Эпилог 4

— Зорс прилетел и только что узнал, что ты родила! — вбежала ко мне Мари.

Мой муж сражался с проклятыми монстрами в Драконьих лесах. Сколько их там и им подобных было уничтожено? Не счесть! А всё равно продолжают появляться. И этому конца ещё не будет — сотню лет точно.

Я не стала сообщать ему по артефакту о начале родов и заблокировала нашу ментальную связь, чтобы боль не передавалась мужу.

Я родила девочек — так и не сказала любимому, сколько малышей вынашивала. Хотела сделать сюрприз, поэтому с нетерпением жду его реакции. Слышу торопливые шаги и выкрик Волдера:

— Я тут ни при чём!

— Я тоже, — тут же открестился Ториэль.

— На меня даже не смотрите! Я вообще бываю здесь только по делам, — сдавленно прохрипел Силас.

— Я… я тоже только помощник, — едва слышно пискнул Гай.

— Вы о чём?! — вскричал спешащий молодой отец и с размаху толкнул дверь.

За ней на царской кровати безмятежно раскинулись мы — шестеро розовых конвертиков и я, мать‑героиня, с гордой улыбкой на лице.

— Шестеро?! — выдохнул он, и глаза его округлились до невероятных размеров.

«Ну что, не проняло?» — мысленно усмехнулась я.

Он не упал в обморок. Не завопил: «Какой кошмар, шестеро! Что мы будем делать?!» Вместо этого на его лице медленно расцвела глуповатая, совершенно счастливая улыбка. Он замер, словно зачарованный, глядя на спящих дочурок.

А потом… О, это было незабываемо!

Он шагнул вперёд, осторожно коснулся моей руки, осыпал поцелуями лицо, затем склонился над каждой крошкой, нежно целуя маленькие пальчики. Шептал благодарности за бесценный дар, а в уголках глаз блеснули слёзы — он торопливо смахнул их, думая, что я не замечу.

«Ладно, попробуем иначе», — решила я, набираясь решимости.

— Ну что же, папочка, давай знакомиться по‑настоящему! Отвернись‑ка на минуточку, — произнесла я с игривой ноткой в голосе.

Он беспрекословно развернулся, даже не спросив зачем, всё ещё пребывая в блаженном ошеломлении.

Я принялась разворачивать розовые свёртки. На улице царил лютый мороз, но в нашем замке было тепло и уютно — я совершенно не боялась, что мои малышки замёрзнут.

— Поворачивайся! — скомандовала я.

Он обернулся с сияющей улыбкой… которая в одно мгновение растаяла. Глаза его забегали, он то и дело похлопывал ресницами, переводя ошарашенный взгляд с меня на девочек и обратно.

С трепетом я взяла на руки нашу первенцу.

— Познакомься, папочка: эта девочка — Злата! Видишь, какие у неё золотистые волосики? — Я с гордостью приподняла малышку, словно демонстрировала драгоценнейшее сокровище.

Он непонимающе уставился на крохотный комочек, хлопая глазами, будто баран на новые ворота.

— Вся в маму пошла! — с теплотой добавила я.

— У неё… эльфийские ушки, — наконец выдохнул Зорс, голос дрогнул, а глаза расширились от изумления.

— Ага! — легко отмахнулась я. — А вот вторая доченька — Илалия!

— У неё… волчьи ушки! — на этот раз голос папаши прозвучал чуть громче, в нём проскользнули нотки паники.

— Ага! — бодро подхватила я. — Вот третья наша доченька — Серафима!

— У неё… пёрышки на голове! — воскликнул он, и голос задрожал ещё сильнее.

— Ага! — Я не дала ему опомниться. — Вот четвёртая доченька — Алекса!

Малышка в этот момент приоткрыла глазки, и я торжествующе произнесла:

— Смотри, у неё уже зелёные глазки! Вся в папочку пошла!

— У неё… кожаные крылышки намечаются! — голос сорвался на фальцет, а лицо побелело.

— Ага! — я словно нарочно подливала масла в огонь. — Это пятая доченька — Руфина! У неё красные волосики, как у её тёти!

— У неё… драконьи глаза! — прошептал он, и я увидела, как его колени слегка подкосились.

— Ага! — не унималась я. — А вот наша шестая доченька — Селена! Белые волосики, как у папочки!

— Человек?! — в последней надежде выкрикнул он, цепляясь за соломинку.

Я лишь молча помотала головой, наслаждаясь эффектом.

— Ведьма‑некромант, — произнесла я с лёгкой усмешкой, наблюдая, как последние крупицы самообладания покидают его.

— Я сейчас… — забормотал Зорс, начиная медленно пятиться назад, словно пытался убежать от реальности. — Мне только на минуточку… Я сейчас…

И с этими словами он рванул прочь! Из коридора донёсся оглушительный топот — будто промчался целый табун взбесившихся лошадей.

— Зорс, да мы же говорим, мы тут ни при чём! — донеслись крики.

— А‑ха‑ха‑ха‑ха! — не сдержалась я и расхохоталась во весь голос, сгибаясь от смеха.

Довела‑таки мужа!

***

Прошло семь лет

— Подумать только, малышкам уже по семь лет, — ностальгировала Екатерина Ивановна.

— И не говори, — прониклась моментом я, продолжая расставлять тарелочки для тортиков и готовить чай.

Сегодня у моих дочурок день рождения, и они попросили накрыть сладкий стол на улице — возле озера, которое мы с Зорсом обустроили, чтобы дочки учились плавать и просто порыбачить. Сейчас холодная зима, озеро заледенело, поэтому детвора резвится на катке — как и взрослые.

— Никитка, не ушибся? — крикнула мама своему четвёртому ребёнку.

Пацан замотал головой, надел шапку, слетевшую во время падения, и покатился дальше.

— Фух! Устала… — подъехала к нам Мари и плюхнулась на стул с подогревом.

За ней подтянулись Райса, Веда, Надя, Вера и Лилена.

— И не говори. Откуда у малышни столько энергии? Мы уже шестой час катаемся, а у них запал не иссякает, — присела ко мне жена эн Дарка.

— Когда уже все дни рождения справим? Завтра у кого по списку? Сынок говорил, да я забыла, — устало присела мама Лилены.

— У моих! — подняла руку Райса. — Сыновья придумали целую программу, готовьтесь. И девочек лучше одеть в штанишки — так потеплее будет.

Мы рожали, слава Светилу, не в один день. Хотя, с другой стороны, пока справишь дни рождения всех детей — чокнуться можно, а они идут по порядку. Потому мамы тяжело вздохнули и синхронно отхлебнули чай.

У Райсы родилось двое сыновей‑стражей, у Веды — девочка‑ведьмочка, у Нади — двойня: мальчик и девочка, оба стражи, у Веры — мальчик‑страж, у Лилены — девочка, у эн Дарка и его супруги — дочка‑страж. Ох, как же он носился с малышкой: накормит, спать положит, сказки почитает, полетает, сто раз проверит безопасность, поиграет с ней в куклы. Супруга его только закатывает глаза: «Мол, разбалуешь!»

— О, наши мужчины идут, — подошла Надя к Азарху и крепко обняла.

Зорс приобнял со спины, поцеловал. От него пахло морозной свежестью, соснами и дымом.

— Костёр прогорел, Дмитрий Сергеевич ждёт мясо, — подошёл Волдер. Мама тут же подскочила и, взяв огромную кастрюльку, пошла к мужу.

— Мамуль, дай пить, — подъехала к нам наша Руфина, красноволосая красавица с золотыми прядями.

— Держи! — передала ей кружку. Она присела на небольшое кресло, обтянутое мехом.

— Дрокс снова не прилетит? — спросил Волдер.

Зорс отрицательно покачал головой.

— Он даже Руфи толком не видел, разве что в младенчестве издалека. Вечно она убегает или гостит у кого‑нибудь.

Дочка допила чай и попросила тортик.

— Не видел, потому что рано ещё, — с важным видом начала дракошечка.

— Это почему? — заинтересовалась Мари.

— Дрокс — мой будущий муж, моя пара, а его может отпугнуть мой возраст. Мне этого не надо.

У меня глаза на лоб полезли, а у Зорса — и подавно. Мари же расхохоталась.

— Тебе так понравился этот невесёлый дядя? — подсмеивалась её тётя.

— Не знаю! — пожала плечами малышка. — Но уж точно не отталкивает. Чувства проснутся позже, когда буду в подростковом возрасте.

— Ты так говоришь, будто знаешь будущее, — тоже заулыбалась Веда.

А мне что‑то не до улыбок, особенно когда дочурка продолжила говорить — и говорить предсказания для друзей и своих сестёр, продолжая при этом наворачивать сладости.

— Я знаю всё, ну почти всё… — проглотила кусочек и зачерпнула ложкой следующий. — Вот взять деду: он готовится запустить в космос маленькую ракету, да только ничего не выйдет.

— Почему? — заинтересовался ар Нэро, который подошёл за порцией тортика. Он как раз помогал папе с этим проектом.

— Там магический заслон, и поставлен он не просто так — а для защиты от тех, кто хочет посягнуть на наш мир, — встала маленькая предсказательница, подлила себе ещё чаю и вернулась в кресло, закинув ногу на ногу. — Но не переживайте: когда моя сестрёнка выйдет замуж за самого сильного космического капитана, она лично покатает вас на инопланетном корабле.

— Чего?! — удивились все.

— И какая же из сестёр? — тихо спросил Зорс, прищуриваясь.

— Ведьмочка‑некромант, разумеется.

— Селена? — удивилась я, посмотрев на нашу тихоню, которая просто обожала читать и рисовать, постоянно засиживалась в библиотеке, и ничего ей не нужно было другого. Вот и сейчас она, хоть и катается на коньках — и весьма талантливо, — но слушает при этом очередную книгу по магии и пытается запомнить, судя по шевелящимся губам.

— Мамуль, не думай, что она просто книжный червь, — хохотнула Руфи. — Такая бы не заинтересовала столь могущественную личность.

— Он настолько силён? — скептически посмотрел мой любимый, сложив руки на груди, словно говоря: «И со мной справится?»

— Папуль, не обижайся, но ты для него — что маленький ребёнок, причём грудничок.

Зорс хмыкнул, явно не впечатлившись. Уверена, он подумал, что просто дочка не знает истинной силы своего отца, которая выросла вшестеро после рождения дочек — собственно, как и моя, уникальной одарённой. И это произошло у всех пар, связавших себя перед Источником Плодородия: сила увеличилась — правда, не до такой мощи; чаще в два раза, а у кого‑то просто проявилась вторая магия.

Мы в очередной раз всё списали на нашу Яблоньку. Ох, какое же паломничество началось к нашему Древу! И вовремя мы замок переставили, сад расширили, достроили здания для заключения брака и для получения второго сокровенного имени.

— Руфина, а обо мне есть что сказать? — сложил руки Волдер, хотя я заметила, с каким волнением он ждёт, что скажет маленькая дракоша.

— Ты, дядя Волдер, прекращай шуры‑муры с той змеёй. Конечно, ваши отношения не всерьёз…

— Руфи… — возмутилась я. Что говорит эта малявка?! У меня от стыда щёки покраснели, а о бедном волчаре и говорить не стоит — явно жалеет, что спросил. Умеет же эта проказница взрослых в неловкое положение поставить!

Но красноволосая девчушка и не думала смущаться. Она деловито продолжала рассказывать, держа ровно спину и, как истинная леди, — пила с кружки, оттопырив мизинчик. Явно мама постаралась.

— Вы перенесётесь с моей сестрёнкой, твоей любимой ученицей Илалией, в мир, где живёт наша бабушка.

Мари, Зорс и Тихор сразу подобрались; профессор и вовсе закашлялся — так не вовремя пригубив чай.

— Да‑да, она живёт в стае, работает наставницей для двоих детей очень сильных оборотней. Одна из них и будет ваша истинная — очень сильная. И ваша сила Альфы‑Объединителя будет ей до лампочки, как дед говорит. У неё острый нюх, сильнее, чем у кого‑либо, и она с лёгкостью сможет рассказать, сколько самок у вас, дядя Волдер, было до неё. И ей это не понравится.

Я хлопнула себя по лбу: «Кошмар — "самки “!»

— А вот мальчик будет парой нашей Илалии — довольно серьёзный Альфа, но наша хохотушка покорит его холодное сердце.

— А что насчёт моей жены? — спросил Тихомиров. — Мы встретимся?

— Да, причём в этом мире. Тебе, деда, просто надо ждать.

Все мои дети почему‑то решили называть Тихора «дедой». Никто их не учил, но теперь понимаю: это абсолютно правильно. А для него это счастье — когда его приняли за своего второго деда. У Руби же сложились особенно крепкие отношения с профессором. Они часто летали над городом Солнце, иногда брали Мари и Зорса и соревновались в скорости.

— Тётя Мари?

— Д‑да… — нервно отозвалась подруга.

— Ты пойдёшь в мир Нарийзы со Златой. Ваших будущих мужей папа уже встречал.

— Что?! — на этом месте Зорс вновь подскочил с места.

— Да‑да, папочка! — хитренько заулыбалась Руби. — Летающий оборотень будет без ума от нашей тёти Мари.

Драконица густо покраснела, Тихор напрягся.

— А полуэльф‑полудемон — муж Златочки.

Малышка повернулась к Наде и Вере и погрозила пальцем:

— Зря так смотрите недовольно. Он хороший, добрый, внимательный, любящий, замечательный мужчина. И то, что он полудемон, не ставит его на одну ступень с этими монстрами. Поэтому, если не хотите со мной рассориться, измените своё отношение к полудемонам.

— Страшно‑то как! — решили подколоть дракошу сестрёнки‑стражи.

— Будет страшно, гарантирую! — посерьёзнела она, и мы как‑то напряглись. — Я буду посредником между мирами и править вместе с Дроксом. Император и Императрица. Буду защищать другие расы от таких расистов, как вы!

Она ткнула маленьким пальцем в них; её драконьи глаза вытянулись — все ощутили магическую силу.

Вот же характер!

— Императрицей? — удивилась я. — Мы вроде не планируем создавать империю и вставать во главе неё.

— Дрокс тебе докладывал, что наткнулся на стену, когда открывал острова? — Я кивнула. — Вы, небось, подумали, что ведёт она в мир Нарийзы? — Снова кивок. — Это не так. За стеной — ещё один материк, подобный этому, но пустой. Откроется он, когда я свяжу свою жизнь с драконом, а мои сёстры откроют межмировые порталы. Тогда этот материк станет убежищем для тех, кому нет места в их мирах. Я встану во главе трона, но не переживай, мамуль, я справлюсь. Тем более буду отличной помощницей тебе в налаживании дипломатических отношений с другими правителями иной цивилизации.

У меня уже голова кругом от этой новости.

Кто‑то продолжил спрашивать Руби о других сёстрах — что их ждёт.

— Алекса попадёт в очень суровый мир, жестокий, кровавый. Там обитают расы похлеще наших, к примеру — вампиры; демоны тоже будут. Но ей повезёт тем, что она встретит Гореса: он и его жена позаботятся о ней. А самое интересное, что один из их многочисленных сыновей будет ей парой.

— Вампир? Кровосос? — Моя мама предвкушающе привстала. О нет, её понесло! — Хочу знать подробности!

— Нет! — замотала головой дочка. — Не расскажу. Да и нельзя мне смотреть так далеко — только факты. Но он будет вампиром наполовину. И, опережая вопрос мамы, — нет, он не пьёт кровь людей, не кусает для пропитания. Дальше… Серафима попадёт в мир, где живут расы с ангельскими крыльями. Да, папа, сестрёнка встретит Кровена и Горава: они помогут ей устроиться, она даже пойдёт в военную академию и станет лучшей на потоке. Потому покорит сердце не только наследного принца, но и ещё нескольких достойных претендентов. Однако выбор ей дадут — как и маме когда‑то.

Зорс резко повернул голову в мою сторону, а я сделала вид, что ничего не понимаю.

— Кто‑то хочет ещё чай?

— Родная!

— Тебе, любимый? Сейчас налью… Ой, кажется, он закончился. Пойду новый сделаю! — И я стала пятиться назад, спеша уйти.

— Любимая!

И я побежала, а Зорс — за мной.

***

— Смешные они такие, мои родители! Но очень любят друг друга. А когда сестрёнки все уйдут в другие миры, чтобы мама не грустила, ей Яблонька ещё подкинет детишек.

— Сколько же? — заинтересовалась Веда.

— Трое, и все мальчики. Они будут стражами Межмирья.

— Кем?! — округлили глаза эн Дарк и его жена.

Но девчушка посчитала, что с них достаточно информации. Призвала коньки и покатилась по льду.

Руфина искренне восхищалась своей силой прорицательницы, способностью видеть грядущее. Она никак не могла постичь, почему мать однажды добровольно отказалась от своего дара, да ещё и ранее мучительно переживала из‑за страха перед этими зловещими видениями будущего. Для Руфины же страх отсутствовал вовсе: она твёрдо верила, что вслед за каждой тёмной полосой обязательно наступает светлая полоса удачи и счастья; каждая боль приносит заслуженную награду; любое несчастье происходит не случайно, а имеет свою причину и смысл. Поэтому девочка принимала жизнь смело и уверенно, понимая её законы гармонии и справедливости.

***

Высоко над облаками возвышалась скала, своей формой напоминавшая величественный средневековый замок с высокими шпилями окон и изящными башнями. Она стояла словно портал в мир волшебства и древних тайн. Рядом парил таинственный остров с мерцающим синим огнём — ярким символом древней магии, хранящей секреты многих тысячелетий.

На краю утёса грациозно стоял могучий Дрокс. Сильные порывы ветра трепали его густые синие волосы, слегка тронутые сединой. Его глаза были необычными: один — глубокий чёрный колодец мудрости, другой — ярко‑зелёный, украшенный искрящимися синими пятнышками, будто осколки звёзд.

Рядом с ним стояла девушка невероятной красоты. Её лицо скрывалось за шелковистыми красными волосами с золотистыми нитями, сверкавшими в последних лучах заходящего солнца. Девушка была облачена в великолепное бархатное платье цвета моря, подчёркивавшее её нежность и благородство. Дракон бережно надел ей на запястье тонкий золотой браслет, символизирующий вечную любовь и верность.

Дрокс мягко откинул назад пряди волос возлюбленной, ласково провёл пальцем по её гладкой коже. Взглянув в её прекрасные карие глаза с жёлтыми вкраплениями, почувствовал, как теплота наполняет его душу. Руфина прижалась к ладони любимого, вдохнув аромат свежей травы, костра и магии, исходивший от его кожи. Затем, робко приблизившись, подарила ему страстный поцелуй.

«Так долго я пыталась завоевать твоё сердце…» — прошептала невеста мысленно.

«Я столько лет противился этому чувству, боясь позволить себе любить тебя… Ведь считал себя недостойным столь великого дара», — вторил мысленно жених.

Их тела начали меняться, превращаясь в прекрасных драконов — красного и синего цветов. Поднявшись высоко в небо, два крылатых существа сплели свои хвосты, создавая удивительный танец в воздухе. Их крылья отражали лучи солнечного света, делая этот миг незабываемым зрелищем.

Путешествуя вместе, они пролетали мимо новых городов, деревень и широких дорог, полных необычных транспортных средств, работающих на энергии магии: автобусы, машины, грузовики, поезда…

Проносились над яркими площадками детских парков, наполненных звонким смехом малышей и голосами взрослых, наслаждавшихся свободой. Пролетали рядом с образовательными учреждениями: школой искусств, школой целителей, творческой мастерской, колледжем магов — каждый объект был частью мира гармонии и развития.

Перед ними открывался целый ряд культурных объектов: театры, воплощающие искусство разных рас; правительственные здания и департаменты; институты медицинских наук; учебные заведения для получения образования в сельскохозяйственной отрасли — для немагов.

Но особенно впечатляла сияющая жемчужина мира Марийзы — Академия Объединений, здание которой блестело подобно звезде, распространяя вокруг себя ауру тепла, заботы и надёжности.

Заключительным этапом полёта стало путешествие к Древу Плодородия — символу вечной любви и нерушимого союза двух сердец. Здесь они решили окончательно связать свою судьбу, обменявшись торжественными клятвами перед силами Вселенной.

Это было началом нового этапа их совместной жизни — полного приключений, счастья и истинной любви.

Конец трилогии!

На этом завершается история Еваники и Зорса. Если вам было интересно её читать, пожалуйста, поддержите автора — нажмите «Мне нравится». С благодарностью к каждому читателю, Ваша АМур.