26
- Открой свой очаровательный ротик и прими мой член как самое вкусное, что тебе довелось попробовать. Уверен, через какое-то время ты и сама будешь так считать.
Больше не думая ни о чем, я послушно выполняю его требование, свыкаясь с мыслью, что член психопата действительно у меня во рту.
Савва не двигается, молча наблюдает с полуприкрытыми глазами, как мой язык и губы скользят по огромному стволу, лаская и приноравливаясь. Самое странное, что какую бы я ненависть не испытывала к нему, отвращения к тому что делаю у меня нет. Наоборот, легкое возбуждение пронзает меня электрическими токами, но я ни за что не признаюсь, что моему извращенному мозгу в какой-то степени нравится происходящее. Я просто давлю в себе любые мысли получать удовольствие открыто, для меня это больший проигрыш, чем просто послушно выполнять его приказы.
Тяжелая рука надавливает сильнее, и через какое-то время он начинает двигаться навстречу. Я слышу тихий стон сквозь зубы над головой, а потом Савва выпускает своих демонов на свободу и жестко трахает мой рот, не церемонясь. Я больше ни черта не контролирую, он полностью забирает власть, а мне лишь приходиться слабо хвататься за его бедра и мычать сквозь слезы, брызнувшие из глаз, потому что я натуральным образом давлюсь. Хлопаю его по бедрам и цепляюсь ногтями за грубую ткань брюк, чувствуя, как перед глазами уже темнеет.
- Дыши, - разрешает этот ублюдок, выскальзывая из меня на миг и давая глоток свободы. Но только я успеваю сделать жадный вдох, как снова врывается и продолжает вбиваться в меня бешеным тараном.
Практически сразу он издает низкий и хриплый стон и толкается глубоко в глотку, изливаясь. Я пытаюсь отпрянуть, но не могу ничего сделать, и чтобы не подавиться, мне приходиться глотать солоноватую вязкую жидкость.
- Вот так малышка, до последней капли. Все тебе, - усмехается он над моей головой.
Отстранившись, поправляет одежду и приседает на корточки рядом. Смотрит на мое заплаканное лицо с окончательно потекшей тушью. Отстраненно думаю, что выгляжу в этот момент, скажем прямо, не очень. Слезы, сопли, спутанные волосы и размазанный макияж. Но, судя по восхищенному взгляду психа, ему эта картина крайне нравится. Он трогает мои вспухшие губы и нежно целует их, поглаживая меня по щеке.
- Ты выглядишь потрясающе. Твои губы созданы для моего члена.
- Да пошел ты, - слабо огрызаюсь я, все еще тяжело дыша. - Я чуть не задохнулась, ты чертов садист.
В его удивленное лицо хочется вцепиться ногтями. Невинный взгляд этого монстра бесит до трясучки.
- Вообще-то, я сдерживался как мог. Я ж не зверь какой, понимаю, что впервые сосешь. Справилась, кстати, на пятерку.
Мне остается только обесиленно рычать и метать взглядом молнии. Про себя я снова обещаю, что он за все поплатится. За каждую мою слезинку и за каждый акт унижения. Меня поимели орально. Без моего согласия. Сука, он получит сполна.
- Не дергайся. Тут повсюду стекло.
Схватив меня за подмышки, Савва легко поднимается и выносит меня из гардеробной, как будто я ничего не вешу. Свой осколок он давно выбросил, я даже не заметила когда.
В спальне он с легкостью, будто плюшевого медвежонка, бросает меня на кровать. И не успеваю я опомниться, как он оказывается на мне, придавливая тяжелым телом.
- Стой! Что ты... - Мой крик обрывается, когда он с треском рвет несчастные трусики, которые в принципе уже ни на что не годились.
- Хватит трепыхаться. Миша, я все равно тебя трахну сейчас. Ты моя.
Извернувшись, я со всей дури пинаю его пяткой в живот, вкладывая всю силу и отпихивая от себя громоздкое тело, но дьявол лишь тихо смеется и крепко хватает меня руками, распластав под собой.
- Сука! Ненавижу! - от всей души я плюю ему прямо в лицо, и тут же испуганно замираю, зажмурившись на миг.
Запоздало пугаюсь, что теперь он точно разорвет меня на части. Плюнуть психопату в лицо! Мой разум точно покинул меня давным давно и упорхнул в неизвестном направлении.
Притихнув и приоткрыв глаза, смотрю на него взглядом, полным ужаса, но Чудик хладнокровно стирает плевок с лица рукой и вытирает об простынь. Он точно безумен, мелькает обреченная мысль, потому что ну невозможно сочетать в себе одновременно все самые плохие качества и при этом контролировать их с таким металлическим спокойствием. Если только он не планирует наказать за это позже.
- Совсем скоро ты примешь меня. Свыкнешься с мыслью, что принадлежишь мне, и тебе самой станет легче. Даже не просто легче, а приятно как никогда в жизни.
- Я никогда не буду принадлежать тебе. Ты можешь сколько угодно принуждать и заставлять. Да, я знаю, что ты многое у меня заберешь. Но ты не заберешь самое главное - мою душу, - резко отвечаю я, вцепившись взмокшими ладонями в черные простыни.
Даже чертово постельное белье у него цвета самой непроглядной тьмы.
- Это мы еще посмотрим, - спокойно заявляет Савва. - В любом случае, чем больше ты сопротивляешься, тем слаще подчинять тебя, мой маленький мятежный ангел.
Мне остается только морщиться от его самоуверенных слов и наблюдать, как он снова расстегивает пуговицу, избавляясь от штанов.
- Не надо, - шепчу, уставившись на вздыбленный орган. Какого дьявола он вернулся в полную боевую готовность так быстро?! Он излился в меня пару минут назад! - Ты слишком... большой, ты меня порвешь...
Последние слова я произношу, находясь на грани паники. Господи, да он в меня не поместится! Даже его пальцы входили слишком туго, это просто невозможно! Мы несовместимы! Я чуть не задохнулась!
- Я буду осторожен. Постараюсь, по крайней мере. Ну и... в первый раз в любом случае будет немного больно, увы, тут я бессилен.
- Нет, не бессилен, - я тут же цепляюсь за его слова, как за спасительную соломинку. - Мы можем просто отложить... Да, на какое-то время... Когда я точно буду готова...
На мой детский лепет Савва лишь насмешливо приподнимает брови, улыбаясь уголком губ.
- Прости, малыш, но нет. Чем дольше откладывать, тем страшнее тебе будет. Видишь, как я переживаю о твоих чувствах.
- Смешно.
- Я серьезен как никогда. - Избавившись от штанов он снова ложится между моих бедер, лаская меня между ног. Словно назло моим ненависти и страху, там, конечно, сразу же начинается Ниагарский водопад. Савва, не показывая своим видом, что замечает мою предательскую реакцию, продолжает: - Знаешь, это похоже на прыжок с высоты, роуп-джампинг. Чем дольше стоишь и пропускаешь свою очередь, тем больше страх опутывает тебя своей липкой паутиной. Нужно просто сделать шаг вперед и прыгнуть, тогда свободное падение доставит удовольствие, а не парализующий страх.
- Тебе-то откуда знать? Это не тебя планируют лишать девственности! - раздраженно рычу я.
- Если тебе будет легче, то у меня тоже в первый раз. Мы лишим девственности друг друга.
Не удержавшись, я закатываю глаза и фыркаю, поразившись такой наглой лжи.
- Пиздишь, как дышишь.
Придурок улыбается и ничего не отвечает. Только интенсивнее ласкают между ног его пальцы. Наклонившись к моему лицу, он ловит губами мои припухшие губы и нежно целует. Целует так долго, что страх на самом деле немного отступает.
Ведь все могло у меня быть по-другому. С нормальным парнем, с которым мы бы смотрели по вечерам романтические комедии под пледом и заказывали пиццу. Который бы ухаживал за мной долго и красиво, и терпеливо ждал моего первого шага и согласия. С которым я бы хохотала над забавными шутками, флиртовала, жеманничала и, само собой, познакомила бы с друзьями. Мы могли бы обмениваться рекомендациями по книгам и понравившийся музыкой. Ходить вместе в театр, кататься на аттракционах... Сколько всего замечательного мы могли бы сделать! Как все нормальные парочки.
Вместо всего этого у меня поехавший псих, вовлекающий в свою безумную игру. Вечно запугивающий острыми предметами маньяк, гоняющийся за мной по скверу. Да уж, удача окончательно повернулась ко мне жопой, еще и насмешливо тверкает, похохатывая надо мной.
От бесконечных поцелуев и ласк по всему телу я неизбежно растапливаюсь, как мед, остраненно наблюдая, как голова Саввы опускается ниже, его губы покрывают поцелуями шею, ключицы и каждый сантиметр моего тела. На самом деле целует он... божественно, и я усилием воли сжимаю руки в кулаки, лишь бы не запустить пальцы в его блестящие и волнистые пряди темных волос. Свои очки он отбросил на прикроватную тумбочку.
Мозолистые ладони сминают грудь, губы тоже не оставляют ее без внимания - Савва захватывает ртом сосок, жадно целуя и облизывая языком. Из меня вырывается приглушенный стон, но поделать я ничего не могу - мои руки заведены над головой, он держит их в железных тисках, прижимаясь к моим бедрам и вдавливая меня в кровать. Придерживая член рукой, он проводит головкой по абсолютно мокрой промежности, наблюдая за моим лицом, покрытым испариной, и на меня снова обрушивается паника, когда я осознаю, что возврата больше не будет. Из последних сил взбрыкивая под тяжелым телом, я лихорадочно шепчу ему прямо в губы, неотрывно глядя в потемневшие глаза:
- Стой, я просто уверена, что это ошибка! Нельзя так сразу, может, все-таки подожда... Ааааангх! - Я кричу и кусаю губы, когда его огромный член врывается в меня одним движением до самого конца, разрывая преграду. Из глаз непроизвольно брызгают слезы, и я мычу от внезапно поразившей боли, подавшись вперед и уткнувшись ему в шею.
Мое тело потряхивает от неприятной ряби, пробежавшей от кончиков пальцев и до самой макушки. Внутри все горит, распирает и тянет от наглого вторжения.
Савва прижимается ко мне, целует лицо и, слава богам, перестает на какое-то время двигаться, давая привыкнуть к новым ощущениям и его размеру.
- Тшш. Вот и все, малыш. Ты теперь моя, - шепчет в дрожащие губы, ловя мой болезненный стон. Нежно касается мокрых век и щек, сцеловывая слезы.
Если бы я не знала, какой он проклятый ублюдок, я бы подумала, что он искренне переживает за меня и за то, что мне приходится испытывать. Я еще больше ненавижу его за эти разрывающие душу нежности.
- Ненавижу... Ненавижу... - тихо плачу, подрагивая в его объятиях. Это, правда, конец.
Его руки опутали меня как щупальца, и нет нигде спасения от его близости и тисков. Он не дает мне свободно дышать. Он меня просто душит своим присутствием.
- Ты полюбишь, - с уверенностью заявляет этот человек.
- Пошел к черту! Гореть тебе в аду, сволочь!
- Значит, первый шок прошел, и я могу продолжить?
- Ничего ты не можешь! Отпусти меня!
- Глупо останавливаться, когда все самое худшее позади, - бормочет он мне в ухо, целуя попутно мочку уха. От его дыхания мне щекотно и... дьявол, побери, приятно. Поясницу сладко простреливает молнией, и я тихо ахаю, уворачиваясь от него.
Конечно же, и думать абсурдно, что он меня отпустит. Наоборот, его объятия и поцелуи становятся еще крепче и интенсивнее, горячие ладони ласкают грудь. Боль потихоньку отступает, но все еще остается соседствовать с просыпающимся вновь возбуждением. Мне ничего не остается, как смириться с положением вещей и перестать дергаться, потому что от этого я делаю себе только хуже.
Мне приходится вцепиться в твердые плечи, когда он начинает двигаться во мне, потому что мне нужно ухватиться хоть за что-то, чтобы не провалиться в глубокую бездну, сотканную из странного клубка боли и удовольствия.
- В следующий раз боли не будет, - тихо успокаивает Савва, целуя уголок моих губ, и я стреляю в него взглядом, полным ненависти.
- Прекрати быть таким милым. Я знаю, что ты таким не являешься.
- Ладно, не буду, - вместе с этими словами он совершает жесткий толчок, и я вскрикиваю, неосознанно обхватив его бедрами в жалкой попытке остановить.
- Я не это имела ввиду!
- Точно? Мне показалось ты хотела пожестче, - издевается эта сволочь, насмешливо разглядывая меня из-под полуопущенных ресниц.
При этом он продолжает неспешно двигаться, проникая глубоко и задевая внутри какое-то особое местечко, отчего я ойкаю и сильнее обхватываю его ногами, подаваясь вперед и одновременно поражаясь собственной реакции. Щеки вспыхивают от стыда, и я отворачиваю лицо в сторону, лишь бы не видеть эту самодовольную усмешку.
Но его пальцы хватают меня за щеки и поворачивают обратно, заставляя уставиться прямо в пугающую зелень его глаз.
- Сегодня я удивительно добрый, поэтому порадуем тебя еще немножко.
Он снова захватывает мои губы в поцелуе и касается рукой влажного бугорка, отчего все мои мысли сметает головокружительным вихрем.
Вместе с растущим темпом Саввы, погружающегося в меня плавными толчками, все сильнее скручивается напряжение внизу моего живота, требуя освобождения. Дыхание парня становится рваным, из него вырывается низкий хриплый стон, от которого по моей коже пробегают мурашки. Его хватка становится сильнее, он еще шире раскрывает мои бедра, вбиваясь в меня со звериным голодом. Через пару секунд я не выдерживаю его натиска и настойчивых ласк, томительная пульсация внутри взрывается ярким фейрверком, и я громко кричу, не готовая к тому, что меня настигнет мощный оргазм.
Вслед за моим криком раздается выдох Саввы, и, толкнувшись в меня еще пару раз, он резко отстраняется и изливается мне на живот, прикрыв глаза и откинув голову.
Пребывая в легкой прострации, я растерянно перевожу взгляд с его подрагивающих ресниц на горячие капли вокруг моего пупка, но помимо этой постыдной картины вижу, что его член и рука в крови. И между моих бедер тоже разводы. Этой же кровавой рукой он размазывает свое семя по моему животу с подозрительно горящими глазами. Я различаю в них торжество.
- Боже... - со стоном я закрываю лицо ладошками и прячу пылающие щеки.
Вот и свершилось. Чудик действительно забрал мою девственность. Пропади он пропадом.
Безо всякого труда он убирает мои руки с лица, прожигая меня взглядом. На его нос уже вернулись очки. Взяв мою руку в свою, он раскрывает ее и прижимается гладкой щекой к моей ладошке, неотрывно поглощая зеленью своих глаз. Что-то екает у меня в сердце, пронзает тонкой острой иглой от этой картины. Но, конечно, я не собираюсь прощать его за сделанное, даже не смотря на то, что по итогу я испытала оргазм. Морально он раздавил меня сильнее, чем физически. Пусть ублюдок катится в преисподнюю. Там ему самое место.
- Ты тяжелый, - сдавленно выдыхаю я, не зная куда спрятаться от его взгляда.
Приподнявшись, он скатывается с меня и ложится рядом, обняв за талию. Я осторожно поднимаю на него глаза и снова вижу, что он на меня смотрит. Ррр. Сколько можно!
- Мне неловко, когда ты так пристально смотришь, - сварливо произношу я, чувствуя себя, и впрямь, не в своей тарелке. Даже после произошедшего между нами.
- Ты красивая. Мне нравится на тебя смотреть.
От его слов и, главное, тона, которым он их произнес, в животе становится щекотно, а в груди что-то тянет за тот самый рыболовный крючок, который он закинул. Мне вообще-то крайне редко доводилось слышать что я красива, от Ляли пару раз - да. А в художественной школе, где мне иногда приходилось позировать, учитель, подсказывая ученикам в процессе, указывал на мои невыделяющиеся черты так: курносый конопатый нос, довольно пухлые губы, светлые глаза и бесцветные ресницы. Бледная кожа и выгоревшие волосы. Я вся была как бледная моль, и моя самооценка частенько оказывалась ниже плинтуса, когда еще и парни обделяли вниманием в старших классах. Меня стали замечать только когда пошла прилично расти грудь. Так обидно, что кроме моих сисек, ничто не могло их заинтересовать.
С другой стороны, не сказать, что я особо пыталась сблизиться с ребятами. Даже к Юлиану из художки, как бы он мне не нравился, я так и не подошла, закрывшись в своем коконе.
Боже. Юлиан, художка. Даже Ляля. Как будто все это было в другой жизни.
- Ау, ты уже считаешь овец? - голос Саввы возвращает меня с небес на землю.
- Каких овец? - не понимаю я.
- Которых ты, вероятно, пасешь перед сном.
- Твои шутки совсем не смешны, - фыркаю я.
- Думаешь в моем списке ежедневных дел есть пунктик "веселить Мишу"? - усмехается парень.
- Вряд ли. Скорее в списке следующее: номер 1. напугать Мишу до усрачки, номер 2. отыметь Мишу как следует, номер 3. смотреть на Мишу, не моргая пять минут.
Он негромко смеется и чмокает меня в губы.
- Почти в точку. Еще пункт забыла добавить: "целовать Мишу". Как можно чаще. - Он снова меня целует.
Это что еще за розовые сопельные милости, как у влюбленных парочек?
Нахмурившись, я уворачиваюсь от него и пытаюсь прикрыться уголком простыни, но Савва убирает ее прочь, притягивает мое лицо и опять прижимается к губам. С ледяным ужасом, я ощущаю, как быстро твердеет его член, прижатый к моему бедру.
- Мне все еще больно, - с недовольством жалуюсь я, пытаясь отклеиться от его губ, потому что начинаю задыхаться. Он вообще человек? Как он сам дышит?
- Ничего, до свадьбы заживет, - улыбается мне в губы монстр и снова сминает их в ненасытном поцелуе. А потом приподнимает мою ногу, прикасаясь каменным членом к промежности. Я тут же отпихиваю его, как следует вложив силу, а сама отползаю назад на полметра.
- С ума сошел! Мне вообще-то реально больно было! Вон сколько крови! И вообще на мне уже засохла твоя... - запинаюсь, стремительно краснея, и быстро заканчиваю: - Мне нужно в ванную. У меня правда все болит.
- Ладно, - придурок почему-то улыбается и выглядит еще более странным, чем обычно.
Кошусь на него подозрительным взглядом, ожидая очередную шуточку, но он лишь молча смотрит, как я сползаю с кровати и бочком двигаюсь в сторону. Чувствую себя просто ужасно с этой кровью на бедрах и размазанной косметикой, а Савва даже не потрудился приглушить свет.
У знакомой дверцы я встаю в ступоре, параллельно пытаясь прикрыть ладошкой зад.
- Там гардероб. И куча стекла. - Он смотрит на мои действия с интересом.
- А... Точно. - Я круто поворачиваюсь и иду к противоположной стене. - Это она?
Указываю пальцем на другую дверь.
- Ты о красной комнате? - он приподнимает бровь.
Мое сердце срывается вниз.
- Какой еще красной комнате? - спрашиваю севшим голосом.
Только не говорите, что псих еще и бдсмщик до кучи... Тогда я лучше сразу повешусь на ближайшей кожаной плетке.
Засранец тихо посмеивается над моим испуганным выражением лица и жалким видом. Я в это время стараюсь не смотреть на его обнаженное тело. Потрясающее, вылепленное из мышц тело, которое я однажды рисовала. Этот монстр красив снаружи. Очень даже. Но что внутри мы уже знаем. Одна сплошная гадость. Теперь еще и садо-мазо добавляем?
- Шучу. - Он развеивает мои опасения. - У меня нет такой комнаты. Но если тебе хочется попробовать - я ее установлю.
- Пожалуй, не стоит портить такой чудесный ремонт, - отвечаю я кислым голосом и торопливо иду к заветной двери, пока этот дурацкий диалог не перешел в серьезное русло.
Своим затылком я ощущаю его насмешливый взгляд, но мне уже все равно. Я почти добралась до временного укрытия от стихийного бедствия по имени Савва. Однако, когда схватившись за ручку, я слышу тихие шаги прямо за спиной, то испуганно оборачиваюсь и вскрикиваю.
**