Глава 19

— Пузырьки, пузырьки, пузырьки! — верещала с экрана маленького телевизора желтая рыбка по имени Бульк (персонаж мультфильма «В поисках Немо» — прим. авторов).

А мне хотелось верещать вместе с ней, потому что мое тело было легким, как те самые пузырьки, воздушным и щекочущим во всех местах, словно я как попала в целую ванну таких пузырьков вчера, так и летала второй день то ли на вот этих вот щекотных бульбочках, то ли на крыльях запрещенного пока в моих отношениях с Кевином слова.

И как же тут не летать, суметь приземлиться, если Кевин мне не дает на это ни малюсенького шанса?

Стоило нам добраться поздним вечером и заселиться, хотя правильнее будет сказать завалиться в номер, так я тут же оказалась зажата, облапана, обласкана и зацелована. Вот прямо у едва захлопнувшейся двери. Одежда стала снова исчезать практически незаметно, тем самым волшебным образом, который был мне продемонстрирован еще по дороге.

Впрочем, я и сама усердствовала не меньше в избавлении Кевина от тряпок, что стояли на моем пути к его телу, от одного вида которого я становлюсь как слегка навеселе, а еще озабоченной и малость поглупевшей. И да, секс стоя — то еще испытание, но теперь я точно знаю, что в нем совершенно иной кайф. Ничуть не меньший, чем в первый раз. А вот предпринятое отважное исследование в поисках чувствительных мест моего восхитительно горячего партнера, можно сказать, потерпело провал. Очень-очень сладкий и головокружительный провал, учитывая, что он, похоже, был чувствителен везде. Я и до пупка его не успела спуститься с поцелуями, облизываниями и поглаживаниями, а Кевин уже совершенно обезумел: изгибался, сцепив зубы до скрипа и упираясь затылком в подушку, стонал, обвиняя меня в желании доконать его, и хм-м… до самого главного добраться не дал, заявив, что в таком случае ему позора не избежать, бормотал что-то там про суккубов и сны…

Ну и ладно, у нас впереди еще одна ночь здесь, и ему от неизбежного не отвертеться. Он пробовал меня самым из бесстыдных и потрясающих способов уже сколько раз. Об одном воспоминании об этом у меня поджимались пальцы на ногах, то и дело потягивало в очень особенных местах. Я тоже хочу, чтобы с ним происходило нечто подобное. Хочу дать ему столько ласки, сколько ему будет просто не по силам забыть и перестать ее желать, пусть я и неопытна в этом, но энтузиазм — та еще сила. Хотя мне и казалось, что он испытывает то же, что и я, постоянно находя меня взглядом, стоило отойти, замирая и часто сглатывая, иногда передергиваясь, как от внезапного озноба. Я ведь ощущала все именно так. В любой суете стоило пересечься с ним глазами или же на мгновение подумать — и-и-и-и все. По телу тут же катилась волна холода, как будто я внезапно опять голышом, все волоски на теле дыбом, все нервные окончания настроены на почти реальные прикосновения, и холод обращается жаром и почти болью от необходимости повторить немедленно, сделать воображаемое действительностью…

Вырвав меня из сладких воспоминаний, за окном раздался очередной грохот, сопровождавшийся чьими-то визгами и громкими проклятиями. Оторвавшись от процесса приготовления очередной, пятой по счету на сегодня кружки кофе, я выглянула наружу.

Из окна нашего номера был виден кусочек съемочной площадки. Ничего нового: провода, прожектора, камеры на треногах, расставленные экраны для лучшего светоотражения, раскиданные тут и там стулья, на которых периодически мостили свои уставшие задницы как работники, так и модели.

Кхм, модели — отдельный разговор. Рядом с Саважем они выглядели, как трещины в пересохшей земле по сравнению с Великим Каньоном, как гуппи рядом с кашалотом, как хот-дог против домашнего настоящего ростбифа, как… В общем, вы поняли. Если отбросить в сторону вышеозвученные метафоры, то они были, на мой взгляд, слишком слащавыми и искусственными, какими-то невзрачными и неубедительными в роли бруталов-самцов. Ну, знаете же, что есть в Голливуде несколько таких распиаренных звезд, которые росточком в полтора метра, а роли исполняют прям альфа-героев, победителей вселенского зла. А их партнершам приходится каждый раз ухитряться принимать такие позы, чтобы в кадре выглядеть на их фоне ниже на полголовы. Вот! Вот именно такими были почти все модели, рекламирующие знаменитое белье раскрученного бренда.

Кевин, само собой, не был настолько раскованным перед камерой. Да и откуда бы ему взять этого опыта? Но, надо отдать ему должное, он бухтел только мне на ухо, когда я в самые первые пару часов находилась рядом, чтобы подхватить сброшенную им куртку или принести ему очередную порцию горячего сладкого кофе.

Нам хватило всего двух стычек с главным фотографом проекта, чтобы убедить его в том, что нас «сам Ронни» научил играть на контрасте с этими лощеными мальчиками. Рядом с их бритыми и умащенными телами торс мистера Доэрти достаточно было лишь слегка оголить, расстегнув промасленный комбинезон, под которым всем прекрасно видны буквы названия производителя, чтобы у женщин из контрольной группы начиналось учащенное сердцебиение и обильное слюноотделение.

А то!

Прекрасно понимала этих теток. У самой бумажные платочки уже были на исходе. Хотя сперва мне было странно, что контрольная группа состоит в большинстве своем из женщин. Какой, спрашивается, смысл, если белье мужское? А умные люди мне объяснили, что даже такой специфический предмет одежды покупают, в основном, женщины! Да, да! Ну, просто, как оказалось, мужикам по хрену, что покупать (если речь идет о нормальных мужиках, вы понимаете, о чем я, да?). И вот эти вот все телодвижения, зафиксированные камерой, призваны были привлечь внимание женской покупательской аудитории, потому что именно женщины, натянув на свое сокровище вот эти труселя, надеются в тот же момент увидеть мощный мужской пресс, покрытый золотистым пушком, в который так и хочется запустить коготки и мур-р-р…

— Какого черта, Кев?

— Оу, прости, приятель, это на автомате. Дурацкая привычка еще с времен приюта — не переношу, когда со спины подкрадываются, бью не глядя.

— Лед! Принесите мне лед немедленно! У меня сегодня съемки!

— У меня есть примочка из бодяги, которую ма Линда делала нам в детстве. Я передам обязательно. И еще раз прости, парень. Но ко мне сзади нельзя подходить.

— Йесс! — выкинула я руку в победном жесте, поняв, что случилось за окном.

Совершенно очевидно, что к Саважу попытался в очередной раз подкатить очень прилипчивый молодой человек из этих, ну, к которым надо толерантно и с пониманием, а им можно настаивать на своей исключительности и истериковать на ровном месте. В общем, огреб голубок по-настоящему, по-пацански. А то ему, видите ли, мои вежливые просьбы не беспокоить мистера Доэрти каждый раз казались слишком агрессивными и дискриминирующими его сексуальное самоопределение.

Я была уверена, что веду себя вполне адекватно и не представляю угрозы для окружающих. Но пару раз даже Кев подмигнул мне и прошептал прямо у губ:

— Полегче, драконяша. Ты сейчас спалишь тетку нафиг, а она всего-навсего принесла документы на подпись.

Да ладно?

Прям спалю?

Чем это, интересно?

И разве ты не подписал все необходимые документы до приезда сюда?

Хорошо, хорошо. Признаю, инструктаж по технике безопасности надо подписывать здесь, на месте. Причем нам обоим. Наверное, только потому, что я сама бегала с подобными дополнениями к контрактам у себя, я перестала метать искры из глаз. Но вот облизывание взглядом мистера Доэрти, только что снявшего с себя рубашку и оставшегося в черной футболке, отнюдь не обязательное условие подписания этого чертова инструктажа!

А вообще, удивительное дело: я в жизни себе представить не могла, что окажусь настолько собственницей. Когда Рик рычал на всех своих братьев, подходивших к Алеене слишком, по его мнению, близко, я втихаря хихикала. А сейчас мне хотелось позвонить ему и попросить прощения. Видеть, как к Кевину прилипают чужие девицы и что-то втирают ему, было невыносимо. Поэтому я старалась держаться поближе, но изо всех сил делала независимый вид и «нехотя» подлетала к Кевину, едва заметив его призывный взгляд. А что? Вдруг моему боссу помочь надо? Переодеться там, лоб промокнуть, новый «предмет» гардероба подать…

— Мисс Дюпрэ! — окликнул меня главный местный кудесник — знаменитый фотограф Крис Эванс. — На пару слов.

Я оглянулась на Кевина, который как раз направился в вагончик переодеваться, потому как его работа на площадке была завершена. Он поймал мой взгляд, прищурившись, зыркнул на мужчину, что подошел ближе, и слегка коснулся моего локтя, привлекая внимание к себе, и стремительно нырнул в недра гардероба на колесах. Не одна я тут на раз закипаю, ох не одна. От понимания этого улыбка растянула губы, и пришлось делать над собой усилие, чтобы превратить ее из глупо-счастливой в вежливо-деловую, адресуя Крису.

— Я вас слушаю, мистер Эванс.

— Крис, давайте лучше Крис, — он жестом пригласил меня отойти в сторонку, чтобы не мешать техрабочим. — Я так понимаю, что и мне, и мистеру Доэрти чрезвычайно повезло с вашим присутствием здесь, на площадке. Он, конечно, потрясающе перспективная модель, но отсутствие опыта и явно… мхм… нелегкий характер могли здорово помешать нашему сотрудничеству. Но я хотел заметить, что благодаря вашему умиротворяющему влиянию, которое мы все имели возможность наблюдать, работа выполнена прекрасно.

— Мистер Эванс… Крис, вы меня просто так хвалите или с каким-то умыслом?

— Скорее уж с далеко идущим прицелом. Вы же знаете, что я не только тружусь как наемный работник на разные известные бренды, но и занимаюсь независимым фотоискусством.

— Да, я в курсе, я была на одной из выставок ваших потрясающих работ.

— Так вот, в процессе съемок у меня возникла некая идея, для которой идеально подходит именно мистер Доэрти в этой его первозданной дикости и мрачности и вы.

— В смысле — я?

— В том, что я прямо-таки вижу, какой умопомрачительный контраст вы создали бы вдвоем на фото. Эти ваши яркие, сияющие волосы, лучезарные глаза, полные невинности, и он, весь такой брутальный полуобнаженный дикарь в обрывках шкур, светловолосый варвар после кровавой битвы, заполучивший хрупкую беспомощную деву в качестве своей законной добычи и готовый тут же овладеть ею! — Произнося это, Крис явно погружался в мир своей фантазии, невольно повышая голос и выглядя чуть отстраненно. Художник, что с них взять! После стольких лет работы с Алееной мне удивляться не приходится.

— Крис, э-э-э… я так понимаю, что серия фото, задуманная вами, будет носить эротический характер?

— Мисс Дюпрэ, согласитесь, все, в чем будет принимать участие ваш подопечный, автоматически носит жестко эротический характер. Ну такой уж у него типаж.

— Я не думаю тогда, что мистер Доэрти согласится. Это перебор для него. Да и для ме…

— Да бросьте, вы ведь не можете не отдавать себе отчет в том, что появление вас обоих на снимках на очередной моей выставке сделает вас реальными знаменитостями с огромным уровнем востребованности? Помогите мне убедить мистера Доэрти принять участие в этой фотосессии, и я помогу вам сделать такой шаг в карьере, который мало кто смог бы.

— Мистер Эванс, я реально смотрю на себя и карьеру модели никогда не рассматривала в прин…

— Крис, дорогой, — буквально ввинтилась между нами одна из моделей, Катарина, кажется. — Ну, действительно, мисс Дюпрэ права, у нее совершенно не подходящая внешность, к тому же камера полнит, и эффект при таких исходных данных будет сам понимаешь какой.

Ты откуда выскочила, палка с глазами? Я, по-твоему, толстая? Ну, уж всяко не доска ребристая плюс два соска и глаза. Слава богу! Эта девка, прости господи, это самое пристойное, что у меня в отношении нее подумать выходило, больше всех терлась рядом с Кевином и то и дело так и норовила его чуть ли не облапать.

— Но я готова предложить свою кандидатуру для этих съемок, причем без гонорара, и даже постараюсь убедить Кевина принять участие, — продолжила едва не мурлыкать тощая зараза, мельтеша перед Крисом. — Ты же знаешь, насколько убедительная бываю при желании.

Ах ты шлюшка! Это мне он Кевин, а тебе и таким, как ты, исключительно мистер Доэрти! Нет! Вообще он вам никто!

— Да, знаю, к сожалению, Кати, — сухо ответил Эванс, мрачнея лицом. — Но я хочу то, что я хочу. И никак иначе.

Тыдыщ! Получила, анчоус ты засушенный?

И все, надо тут точку ставить, не съемочная площадка, а полоса препятствий какая-то со сплошными ловушками и секс-капканами.

— Крис, при всем моем уважении и восхищении вашим творчеством, мой ответ — нет. И могу предсказать с вероятностью в сто пятьдесят процентов, что у Кевина он будет таким же. Да и контракт, подписанный с Ронни, это вряд ли позволяет. Это же не будут съемки с сугубо рекламными целями.

Тут я немного приврала, ничего такого я там не помнила.

— Что же, жаль, — пожал плечами фотограф, собираясь уходить. — Но срок контракта не вечен, и если передумаете, я готов подождать.

— Что-то я не припоминаю, чтобы условия контрактов у Ронни позволяли какие-то близкие отношения внутри коллектива, — прошипела придавленной змеюкой Катарина, едва мы остались в относительном уединении.

— Не понимаю, о чем речь! — Я развернулась уйти, но она вцепилась своими тонкими пальцами с длинным маникюром в локоть.

— Все ты понимаешь! Ты за ним как коршун следишь, да и он глаз с тебя не сводит, трахает глазами при любой возможности, уж я такие вещи замечаю! Ты с ним спишь, а это запрещено. Или у Ронни все равны, но кто-то равнее других? Что будет, если о том, что он закрывает глаза на ваши шалости, станет известно всем остальным, кто с ним работает? Или он все же не знает? 1439f7c

У меня внутри все похолодело. Естественно, я получила от Ронни устное распоряжение «прикрыть тылы» Саважу, но не спать же с ним действительно. И уж тем более не делать это достоянием широкой общественности, что может сильно аукнуться моему другу и покровителю. Если ему начнут предъявлять претензии в попустительстве мне и Кевину всякие там звезды и звездульки, он поступит так, как и положено бизнесмену. Пожертвует теми, кто явился источником скандала и неудобств. То бишь мной и Кевином. Мне не страшно — работу я себе всегда найду, предложений куча, особенно в последнее время. А вот Кевин… Шумиха может сработать на него, а может и «срезать» начисто. Создать репутацию человека, который не считает нужным придерживаться рамок контракта, а значит, ненадежного.

— Ты, очевидно, переборщила с диетами, дорогая, — процедила я сквозь зубы, натягивая маску самой заносчивой сучки, какую только смогла изобразить. — Я слышала, от этого галлюцинации случаются. Ты на вещи реально посмотри. Что у меня с таким, как он, может быть общего?

— Ну да, — противно ухмыльнулась гадюка. — У тебя же на лбу написано «я хорошая девочка, ищу сразу идеального мужа. Плохие парни, проходите мимо».

Дура ты, и в жизни прочитать не сможешь, что там у меня написано, но так даже лучше. И не плохой он, не плохой, но таким, как ты, змеям хищным, знать это не обязательно.

— Вот именно, не путай профессиональную вежливость и помощь с сиюминутной похотью, — отчеканила я и неторопливо, чтобы не создать впечатление откровенного бегства, утопала с площадки.

Сегодня же позвоню Ронни и поставлю его в известность, что увольняюсь из «Адских механиков». Так мы с Кевином хоть еще и дома не спалимся, потому как ну не верю я в свою способность видеть его постоянно и руки не тянуть.

Войдя в наш номер, я застала Саважа, запихивающего его вещи в его же спортивную сумку рваными, даже злыми движениями.

И, судя по ухмылке-оскалу, которым он меня встретил, передо мной был именно прежний, оригинальный, так сказать, Саваж, а не Кевин из нашего волшебного путешествия.