Глава 4

Оля Когда твои планы, которые вынашиваешь и кропотливо строишь, меняются со скоростью света, хочется закрыть глаза и сделать вид, что это происходит не с тобой. В этой жизни не может все вот так полететь в тартарары. – Ты уволена! – орет на меня директор заведения, в котором я работаю. Кондитером. Ну или как любит говорить Илья Федорович – помощничек. И все это с жутко-бесячей интонацией. Он и владелец, и шеф на кухне. В общем-то я его помощник. На котором держится девяносто процентов работы. Но у кое-кого корона сдавила мозг, что он решил, будто справится без меня. Но это я слышала каждый день. Абсолютно. И ничего не менялось. Оля сделай то, Оля сделай это. Оля, этот заказ на тебе, не опозорь меня. И вот апогеем всего этого стала моя соцсеть, которую я веду, и да, грешна, беру заказы. Которые выполняла здесь на кухне. Но не потратила ни одного продукта. Все сама покупала и делала за свой счет. – Вы уверены? – спрашиваю его. – Ты еще сомневаешься? – усмехается. – Ты пользовалась моей кухней для чего? Для того, чтобы переманить моих клиентов? И пошло-поехало. И стоит ли объяснять и оправдываться, если тебя все равно не считают за личность. Я просто “помощничек”. Ну раз так, то, может, оно и к лучшему? Собрала все свои немногочисленные вещи, правда мои “инструменты” забрать не удалось. С заявлением “Кухня моя и все ее содержимое также мое”. Ну что ж. Даже такси не стала вызывать, а просто решила прогуляться. Грустно? Еще как. Первый, с кем я решилась поделиться новостями, это мой парень. Набрав его номер, ответа не последовало. На душе стало еще мрачнее. Домой я захожу в непривычное для меня время. Второй час дня. А я не на работе. Этому были удивлены и мама с Ульяной, моей младшей сестрой. – А ты чего? – выглядывает Уля из кухни, наблюдая, как я разуваюсь и стягиваю свой пуховик. – Случилось что? – Меня уволили, – сознаюсь сразу. – Ма-а-ам, – тут же возвращается в кухню. Маме побежала рассказывать. Как была ябедой, так и осталась. – А вы чего тут? – прохожу за Улькой. Сегодня пятница. Мама уже освободилась. Улька только с учебы. Всегда забегает к нам. – А мы обсуждаем новости. Но у тебя, оказывается, новость интереснее, – улыбается мама. – Выгнал все-таки? – Что значит, все-таки? – плескаю в стакан воды и выпиваю половину залпом. – Я тебе говорила, что не понравится Васину то, чем ты занимаешься на его кухне. Да и еще без его ведома. – Говорила, – вздыхаю. – Я бы могла заниматься этим дома, да только нужно вложиться в оборудование. А мне это не по карману. – Лучше бы осталась работать у дяди в магазине, – влезла Улька. Ну, конечно, куда же без этой мелкой заучки. – Как-нибудь без тебя, да? – Только не ругайтесь, девочки, – вздыхает мама. – Может, оно и к лучшему? – смотрит на меня. – Конечно, к лучшему. Я теперь в поисках новой работы, – усмехаюсь. – Не ерничай, Оль. Мы вот с Улей разговаривали, – переглядываются с сестрой. – Ну, что там у вас? – кручу в руках телефон, жду, когда позвонит или напишет мне Олег. Но пока полная тишина. Давай же, Олеж, спаси меня звонком. Не хочу знать, что они там снова про меня говорили. – Утром звонила мне Лизавета Ивановна, – начинает мама. А я не придаю значения тому, что она рассказывает. Летаю в своих мыслях. – Угу, – киваю. – Ей нужна помощь по дому, – продолжает осторожно мама. – И? – отрываю взгляд от телефона и смотрю на нее. – Мам, что ты с ней как с маленькой? – влезает Уля. – В общем, раз у тебя нет теперь работы, в помощь к старушке поедешь ты, – вот тут я обалдела. – Подождите-подождите, что значит, я? – Ну а кто? – разводит сестра руками. – У меня, – запинаюсь. Да, работа теперь не аргумент. – У меня тут парень. И… – И он вполне может поехать с тобой, – продолжает Уля. – Да куда он поедет, – хмыкает мама и машет рукой, будто Уля глупость сморозила. – Вы на поворотах, пожалуйста, поосторожнее, – предупреждаю я. – Я вообще-то еще здесь. – Не обижайся, Оль, – смягчается мама. – Но до тетушки нужно доехать. Посмотреть, что там у нее да как. Я не могу сорваться, у меня студенты. Уля… – Уля замужем и у нее институт. Угу. Это Оля у вас оказалась и без работы, и ее ничто в городе не держит. Я поняла, – поднимаюсь со стула. – Ну куда ты, мы не хотели ничего такого сказать, – идет за мной по пятам Уля. – Вот просто отстань от меня, – прошу сестру и скрываюсь за дверью своей комнаты. Но когда у нас это останавливало мелкую? Да никогда. Поэтому, когда она входит следом за мной, я даже не удивляюсь. – Ольчик. Я падаю на кровать и прячу голову под подушку. – Оль, да, может, этой Лизавете сильно ничего и не нужно будет от тебя, – предполагает она. Садится рядом и поглаживает меня по спине. – Я до января не смогу вырваться, да и Петя тоже. А я без него не смогу, – словно оправдывается. – Конечно, – бубню я из-под подушки. – Без меня-то Петя сможет. – Не смешно, – усмехается. А злиться я долго не могу. Убираю подушку с головы и сажусь. – Может, и правда, в пень твое кафе это, – говорит тихо. – Да и это вариант, наконец, начать свое дело, – на ее губах появляется улыбка. – Не ссы, сестренка, – хлопает меня по плечу. – Столица – город возможностей. – Ага, – киваю. – На эти возможности у меня денег не очень-то и много. – Главное – идти к цели. – Это ты меня так подбадриваешь, чтобы я быстрее свалила к тетке? Ты сама на кухне напомнила про магазин дяди. Магазин строительный, между прочим, – напоминаю. – Это была шутка. Прости. По кровати пошла легкая вибрация. Телефон. Откапываю его в покрывале. Олег. Перевожу взгляд на сестру. – Поняла, сваливаю, – чмокает меня в щеку и выходит, прикрыв за собой дверь. – Ты звонила, не мог ответить. Что-то срочное? – спрашивает Олег. – У меня две новости. – Хорошая и плохая? – усмехается. – Да, с какой начать? – Давай с хорошей, – предлагает. – Меня уволили. – Уволили? – с недоверием в голосе переспрашивает Олег. – Угу, – мычу в трубку. – И это, по-твоему, хорошая новость? – усмехается. Олег из хорошей семьи. Правильный. Со своими тараканами и стереотипами. Он хороший. Правда. – Не вижу ничего плохого, – пожимаю плечами, будто он меня видит. – Так, если это хорошая новость для тебя, я даже боюсь представить, что там у тебя с плохой? Вдох-выдох. – Мне нужно уехать в столицу. Поедем вместе? Это прекрасная возможность начать что-то новое. Помнишь, мы разговаривали, ты хотел же, – тараторю в трубку. – Оль, я тебя не узнаю. Ты себя там как чувствуешь? – Нормально, – не понимаю, что ему не нравится. – Я только закончил стажироваться. Получил должность. И ты говоришь мне о том, что нужно сорваться? Куда? И когда мы с тобой разговаривали, я был в поисках работы. А теперь в поисках нет надобности. Да и квартиру же мы собирались снять, о чем ты? – возмущается Олег. Черт. – Тут ситуация такая. Мне нужно будет съездить. Дальняя родственница одна живет. Просила помочь. А у меня работы сейчас нет… – Пусть мать твоя или сестра. Оля, почему ты? – возмущенно звучит вопрос Олега. Почему я? Да потому что это моя семья. Они просят. – Ты просто не можешь им отказать, – звучит укоризненно. – Неправда. У меня просто нет повода отказать. Мама работает, Уля учится и не бросит она мужа, – отчитываюсь. – А ты меня, значит, бросишь, – снова тыкает носом. – А ты мне муж? – вылетает быстрее, чем я успеваю подумать. Дважды черт! – Так, вот и договорились. Прекрасно, – говорит зло. – Я не это хотела сказать, – пытаюсь исправить ситуацию. – Но сказала. – Да ты меня вынудил это сказать, – срываюсь. – Все. Нам надо остыть. Иначе сейчас наговорим гадостей друг другу. Думаю, мой отъезд прекрасный повод подумать о наших отношениях, – и сбрасываю звонок. День через пятую точку. Интересно, с какой ноги я встала, чтобы это больше не повторять. Слишком быстро за полдня большая часть жизни слилась в унитаз. Работа, ссора с Олегом и непонятные перспективы на обозримое будущее. Мечта, блин! Ну что ж. Может, действительно все к лучшему и это прекрасный повод сменить эту гребаную давящую обстановку? – Мам, а точно нужно ехать к ней не на пару часов? – уточняю. – Может, раз в неделю или пару раз ездить? Все же живем в четырех часах от нее. Попроще, чем уезжать на неделю или сколько там потребуется? – Ты накатаешься на электричке? Вставать в рань. Уезжать поздно. Половина дня в дороге. А отец на машине не накатается. Работа все-таки, – пожимает плечами. – Ты точно решила? – с сомнением. – Точнее некуда. Даже билет уже заказала. Рассказывай, куда ехать надо, – прошу ее. Лизавета Ивановна дальняя родственница по маминой линии. Ей почти семьдесят пять. Всю жизнь живет одна. Мы были у нее пару раз в гостях, когда мы с Улькой были маленькими. Но потом мама сама к ней наведывалась. Я ее и не помню. – А почему вдруг понадобилась помощь? Может, нанять сиделку? Есть же соцпомощь, – предлагаю я. – Не хочет она чужих пускать в квартиру. Попробуй, Оль, я к тебе приеду на следующие выходные. Там решим, как быть дальше, – предлагает мама, а я соглашаюсь. Столица встречает холодом, запахом метро и сигналами машин. Суббота, а все равно все куда-то бегут-торопятся. На путь до нужного адреса уходит чуть больше часа. Метро, автобус. И пешком до дома. Дорога уже прилично меня потрепала. Силы на исходе и нервы тоже. Когда подхожу к дому, судя по навигатору, это тот самый адрес, глазами ищу нумерацию подъездов. Оглядываю двор. Миленько. Парковка, правда, вся забита. А дом высоченный. Задрала голову и она закружилась. Какой там этаж? Одиннадцатый, кажется. Проверяю по записке. Точно, одиннадцатый. Подхожу к подъезду. Дергаю за ручку дверь и она резко распахивается, сбивая меня с ног от неожиданности. Приземляюсь на попу. Мужчина, который выбежал из дома, притормозил. – Простите, – подхватывает меня под руку и рывком ставит на ноги. Я не успеваю даже возмутиться. Поправляю шапку. – Так и убить можно, – говорю, поправляя пуховик, который, наверное, испачкала упав. Мужчина поднимает мой чемодан, который я сбила при падении. И пожав плечами, широким шагом заторопился в сторону парковки. Прекрасное утро! Чемодан, у которого при падении что-то случилось с колесиком, отказывался катиться. Пришлось взять за ручку и тащить. А он нелегкий, потому что я взяла с собой все самое необходимое. Я не представляю, насколько приехала. И чтобы не бегать по магазинам и не тратиться на покупки, много чего взяла. Дом старого образца, с высокими потолками. И холл тут большой, в цветах. В лифте нажимаю на кнопку нужного этажа. Двери закрываются. Лифт загудел. Облокотилась о стену кабины. Снова поправляю сползающую шапку. Кабина дернулась и двери открылись. Ну что ж, пора знакомиться с тетушкой. Подхожу к двери и нажимаю на звонок. Тишина. Еще раз нажимаю. За дверью залаяла собака. Удивилась, так как мама ничего про животных не говорила. – Кто там? – раздается голос из-за двери. – Елизавета Ивановна, это Оля Белова, – отвечаю. – Какая Оля Белова? Я таких не знаю, – сомневается женщина. – Я от Маши Беловой, дочка я, – начинаю раздражаться. Потому что меня сейчас слушает весь этаж. – Вы звонили ей вчера. Просили к вам приехать, помочь. – А, Машенька, – щелкает замок и дверь открывается. На пороге женщина в возрасте. Но ей никак не дать семьдесят пять. Выглядит максимум на шестьдесят. Невысокого роста, с короткой стрижкой. В теплом домашнем костюме и тапочках. А рядом маленькая собачка. Рычит, глядя на меня. – Маша? – спрашивает. – Я Оля, дочь Маши, – поясняю. – Паспорт покажите, – удивляет меня требованием. – Сейчас, – достаю из кармана документы. – Вот, – протягиваю ей. Она всматривается в фотографию, затем листает, останавливаясь на месте прописки. – А, – улыбнулась. – Совсем запамятовала. Но ты не обижайся, старость она такая. Оля, проходи, – возвращает мне паспорт и отступает в сторону, пропуская меня. А вот собака отходить не собирается. Я осторожно протиснулась внутрь, затащив свой чемодан. Р-р-р. – Жужа. Это свои, – сказала хозяйка квартиры. – Не рычи. Оля, раздевайся, не стесняйся. Сейчас попьем чай, познакомимся. Стягиваю ботинки под надзирательным взглядом собаки. Не думала, что чихи такие злюки. Вешаю куртку на вешалку и прохожу в кухню, где гремит посудой дальняя родственница. – Я вам помогу, – подхожу к женщине. – Ты присаживайся, я сейчас все организую, – отказывается она от помощи. Я настаивать не стала. Пока она накрывает на стол, я оглядываю кухню. Честно? Это шедевр. Да, мебель старая, но добротная. Это не дешевая фанера или прессованные опилки. – Нравится? – улыбнулась. – Это итальянская мебель. Из массива. Давно заказывала. – Красиво, – соглашаюсь я. – Угощайся давай, – на столе стоит пиала с вареньем, конфеты. Чашка чая. – Елизавета Ивановна, – хочу прояснить ситуацию. – Можно просто тетя Лиза. Извини, но на статус бабушки я не согласна, – усмехнулась. – Хорошо, – киваю, – тетя Лиза. Я не знаю, для чего вам понадобились родственники. Поэтому вы расскажите мне обязанности мои, надолго ли я вам нужна здесь? – На самом деле все гораздо проще, – улыбнулась Елизавета. – Я взяла путевку в санаторий. Мы с подружками решили подлечиться да понежить свои косточки. А вот Жужу взять не могу. Мне очень сложно будет без нее. Мы с ней давно вместе живем. – Вы могли бы кого-нибудь из соседей попросить присмотреть за ней, – удивляюсь. – Соседей? Это чтобы раз в день зашел кто-то чужой и дал поесть, а то и забыл? Нет, – качает головой. – Мне нужен надежный человек. Родственник. Чтобы не страшно было запустить в свою квартиру, – подытожила. – Но вы маме ничего не сказали. Мы могли бы просто собаку к себе взять. Может, так лучше? – предлагаю вариант, а сама посматриваю на это злобное маленькое чудовище. Она так и смотрит на меня своими мелкими блестящими глазками. Видно, что собака в возрасте, но это не мешает ей быть злой. – Нет-нет, – снова качает головой Елизавета Ивановна. – Жужа будет болеть в чужом месте. А здесь ее дом, – с любовью смотрит на собаку. – Ты бы меня очень выручила. – А на сколько вы уезжаете? – Три недели. Это срок, – поднимает палец в воздух. – Я давно не ездила никуда. А тут… – Хорошо. Без проблем. Вы когда уезжаете? – Завтра. – Как быстро, – усмехаюсь я. – Тебе нужно будет только приглядывать и гулять с Жужой. Поливать цветы. У меня их много. Я тебе все расскажу. А завтра с утра за мной приедет такси. Оставлю тебе деньги на ее корм и продукты. Не волнуйся, я все оплачу. – И вы так спокойно оставите меня в своей квартире? – я в общем-то сомневаюсь, что это хорошая идея. – Машу я хорошо помню. Она ответственная и умная женщина. Думаю, я могу доверять ее дочери. У вас же еще младшенькая есть? – Уля. – Точно, – кивает. – Ну так что, пойдем, я покажу тебе квартиру. Квартира немаленькая. Высокие потолки, старый паркет на полу. Тяжелые межкомнатные двери с витражными стеклами. Высокие стеллажи с книгами в одной комнате. Буфет. Такое все раритетное, но при этом выглядит ухожено и красиво. – Вот здесь у меня цветы, – показывает Елизавета. – Я тебе оставлю памятку как поливать. На подоконнике и полках стоят горшочки с цветами. Много фиалок. Их я знаю, у меня бабушка их очень любила, пока не решила их раздать. – А сейчас покажу тебе твою комнату. Она у меня гостевая, – я за хозяйкой квартиры по пятам. – Вот, – открывает дверь. Входим. Все то же самое. Массивная тяжелая мебель. Большая кровать. Шкаф. Тяжелые шторы на окнах. И спертый воздух. Вот здесь, похоже, давно не было влажной уборки. Кажется, я знаю, чем завтра займусь. – Располагайся, – и выходит. Я прохожу к кровати. Она застелена теплым пледом. Сажусь. Жестковато. Но уж лучше так, чем на раскладушке советского образца. Возвращаюсь в прихожую, забираю чемодан, который отношу в комнату. Вещи разбирать не тороплюсь. Набираю маму. Пока идут гудки, подхожу к окну, раздвигаю шторы. Чихнула пару раз. Нет, тут и аллергию можно заработать. Бесплатно, причем. – Да, Оль, – отвечает мама. – Я на месте. Елизавета Ивановна нормальная тетушка. Оказывается. А то у меня в памяти остались воспоминания, когда она нам с Улькой не разрешала ничего трогать. – Значит, все нормально? Как она себя чувствует? – спрашивает. – Кажется, она здоровее меня, – улыбаюсь. – А серьезно? – Да серьезно, мам. Она прекрасно чувствует себя и, между прочим, собирается уезжать. Ей нужна была сиделка для собаки. – Собаки? – удивляется мама. – Да, чихуа у нее. Маленькая, вредная собакенция. Кажется, у меня с ней будут проблемы, – перед глазами злая мордашка собаки. – Значит, без меня справишься? – Да, мам. Уж цветы полить и собаку накормить, думаю, справлюсь. Я же не только умею печь сладости, – вздыхаю, вспоминая вчерашний день. – Не кисни. Может, что-то там себе подберешь? Работу найдешь? – подбадривает меня любимая и родная женщина. – Обязательно, – хмыкаю, а сама думаю, что надо бы позвонить Олегу. Он со вчера молчит. – Все тогда, я на связи. У тебя деньги есть? – Все есть, мам, не переживай. Чмокаю в трубку и отбиваю звонок. Немного покрутив гаджет в руках, нахожу номер парня и нажимаю на вызов. Подношу телефон к уху и смотрю в окно на улицу. Вид здесь, конечно, закачаешься. Гудки сменяются тишиной в динамике. Отлично! Все еще дуется. Больше звонить не буду, так что теперь пусть сам. Возвращаюсь к кровати. Открываю свою страничку в соцсети. Пролистываю опубликованные посты с тортами, пирожными. Никогда не выкладывала свои фото. Только результаты работы. И это многим нравится. Посты оценивают, ставят лайки. Экран телефона гаснет и я вижу свое отражение. Интересно, почему я не показывала своего лица? Работы у меня получаются шикарные. Заказы получала регулярные. Стыдиться нечего. Надо подумать над этим. Но пока я даже представить не могу, как продолжить заниматься своим любимым делом. Нет оборудования. И это очень-очень плохо. Но, видимо, пока стоит присмотреться к сложившейся ситуации. Выхожу из комнаты, иду на поиски родственницы. – Теть Лиз, а как с собакой быть? Чем кормить, как гулять? – нахожу ее в гостиной. – Ой, сейчас, – поднимается из кресла, – пойдем, – ведет меня в кухню. За ней бежит собака, важно виляя тощей задницей. – Вот специальный корм, вот вода для Жужечки. А еще лакомства. Гуляем мы с ней два раза в день. Ходит рядом, иногда на руках ношу. На руках? Собаку? Вот эту? Смотрю на псину. Она на меня. И, кажется, она прищурила глаза. Что-то замышляет? Не удивлюсь. – Одежда ее вот в том шкафу, – выходит из кухни и в прихожей открывает шкаф. – По погоде. Смотри, чтобы она не замерзла. – Обязательно, – обещаю. – Вот и все. – А поводок? – А его нет. Мы так справляемся. Зачем такой милашке поводок? – искренне удивляется женщина. Я надеюсь, этот монстр никого не съест, пока гуляет на свободе. Но поводок… он все же нужен. Придется прогуляться до зоомагазина. Р-р-р. – И не рычи на меня, – говорю тихо собаке, когда тетушка отошла. Этот день мы проводим за разговорами. Я рассказываю о родителях, сестре. Чем занималась, тоже рассказываю. Тетка даже удивляется. – Вот приеду, испечешь мне “Наполеон”? – спрашивает. – Обязательно. К вашему приезду. – А ты пользуйся моей кухней. Что понадобится, смело пользуйся. Обедаем вместе. У нее вкусный борщ. Прям очень вкусный. А потом мы идем вместе гулять с Жужей. Тетка рассказывает нюансы прогулки. Туда не ходи, здесь лучше взять на руки и тому подобное. Двор у дома прекрасный, если не считать количество машин. На удивление собака слушается и важно семенит рядом. Я даже выдохнула, представляя наши прогулки. Надеюсь, проблем не будет. Может, и правда, поводок не нужен.