Глава 16

Денис позвонил в домофон, но никто не ответил, тогда принялся набирать сотовый Лады, однако ее телефон оказался вообще вне зоны доступа. Отключила. После несколько раз набрал Татьяну, только и она не соизволила выйти на связь.

— Черт, — со злостью засунул смартфон в карман, затем опустился на лавку.

И вот где теперь ее искать? Куда она могла уехать? Что вообще делать? Денис с час просидел на холоде, все ж бабье лето закончилось, и завернули холода. Но этого самого холода он не чувствовал, наоборот, было как-то болезненно жарко, душно, голова так и вовсе огнем горела. А вдруг Лада решила вообще уехать? Например, вернуться к родителям или переехать в другой город. Вдруг она испугалась преследования с его стороны? Какой же он дурак, какой же конченый кретин!

Резко нахлынувшая злость заставила подняться, вернуться в машину, где Денис набрал Суркова:

— Доброго вечера. Сможешь отыскать мне кое-кого по номерам сотовых?

— «Доброго, Денис Викторович. Как срочно?»

— Прямо сейчас.

— «Сбрасывайте номера, сделаю, что смогу»

— Угу.

И действительно через десять минут Сурков отзвонился. Правда, Денис уже успел перепсиховать очередной раз. Вся его выдержка полетела к чертям собачьим, отчего было гадко. Но душа выгорала, в голове царил полнейший хаос. Лада своим появлением выбила из бронированного панциря, заставила чувствовать. Оттого-то теперь сознание хлопьями, сердце кровоточит, мышцы сводит, будто пробежал марафон.

— «Оба телефончика нашлись, причем по одному адресу, который я вам сбросил»

— Премного, Сурков. С меня будет бонус.

А когда Денис прочитал смс, то его глаза резко округлились. Симферопольское шоссе, СНТ «Заря», участок № 67. И чего это Лада там забыла? Но ладно, скоро они встретятся. И Королев отправился по указанному адресу.

Лада с подругой в это время только-только вошли в дом, где уже собралась компания из человек пятнадцати. Честно говоря, Таня очень преувеличила, когда сказала, что Катина дача легко уместит всех. Домик был новый, чистый, уютный, но все ж очень компактный. Однако, как верно говорят, в тесноте да не в обиде.

— Привет, девчонки, — встретила гостей хозяйка. — Рада, что вы все-таки приехали.

Буквально через минут двадцать про тесноту все забыли, потому что заиграла музыка, из бутылок шампанского повылетали пробки. Как выяснилось, Катя праздновала новоселье. И дом этот не просто оказался дачей, а новым местом жительства девушки с ее женихом. Молодая пара решила перебраться за город.

— Вот почему не сказала про новоселье? — прошипела Лада. — Мы заявились без подарка.

— Катька так и сказала, никаких подарков. Так что… — и Таня осушила бокал.

— Ну, мало ли что она сказала. Некрасиво как-то.

— Ладка, перестань. Катя у нас с норовом, как сказала, так и должно быть. Здесь все без подарков. И куда глупее бы мы выглядели, если бы заявились с дарами. Остальные нас бы точно не поняли. Лучше пей, давай. Ты сюда приехала надраться. Только закусывать все же не забывай.

И Лада выпила свой первый бокал. В общем-то, да, она здесь, чтобы расслабиться. Да и народ вокруг приличный. Пять женатых пар, ну и пятеро в свободном полете, из них трое парней. Один из которых так и пялится на нее с самого появления. Все бы им пялиться, но черт с ним, пусть. За первым бокалом пошел второй, притом уже легче. Скоро пузырьки ударили в голову, основательно так ударили. На душе сразу полегчало, печальные мысли растворились в хмеле.

— О-о-о-о, подруга, да ты все, поплыла, — улыбнулась Таня. — Глаза в кучку.

— Угу, это ж шампанское. Мне нельзя пить шампанское, — и вспомнился вечер в номере отеля, где у них с Денисом все случилось впервые, как они оба напились. И внизу живота приятно потяжелело. Как жаль, что их любовь оказалась всего лишь выдумкой, по крайней мере, для Дениса. А может он вообще все устроил специально? Суслов тоже пел о любви, а как получил, что хотел, быстренько избавился от нее, и Королев туда же. Понял, что погорячился, вот и обвинил во всех тяжких.

— Ты чего опять ревешь? — толкнула ее в бок Таня. — Смеяться надо, народ анекдоты травит.

— А мне так смешно, обрыдаться просто.

— Вот сейчас все пойдут танцевать, и ты сходи. Этот красавчик с тебя глаз не спускает, — кивнула на того самого брюнета.

— Еще чего. Я сюда напиться приехала, а не хороводы водить с очередными охотниками.

— Одно другому не мешает. Просто танец еще никого девственности не лишил, как говорила моя бабушка.

А Лада выпила еще бокал, но уже вина, после которого перед глазами все закружилось, завертелось. Пить она никогда не умела, хмелела мгновенно.

Вдруг рядом послышался приятный баритон:

— Потанцуем?

— Ой, я не танцую, — с трудом подняла на него взгляд. — Я пью, — усмехнулась.

— Всегда? — тоже улыбнулся.

— Нет. Только сегодня и только здесь.

— Плохой день?

— Да. Настолько плохой, что даже алкоголь не помогает.

— Значит, надо потанцевать, — и протянул ей руку. — Всего один короткий танец. Обещаю, станет легче.

— Н-да? Уверены?

— Абсолютно.

— Ну, ладно, — вложила свою руку в его. — Ведите!

— Меня, кстати, Игорем зовут. А вас?

— Лада, я просто Лада.

— Очень приятно, просто Лада.

И только они вышли в центр гостиной, только Игорь обнял новую знакомую, как дверь открылась, и на пороге сначала появилась бледная хозяйка, а следом за ней зашли четверо в черных костюмах, одного из которых Лада сразу узнала. Денис как увидел свою женщину рядом с уродом, осмелившимся положить руки ей на талию, так в считанные секунды подлетел к парочке, схватил Ладу за руку и оттащил от мужика.

— Ты что тут творишь? — процедил сквозь зубы.

— Я здесь отдыхаю, — пожала плечами, — вот с, — посмотрела на остолбеневшего парня, чье имя уже вылетело из головы, — с…с… а, да, с Игорем танцевать собралась. А ты здесь что забыл?

— Эй, мужик, ты вообще кто? — подошел к Королеву жених Кати. — Мы сейчас полицию вызовем.

— Нет необходимости, — перевел на него взгляд, — я приехал за своей невестой.

— А я тебе не невеста, — встала руки в боки. — Я засланный конкурентами шпион, предательница, в общем, редиска. Но никак не твоя невеста, господин Королев.

— Нам надо поговорить, идем, — потянул ее за собой.

— Не хочу я разговаривать, — попыталась высвободиться, тут и остальная часть мужского населения поднялась, но быстро сели обратно, когда охрана Дениса продемонстрировала оружие.

— Придется, Лада. Потому что, — склонился к ней и зашептал на ухо, — или ты пойдешь со мной, или я потеряю какой-либо смысл двигаться дальше. Выбирай.

— Шантажируешь, значит, — а в глазах засверкали слезы.

— Да, именно так.

— Ладно. Пойдем, поговорим.

Так они и покинули гостиную под удивленно-испуганные взгляды гостей Кати, как впрочем, и самой Кати, затем вышли на улицу.

— Прошу тебя, поехали домой, — Денис взял ее за руку.

— Нет, — замотала головой. — Я не поеду к тебе. Хочешь, говори здесь.

— Давай хотя бы в машину сядем.

На что последовал неуверенный кивок. Но когда Лада забралась в салон Крайслера, двери мгновенно заблокировались, а Денис вставил ключ в замок зажигания.

— Ты что задумал? А-ну, пусти!

— Сиди уже! — с силой усадил ее обратно, после чего застегнул ремень безопасности. — Мы будем разговаривать дома. Это ж надо было так надраться.

— Да иди ты! — насупилась. — Пришел тут командовать. Я не твоя вещь! Чтобы вот так, — начала жестикулировать. — Захотел, выбросил, захотел, вернул на место.

— Никто тебя не выбрасывал, не передергивай! Я попросил меня дождаться! Это ты, не успел я выйти за порог, дала деру!

— Ну, конечно. Я виновата. Да. Не ты! А я! Я и коллекцию слила, и деру дала, ну вези тогда сразу в полицию! Устрой мне Курскую дугу.

В этот момент машина тронулась с места. И Лада сейчас же вжалась в сидение. Даже в таком состоянии она знала, за рулем Дениса лучше не злить.

— Я виноват, — произнес уже спокойнее, — отрицать не собираюсь. Ляпнул, не разобравшись. Но ты-то? Какого черта вообще забыла на этой даче, полной бухих тусовщиков? Если бы я не приехал, что было бы дальше? Пошла бы с этим ощипанных петухом на второй этаж? В «номера»?

— Совсем обнаглел?! — резко развернулась к нему. — Да как ты смеешь вообще?!

— Смею! Ты моя невеста! Я люблю тебя! Поэтому и смею!

— Любил бы, не стал бы обвинять в такой низости, — и отвернулась к окну. — Ты ни на что не посмотрел. Сразу, в лоб… виновата и хоть тресни. Выходит, так кто угодно что угодно тебе напоет, а ты и рад будешь в меня пальцем ткнуть.

— Мне нечем оправдаться, Лад. Да, я оступился, да, повел себя как урод. И хочу все исправить. Без тебя моя жизнь уже ничто. Так, никчемное существование без цели, без чувств, без желания просыпаться.

— Я домой решила вернуться, к родителям, — произнесла сквозь слезы, — нажилась я здесь. Хочу обратно. К тем, кто не предаст, даже если ошибусь. А это только семья.

Последние слова ранили Дениса сильнее всего. Лада не считает его частью своей жизни, больше не верит, не хочет видеть рядом с собой. И ее вины в этом нет, сам опаскудился. Но как же теперь быть? Без нее?

Остальную часть пути ехали, молча. И в какой-то момент Лада уснула.

А проснулась она уже в постели. Причем в спальне Дениса. За окном все еще было темно, тогда кое-как посмотрела на будильник. Четыре утра.

— Ох, мама, — схватилась за голову, — как больно-то…

И где Денис? Лада с трудом поднялась, быстренько умылась, после чего отправилась на поиски. Нашла его внизу в гостиной. Маска валялась на полу, сам он сидел на диване, откинувшись головой на спинку, в руке красовался бутыль с коньяком, причем открытый и наполовину пустой.

— Тоже решил от меня не отставать? — подошла ближе.

— Угу, — а глаз так и не открыл. — Ты уверена, что хочешь уехать? Забыть обо всем, отказаться?

— Денис…

Вдруг он схватил за руку, потянул на себя. Через мгновение Лада оказалась у него на коленях.

— Я люблю тебя, — все-таки посмотрел в глаза. — Как никогда и никого не любил. До тебя я презирал женщин, поначалу во всех видел отражение своей матери, потом появился страх, слишком часто приходилось сталкиваться с отвращением к себе. Это ты сейчас меня видишь таким, Лада. Несколько лет назад я был еще хуже. Без носа, с еще более выраженной деформацией мышц. До двадцати трех я не знал, что такое быть с женщиной. Потом стал пользоваться услугами проституток, чтобы совсем не одичать. Но в остальном продолжал избегать общения с женщинами, поэтому у меня работают одни мужики, — говорил он тихо, спокойно, хотя было видно, слова даются нелегко. — И вдруг появилась ты… зевнула, не прикрыв рот рукой, потом швырнула в меня скомканным эскизом, не побоялась посмотреть в глаза. Ты всегда смотрела на меня по-другому. И да, я поступил как полный мудак. Все мои страхи всплыли, дали о себе знать в тот момент. Со мной сложно, Лад. Я полон комплексов. Но когда ты рядом, их вроде и нет. С тобой я начал чувствовать себя обычным, начал мечтать о семье, безумно захотел детей от тебя. Если уйдешь… от меня останутся только эти треклятые комплексы… а это считай ничего. И я не прошу меня жалеть.

— Я знаю, ты не терпишь жалость, — положила руки ему на плечи. — А если снова случится нечто подобное? Что тогда? Снова страхи всплывут?

— Нет. Не всплывут.

— С чего такая уверенность?

— Случилось мне сегодня осознать кое-что. Есть только ты. И я хочу быть только с тобой, несмотря ни на что.

— Мне нужно подумать, — коснулась его лица, провела пальцами по лбу, щекам, носу, спустилась к губам. — Ты сделал мне очень и очень больно, а еще вынудил поехать на гулянку, напиться, согласиться на танец с незнакомым парнем.

В этот момент его тело напряглось. Одна только мысль о том, что какой-то хмырь прикасался к ней, вызвала приступ скрытой ярости.

— Сколько тебе нужно времени?

— Сейчас, подожди, — прикрыла глаза, посидела так с пару минут, затем снова посмотрела на Дениса, — все, подумала. Я дам тебе второй шанс, но тебе придется очень постараться, чтобы загладить вину. И начать стараться можешь уже сейчас, — взяла и стянула с себя блузку. — Но прежде расскажи, что случилось на самом деле.

— Крамер случился. Вместе с Карпиным.

— Ах, — печально усмехнулась, — вот как… какие молодцы.

— Один уже признался, второго я найду очень скоро.

— И что с ним сделаешь?

— Объясню, как он был не прав, — обнял свою девочку. — Буду долго объяснять, — припал губами к шее, — чтобы усвоил, как следует.

Спустя минуту они уже были на ковре, Денис рывками стянул с Лады джинсы вместе с трусиками, затем разделся сам. А когда лег на нее, когда ощутил себя в ней, то едва не зарычал. Она снова в его руках, снова здесь, снова… Лада в свою очередь затаилась, закрыла глаза. Не простить бы его не смогла, слишком он запал в душу, слишком окружил собой, стал слишком родным, несмотря на спешку.

— Скажи, что любишь меня, — произнес на ухо, затем провел языком по мочке. — Скажи, что станешь моей женой.

— Люблю, — обняла за шею, прижала к себе, — и да, выйду.

Услышав, что хотел, Денис в который раз забылся, перестал ощущать окружающее пространство, сейчас была только она — в сознании, перед глазами, на коже, ее прикосновения действовали точно мощное обезболивающее, с каждым касанием на душе становилось легче.

До самого конца Денис был сверху, до безумия не хотелось терять контроль, терять это первобытное чувство победы над желанной женщиной. Лада его женщина и только его. А когда она задрожала, когда застонала, словно от чего-то очень мучительного, Денис сдался.

Так они и пролежали до утра на полу, разве что Лада стащила с дивана плед и накрыла их обоих, а еще подушечек прихватила.

— Поедем сегодня к Ване? — пролепетала сквозь дрему.

— Поедем, — поцеловал ее в голову. — Но сначала заскочим в другое место.

— Куда?

— Куда так и не доехали, любимая.

Утром первым делом они собрались и отправились в ЗАГС. Лада на этот раз не стала наряжаться, надела обычные джинсы и кремовую блузку, а волосы заколола светлым гребнем, который в свое время сделала своими руками. Денис оделся под стать. Более того, сразу после росписи они собрались в клинику.

Уже в ЗАГСе Лада немного запаниковала, но мандраж скоро сошел на нет, в конце концов, они здесь, они вместе и они преодолели свои страхи. Да и Денис вообще не отпускал, все время держал за руку, словно боялся, что разожми пальцы, и Лада умчится отсюда куда подальше.

Расписали их быстро, после чего новоиспеченные супруги обменялись кольцами.

— Поздравляю, можете поцеловать невесту, — улыбнулась женщина в пестрой кофте и с огромной брошью на груди.

И вдруг случилось нечто неожиданное — Денис снял маску, после чего поцеловал отныне жену как положено.

— Поздравлю, госпожа Королева, — прошептал в губы.5ebdbc

— И вас. Сегодня вы приобрели большую проблему, с которой придется мучиться всю жизнь.

— А я только «за», — усмехнулся. — Хочу мучиться.

— Да вы мазохист.

— Еще какой.

— Теперь к Ваньке? — взяла мужа под руку.

— Угу. Главное, свидетельство не забыть, — взял у сотрудницы папку с документом внутри.

Еще через два с половиной часа они были в ожоговом центре. С какой же радостью их встретил Ваня, мальчик как вцепился в Ладу, так и не отпускал, пока она не достала из пакетов вкусненькое и несколько новых машинок.

— Лад, я отъеду ненадолго, ладно? — Денис достал из кармана телефон, на который пришло сообщение. — Вы ведь тут справитесь?

— Справимся, а куда ты собрался? — заправила малышу рубашечку в колготки.

— Дело есть срочное.

— Очень срочное?

— Очень. Потом расскажу. И я уже связался со своими юристами, они подготовят бумаги для усыновления.

— Хорошо, будем тебя ждать. Да Вань? — поцеловала его в пухлую щечку.

— Дя, — закивал. — Здать…

А отправился Денис на ту самую квартиру, где его ждала встреча с великим комбинатором Крамером. Сурков как всегда не подвел, доставил клиента в срок.

У Королева откровенно руки чесались, до того хотелось разбить морду сученку. Впрочем, прибыв на место и поднявшись в квартиру, желание слабее не стало. А Крамер выглядел очень даже уверенно, держался ровно, не робел.

— Добрый день, Денис Викторович, — положил руки на стол.

— Добрый, — сел напротив. — Знаешь, почему ты здесь?

— Полагаю из-за вчерашнего ЧП, — пожал плечами, но тут заметил кольцо на безымянном пальце правой руки начальника, отчего взгляд дрогнул, на скулах заходили ходуном желваки. — Кажется, вас можно поздравить, — процедил сквозь зубы.

— Да, Кирилл, можно. А вот мне тебя поздравить не с чем, — в этот момент бить ему рожу расхотелось, одним этим кольцом он ему нанес удар ниже пояса.

— Не понимаю, — откинулся на спинку стула.

— Да брось уже, — тоже расслабился. — Актер из тебя похуже Карпина будет. Эта рыжая морда во всем созналась, причем тем же днем.

— Прошу прощения, но я по-прежнему не понимаю в чем дело.

— Ну, ладно. Тогда говорить буду я. С этого дня, Кирилл Федорович тебя не возьмет на работу ни одна приличная фирма, так что, путь дорога тебе максимум во фрилансеры, даже могу скинуть адресок сайта. Ты обосрал все, что смог. Опорочил Ладу. Думал, после этого она побежит за утешением к тебе? Нет. Ты для нее всегда был просто смазливым коллегой, у которого своей фантазии не хватает, чтобы сделать действительно что-то стоящее.

— Да я пахал на тебя, — вмиг рассвирепел, руки сжал в кулаки, — образина ты поганая.

— Тише, тише… не горячись. Пахал, говоришь? Ну да, за что получал триста штук в месяц и ежеквартальные бонусы в размере двух окладов. Так что, обязан был пахать. На работу люди работать ходят. Зато теперь будешь жопу рвать, чтобы наскрести хотя бы сотню. Ты не на того напал, Кирилл. Я милосердием в таких случаях не отличаюсь. Единственно, тебе на радость, Глебов не успел ничего сделать с файлами. Все удалил и принес глубочайшие извинения. Так что, возмещать финансовый ущерб тебе не придется, в отличие от твоего дружка Карпина, вот он попал на бабки. С тобой мы обойдемся малой кровью, я всего-то уничтожу твою карьеру. Но ты парень молодой, всегда сможешь переучиться, начать все с нуля. Тем более ты у нас такой предприимчивый, мозговитый, сообразишь что-нибудь. И еще, посмеешь напомнить о себе, очень пожалеешь. Ты меня понял?

— Понял, — словно выплюнул.

— В таком случае иди. Но знай, если бы не Лада, я бы по тебе проехался бронепоездом, падаль ты дешевая.

На это Кирилл ничего не ответил. Пожалел ли он о содеянном? Кто знает. В любом случае человек сам кузнец своего счастья или несчастья. И все наши поступки имеют свою цену. Крамер свою заплатил.