Глава 31

Кира

Состояние стабильное.

Это все, что я слышу из слов врача.

Ничего не угрожает жизни Мирана.

Кажется, только сейчас сердце начинает биться. Я была в таком напряжении, а сейчас… Сейчас чувствую, что снова могу дышать.

Прислоняюсь спиной к стене и наблюдаю за семьей Мира. Я только сейчас смогла рассмотреть огромное количество людей. И все о нем так переживают. Внутри становится так горько-сладко. У меня никого нет, кроме Даньки и… Мирана. Если со мной что-то произойдет, то всем будет все равно.

Какие-то странные и угнетающие мысли начали проникать в сознание.

Отец и братья зашли к Мирану. Мне тоже хотелось. Я хотела отпихнуть их с пути и первой забежать в палату. Но разве я имею право? Сжала в бессилии кулаки и стала ждать.

С ним все хорошо, и это самое главное.

Я думаю вернуться в комнату, в которой сидела до этого, и зайти к Мирану, когда все разойдутся. Не хочу никому мешать.

Только делаю шаг, как меня зовет Алим.

– Кира, подойди.

Я вздрагиваю от неожиданности и чувствую обращенные на меня взгляды. Мне хочется втянуть шею в плечи, чтобы стать незаметней. Я быстро подхожу к мужчине.

– С Мираном все хорошо? – спрашиваю, разволновавшись.

– Сейчас сама и спросишь, – говорит, глядя на меня внимательно.

Не так, как несколько минут назад. Сейчас взгляд такой, что пробирает до самых костей, направлен прямо в душу.

Я трусливо сбегаю от него. Прохожу мимо и тут же вижу Мирана на кровати. Весь в каких-то трубках и в бинтах. Я закрываю рот ладонью и иду к нему, не замечая никого и ничего вокруг.

– Закрой дверь за собой, – тихо просит Мир одного из братьев.

Мужчины уходят, а следом я слышу щелчок закрываемой двери. Тогда я срываюсь с места и подбегаю к его кровати. Обнимаю, вдыхаю родной запах. Жив!

– Прости! – тут же отодвигаюсь и отхожу на несколько шагов назад.

Идиотка, он только с операции.

Мир ловит меня за руку.

– Нормально все. Ближе подойди, – я подхожу.

Он жестом показывает, чтобы на койку рядом с ним села.

– Наклонись.

Делаю, как просит.

Кладет руку мне на щеку, ведет пальцами, очерчивая черты лица. Нежно-нежно. Отчего сердце сбивается с ритма.

– Ты не ранена? – спрашивает он.

– Нет.

– Врач смотрел?

– Все со мной нормально, Миран, – встречаемся взглядами. – Благодаря тебе. Ты… Спас меня.

– Тебя вообще там не должно было быть, – говорит хрипло, все еще трогая меня.

И я вижу, что он жалеет обо всей этой ситуации.

– Мой мир слишком жесток для такой нежной девочки, как ты. Но я тебя уберегу.

Может, на него так недавний наркоз влияет, не знаю. Но мне кажется, сейчас Миран открылся так, как никогда прежде. Дыхание перехватывает. Я тоже позволяю эмоциям взять вверх.

Протягиваю руку и тоже трогаю его. Каждую черточку на лице очерчиваю. Я могла его потерять.

Слезы скапливаются в глазах, застревают в ресницах, а потом падают на щеки. Мир молча стирает их пальцами.

– Я думала, ты умрешь, – шепчу еле слышно. – Я думала, что потеряю тебя.

– Я всегда вернусь к тебе, Кира, – говорит серьезно.

– Обещаешь?

– Обещаю. А теперь ложись со мной.

Я даже и не думаю противиться. Ложусь аккуратно рядом с ним, кладу ладонь на его грудь, аккуратно, чтобы бинты не зацепить.

Мы лежим в тишине, и она никак не напрягает. С ним так спокойно. У меня начинается откат, и я чувствую, что начинаю засыпать. Целую Мира в щеку и носом веду по скуле.

– Думаешь, мне можно здесь спать? – спрашиваю у него.

– Тебе можно все.

– Тогда будем спать? Врач сказал, нужно набираться сил.

– Сначала скажи мне еще раз, – поворачивает голову, смотрим глаза в глаза.

Щеки сразу начинают пылать, я понимаю, о чем он говорит.

– Я люблю тебя, Миран, – говорю тихо, но уверенно.

Боже, я никогда и ни в чем не была так уверена, как в любви к этому мужчине.

Рвано выдыхает и здоровой рукой притягивает ближе к себе.

– Всегда помни об этом, Кира.

* * *

Проходит несколько дней. Я так и живу в «палате» у Мирана. За это время я успела познакомиться с его многочисленными родственниками. Думала, что сойду с ума. Все такие серьезные и суровые кажутся. Но с Миром мне вообще не страшно было.

Мы много говорим. Точнее, больше я, но Иманов тоже делится своими мыслями и воспоминаниями. Я вбираю каждое его слово. С восторгом помещаю в особое место в своей душе.

Между нами все меняется.

С каждым днем я чувствую любовь все больше. Я стала проявлять чувства и не бояться. Могу подойти поцеловать его или обнять и не боюсь, что он прогонит. Щемящая нежность заполняет нутро. Какой же он особенный. Самый лучший для меня. Идеально неидеальный.

Понимаю, что ситуация вообще не очень, но я так счастлива. Просто быть вместе. Сейчас мы самые простые мужчина и женщина. Внешний мир совершенно не волнует. Жизнь заиграла совершенно другими красками. Яркими. Сочными. Вкусными. Мне постоянно хочется улыбаться и смеяться.

Я вышла из душа, на мне была была футблолка Мирана. Я напевала какую-то песенку, а Иманов внимательно наблюдал за мной.

– Тебе что-то надо? – спросила я. – Вода? Еда? Обезбол?

– Надо. Тебя.

Я осуждающе посмотрела на него.

– Нельзя. Врач сказал, что тебе нельзя напрягаться и заниматься сексом, – говорю с пылающим лицом.

Этот идиот на второй день после операции попытался заняться со мной сексом, и разошлись швы. Его снова подлатали, и врач сказал, что никакой такой активности. На что этот дурак спросил, могу ли я быть сверху. Клянусь, я чуть не провалилась под землю от стыда.

– Мы не будем трахаться.

– А что ты тогда хочешь?

Мир смотрел на меня таким горящим взглядом, от которого перехватывало дыхание и сладкая судорога простреливала от сердца до низа живота.

– Пососи мне, Кира.