Глава 16

Испытав стыд, панику, истерику; пережив бесполезную попытку смыться и встречу с целой дюжиной вооружённых мужчин; пожалев и возненавидев себя; поскулив и поплакав; взяв себя в руки и познакомившись с новым героем моей жестокой жизни, с горничной, принёсшей мне завтрак и сообщившей, что я могу пользоваться всеми вещами из гардеробной так, как сочту нужным; обдумав стратегию, пересилив обиду и злость… в общем, ночь и утро выдались для меня катастрофически сложными. Думаю, это уже и так ясно.

Сидя в кресле и обдумывая, что делать дальше, я слышу шаги и поднимаюсь. Я взрослый человек, так? Так. Отвечать за свои слова должна? Должна. Извиниться тоже обязана. Так что… новый день, принёсший с собой новые силы, чтобы добиться возвращения домой. Ничего не хочу, только домой.

Дверь открывается, и в спальню входит Дерик. Открываю рот, чтобы сказать ему заготовленную речь, но он обрывает меня.

– Его Высочество принц Фердинанд, – сухо объявляет он.

– Что? Я…

– Реджи! Ты ещё здесь!

В спальню влетает Дин, одетый в голубые джинсы и белую рубашку поло. Сейчас он не выглядит как принц, скорее, как красивый зазнайка, который просто проходил мимо.

– Ты…

Дин сгребает меня в охапку и целует. Так, надо бы ему сказать, что пока не готова к такому… я ещё не переваривала всю информацию.

– Дерик, ты свободен. Пусть нас не беспокоят, – бросает Дин, обхватив моё лицо ладонями. Он улыбается, разглядывая меня, а я, безмолвно взирая на Дерика, взглядом прошу его не уходить. Боже, я уже на него не злюсь, и мне нужна помощь. Но Дерик, не глядя на нас, закрывает за собой дверь. Чёрт.

– Как ты? Тебе нравится здесь? – интересуется Дин и ведёт меня к столику.

– Да… ну как сказать. Я заключённая, а это вряд ли может кому-то понравиться.

Хмыкая, сажусь в своё кресло. Дин придвигает ко мне другое и снова берёт мою руку.

– Ты трогаешь меня, – замечаю я.

– Всегда верна себе, да, Реджи? Думаю, что я имею право тебя трогать, особенно после того, как снова нашёл тебя…

– Вообще-то, меня арестовали, – поправляю его.

Дин снисходительно улыбается мне, но продолжает держать за руку.

Так, никаких воздействий этими королевскими чарами.

– Да, я в курсе. Дерик мне рассказал, в какую неприятную ситуацию ты попала…

– Неприятную? Если разбитое сердце, предательство, побег моего жениха прямо из-под венца, удар по голове и сотрясение; а также обвинения в умышленном причинении вреда стерве Эльме, в оскорблении страны и короны, в подозрении в шпионаже; лишение меня всех вещей, документов и денег; новость о том, что парень, в которого я была влюблена, оказался принцем, ты называешь всего лишь неприятными, то что тогда называется кошмаром?

– Мда… ты права. Несладко тебе пришлось. Но ничего… ничего, Реджи, всё будет хорошо. – Дин похлопывает меня по руке, отчего я кривлюсь.

– Значит, я могу лететь домой? Вчера ты сказал, что поможешь мне. Я не хочу здесь оставаться, Дин. Мне не нравится ни страна, ни люди, ни то, что со мной случилось.

Дин отпускает мою руку и отводит взгляд.

– Здесь небольшая проблема, Реджи. Дерик считает…

– Да пошёл он, этот Дерик. Он меня ненавидит, – фыркаю я.

Нет, всё же извинений не заслужил.

– Дерик тебя не ненавидит, он выполняет свою работу, Реджи. Охраняет меня и мою семью от нападений и смерти, как и от странных совпадений.

– Что ты имеешь в виду? Что он такого наговорил? – цежу я.

– Дерик думает, что ты приехала сюда, желая отомстить мне, и можешь быть шпионкой Америки.

– Ты рехнулся? Нет, скажи, ты рехнулся? Ладно этот придурок! Но ты! – Подскакиваю с места и обхожу кресло, в котором сидит Дин.

– Реджи, я так не считаю. Но с твоим появлением в моей стране произошло вооружённое ограбление, а это не может быть случайностью.

– Ты считаешь это я? Ты тоже так думаешь? Боже, Дин, да посмотри на меня! Я не могу обезвредить этот кирпич с именем Дерик, а вы все твердите об организации ограбления! И ты туда же! Не могу поверить! – возмущаясь, поворачиваюсь к нему.

– Реджи…

– Нет, уж прости, но это ты меня кинул. Ты воспользовался мной и сбежал! А теперь обвиняешь в какой-то чертовщине! Это я имею право обвинять тебя, а не ты!

– Я объяснил тебе, что не мог поступить иначе! Это не обсуждалось! – Дин тоже встаёт, а я качаю головой.

– Конечно, – кривлюсь я.

– Неужели, ты бы не полетела, если бы твоя сестра умирала?

– Полетела бы, ты прав. Но ты нашёл время, чтобы заскочить в ресторан, но не нашёл в себе мужество сказать мне о своих причинах в лицо, – обвинительно произношу.

– О чём ты говоришь? Я сразу же поехал в аэропорт! Я не был в ресторане!

– Ну да, а подвеску мне передал Шекспир, да?

– Реджина, я не понимаю, о чём ты говоришь! Какая подвеска? – Дин всплёскивает руками.

Да хватит врать уже! Вчера я была в шоке, но сегодня совершенно вменяемая и на эту красивую удочку не попаду.

– Подвеска с парусником, на которой ещё печать была, но я думала это просто знак качества украшения. Ты мне её передал, как прощальный подарок. Мне её Питер принёс, официант, за которого я, спустя пять лет, должна была выйти замуж.

Дин хмурится и трёт лоб.

– Я ничего тебе не передавал. Уезжая, я надеялся, что у меня будет возможность с тобой связаться и поговорить, пригласить сюда, но обстоятельства были против.

– Дин, прекрати. Ладно, плевать на то, что было пять лет назад. Ты врал мне в каждом слове и теперь продолжаешь это делать. Вчера ты тоже врал. Ты обещал, что поможешь мне вернуться домой. И что в итоге? Ты бессилен, даже будучи чёртовым принцем! Какой с тебя толк?

– Реджина, я наследник этой страны. Я будущий король! Выбирай тон, когда со мной говоришь. – В голосе Дина проскальзывает сталь.

– Для меня ты козёл, который только и умеет, что обманывать. К слову, мстить тебе ниже моего достоинства. Я хочу домой, понятно? Мне эти ваши политические игры вот здесь сидят. И если уж ты наследник, то сделай что-то, чтобы избавиться от меня!

Дин приоткрывает шокировано рот, а я падаю на кровать. Запускаю пальцы в волосы и сжимаю их.

– Чёрт… прости, я… просто хочу домой. Мне осточертело быть виноватой во всём, чего я даже не делала. Ты бросил меня. Разбил мне сердце. Твой поступок повлиял на меня больше, чем я бы этого хотела. Ты исчез, а я дала себе обещание, что впредь буду выбирать парней иначе. Стабильных, не особо симпатичных и знающих, что они хотят. – Поднимаю голову на Дина. Он выглядит действительно опечаленным и разбитым. Боже мой… Дин… до сих пор не могу в это поверить.

– Реджи, детка, я понимаю тебя. Поверь, мне очень жаль, что с тобой всё это случилось. – Дин опускается на колени передо мной и берёт мои руки в свои.

– Я не позволю, чтобы кто-то ещё обидел тебя. Ты со мной, и… кажется, я, правда, ещё люблю тебя. Я влюбился впервые в жизни, и ни одна женщина мне тебя не заменила. И вот ты здесь. Меня не волнует, как это случилось и из-за кого. Ты здесь. Я вытащу тебя из всего этого, обещаю. Дай мне время, хорошо? Но ты должна убедить Дерика в том, что не мстишь мне. Он ко всем относится с таким же подозрением, как и к тебе. Он просто выполняет свою работу, а мой отец всегда прислушивался к нему. Порой мне кажется, что слово Дерика намного важнее, чем моего отца. Дерика любят наши люди, они обожают его. Он умён, сообразителен и верен нашей стране и короне. Дерик член моей семьи. Я поговорю с отцом и попрошу его дать тебе шанс, ладно?

– Значит, мне придётся остаться здесь?

– Да. На какое-то время. Но ты свободна в своих передвижениях, можешь выехать из замка, но только не покидать страну. Это будет плохим знаком. Я тебе верю и знаю тебя, но они – нет. Они не могут доверять тебе, как я. Реджи, попробуй увидеть Альору с другой стороны. Я буду рядом и покажу тебе всё. Тем более в ближайшее время каждый вечер будут балы и вечеринки. Приближается мой день рождения. Мне исполняется тридцать лет, и затем будет коронация. Тебе понравится. Мы повеселимся и будем снова вместе. Я не могу тебя отпустить… не так. Я хочу загладить свою вину. Хочу доказать тебе, что я не играл с тобой, а действительно, был влюблён, и сейчас это чувство только крепнет и убеждает меня в том, что всё было настоящим. Ты и я. Эти свидания. Твой странный юмор. Наши разговоры. Чёрт… – Дин отпускает мою руку и встаёт.

Он проводит ладонью по каштановым волосам и бросает на меня виноватый взгляд.

– Что?

– Я хочу быть полностью откровенным с тобой, Реджи. Мне было двадцать пять, и я считал, что любая девушка должна меня боготворить…

– Дин, ты был принцем. По идее это нормально смотреть на всех свысока. Для тебя, – тихо произношу.

– Нет… дело не в этом. Я думал, что между нами будет интрижка, и вскоре забуду о тебе. Но всё зашло так далеко. Я заврался, Реджи. Ты права, я врал тебе постоянно. Я не был собой. Я играл, изворачивался и обманывал тебя.

Прикрываю глаза, и боль снова возвращается. Грудь сдавливает, горечь собирается в горле.

– Ты была странной девушкой и отличалась от других. Когда я тебя увидел, то сошёл с ума от желания выиграть у тебя. Я использовал нечестные методы…

– То есть, ты всё же лгал мне, и ни о каких чувствах речи не шло? И сейчас ты убеждаешь меня в том, что ещё любишь? Как ты можешь? – сквозь зубы цежу.

– Нет! Нет, Реджи, сейчас я не вру. Всё так и есть. Я говорю о прошлом. Помнишь мои неудачи с вариантами свиданий? Я не знал твоего полного имени после того, как ты сбежала с крыши. Знал только то, что ты учишься в этом университете на первом курсе. Я пришёл туда как-то раз, но не увидел тебя. Дерик сказал, что если я не успокоюсь, то выставлю себя полным идиотом. К таким, как ты, нужно подходить с умом. А также он был уверен в том, что ты не развлекаешься в барах и не ходишь на вечеринки, учишься до позднего вечера и, вероятно, работаешь где-то. В общем, я пришёл во второй раз, но и тогда тебя не встретил. В третий раз я провёл весь день перед университетом, ожидая тебя. И вот ты появилась…

– Дерик, – цокаю я.

– Да… да. Без его помощи я бы никогда не смог тебя не то что покорить, но даже на свидание пригласить. Я отмахнулся от его советов. Точнее, он всегда советует всё язвительно, как будто я глупый. В общем, кофейня – это его совет, который сработал. Потом я приходил к тебе, чтобы пригласить на второе свидание, но ты отказывалась…

– Ты притащил мне мягкого, плюшевого медведя, Дин! Это же такая гадость!

– Вот, об этом я и говорю. Ты отличалась от всех. Любая другая от счастья прыгала бы, но не ты. Мне пришлось тебя обманывать, – кивает он.

– Не понимаю, в чём?

– Кофейня, шарф, некоторые мои слова, которые точно влияли на твоё мышление. В общем… ты спрашивала, с кем я постоянно переписываюсь. Это был Дерик. Он советовал мне, как с тобой говорить и о чём, как правильно ответить на твои вопросы, как вести себя, и это работало с тобой. Я надеялся, что справлюсь сам, но не получалось. Ты отвергала меня, и я тебя понимаю. Дерик был старше меня… на месяц, но ощущалось так, словно в пять лет у нас была разница. Он всегда знал, что нужно женщинам, и как быстро их покорить. Я…

– Подожди. – Поднимаю руку и встаю с кровати.

– То есть, ты хочешь сказать, что идея с шарфом была его?

– Да. Он сказал, что ты девушка практичная, и единственное, в чём я могу проявить фантазию, так это в выборе особенного цвета. Тот, что ближе к твоему типажу. Мы с ним и выбрали.

– Так… а кофе? Два стаканчика кофе и сэндвичи?

– Тоже его совет. Снова ты стала практичной и кофе тебе нравится больше, чем всякие мягкие игрушки. Тем более после учёбы ты была голодна и игрушкой бы не наелась.

– Библиотека? Наше свидание в библиотеке?

– Его идея. Прости, но там я был собой, и мы хорошо провели время.

– А… а… стой, кино и затем… ну… секс. он же не знал, да?

– Нет. Но Дерик был так зол, когда я ему рассказал. Он хорошенько врезал мне и сказал, что ты можешь забеременеть от меня, и тогда всё будет хуже. Я был уверен в тебе и поругался с ним. Затем потребовал, как его принц, пойти вместе со мной и познакомиться с тобой, чтобы самому увидеть, что ты другая, и тебе нужен я, а не моя корона. Он согласился, но потом… нам позвонили и сказали, что отцу плохо. Прости меня, я был напуган, что ты никогда не воспримешь меня, и искал поддержку у Дерика. Он мне помогал, конечно, всё остальное я сделал сам. Я хотел оберегать тебя, заботиться о тебе. Ты была такой маленькой и уникальной. Ты всегда была взрослой, как Дерик. И мне хотелось… немного веселья с тобой. Научить тебя этому, понимаешь? Медленно привести к пониманию того, кто я есть, на самом деле. Но нам просто не хватило времени. Реджи. – Дин подходит ко мне и проводит ладонью по моей щеке.

– Выходит, что я разговаривала не с тобой, а с ним? – шепчу я.

– Хм, я, когда чувствовал, что ты отдаляешься, а меня немного заносит, просил его о помощи. Темы подобрать, посоветовать, как нужно ответить, чтобы ты снова смотрела на меня, как раньше, а не как на пустое место. Прости меня, я сильно нервничал и был влюблён. Я боялся наделать глупостей и хотел произвести на тебя впечатление. Со мной такое случилось впервые, и я запаниковал. Но какая разница, да? – Дин гладит моё лицо пальцами и вглядывается в глаза.

Какая разница? Да я, оказывается, тебя, вообще, не знала! Какая разница! Она огромная!

– Да, конечно, – говорю, выдавливая из себя улыбку.

Они поиграли со мной, что ж… я поиграю тоже. Посмотрим, что из этого выйдет. Боже мой… Дерик всё обо мне знал и был таким козлом… да он и остался козлом!

– Сейчас я рассказал тебе правду, и легче стало. Я столько лет корил себя за то, что сделал. Не нужно было втягивать сюда Дерика, он всегда думает, что умнее, и я, в который раз, доказал ему это. Но… забудем об этом, хорошо?

– Да, не важно, что было тогда. Важно, что делать сейчас, Дин. Мне страшно. – Прижимаюсь к нему и вдыхаю аромат геля для душа на его шее.

– Реджи, – Дин обнимает меня в ответ и целует в висок. – Ты под моей защитой. Тебя никто не тронет. Меня не волнуют мысли Дерика и моего отца. Я докажу им, что прав, и тебя мне послала судьба. Но тебе нужно быть осторожнее.

Дин отклоняется.

– В чём?

– Ты в чужой стране, и у нас иные правила. Здесь тебе следует контролировать всё, что ты говоришь, особенно если это касается меня, моей семьи и страны. И также за тобой будут наблюдать и следить. Папарацци обожают сплетни, и хоть сегодня ты уже стала для них «шикарной шпионкой», то завтра можешь вновь стать «той самой шпионкой», понимаешь?

– Ты о чём? Шикарная…

– Да, ты не видела свежие газеты, я попрошу, чтобы тебе приносили корреспонденцию. Вчера ты их покорила, и газета принесла извинения о поспешных выводах из недостоверного источника. Ты всё правильно сказала. Продолжай в том же духе, и они тебя полюбят. Они должны тебя полюбить так, как я, Реджи. И я надеюсь… я буду молиться, чтобы однажды ты увидела, какие здесь люди, и как здесь хорошо. А пока постараюсь сделать всё, чтобы ты стала не только моей гостьей, но и одной из приглашённых на торжественные выходы. Но не говори лишнего, поняла? Тебя могут подставить. Здесь это нормально, тем более я выбираю тебя, а не свою семью и их подозрения. Всё будет хорошо, Реджи. – Дин улыбается мне так радостно, что внутри снова порхают бабочки.

Дверь позади резко распахивается. Дин отпускает меня и отходит на шаг.

– Простите, Ваше Высочество, но ваш отец хочет Вас видеть. Я обещал ему, что найду Вас, – сухо сообщает Дерик.

– Спасибо. Мы уже закончили, хотя, как можно закончить, когда она здесь? – Дин подмигивает мне, и я киваю ему.

Дерик прочищает горло и смотрит в пол. В голове проносятся слова Дина о том, что именно этот человек ему помогал. Дин говорил его словами, повторял его выражения и… это так интересно.

– Значит, я могу выйти, да? Мне не нужно сидеть здесь, как заложнице? – подаю голос.

– Да, конечно, дорогая. Ты можешь выйти, и ты не…

– Приношу свои извинения, что перебиваю Вас, Ваше Высочество, но леди Реджина ещё находится под подозрением и пока ограничена в передвижении, – резко вставляет Дерик. Он вскидывает голову, и наши взгляды встречаются. Дин тяжело вздыхает и поворачивается к Дерику.

– Это ненадолго. Позаботься о ней. Надеюсь, это не проблема, что Реджи пока останется в твоём крыле?

– Нет. Я присмотрю за ней.

Ага, как же.

– Но я бы хотела, как минимум общения с людьми. Тем более, как мне убедить твоего отца, что я не шпионка и приехала не за тем, чтобы отомстить, если не буду, вообще, выходить на люди? – мягко спрашиваю.

Дин хмуро оборачивается ко мне.

– Ты права.

– Но, Фердинанд…

– Дерик, это приказ. Завтра я зайду за Реджи, и мы поедем кататься на яхте. Искупаемся, хорошо проведём время и пообедаем, может быть, задержимся и на ужин. Ты всё организуешь.

Довольно улыбаюсь, стоя за спиной Дина. Дерик зло поджимает губы и кивает.

– А также я хочу, чтобы ты прекратил её во всём подозревать. Боже, у неё было сотрясение. Ты хоть представляешь, что случится, если это дойдёт до американского правительства? Они будут использовать это против нас…

– Не волнуйся. Об этом никто не узнает. Я буду действовать только в твоих интересах, Дин, – убеждаю его, и он дарит мне улыбку.

– Я понимаю, Реджи, но у стен тоже есть уши, и не хочу, чтобы ты снова пострадала. Поговори со всеми, кто участвовал в этом, и найди виновных. Дерик, я не собираюсь терять её снова. Понятно?

Приподнимаю руку и показываю Дерику средний палец. Боже, это выглядит же так невоспитанно! Какой ужас! Расслабьтесь, петухи, это Америка!

Дерик сдвигает брови и испепеляет меня своим полным ненависти взглядом. О да! Дин ничего не видит, и теперь я уверена, что во многих вещах виноват именно Дерик.

Прячу руку за спину и кусаю губу, чтобы не рассмеяться.

– Что ж, Реджи, до завтра. К слову, Дерик позаботься обо всём, что она захочет. Это моя просьба к тебе, как к своему другу.

Конечно, он мне яд подложит в суп. Это будет более похоже на Дерика.

– С радостью. Я сделаю всё, чтобы леди Реджина запомнила только с лучшей стороны нашу страну и добродушие её людей, – отвечает Дерик, искривляя губы наподобие улыбки, отчего я хмурюсь.

– Тогда пошли.

– Фердинанд, мои люди тебя проведут. Я останусь с нашей гостьей, вдруг у неё уже созрел список предпочтений. Хочу выполнить её пожелания немедленно, чтобы загладить свою вину.

Мою улыбку стирает напрочь. Что он задумал?

– Прекрасно. Реджи тебе понравится, Дерик. Она замечательная, тем более вы так похожи. Я рассказал ей всю правду о прошлом, так что… желаю удачи. До завтра, дорогая, – Дин подмигивает мне.

Чёрт, а язык за зубами его не учили держать? Такой козырь сдал!

Дверь закрывается. Прочищаю горло и отступаю на шаг.

– А теперь мы будем учиться манерам, Джина. Ты давно напрашиваешься…

– Тебе они нужнее. Я хочу остаться одна. Немедленно.

– Это решаю только я.

По спине проходит холодок от холодного оскала и удовольствия в глазах Дерика.

Чёрт!