
- Что?!
Не веря своим ушам, охранник Витя стремительно перевернулся и навис над коконом, жадно всматриваясь в глаза жены.
- Что тебе жаль? Что я признался? Что мы вообще встретились?
- Что ты не собираешься нарушать договор о фиктивном браке.
- Ира!!!
На следующий день они вышли из спальни почти в двенадцать дня.
Счастливая Светлана Дмитриевна, только что не порхала и завалила молодоженов новостями.
- Звонили из клиники, с собакой все отлично, ей сделают еще пару капельниц и после двух часов можно забирать. Я пыталась одной рукой сделать на завтрак блинчики, но получились комочки. Конечно, вам я их не подам, но, если что, на вкус они получились вполне. Особенно, с ежевичным вареньем. Садовник принес вот это, говорит, нашел под аллиумом.
Виктор, не выпуская из руки ладошки жены, наклонился и посмотрел на то, что лежало на тарелке.
- Гм… Похоже, на мясной шарик?
Потыкал его, сначала осторожно, потом, сильнее, пока шарик не развалился на две половинки, показав, что внутри него есть какие-то таблетки.
- Это то, о чем я думаю? – нахмурился он.
- Видимо, да. Бедная Ариша! Не знаю, сколько было таких, но этот она не нашла, а то, мы бы так и не узнали, как яд попал в собаку.
- В принципе, я подозревал, что подкинули, - признался Виктор. – Ведь, она нигде, кроме дома эти дни не была. Но – кто? Здесь все свои, знаем друг друга много лет, прекрасные отношения с соседями. Ариша никогда никого не пугала, и повышенной гавкучестью она не отличается, не то, что шпиц Замойских. Кому могла помешать наша собака? Чужие здесь не ходят.
- Я вчера видела Тамару, - отмерла Ирина. – Мы ехали в город, садовник меня подвозил. А она шла от КПП к остановке.
- В какое время? – голос Виктора стал жестким и колючим.
- Эм… Около часа.
- Хорошо, я разберусь, - муж привлек Ирину к себе и поцеловал. – Светлана Дмитриевна, тащите ваши «блинные комочки»! И ежевичное варенье! А то, у меня жена голодная.
Ариша встретила их, приплясывая и повизгивая.
Обошлось! На самом деле – всё обошлось!
Да, с собакой передали список лекарств, какие ей еще некоторое время необходимо давать, да, ее надо будет свозить на приём два-три раза, но в остальном – та же самая Ариша.
Виктор уехал в офис, сказал – на пару часов.
На радостях, Ирина решила закатить праздничный ужин: салат «Уолдорф», курицу в дыне и фрителли из яблок.
Пока крутилась, время шло незаметно. Еще и Ариша, привычно изображала копилку, время от времени показывая глазами, что – во-о-н, тот кусочек, она бы съела. И вот этот. И, ещё – тот.
Жалела ли она, что фиктивный брак стал самым, что ни на есть – настоящим?
Ни капли!
Виктор ей нравился давно. Понравился еще, когда был «охранником Витей». Потом, они расстались, жизнь закрутилась. Второй раз она узнала его, как директора Виктора Алексеевича.
И, как-то, незаметно для себя – влюбилась.
Даже удивительно – столько лет никто не мог подобраться к её сердцу, а тут – проняло. И сама себе боялась признаться, что хочется большего, а репетиции естественного поведения заставляли ее замирать от восторга и мысленно желать, чтобы они длились подольше.
Витя, её Витя! – был не только очень привлекателен внешне. Он полностью совпадал с ней в привычках и пристрастиях, с ним было легко и интересно. Да, замуж она не собиралась, но, раз так получилось – может быть, что ни делается – к лучшему?
Родители, да, они могут праздновать – их авантюра, на самом деле, удалась.
Ира вспомнила, как она возмутилась и отказалась ехать «на смотрины».
И, если бы, папы отступились и не придумали им «необитаемый остров»? Ужас, они бы не встретились, и она никогда не узнала бы, как темнеют в моменты страсти его синие глаза, какие нежные у него руки, и как ей тепло и уютно рядом с ним.
Ирина вспомнила реакцию мужа, когда он обнаружил, что женился на девственнице.
Кажется, сначала он перепугался насмерть, и чуть ли не в Скорую собрался звонить, а потом извинялся до самого рассвета.
Смешной. Нежный. Любимый. Мой!
Получается, они зря обижались на родителей?
Да, но если она об этом скажет, то дальнейших попыток вмешиваться в их жизнь и руководить, им не избежать.
Поэтому – покер фейс и – будто так и было.8c847c
По кухне и дому плыли умопомрачительные ароматы.
Где же муж?
Ирина решительно набрала номер.
- Витя, ты скоро? Ужин вот-вот будет готов!
- Да, Ириша, буду минут через сорок. Ты, как? Всё в порядке?
- Нет.
- Что случилось???
- Я соскучилась.
- Ты меня, точно, до инфаркта доведёшь. Уже еду!
Мужчина положил трубку в карман и улыбнулся.
Бегал-бегал от матримониальных планов – и попал, как кур в ощип. Но, главное – рад этому до одури и иного себе и не желает.
Как это его торкнуло признаться? Ведь, собирался ждать, когда девушка сама влюбится, чтобы увидеть – точно, любит.
Но, нервы после случая с собакой, дали сбой, Ира была такая искренняя, так горько переживала, так доверчиво прижималась, что он понял – не может промолчать. Нежность и слова любви так и просились наружу.
Да, рисковал, и готов был получить оплеуху - словами или рукой. Но чувствовал, что должен сказать. Что – хочет сказать.
И сказал.
А дальше… Дальше случилось то, о чём он, и мечтать боялся.
Договор можно спустить в унитаз, потому что он свою девочку никогда не отпустит и будет очень стараться, чтобы у неё и мысли не возникало уйти.
Надо было собираться, дома ждала жена!
Жена… Тепло разлилось в груди. Он заедет в цветочный, и выберет для неё самые красивые цветы. И бельгийский шоколад, он знает, где продают настоящий.
Счастливо улыбаясь, Виктор встал, собираясь покинуть кабинет, и тут раздался звонок сотового.
Посмотрел на дисплей – начальник службы безопасности.
- Да.
- Она во всём призналась. Подробности – лично.
Черт, он обещал Ирине быть дома через сорок минут! Уже – полчаса…
- Завтра, в восемь, в офисе.